Entmachtet

Замешательство мага Люциуса Малфоя длилось недолго. Во всяком случае ему казалось, что он быстро овладел собой и перестал испытывать неприятный холодок от взгляда голубых глаз вампира. Взмах палочки, и веревки исчезли. Граф фон Кролок самозабвенно принялся растирать запястья. Затем он медленно лег спиной на кровать и закинул связанные ноги. С тяжелым вздохом граф закрыл лицо руками, хотя на самом деле он скрывал от мага довольную улыбку. Граф не мог не заметить восторг колдуна от своей кошачьей грации и высокую степень его возбуждения. Однако, они все еще не могли играть на равных, потому что со связанными ногами граф чувствовал себя рыбой, выброшенной на берег. -Мог бы я передвигаться хотя бы по этой комнате? - спросил он, на этот раз очень вежливо. -Нет, - резко ответил маг, - вам вполне хватит и этой кровати. При очередном движении рубашка сползла с графского плеча, обнажая метку, которую поставил Малфой. При слабом освещении вся статная фигура графа в глазах Люциуса превратилась в худенькую соблазнительную фигурку. Особенно этот соблазнительный изгиб ног, ведь веревки не давали ни полностью разогнуть ноги, ни согнуть. Вампир поднял глаза на Люциуса и демонстративно подергал ногами, чуть слышно хныкнув. Лорд присел на кровать и за обнаженное плечо притянул Кролока к себе, положив его ноги на свои колени. Его руки стали аккуратно и медленно поглаживать их. Вампир, похоже, не был против. Люциуса тоже все устраивало, пока граф не щелкнул клыками в сантиметре от его шеи. Маг вскочил, выставив вперед бокал вместо палочки. Вампир запрокинул голову и смех, пронизывающий холодом, громовыми раскатами прошелся по комнате. -Чего ты испугался? - граф смотрел на мага свысока, впервые позволяя себе фамильярность. - Я беззащитен перед тобой. И ты это знаешь. -Знаю, - едва слышно отозвался маг. -В таком случае, мистер Малфой, садитесь рядом и любуйтесь моей беспомощностью,-граф лег на бок, укрывшись одеялом. Люциус резко сорвал с него материю. Ему не понравилось, что от него пытаются что-то скрыть. Его Сиятельство недовольно поднял глаза и наткнулся на непроницаемый и в тоже время страстный взгляд. Движения были властными, и вампир даже чуточку отпрянул. -От вас противно пахнет сигарами. Мне неприятно, - произнес вампир, смотря прямо в глаза мага, но прочесть его мысли было сложно. Он словно поставил какую-то преграду, потому что у графа заболела голова, чего быть вообще не могло. Во всяком случае он не мог припомнить, когда в последний раз у него была мигрень. В следующее мгновение его руки были перехвачены и прижаты к подушкам. Граф даже не думал сопротивляться. Втянув носом воздух, он отметил, что запах исчез. Скорее всего, Люциус уже успел поколдовать. Губы графа обжигало горячим человеческим дыханием, и он утонул в неожиданном тепле. Маг понял, что нашел ключик к своему холодному пленнику. Тепло. Вот, чего лишился вампир. Вот, чего ему так не хватало. Как бы разум не заставлял графа фон Кролока сопротивляться, тело уже разомлело от этого человеческого тепла. Ему вдруг показалось, что это то самое, что он искал... что забыл. Кажется, по виску побежала слеза. Горячие губы поймали ее. Однако, когда они же попытались коснуться губ графа, тот вдруг вздрогнул и сжал свои губы в тонкую полоску. Но Малфой и не пытался проникнуть тому в рот, он остановился на легком поцелуе в уголок губ. -Когда на вас этот нелепый плащ, вы выглядите и старше, и словно мощнее. На самом-то деле вы необычайно стройны. С этими словами Малфой вышел и запер за собой дверь. Граф недовольно стукнул рукой по одеялу и слез с кровати, с трудом удерживая вертикальное положение на полусогнутых ногах. Веревки не поддавались даже его острым когтям. Подтянувшись на руках, Кролок смог встать возле одного из столбов, поддерживающих балдахин. Но через секунду он уже лежал на полу. Тихое шипение нарушило тишину комнаты. На нее, наверно, было наложено какое-то заклятие. Граф даже не пытался встать, потому что сидел посередине комнаты, где было не за что ухватиться. Вдруг граф почувствовал, как его запястья закручивают веревки, вылезшие из пола. Он задергался словно муха в паутине, а потом покорно расслабился, позволяя щупальцам опутать его и поднять в воздух. Малфою видимо понравилась эта картина. Когда он вошел, эти щупальца придерживали графа под колени и согнутые за спиной локти. Под ошейник так же заползла веревка, которая не давала голове вампира опускаться. Маг улыбался. -Ваше Сиятельство, ну зачем же вы вставали?.. Он взмахнул палочкой, и графа закрутило по комнате, и через мгновение он вновь лежал на кровати, но в новом, преображенном виде. Своим новым видом Его Сиятельство остался совершенно недоволен, и все же не стал выражать свое недовольство вслух. Полчаса он покорно пролежал на кровати на животе, задрав ноги к потолку, и перелистывал газету, за которой, как оказалось, и выходил Малфой. -Скука... скука!-вдруг завопил граф, в который раз подтянув съехавший вниз рукав.-Прекратите смотреть на мои плечи. Вы сами сделали так, чтобы я не мог их скрыть. И мне не нравится, как вы изменили мои брюки! Вампир указал на черные бриджи и белые чулки, которые обтягивали каждый изгиб все еще связанных ног. Его черные волосы были перевязаны бантиком из ленты и лежали на одном плече, открывая метку. Сейчас граф как никогда напоминал своего сына. Вампир словно помолодел. Особенно из-за того, что Люциус вытряхнул из его волос пудру, которая создавала видимость седины. Малфой протянул руку, взял графа за подбородок и посмотрел в ясные яркие глаза графа. -Сколько вам было, когда вас обратили? - спросил маг. Граф сразу как-то сник и тихо произнес. -Тридцать два... -Да ты совсем дитя... - вдруг сфомильярничал маг. -Я не дитя! - зло ответил граф. -Ну и зачем тебе тогда пудра в волосах? Чтобы казаться старше? -Я хотел выглядеть старше сына. -А ему... -Двадцать один,-вампир отодвинул руку мага от своего лица. -Дитя... На этот раз граф промолчал, лишь перелистнул страницу газеты. -Имени ты своего все-таки не помнишь? -Я не разрешал вам переходить на ты! -Мне не нужно это разрешение. Я просто уверен, сейчас ВЫ, сказали эту фразу, лишь бы не отвечать на вопрос.... -Да, я не помню! Прекратите это! -Не переживай так. Люциус перегнулся через кровать, подхватил голову графа под немного острый подбородок и заглянул в глаза. -Имя всегда можно дать. Вот сейчас я смотрю на тебя и... знаешь... имя Иоганн тебе вполне подойдет. -Хватит!-Взвился граф.-Какого черта вы распоряжаетесь тем, как меня будут звать?! -Неужели так невелико желание получить имя и стать хоть чьим-то? -Только не вашим. Граф продолжал спорить, хотя на душе у него немного даже потеплело. Он закусил губу и отвернулся. -Иоганн... Иоганн, Иоганн, Иоганн,-нараспев произнес лорд и присел за спиной графа. Он видел на его губах задумчивую блуждающую улыбку. -Хорошо... Можете называть, как хотите, но это не значит, что я буду на это имя отзываться, - притворно вздохнул граф. -Безусловно... -Я старше вас лет этак на четыреста. -И что с того? Я хотя бы выгляжу старше. -Сколько же вам?-Приподнял брови граф, но не повернул головы. -Около пятидесяти. Горячие чуть влажные ладони легли на голые плечи графа, заставив его замереть и обернуться. Он, словно испуганная девица, оглядел лицо своего пленителя. Его взгляд сначала остановился на серых глазах, а затем переместился на тонкие розовые губы, которые сейчас были растянуты в усмешке. Люциус заметил, как огромные глаза, которые разглядывали его лицо, остановились на его губах, и встал. Чуть подхватив графа под руки, лорд помог тому привстать на кровати на колени. Вампир облизал свою верхнюю губу в предвкушении и, обхватив голову мага, прижал его губы к своим. Сначала поцелуй получился чуть смазанным, но когда Малфой тоже опустился на кровать и чуть приоткрыл губы, язык вампира скользнул внутрь. Естественно Люциус собирался взять инициативу на себя, поэтому его горячий язык скользнул в рот графа. Тот странным образом смотрел на него полузакрытыми глазами, словно за жертвой следил, а потом острые клыки пронзили язык Малфоя. А в это время недалеко от замка, в доме Альфреда, сын графа сидел на диване, облокотившись на подлокотник. Герберт аккуратно вертел в руках палочку. -Ну же... давай! - Говорил хозяин. Нетерпеливый тон друга заставил виконта встать и направить палочку на перо, лежащее перед ним. -Вингардиум левиоссо,-хмуро произнес юноша сначала просто рассекая воздух палочкой, а затем взмахивая ей. Когда перо чуток поднялось, виконт пришел в неописуемый восторг. Только радость длилась недолго. Перо залетало по комнате, словно бешеная стрела, и в итоге вонзилось в стену. -Хорошо, что не в голову,-тихо произнес Альфред, а Герберт скептически произнес: -Бесполезно! Юноша опустился на диван. Это было уже пятое перо-убийца. Прошлое перо умудрилось пронзить металлический поднос, что был в руках Сары, когда та принесла вампирам еще по чашке крови. Палочка словно мешала виконту. Альфред присел рядом с другом и сжал его плечо. Блондин дернул рукой и закрыл лицо ладонями. -Прошло уже две ночи и целый день... Он наверно мучает его... А я сижу тут и попиваю кровь из фарфоровых чашечек, когда мой отец страдает!-Герберт вскочил и сжал руки в кулаках. Книжные полки затряслись, и книги с них залетали по комнате. Сара, пришедшая на шум, заверещала и еле уклонилась от книги, что летела в нее. -Герберт, успокойся,-бывший ассистент профессора Абронзиуса протянул к другу руку и незамедлительно получил по ней увесистым томом. Виконт повернул к нему голову, черные глаза сначала зло посмотрели на юношу, прижавшего руку к себе, затем в них отразился испуг, переросший в ужас. Книги упали на пол, а следом за ними упал и сам виновник происшествия. -Герберт... Герберт, очнись! Ну же... Альфред с Сарой напару приводили виконта в сознание, отпаивая кровью из чашечки. -Часто с тобой такое?-Тихо поинтересовался Альфред, заглядывая в серо-зелёные глаза друга. -Бывало раньше и почаще... Когда я злился в детстве, папа часто страдал от летающих предметов. Хотя причины были наиглупейшие. Например, когда я просил дать игрушку или сладость, а отец отказывал. Я всю жизнь был ужасным эгоистом... Так что со мной происходит? -Если бы я знал,-себе под нос пробурчал Альфред.-Если бы знал... Но я уверен, что мой друг знает ответ. Он должен быть здесь с минуты на минуту. Словно по мановению волшебной палочки,в дверь тихо, но уверенно постучали. Сара тут же поднялась и пошла открывать. Герберт не сводил взгляда с двери, нервно заправляя светлую прядь за ухо. Ему даже казалось, что девушка нарочно медленно идет через гостиную. Но вот таинственный маг возник на пороге и приветственно наклонил голову. Он был высок и статен в своем темно-сером с тонкой светлой полоской костюме-тройке с такой же полосатой, но на тон темнее расстегнутой в вороте рубашке. Его темные волосы, расчесанные на косой пробор, свободной волной спускались на гордо-расправленные плечи, оставляя открытым высокий лоб. Редкие незаметные брови не скрывали глубоко-посаженных темных пронизывающих глаз. Нос с тонкими крыльями говорил о благородном происхождение, а тонкая угловатая бородка придавала ему сходство с французским дворянином эпохи Людовика XIII. От мага веяло теплом, и в Герберте фон Кролоке вдруг вспыхнула тлеющая до этого надежда на спасение отца.