Darker

Чимин и Хосок иногда создавали впечатление роботов, которые были созданы для безумных танцев. Вдвоем они двинулись под оглушительную музыку прямо в центр танцпола, прямо напротив которого расположен их столик, за которым Тэхен и предпочитал сидеть, распивая свой коктейль. Не сказать, что он совсем бревно, не умеющее танцевать, однако места с таким количеством людей всегда заставляли его чувствовать себя слегка некомфортно. Парень, если честно, даже не совсем понимал, как позволил Паку потащить себя в этот клуб в вечер пятницы. Его друг — Ким все же мог так назвать Пака, ибо они были знакомы практически месяц, на протяжении которого проводили очень много времени вместе — казался совершенно очаровательной и чувственной персоной, когда раскачивался между телами множества других людей, а Хосок позади него нагло держал руки на бедрах Чимина в эдакой защищающей, а точнее собственнической манере. Его присутствие удерживало желания других людей вокруг них наброситься на Пака, как пчелы набрасываются на мед. Его розовые волосы были немного блеклыми, но более бледный цвет совершенно не отнимал природный шарм парня, серебряные серьги касались открытой шеи при каждом движении, а полупрозрачная сетчатая футболка показалась Тэхену слишком открытой, что лишь подчеркивалось его узкими темными штанами. Чимин буквально казался каким-то персонажем мокрый снов любого гея или девочки-подростка, когда он двигался и облизывал губы, прижимаясь спиной к торсу Хосока, который тем временем отталкивал очередную женщину, которая пыталась приблизиться. Люди столпились вокруг них, позволяя парочке оказаться в центре танцпола, чтобы наблюдать за Чимином, и Тэхен, будь он храбрее, явно пошел бы на помощь Хоби. Пак был пьян, а потому еще более раскрепощен: от слишком интенсивного танца по его шее стекали редкие капельки пота, скрываясь за краем футболки, а его обтягивающие штаны смотрелись на мощных бедрах настолько соблазнительно, что у большинства явно на загвоздках сознания таилось желание закинуть этого парня на плечо и унести куда-нибудь, дабы наблюдать за этим ходячим сексом лично. Даже Ким стал бы жертвой его обаяния, если бы он не был несколько безразличным к подобным вещам. Однако, стоило очередной песне закончится, а диджею начать раскачивать толпу каким-то дешевым битом, Хосок буквально схватил Пака за руку, возвращаясь вместе с ним к их столику, но Чимин, вероятно, посчитал, что колени Тэхена будут более удобным местом, нежели диван. — Что ты тут делаешь совсем один, Тэ? Пошли повеселимся вместе. — старший склонился прямо к чужому ушку, обжигая дыханием кожу, чтобы его было слышно сквозь музыку. От подобного Ким почувствовал, как его щеки приобретают красноватый оттенок, чего не было видно благодаря тусклому освещению. — Теперь понимаешь, почему я не хотел пускать его сюда одного? — спрашивает Хосок, запуская пальцы в чуть влажные волосы. Его одежда больше подходила для какой-то хип-хоп вечеринки, смотрясь более прилично, нежели преамбулу порно, которую нацепил на себя Чимин. — Ты заебал, мы просто хотели вывести нашу дружбу с Тэхеном на новый уровень. — розоволосый парень прислоняется лбом ко лбу Кима, говоря приторно-ласково. — Если ты полезешь к нему в штаны, то бедный Тэхен будет разочарован в сексе до такой степени, что не захочет им заниматься больше никогда. — Чон потянулся к коктейлю младшего, делая из него пару глотков, когда столкнулся с недовольным взглядом Пака. — Не слушай его, тебе бы очень понравилось. — Чимин опять сходит на шепот, прежде чем развернуться к старшему. — И вообще-то мне говорили, что я отлично трахаюсь. — Не сомневаюсь. — единственное, что смог выдавить из себя Тэхен, будучи действительно смущенным этим разговором. — Посмотри на себя: ты такой невинный, будто девственник, и этот факт заставляет меня хотеть сделать с тобой кучу грязных вещей, Тэ-Тэ. — губы Пака теперь скользили по его щеке, и младший был благодарен чужому опьянению, которое вряд ли позволит заметить, насколько горят его щеки. — Черт, прекрати, пожалуйста. — ответил он с трудом, когда Чимин опустился еще ниже, практически касаясь его шеи. — Слушай, альфа-самец, держи свой член в штанах, пока у Тэхена не случился сердечный приступ из-за тебя. — и Ким действительно готов был молиться на старшего, который совершенно точно подметил его состояние. — Ты еще планируешь жаловаться? — Пак, наконец-то, поднимается с чужих колен, обходя столик и усаживаясь на бедра Хосока, смотря ему прямо в глаза, пока смущенный Тэ предпочел просто допить свой коктейль, а не думать об интимности сложившейся ситуации. — Разве тебе не понравилось бы, если бы мы вместе с Тэхеном поехали к нам домой? — Дома нас итак кое-кто ждет, принцесса. — сказал Хосок, и Ким вспомнил, что Юнги так же называл Чимина. Парень отвернулся, взглядом изучая толпу, когда Пак просунул руку под рубашку Хосока, который, кажется, был уже совсем не против подобных действий со стороны розоволосого. — Ну блин, только разочек. — Чимин надул губы. — Разве Тэхен похож на того, кто занимается подобными вещами, Минни? — оба повернулись в сторону младшего, прежде чем Пак покачал головой, пожимая плечами, прежде чем усесться удобнее, обнимая чужую шею ладонями. — Хотя.. Даже жаль, это было бы интересно. — единственное, что успел сказать Хо, прежде чем его губы накрыли чужие, что заставило Кима подавиться воздухом. Тэхен буквально застыл, окаменев, и смотрел, как ладони старшего скользят по влажной спине Чимина, опускаясь на ягодицы, чтобы сжать их. Пак от такого действия со стороны парня застонал совершенно бесстыдно, и Ким, будучи шокированным такой откровенностью, встал, оставляя пустой стакан из-под коктейля на столе, и направился к бару, решив дать парням немного личного пространства, что в теории звучало несколько абсурдно, учитывая тот факт, что они находились в душном клубе. Конечно, этот клуб считался одним из самых дорогих в Сеуле, потому его часто посещали известные или просто богатые люди, и вряд ли кто-то осмелился бы осудить парней за подобные действия, но Тэ предпочел уйти от греха подальше. Когда парень сел за барную стойку, он на мгновение задумался, свидетелем чего он вообще только что стал. Чимину всегда нравился физический контакт, даже с теми, кого старший знал крайне немного, и Ким ранее предполагал, что его близость с соседями по квартире была обусловлена ​​именно этим фактом, ибо Пак обычно был ласковым с теми, о ком он заботился. Тэ оглянулся и увидел друзей, которые все еще пытались едва ли не сожрать друг друга — стоит признать, что это было сексуальное и даже несколько чувственное зрелище, когда Хосок медленно скользил пальцами уже под чужой сетчатой футболкой, пока их языки вновь переплетались. Ким немедленно отвернулся, решив не продолжать смотреть и попытаться забыть эту картину, чтобы на следующее утро он смог без стыда посмотреть этим двоим в глаза. — Здравствуйте. — рядом с ним нарисовалась девушка, которой точно не было здесь еще минуту назад. — Привет. — несколько равнодушно ответил Тэ. — Не купишь мне выпить? — сказала она, опираясь руками о стойку и наклоняясь, делая вид, будто не пытается откровенно выставить напоказ свое декольте. На чужое согласие она лишь лучезарно улыбнулась, поворачиваясь к бармену и заказывая два коктейля для себя и Кима, прежде чем развернуться обратно. — Погоди, ты Ким Тэхен, не так ли? — Вы меня знаете? — Милый, тебя знает вся Корея. — рука девушки мягко коснулась ладони Тэ, что заставило его едва заметно вздрогнуть, однако вида он не подал. К сожалению, он не мог отказаться от чужих прикосновений, даже если они ему не нравились. — Твои друзья немного заняты, да? — Ким лишь обернулся, понимая, что положение парней не изменилось, что было сейчас чертовски не кстати. — Могу составить тебе компанию, если хочешь. — Если у этой компании нет ценника, конечно. — взгляд парня скользнул по чужой руке, только после переключаясь на два бокала, которые оказались перед ними. — Я не из их числа. Ты разве меня не знаешь? — губы девушки растянулись в ухмылке. — К сожалению. — искренне произнес Тэхен, легко пожимая плечами. — Я давно уже не был в Корее. — Это заметно. — сказала она беззлобно, улыбаясь. — Меня зовут Лиса, я певица, дебютировавшая в прошлом году. — Рад знакомству. И как продвигаются успехи в карьере? — Даже лучше, чем я могла предположить, спасибо. Но я даже и не надеялась встретить сегодня вечером великого, неуловимого Ким Тэхена. — рука девушки скользнула по чужой выше, после тут же возвращаясь на прежнее место, что заставило Тэ в очередной раз вздрогнуть, опуская глаза в свой бокал. — Погоди, ты что, смущаешься? Ооо, знал бы ты, как меня привлекают такие мужчины. — Лиса буквально навалилась на него, прижимаясь грудью к его руке. — Они просто сногсшибательно трахаются, знаешь. — Ч-что? — Ким старался не подавать виду, что смущен, хотя алый оттенок на его щеках говорил об обратном. — Я должен воспринять это комплиментом? — Возможно. — она лучезарно улыбнулась, проводя кончиками пальцев по шее Тэхена. — Как смотришь на то, чтобы уехать отсюда, м? Твои друзья явно заняты и им не до тебя. Тэхен размышлял, как можно корректно отказаться от этого предложения, потому что девушка перед ним казалась уж больно настойчивой, создавая впечатление той, кому будет плевать даже на твердое «нет». — Вот... — Тэхен. — прямо позади него раздался резкий мужской голос, и он поднялся, когда Лиса пыталась посмотреть, кто был его обладателем. Невольно парень вздрогнул, пытаясь понять, чем это все по итогу закончится.

***

Golden считался самым лучшим рестораном во всем Сеуле. Чонгук любил приводить именно сюда всех клиентов и коллег на бизнес-ланч, да и сам нередко питался здесь — меню было пятизвездочным, прайс-лист ошеломлял. Роскошь окружающей среды настолько безудержна, что отвлекает внимание, а в некоторых случаях и едва ли не запугивает собеседников. Он не знал, уместны ли такие приемы на Ким Намджуне, но в целом этот парень не выглядел человеком, склонным поддаваться влиянию таких вещей. Молодой режиссер был не самым известным из всех, кого можно было найти в Корее, но, безусловно, одним из многообещающих ребят. Чонгук знал, что поступил правильно, попросив новое лицо в уже давно устоявшуюся съемочную группу, которая пытались сделать все возможное, лишь бы угодить Гуку уже проделанной работой над сериалом. Потому что это был его сериал. Ким Намджун знал это, Мин Юнги знал это и Ким Сокджин тоже это знал. Все четверо сидели за круглым столом и обсуждали, что хотят заказать на ужин. Чонгуку не нужно было смотреть в меню: его заказ всегда был фиксированным и никогда не менялся. В тот самый момент, когда метрдотель усадил его, кухня уже начала активно работать, чтобы приготовить для него то, что он каждый раз ел, с особой тщательностью. Никто не хотел снова слышать недовольства и жалобы печально известного Чон Чонгука — он часто вызывал страх у окружающих, что было заметно даже сейчас, за исключением его секретаря, который за годы работы научился справляться с этим страхом, и еще двух людей, сидящих рядом с ним. — Что же, мистер Ким. — начал Чон негромко, когда они уже сделали заказ, а официант успел расставить на стол бокалы под вино. — Что за такая срочная тема, которая потребовала встречи? Обычно все вопросы нам с легкостью удавалось решать по телефону. В голосе Намджуна все еще проскальзывали нервные нотки, какие Чонгук улавливал практически при каждом разговоре по телефону. Его взгляд был глубоким и зрелым, а наряд совсем немного эксцентричным, поскольку он пришел в самый модный ресторан Сеула в комбинезоне. Казалось, ему хотелось закричать, что его совсем не волнует все это, и его взгляд за большими очками будто лишь укреплял эту теорию. — Сначала я просто хотел Вас увидеть. — сказал он, поднимая бокал, как только в нем оказалось налито достаточно вина по меркам ресторанного этикета. — О Чон Чонгуке говорят много всего, а еще больше можно услышать о загадочном JJJ. — Джун залпом осушает свой бокал, даже ни разу не подняв глаза на младшего. Двое других парней выглядели взволнованными: Сокджин продолжал скользить взглядом от Намджуна к своему непосредственно боссу, в то время как Юнги, хотя и сидел совершенно неподвижно, был натянут, как струна скрипки, и даже его явно не слишком дорогой черный костюм не придавал его образу уверенности. — Так это всего лишь сплетни, разве нет? Я бы мог отправить несколько журналов, если Вы вдруг решили обновить некоторую информацию обо мне. — Не беспокойтесь, я читал эти журналы. — ответил режиссер, заставив Чонгука изогнуть бровь. — И эти выпуски оказались весьма эффективными, должен признать. Проведя небольшое исследование, я задаюсь вопросом: как весь мир до сих пор не пришел к выводу, что именно Чон Чонгук автор «Повелителя драконов»? И тут, и там слишком много общего, правда? — Не стоит забывать о том, что есть такая вещь, как поэтическая вольность. — саркастически сказал младший. Ранее никто не смел с ним разговаривать в таком тоне, и парень не был уверен, что ему это нравится. — Может, рассказанная сторона моей истории кого-то вдохновила. — Искренне надеюсь, что нет. Потому что не все, что написано в книге, является законным и может смело переноситься в реальную жизнь. — от такого заявления со стороны режиссера Сокджин лишь прочистил горло в кулак, а Мин уставился на него, широко открыв свои лисьи глаза, совершенно не ожидая такого выпада. — У меня такое ощущение, что ты крайне ненавидишь свою работу, раз смеешь сейчас заявлять подобное. — Чонгук ответил достаточно резко, даже не замечая, что перешел на неформальную речь. — И теперь Вы немедленно отдадите приказ о моем увольнении? — Джун говорил так спокойно, будто ему действительно было совершенно все равно. Может, в какой-то степени так и было. Чонгук старался изо всех сил не показывать свое возмущение, потому что редко можно было встретить человека, который не заботится о своей финансовой выгоде и которого явно не пугают словесные оскорбления. Он буквально впился взглядом в этого Ким Намджуна — может быть, Гука беспокоила чужая позиция, но нельзя было отрицать факт того, что в какой-то степени ему нравилось, что, наконец-то, нашелся человек, который не стал с порога стелиться под него, стараясь потакать всем желаниям и требованиям, опуская гребень, дабы доставить ему удовольствие. — Я должен был сейчас убедиться, что Вам не интересна эта работа? — Нет, это не так, работа мне весьма интересна. Я просто разговаривал долгое время с Юнги, — отпив еще вина, парень укладывает ладонь на плечо своего товарища, сидящего рядом, — чтобы попытаться разобраться в некоторых вещах, связанных со съемкой сериала. Публика, да и большинство съемочной группы, я бы даже сказал, что почти весь коллектив, даже не догадываются, что именно Чон Чонгук держит нас за яйца. — достаточно грубо сказал старший. — Так же мне было трудно объяснить даже самому себе, почему это огромная автомобильная компания резко из воздуха сымпровизировала местную продюсерскую компанию, буквально заваливая ее деньгами, для производства действительно фантастического сериала, который ломает общепринятое мнение общества. — Допустим, но к чему это все сейчас? — У меня к вам только один вопрос. — Намджун отставил бокал на край стола. — Как Вы считаете, точнее, можете ли Вы разрешить нам полностью исключить гомосексуальную линию романа, уже существующую в сериале? — Нет. — Чон слегка нахмурился. — Я уже сказал это неоднократно, что не понятно? Вы можете менять некоторые аспекты, но этот должен остаться в оригинальном виде, и меня совершенно не волнует, что это делается якобы для корейских фанатов, потому что они явно читали роман и видели историю в оригинале, этого уже не вычеркнуть. — Вы понимаете, что из-за этого у Вас могут быть проблемы едва ли не с законом? — Джун лишь задумчиво кивнул, вспоминая этот момент. — А разве уже нашелся кто-то уж больно смелый, кто выдвинул свои претензии? — Правительство. — уточнил старший. — Дело в том, что мы размышляли о полном переносе съемок в Америку, потому что мы с Юнги единственные, кому удалось поговорить с Вами напрямую, а не через Вашего секретаря. — Намджун вежливо кивнул в сторону Сокджина. — Всем так было бы однозначно безопаснее. Мы пробовали снимать отдельно корейскую и международную постановки, но если у нас по-прежнему будут другие задержки и проблемы в работе над этой историей гей-романа, остается только два варианта: перенос съемок или цензура. — сейчас режисер был серьезен, как никогда прежде. — И я бы, поверьте, не хотел подвергать сериал цензуре, поскольку романтическая часть — это единственное, что делает Ваш роман терпимым, мистер Чон. Юнги был действительно ошеломлен такой смелостью его друга, отчего буквально замер, переводя взгляд на Чонгука, и его действия буквально синхронно отзеркалил Сокджин. — Знаете. — Гук подпер подбородок одной рукой, закидывая ногу на другую под столом. — Вы мне весьма нравитесь, мистер режиссер. — сказал он с полуулыбкой, и все потрясенно уставились на него, потому что ожидали увидеть парня в ярости. — Я благодарю. Вы мне тоже нравитесь, особенно потому, что взяли меня на эту работу, так еще и вместе с моими друзьями. — с ответной улыбкой сказал старший. — Я верю в революцию, мистер Ким. Или я могу звать тебя просто Намджун? — Как Вам удобнее. — Чтобы что-то изменить и сделать работу правильно, нужны мозги, безрассудство и определенная доля мерзости, особенно учитывая тот факт, что вам нужно изменить тот беспорядок в блядских стереотипах, созданных людьми старшего поколения. Мне казалось, что ты и твои партнеры, мистер Мин и мистер Чон, вполне могли бы мне подойти. Это моя книга. Это мое видение. Это моя жизнь и это будет мой сериал. Я оставлю место старым ошибочным стереотипам, которые задают тон, в титрах, но мне все равно, что говорит правительство. Я говорю с вами сейчас, потому что у вас есть авторитет среди съемочной группы. Ты должен помнить об этом. — сказал Чонгук с полуулыбкой, которая больше походила на оскал акулы. — Спасибо за поэтическое вложение, конечно, но это не решает наших проблем. — категорично ответил Ким. — Джин. — Гук долго и пристально смотрел на режисера, прежде чем позвать своего секретаря, и продолжил только после того, как услышал привычное «да, сэр»: — Включи в мое расписание на завтра звонок министру в семь. — Какому именно, сэр? — Премьер-министру, конечно же. — обыденно ответил парень, пока Сокджин уже рылся в телефоне, вероятно внося этот пункт ко всем остальным, пока Юнги и Намджун выглядели действительно шокированными, что вызвало у Чонгука лишь улыбку. — Это все? Я рассчитывал, что возникла проблема посущественнее, но это лишь небольшая хитрость правительства. — Чонгук, ты действительно веришь, что решишь деньгами даже эту проблему? — Джуну слабо верилось в происходящее, чего он даже не пытался нынче скрыть. — Нет. — Чон покачал головой, оборачиваясь к официанту, который разделывал рыбу на у края стола, а после вновь повернулся к режиссеру. — Такие вопросы решает власть и сила, а у меня их много, и это все, что тебе нужно знать. — Знаешь, на мгновенье, — Юнги заговорил, когда официанты заканчивали расставлять посуду, с поклоном удаляясь, — я подумал, что ты не такой беспринципный, каким кажешься на первый взгляд. Что же, это была моя ошибка. — парень взял палочки для еды и принялся есть. — Вы.. То есть, ты и дальше планируешь говорить о каких-либо деталях только с нами? — спросил Джун, пока Чонгук не ответил на эдакое выражение его друга. — Есть и другие люди, которым нужны творческие объяснения. Пока они говорили, у одного из парней из кармана раздалась мелодия звонка, и Чонгук искренне терпеть не мог этот противный шум. Он отложил приборы, оборачиваясь в сторону зала ресторана, пока Сокджин поспешил объяснить: — Пожалуйста, выключайте звук на сотовых, когда вы на встречах с мистером Чоном. — он обернулся к младшему, пытаясь понять, правильно ли он сделал, озвучив это. — Простите. — сказал Юнги, пытаясь как можно быстрее разблокировать айфон, чтобы посмотреть, кто звонил. — Я быстро отвечу и вернусь. — Лучше не... — попытался сказать Джин, но его уже не слушали. — Слушаю, Минни. — спокойно произнес парень, что заставило Намджуна оторваться от еды. — Передавай Чимину привет. — сказал тот тихо, вытирая рот салфеткой, однако эта фраза заставила Чонгука выпрямиться, поворачиваясь к парням, ибо Пак Чимин — это ведь тот самый актер? Он знал, что все они очень хорошо были знакомы друг с другом, и хотя Чимин был нисколько не равен Тэхену, Гук считал, что он хоть немного сможет передать атмосферу его роли. И пока Чон думал о розоволосом актере, Юнги продолжал говорить по телефону: — ...Нет, мы на ужине с Намджуном. Да, он тебе привет передает. Что? Скажи Хоби, пусть отвезет тебя домой, ты пьян. — после небольшой паузы он продолжил: — Да, я говорил с Сувоном. Что случилось? — произнесенное имя показалось Чонгуку ужасно знакомым, вот только он совершенно не мог вспомнить, где слышал его. — Послушай, он не мог его найти. Сувон его менеджер, конечно же он будет переживать, и поскольку он нигде не мог его найти, то решил позвонить мне. — Юнги тяжело вздыхает. — Хорошо, поговорим об этом позже, мне сейчас неудобно это обсуждать. Пока. — Мин спрятал телефон обратно в карман, оборачиваясь к Гуку: — Простите. — Это был Пак Чимин? Он ведь актер, верно? — внезапно спросил Сокджин, потому что это имя вызвало у него интерес. — Да, он хотел спросить по поводу менеджера Тэхена. — Юнги легко кивнул, что заставило Чонгука перестать есть. — Это второй актер, который будет сниматься в главной роли, верно? — несколько недоверчиво переспросил Джин. Чонгук был слишком поглощен своими мыслями, чтобы заметить пристальный взгляд Намджуна: он давно не слышал, чтобы кто-нибудь произносил имя Тэхена. Слишком долго это имя принадлежало только ему: он произносил его только в глубоком молчании своих мыслей. Однажды Гук почти начал думать, что это имя принадлежит ему, и ему пришлось идти и принимать холодный душ, чтобы хотя бы немного прийти в себя. Тэхен был всюду, очень многие люди знали и произносили его имя, что вызывало двоякие эмоции. Как будто и правда это имя принадлежало ему. Он сжал челюсти и тяжело сглотнул, озадаченный тем, что обычный человек, такой как Мин Юнги, мог так легко произносить имя Тэхена так легко, не ломая голос. — Да. — ответил сценарист. — Они с Чимином друзья, сегодня они вместе с Хосоком поехали в клуб. Чонгук молчал, но ему хотелось искренне и очень громко рассмеяться. Ким в ночном клубе? Это было все равно, что положить бриллиант в кучу пластиковых обломков. Как могло такое случиться, что кто-то смог убедить Тэхена поехать в клуб? Многолюдное место, полное незнакомцев и беспорядочные связи — Тэ категорически ненавидит все это. — Менеджер Тэхена нигде не мог его найти, потому связался со мной, чтобы узнать, где он есть, и сейчас поехал за ним. — Это разве проблема? — Гук больше не смог сдерживать себя. — Тогда почему Чимин звонил и говорил об этом? — Я не знаю. — Юнги пожал плечами. — Он сказал, что Сувон был весьма агрессивно настроен. — По отношению к Чимину? — обеспокоенно поинтересовался Джун. — По отношению к Тэ-Тэ. У Чонгука было всего два желания, первое из которых — подняться со своего места и прямо здесь задушить Юнги. Как он смеет вообще так просто говорить о Тэхене? Что за чертово неуважение по отношению к человеку, которого ты толком не знаешь? Чон был готов встромить палочки в оба чужих глаза только за то, что Мин только что разговаривал о нем. Его рациональная сторона в тот же момент подсказывала ему, что если Юнги позволил себе такое обращение, возможно, они начали сближаться с Кимом и могли вполне себе это позволить, но это чертово обращение... отчасти интимное настолько, что на мгновение Чонгук едва ли не увидел перед глазами красный цвет, его разум буквально затуманился гневом и ревностью, а руки так и чесались от желания сжать бледное горло сценариста и спросить его с криком: что ты знаешь о Тэ-Тэ? Второе желание — узнать, как этот Сувон позволил себе быть агрессивным с Тэхеном до такой степени, что запугал совершенно незнакомого ему человека, то есть Чимина, который, не смотря на алкогольное опьянение, позвонил Юнги, чтобы поговорить об этим? Его настроение заметно испортилось, а глаза от гнева потемнели. Все было, на самом деле, весьма хуево: печаль, одиночество и отчаяние были буквально спутниками его жизни. Гнев и ревность были просто его бывшими любовницами, которые редко навещали его, делая парня просто раскованным животным. Чонгук посмотрел прямо перед собой, смотря будто сквозь Намджуна, и залпом допил остатки вина в бокале. Не смотря на то, что беседа продолжилась на иную тему, прийти в себя полностью он так и не смог. Мысленно парень пообещал себе, что начнет действовать, как только покинет здание этого ресторана, потому что именно в этот момент он сможет остаться незамеченным.

***

Тэхена буквально вытащили из ночного клуба, потому что Сувон был в ярости: он видел, как Тэ стоит непозволительно близко к девушке и смотрит на нее так, словно может заставить ее превратиться в лужу одним взглядом, и его злоба не становилась меньше даже после того, как Ким немедленно увеличил между ними дистанцию. — Что ты, сука, здесь делаешь? Ты меня не предупреждал, а я сказал тебе, что ты всегда должен говорить мне, куда ты идешь, чтобы я мог тебя найти. — Это было внезапное изменение планов. — тихо сказал Тэхен, когда Сувон схватил его за руку и потащил прочь, на что парень даже не стал сопротивляться. — Тэ-Тэ? — Чимин оторвался от Хосока и теперь стоял рядом с ними, его волосы были растрепаны, а рубашка взъерошена. — Все в порядке? — парень посмотрел на Сувона: они уже были знакомы друг с другом, и раньше они представились с уважительным поклоном, но теперь Сувон смотрел на Пака так, как будто тот был нечто меньшее, чем жевательная резинка под собственными ботинками. — Так ты приперся сюда с этой маленькой сучкой? — А ты хочешь попиздеть на эту тему? — Хосок незамедлительно нарисовался рядом с Чимином, укладывая руку ему на плечо. — Кто ты, блять, вообще такой? — Я менеджер Тэхена. — будто плюнул ядом Сувон. — И какого-то хуя я нахожу его здесь, трущимся рядом с этой шалавой. — он поморщился, поворачивая голову в сторону девушки, все еще сидящей за барной стойкой. — У которой, кстати, есть запрет на отношения, четко и ясно прописанный в контракте, и эта блядь спокойно может сорвать карьеру и себе, и Тэхену, если засветится с ним где-то на публике. — Черт возьми, успокойся и подбирай выражения. — шикнула девушка, которая, не смотря на громкую музыку, все прекрасно слышала. — Мы не ебались здесь, а просто разговаривали, чокнутый блять. — она закатила глаза и, демонстративно толкнув плечом Сувона, удалилась из поля зрения. — Мне похуй, мы уходим. — менеджер сильнее сжал ладонь Кима в своей, буквально утаскивая его в сторону выхода, и не смотря на то, что Тэхен не сопротивлялся, он почувствовал, что кто-то тянет его в другую сторону. Он изначально подумал, что его держит Чимин, но на самом деле Хосок просто перехватил его другое запястье. — Попустись, дружок. — сказал Чон достаточно громко, чтобы его услышали. — Тэхен не делал ничего плохого, мы просто веселились, и если бы он хотел уйти, он бы пошел сам, ты не имеешь права приказывать ему, что делать. — сказал он. — А теперь извинись перед моим другом. — легким кивком головы Хо указал на стоящего рядом Чимина, который смотрел на всю ситуацию с опасением. Сувон стиснул челюсти, когда его взгляд упал на руку Хоби, обвившуюся вокруг запястья Тэхена. Менеджер поморщился, а затем с силой дернул последнего, чтобы оторвать его от Хосока, который был откинут к барной стойке таким резким движением — благо, Чимин был близко к ним, а потому успел придержать друга, когда тот попятился назад. — Следи лучше за своим дружком. — повторил Сувон, теперь все же направляясь к выходу вместе с Кимом, который лишь виновато посмотрел на друзей, которые выглядели действительно ошеломленными картиной, которая перед ними развернулась. — Мне жаль. — сказал тихо парень, уже сидя в машине менеджера. — Я не думал, что это может быть какой-то проблемой. — Заткнись. — голос старшего был даже слишком строгим, отчего Тэ поморщился. — Ты никогда не думаешь. В твоей дурацкой голове нет вообще ничего, сплошной ветер гуляет, поэтому я думаю за тебя, иначе ты бы не попал туда, где я тебя нашел. — Извини. — повторил Тэхен. — Но правда, я уверяю тебя, ничего не было, мы просто сидели и разговаривали. — Просто разговаривали? — Сувон повысил голос, заставляя младшего вздрогнуть, взволнованно сглатывая. — С ее грудью, которую только слепой не заметит? Какой нахуй у вас был разговор? — Н-ничего особенного. — Блять, заткнись. Ким ничего не ответил, решил просто нетерпеливо ждать. Они молчали несколько напряженных минут, пока машина не остановилась, и Тэ понял, судя по местности за окном, что приехали они не к нему домой, а к жилому комплексу, в котором находилась квартира Сувона. Парень поджал губы, понимая, что действительно не сможет избежать гнева своего менеджера, который вышел из машины на частной парковке и сердито захлопнул дверь. Тэхен тоже вышел и последовал за ним в действительно роскошный жилой комплекс, в котором они прошли мимо консьержа, где охранник внимательно осмотрел их, сталкиваясь с гневным взглядом старшего, прежде чем поприветствовать обоих, а затем поднялись на лифте на этаж, на котором находилась квартира Сувона. Когда они оказались внутри, а дверь с характерным щелчком захлопнулась, Тэхен тут же обернулся к старшему, чтобы попытаться успокоить его, но ему и слова сказать не дали, как на своей щеке парень тут же почувствовал жгучую пощечину. — Ау. — единственное, что сорвалось с его губ, когда он поднял полные удивления глаза на старшего, хватаясь за щеку. — У тебя есть пять минут, прежде чем я выебу тебя, как последнюю шлюху, как ты планировал выебать ту дамочку. — Нет. — Ким не смог сдержать крика. — Блять, Сувон, это просто недоразумение, я бы никогда не сделал ничего подобного. — И ты еще и поперся в ночной клуб с этим пидором? Как его там.. Пак Чимин? — его тон был слишком сердитым, что заставило Тэхена лишь удивленно проморгаться. — Чимин не... — Сделай одолжение и не выгораживай эту шалаву, которая трахнула бы себя да хоть ножкой стола, будь его воля. — Сувон начал стягивать галстук, на что младший лишь покачал головой. — Нет, поверь. Чимин очень хороший человек, все совсем не так, как ты думаешь. — Не так, как я думаю. — повторил старший, грубо сжимая пальцами подбородок Тэхена, приподнимая его голову и заставляя посмотреть себе в глаза. — И что теперь, нам всем следует доверять словам других людей? У тебя появился новый дружок? — Чимин и правда хороший друг. — Вы только посмотрите, друга он себе нашел. — он грубо оттолкнула Кима, и Тэхен оказался у стены. — Мы уже говорили об этом, не так ли, Тэ? Никто из тех, кто общается с тобой, не делает этого, потому что им не похуй на тебя. Либо он хочет трахнуть тебя, либо он хочет прославиться. Разве мы уже не говорили об этом? — Но Чимин.. С Хосоком. — младший не понимал, почему Сувон так зациклился на этом. Пока они работали, все было хорошо, и Тэ не верил, что двое его друзей, или даже Юнги, были заинтересованными в нем людьми. В особенности Чимин, с которым он был чуть ближе, казалось, действительно просто хотел быть его другом. Однако думать об этом ему долго не пришлось, потому что парень тут же почувствовал вторую, более болезненную пощечину, которая заставила дать волю сдерживаемым до этого момента слезам — Сувон редко позволял себе такое, особенно что касалось любых ударов по лицу. — Я не желаю о них более ничего слышать, Тэ. — Я понял. — ответил Ким, тихо всхлипывая. — Ну все-все, посмотри, что ты наделал. — Сувон говорил с притворной добротой, поднимая голову Тэхена и всматриваясь в его красные от слез глаза. — Все в порядке, я прощаю тебя, по крайней мере, до того момента, пока подобная хуйня не повторится. — старший поцеловал его, а Тэ понял, что смысла сопротивляться нет. — Если у тебя возникают сомнения, то просто звони мне и спрашивай, а я уже расскажу тебе, можешь ты сделать что-либо или нет. — Хорошо. — его голос охрип, отчего парень прочистил горло в кулак. — Браво, мой дорогой Тэ. — с улыбкой на лице Сувон снова оставил на его губах поцелуй, и Киму на мгновенье показалось, что он почти почувствовал себя лучше. Почти. — Ты ведь мой, не так ли? — Да, конечно. — Повтори. — его пальцы на подбородке Кима сжались сильнее, заставляя Тэхена тут же подчиниться. — Только твой. — Браво. — едва ли не по буквам произнес Сувон, еще раз целуя парня, в этот раз куда более требовательно, а отстранившись приказал: — А теперь иди в спальню, раздевайся и жди меня на кровати. Хочу опробовать на тебе некоторые новые игрушки. — Но... — Тэхен хотел возразить, потому что если у старшего было настроение использовать игрушки, это означало, что он обязательно притащит наручники, зажими для сосков и еще кучу отвратительных вещей, доставляющих только боль, которые Ким терпеть не мог всем своим естеством. — Тшш. — пальцы на чужом лице сжались еще сильнее. — Ты сильно провинился сегодня, и я хочу, чтобы ты надолго запомнил этот урок и впредь не совершал таких ошибок. Ты понял меня? Тэхен кивнул, понимая, что он не успел толком успокоиться, как паника вновь охватила всего его. — Хороший мальчик.