Камень Лорк-Акши II

Смех в зале разом стих. Сидевшие по сторонам от бассейна мужики потянулись к оружию, а те, что нежились в теплой воде, с озлобленными лицами устремились в сторону эльфа, беспомощно прибитого к каменному бортику. — Я же сразу сказал тебе: за остроухого я хочу обещанное, — не поведя и бровью, напомнил наемник. — Раз обещал — изволь исполнять. — Думай, что говоришь, выскочка вампирская! — Гардриус поднялся из каменного кресла и, побагровев от злости, воинственно уперся широченными ручищами в могучие бока. Однако под цепким взглядом Тиальмирта он сделал глубокий вдох и заставил себя сдержать подступившую к горлу ярость. — Ту таверну я действительно однажды посещал, — произнес он хмуро. — Но ничего такого пообещать тебе не мог. Ты, вероятно, был пьян! — Нет, это ты был пьян, — спокойно пояснил Белый Охотник. — Вот и наговорил всякого. Да только человеку твоего положения отказываться от своих слов не пристало. Впрочем, можешь передумать. Нет платы — нет сделки. Шамана я всегда могу забрать. Заметив подобравшихся к эльфу воинов, медленно плывущих по бассейну, Тиальмирт потянулся левой рукой за спину, чтобы выхватить арбалет. Но брюнетка-телохранитель с молниеносной скоростью кинулась на него. Она собиралась отобрать оружие и по возможности сделать опасному противнику подножку, однако не тут-то было. — Смелая попытка, но смысла в ней нет. — Наемник с фантастической грацией увернулся от ее выпада, а затем тыльной стороной ладони отвесил желтоглазой красавице удар по лицу. Бывшая ассасин отлетела на три метра в сторону от бассейна, а подобравшиеся к эльфу мужики скорчились от боли и, осыпая кровавыми каплями воду, попытались сообразить, что же произошло. Почти бесшумный затвор хитроумного устройства щелкнул дважды. Незаметный механизм на правом запястье Белого Охотника сработал идеально: два тонких металлических дротика вырвались из-под его рукава и пронзили одному воину ладонь, а другому плечо. Правда остальных подвыпивших мужиков это не остановило. В итоге жертвами крошечного, но весьма опасного устройства стали еще трое, причем один из них, особенно настырный, получил выстрел прямо промеж глаз, отчего тут же свалился замертво. В это время из тех воинов, что предпочитали развлекаться за пределами бассейна, к Тиальмирту подоспели еще четверо — двое уже с оружием, остальные лишь с собственной злобой. Однако Белый Охотник раскидал в стороны и тех и других, причем с такой легкостью, будто сражался с маленькими детьми. Последним в драку ввязался тучный мужик двух метров ростом и до того толстый, что, когда наемник сломал ему руку и отшвырнул в бассейн, воды из его чаши вылилось столько, что несчастный Двуликий Шаман аж перестал захлебываться и начал доставать связанными ногами до дна. — ПРЕКРАТИТЬ БАЛАГАН! — неожиданно рявкнул Гардриус, когда к Тиальмирту подбежали еще шестеро полуголых вояк, готовых атаковать его сзади. — Я что, позволял вам, идиотам, драку устраивать в наш праздничный день?! От резкого голоса командира, прокатившегося по купальне, словно гром, все мгновенно застыли на своих местах. — Но, атаман, он же сам напрашивается… — спустя приличную паузу, недовольно отозвался один из воинов, успевший перед боем нацепить штаны и найти приличный меч. — Язык прикуси, бестолочь безграмотная! — рассвирепев окончательно, прикрикнул на него Гардриус и в порыве гнева разбил кулаком спинку каменного кресла, на котором недавно сидел. — Я командир почетного Ордена, а ты, недоумок, — теперь рыцарь! Так что пасть захлопни, пока я тебе лично челюсть не поправил! Воин послушно притих, остальные тоже поубавили пыл, однако злобно зыркать на Белого Охотника не перестали. — Теперь ты, — хмуро продолжил Гардриус, строго уставившись на Тиальмирта. — Раз приволок в мою крепость Двуликого Шамана, значит у тебя в любом случае есть резон оставить его мне. Если оплата золотом не устраивает, тогда давай договоримся о цене. Но сделаем это по-хорошему, без всяких глупостей и насмешек. — Так я уже все сказал, — наемник как ни в чем не бывало развел руками. — Вернее, о цене за шамана первым заговорил ты, а я просто тебе об этом напомнил… — Хватит. — Гардриус смерил Тиальмирта суровым взглядом. — Нет у меня никакого желания и дальше в игры с тобой играть. — Да кто же играет? — Белый Охотник надменно приподнял левую бровь. — Я, значит, не достаточно серьезным тебе кажусь, о доблестный командир рыцарского Ордена? После этой фразы наемник снова выхватил из-за спины арбалет и прежде, чем кто-либо из воинов успел хотя бы шелохнуться, выпустил сразу четыре болта в связанного эльфа. В ответ раздался болезненный стон. Один из выстрелов пробил несчастному пленнику руку, а другой ногу, отчего эльф тут же скорчился и залепетал проклятия на незнакомом языке. — О, да он бормочет что-то умное, жаль я ни черта не пойму, — Белый Охотник оценивающе покачал головой, затем, подумав, предположил: — А вдруг заклинание какое читает? Или порчу наводит? Не хотелось бы мне увидеть эльфийскую магию в действии. Раз в цене мы не сошлись, пристрелю остроухого от греха… — Стой! — прервал его Гардриус, видя, что Тиальмирт и в самом деле собрался отправить очередную порцию стали в Двуликого Шамана. Видя испуганное выражение на суровом лице командира, Белый Охотник оценивающе сощурился. — Так ты передумал? — с сомнениями поинтересовался он. А Гардриус, скрипя зубами, прошелся по наемнику внимательным взором. Самоуверенный вампирский сукин сын с издевкой улыбался. Хотелось бы командиру знать, что в этот момент творилось в его заносчивой голове? Неужели Белому Охотнику и в самом деле всего-то нужно покувыркаться вместе с ним? Просто переспать с предводителем рыцарского Ордена?.. Обычно так не бывает. Если все было бы так просто, и Тиальмирт вел себя поскромнее, он, Гардриус, возможно и согласился бы. Может быть даже с удовольствием, учитывая физические данные этого напыщенного пепельноволосого засранца: высокий, молодой, прекрасно сложенный, а физиономия так вообще любому аристократу фору даст, даже невзирая на шрам. Одна досада — хамоват. Но, учитывая его редкое вампирское происхождение, с этим можно было бы примириться. Другое дело — глазеющая свора подвыпивших «рыцарей». Подчиненные, даже самые верные и преданные, не смогут простить своему атаману… вернее, гордому командиру подобные забавы. А значит имеет смысл убрать их с глаз долой, или же самому уйти куда подальше. — Пойдем ко мне в кабинет, — наконец, выдавил из себя Гардриус. — Успокоимся оба и обсудим все, как мужчина с мужчиной. А там, глядишь, и о цене договоримся. — Решил наедине со мной пошалить? — Белый Охотник коварно улыбнулся и игриво пригрозил командиру Ордена пальцем. — Нет, Гардри, на такие уговоры я не поведусь. С обещанным делом мы, «как мужчина с мужчиной», вполне можем и здесь разобраться. Так что не тяни, вставай на карачки и принимайся за дело. Костяшки на руках Гардриуса аж побелели от того с каким негодованием он сжал ладони в кулаки. Жилы у него на лбу вздулись от возмущения, а черные волосы на широкой груди вздыбились, как у рассвирепевшего зверя. — Кстати, я и передумать могу, если ты продолжишь упорствовать, — не реагируя на его злобу, важным тоном заявил наемник, и, поигрывая арбалетом, продолжил со сдержанной улыбкой таращиться на рыцарского командира. — Да, и еще одно: никому из твоих бравых воинов, телохранителей и прочих прихлебателей, уходить из этой купальни не позволено, пока мы с тобой не закончим. Иначе шамана я в любом случае пристрелю. — Да что ж ты за осел такой упрямый?! — не выдержал Гардриус и, плюнув на собственный образ надменного властелина, яростно продолжил возмущаться: — С любым снобом, идиотом или даже простаком всегда можно договориться! А ты заладил одно и то же, как озабоченный петух в чужом курятнике! Нет чтобы с глазу на глаз о таких вещах поговорить… Кто ж так делает, черт тебя дери?! — Не хочешь при всех? Ну ладно, — пожал плечами Белый Охотник и со скучающим выражением лица снова направил арбалет на своего эльфийского заложника. — Я не знал, что ты у нас такой застенчивый. Похоже, одному остроухому из-за этого сегодня крупно не повезло. Ну и черт с ним. Принципы — дело такое. За них иногда можно и чем-нибудь пожертвовать. — Хорошо! — со смесью злобы и досады, рявкнул Гардриус, понимая, что Тиальмирт и в самом деле может пристрелить шамана. Белый Охотник отвел оружие в сторону и со злорадной усмешкой приподнял брови в наигранном удивлении. А командир рыцарского Ордена, уже не обращая внимания на реакцию собственных вояк, с пренебрежительным ворчанием стащил с себя обмотанное вокруг корпуса полотенце и грозно отшвырнул в сторону. Остолбеневшие от такого поворота «рыцари» уставились на своего предводителя вытаращенными глазами, а проститутки и рабы начали удивленно перешептываться. — Я сделаю, как ты просишь, — наплевав на подчиненных, во всеуслышанье заявил Гардриус и с весьма решительным выражением лица направился прямо к Тиальмирту. — Уговорил-таки, вампирский выскочка. Только смотри, от радости в штаны себе не спусти. Подобной чести в другой раз я тебя не удостою. Белый Охотник взглянул на него с сомнением. Затем, видя, что командир настроен серьезно и юлить со своим обещанием больше не собирается, осторожно убрал за спину арбалет. Заметив, что наемник весь напрягся, Гардриус смерил его насмешливым взглядом. — Да расслабься ты, не откушу, — пробормотал командир с кривоватой улыбкой, затем опустился перед Тиальмиртом на колени и мозолистыми ручищами бывалого воина потянулся к ширинке на брюках вампира. На купальный зал опустилась гробовая тишина. Все присутствующие в ней замерли, кто от изумления, кто от отвращения. Даже брюнетка-телохранитель, недавно сама склонившая голову в точно такой же позе, покраснела от стыда за своего гордого предводителя. Тем не менее, сам Гардриус и бровью не повел. Сразу стало ясно — настроен он весьма серьезно и подобными делами заниматься ему было не впервой. Однако стоило ему прикоснуться к брюкам наемника, и предпринять попытку сделать все так как было велено, Белый Охотник вдруг шарахнулся от него на метр и неожиданно заявил: — А знаешь, Гардри, я передумал. Займемся этим в другой раз, — произнес он с самодовольной улыбкой и, поправляя ширинку, окинул командира рыцарского Ордена брезгливым взглядом. — Или лучше — никогда. Уж больно мерзкий ты, для таких забав… А что до остроухого — можешь себе оставить. Заплатил ты мне за него в любом случае больше, чем я рассчитывал. Лицо Гардриуса на мгновение сделалось будто каменным. Осуждающий взгляд верных ему людей, презрение и чей-то неуместный смешок нависли над ним тяжелой аурой бессмысленного позора. Гардриус был готов к такому повороту, если на кону стоял Двуликий Шаман. Но терпеть унижение шутки ради? Такого бывший главарь разбойничьей шайки, а ныне доблестный предводитель рыцарского ордена стерпеть не мог. — Убью, — произнес он коротко, уставившись на Тиальмирта исподлобья. — Но сначала яйца отрежу. — Надо же, какие мы грубые! — Белый Охотник оскалил острые вампирские клыки. — Впрочем, мне плевать на твои угрозы. Задерживаться в этой убогой дыре я все равно дольше не намерен. Гардриус медленно поднялся с колен после чего оглушительно рявкнул: — Ба́мпаро! Второй телохранитель — лысый здоровяк с квадратной головой тут же сделал шаг вперед. — Дымку нам организуй! Подчинившись приказу своего господина, телохранитель с готовностью выхватил что-то из-под плаща и бросил себе под ноги. Раздался хлопок. Странный фиолетовый газ начал стремительно распространяться по купальне. Вдохнув его, измазанные маслом женщины начали судорожно кашлять. Слуги, разносящие еду, один за другим стали ронять подносы и с хрипами падать на пол. Гуляющих воинов не минула их участь — почти все здоровые мужики от едкого дыма залились слезами, кашлем и сдавленными стонами, но хуже всех пришлось тем, кто был в бассейне: несколько сразу же пошли ко дну, другие, захлебываясь, какое-то время продолжали бороться. — За́сбэ! — приказным тоном рыкнул Гардриус, уставившись на желтоглазую брюнетку, что уже успела спрятать обнаженную грудь в кожаном жилете. — На тебе Двуликий Шаман — отвечаешь за него головой. Женщина тут же поклонилась и ринулась в бассейн. Едкий газ отчего-то на нее не действовал, как и на самого командира Ордена Алого Возмездия. — А теперь слушайте все, у кого от кашля мозги из ушей не лезут: беритесь за оружие! — громко провозгласил Гардриус, — Я хочу, чтобы этого наемника к моим ногам живым приволокли, но, если немного покалечите ублюдка, я возражать не стану! Белый Охотник с интересом прошелся взглядом по преобразившейся за считанные секунды купальне. Из почти четырех десятков крепких воинов не пострадали от удушья лишь шестеро: пятеро суровых мужиков со странными резными амулетами на шеях и еще амбал-телохранитель, физиономией и комплекцией на человека-то не сильно и похожий. Все они, как один, ринулись в драку с Тиальмиртом: кто вооружился мечом, кто стальными кастетами, а молчаливый телохранитель так и вовсе попер в бой с голыми руками. Решив напоследок проучить этих наглецов, посмевших помыслить, что справятся с представителем высшей вампирской расы, Белый Охотник встретил их атаку с надменной улыбкой. Обнажив когти, он собирался сразу же порубить зарвавшихся людишек на куски, однако квадратоголовый Бампаро не дал ему этого сделать. Ловкий и быстрый, несмотря на свои внушительные размеры и огромный рост, он насел на Тиальмирта, атакуя странными выпадами: наносил удары не кулаками, а открытыми ладонями. — Ты что, у древних монахов боевым искусствам обучался? — в недоумении проворчал Белый Охотник, старательно уворачиваясь от всех его ударов. Телохранитель ничего не ответил и даже бровью не повел, продолжая по ходу боя хмурым взглядом молча взирать на врага. Наконец, наемник улучил момент и атаковал сам: двинул с безумной скоростью здоровяку прямо в грудь. Острые вампирские когти пробили почти каменную кожу и быстро погрузились в плоть, однако тут же завязли в чем-то странном, явно не похожем на внутренности живого существа. — Что за дрянь?.. — отпрянув, удивился Тиальмирт. С подобным сталкиваться ему ранее не приходилось. — Ты вообще живой или прикидываешься? Телохранитель ничего не ответил и продолжил атаковать, поочередно выбрасывая вперед ладони. — Ладно, тогда поступим так: раз порезать на куски тебя не получается, сходи-ка освежись! — с этими словами Белый Охотник подпрыгнул и, сделав внушительное сальто, двинул странному амбалу обеими ногами по лицу. В отличие от колющей атаки, удар подействовал и пришелся как нельзя кстати. Встретившись с непомерной силой чистокровного вампира, телохранитель отлетел в сторону и, прокатившись кубарем через всю купальню, рухнул в бассейн. К тому моменту брюнетка уже успела вытащить оттуда Двуликого Шамана, но Гардриус все равно остался чертовски недоволен, когда его телохранитель придавил нескольких захлебывающихся мужиков и, пойдя ко дну, сам начал пускать пузыри. Кто-то из воинов ринулся его вытаскивать. Другие продолжили атаковать самодовольного Тиальмирта, но на этот раз старались держаться на расстоянии: использовали метательные ножи и арбалет. Когда с двумя из них было покончено, наемник, уловив знакомую ауру, обернулся и с хищным выражением лица уставился на три подозрительные фигуры, закутанные в темные плащи. Они незаметно объявилась на лестнице, ведущей в купальню с верхних этажей и теперь готовы были вступить в бой. — О, я смотрю подоспела и местная «элита»! — злобно сверкнув глазами, прокомментировал наемник. Высокий худой мужчина с аристократической бородкой, низкорослая молоденькая девушка и сгорбленный старик зловещими взглядами измученно-голодных красных глаз уставились на Тиальмирта. — Ну давайте, идите сюда, продажные подстилки Святого Престола! — Белый Охотник приглашающим жестом махнул троице рукой. — Раз решились на глаза мне показаться, так уж и быть, я буду милостив — в миг избавлю вас от столь жалкого существования! Невысокая девушка — самая молодая и вспыльчивая из трех вампиров, злобно оскалилась, выпустила длиннющие когти, затем сорвалась с места и, подавшись провокации, с диким шипением кинулась на Тиальмирта. Белый Охотник нещадно пронзил ее когтями и, мгновенно лишив жизни, с отвращением отшвырнул в сторону ее окровавленный труп. — Бесполезный мусор, — процедил он недовольно и поднял суровый взгляд на ее мрачных спутников в темных плащах. — Ну? И кто из вас будет следующим? Видя, что вампиры готовятся вступить в бой и, скорее всего, так же быстро его проиграют, Гардриус недовольно фыркнул, затем во весь голос пробасил: — Вавирон, доставай зелье! Сегодня мы вампирскому отродью не проиграем, сколько бы наших не полегло! — Слушаюсь, командир, — тут же отозвался тучный бородач со шрамом, одетый в легкие доспехи и светло-бежевый плащ. Непонятно было откуда этот тип взялся в купальне. Наемник взглянул на бородача с подозрением. Про странное зелье, которым в числе прочих диковинных вещей обладал Гардриус, он уже был наслышан. Однако увидеть своими глазами ничего подобного Тиальмирту до сих пор не доводилось. Поэтому, когда один из воинов Алого Возмездия с виду уже безнадежно отравленный опасным газом, дико взвыл и, окутанный фиолетовым свечением, трансформировался в здоровенного двухголового монстра на четырех лапах, Белый Охотник аж присвистнул от изумления. А черное создание с желтыми светящимися глазами, и весьма едкой аурой, издало устрашающий вопль и ринулось в атаку на пепельноволосого врага. Пока наемник уворачивался от его выпадов, удивленно разглядывая две огромные кабаньи головы с уродливо торчащими клыками, Гардриус со своим помощником успели трансформировать еще несколько бездыханных воинов. Оказавшись в окружении четырех жутких химер, окутанных фиолетовым свечением, Белый Охотник наконец понял, что запачкать когти в их извращенной плоти ему все-таки придется. Арбалет не брал этих подозрительных монстров, а на дротики из крошечного самострела они и вовсе не обращали внимания. Поэтому иного выбора, кроме как перейти в ближний бой уже не оставалось. Порубив на куски первого монстра, того, что был с двумя головами, наемник пожалел, что не убрался из купальни сразу же после своей идеально удавшейся выходки — прилюдной насмешки над продажным командиром рыцарского Ордена. Химеры, с которыми Белому Охотнику пришлось сразиться, источали страшную вонь и, судя по всему, были ядовитыми. Стоило их фиолетовой крови попасть на кожу Тиальмирта, она сразу же начинала неприятно зудеть… Кроме того, неведомые монстры были невероятно живучими, быстрыми и сильными, а это существенно затягивало бой. В итоге, когда с первой партией химер было покончено, Гардриус успел создать еще шесть таких же. «Это я так с ними до утра буду возиться», — подумал про себя вампир и решил, что лучшего момента для отступления ему не найти. — Ладно, Гардри, я на твоих уродов уже достаточно насмотрелся, — надменно заявил он. — Ты извини, но на этом я с тобой распрощаюсь. Счастливо оставаться! — Не дайте ему уйти! — раздался вдогонку свирепый крик Гардриуса. — Перекройте выходы и поймайте ублюдка! Химеры повиновались его зову и попытались остановить Тиальмирта, однако тот проворно ускользнул из их лап и ринулся на лестницу, ведущую прочь из купальни. Худой вампир на мгновение преградил наемнику путь. Он уже готов был стоять перед опасным противником насмерть, но их драка так и не состоялась. Неожиданно весь лестничный пролет, ведущий к верхним этажам, перегородило нечто: огромный монстр, похожий на гигантского спрута с бивнями, как у слона, и крошечной человеческой головой, буквально расплылся по широкому коридору, отрезав единственный путь к отступлению. — Вот же дерьмо!.. — нервно выругался наемник и, чуть не столкнувшись с гигантским щупальцем, аж выронил из своей заплечной сумки несколько пригоршней золотых монет. — Го́рван?.. — удивленно пробормотал худой вампир, узнав черты лица ужасного создания. Определенно монстром стал сгорбленный старик, тот самый, что еще недавно возглавлял их странную вампирскую компанию. Вот только, преобразившись, он явно перестал соображать и вместе с попытками поймать скачущего из стороны в сторону Тиальмирта, Горван разнес почти всю лестницу, задел стены купальни и даже поломал пару древних каменных колонн. Зал неумолимо начал рушиться. В задымленной купальне поднялась неразбериха, что и стало для наемника прекрасной возможностью покинуть старую крепость. Весь измазанный тягучей склизкой кровью после битвы с огромными щупальцами, он пробил надломленную стену, пробрался на второй этаж, а дальше, сея проклятиями из-за приличного количества рассыпанных монет, выпрыгнул в первое попавшееся окно и скрылся в ночи. — Вот же изворотливый сукин сын! — недовольно проворчал Гардриус, пробравшись вслед за ним на второй этаж. — Сбежал-таки? Чтоб ему провалиться! — раздался голос угрюмого тучного бородача со шрамом. Вавирон подоспел к своему командиру и, поравнявшись с ним на руинах лестницы, бросил взгляд в сторону разлома в стене. Что-то белое, четырехлапое и с кожистыми крыльями выскочило из чернеющего впереди леса и кинулось навстречу спрыгивающему с края крепости Тиальмирту. Тот издал короткий свист, затем оседлал странное создание и взмыл на нем в небо. — Что еще за тварь? — удивился Вавирон, наблюдая стремительный полет неведомого зверя. — Раньше не видел ее что ли? — Гардриус вопросительно покосился на своего верного воина. — Из-за этой светящейся ящерицы наемника и прозвали «Белым Охотником». — А я-то думал это из-за его волос… Командир вместо ответа лишь махнул на бородача рукой. Затем задумчивым жестом пощупал подбородок. — Выследить бы его. — Прикажите послать отряд? — Было бы кого посылать, — Гардриус хмурым взором оглядел испорченную купальню. Кроме четырех жутких химер, столпившихся у поломанной лестницы, и нескольких типов с амулетами, удачно переживших ядовитую атаку, на каменном полу под фиолетовой дымкой без сознания лежали около тридцати здоровых мужиков — в прошлом неплохих воинов. Компанию им составляли обнаженные проститутки и недавно купленные на черном рынке рабы. Довершали эту весьма непривлекательную картину горы мусора: разбросанные по полу медные кубки, подносы, остатки еды и скинутое в спешке тряпье, щедро посыпанное обвалившейся с потолочных сводов каменной крошкой. Одним словом, зрелище получилось на редкость отвратительное. — Лучше займись этими пьяными идиотами, — кивнув в сторону бездыханных «рыцарей», велел Гардриус. — Тех, кто выжил нужно в сознание привести и мозги им прочистить. Пусть забудут все, что здесь сегодня творилось. Ученый нам на такой случай достаточно эликсиров оставил. — Как прикажете, командир, — Вавирон кивнул, затем на всякий случай поинтересовался: — А что делать с бабами и прислугой? Гардриус без особого интереса качнул головой: — Поступай, как сочтешь нужным. Бородач ответил ему коротким поклоном и начал спускаться в задымленную купальню. Кроме него и командира сверху вниз на учиненный бардак мрачным взглядом взирал худой вампир. Он стоял по другую сторону от поломанной лестницы и молча размышлял о чем-то. Его старый приятель — Горван, тот, что был обращен в химеру с гигантскими щупальцами, проиграл бой и теперь, истекая кровью, постепенно расставался с жизнью. Его разум так и не пришел в себя, а здоровенная туша понесла слишком серьезный урон и уже не могла принять прежнюю форму. Слабо подергиваясь на руинах старинной лестницы, она медленно угасала, выбрасывая в воздух все больше опасных испарений. — Вэртис, — раздался суровый голос Гардриуса, мгновенно вернув последнего в крепости вампира из его тягостных размышлений. — Подойди сюда. Высокий худой мужчина поднял взгляд на хозяина крепости, затем в два прыжка перемахнул лестницу, обвитую черными щупальцами, и оказался возле командира рыцарского Ордена. — Слушаю вас, — коротко произнес он, согнувшись в уважительном поклоне. — Я хочу, чтобы ты для меня кое-что сделал, — хмурым тоном заговорил Гардриус. — Проследи за Белым Охотником, разыщи его базу, и разузнай, чем он занимается в свободное от наемнических дел время. Меня интересует все, что поможет этого гада изловить: от личного и сокровенного вплоть до простых привычек. И главное, постарайся сделать все так, чтобы он тебя не заметил. Затем возвращайся с докладом ко мне. Вэртис молчал несколько секунд, затем осторожно произнес: — Боюсь, господин Гардриус, вы у меня просите нечто невыполнимое. — Да что ты? — командир уставился на вампира строгим взглядом. — Белый Охотник — Тиальмирт, а я простой приспешник средней ступени. Я не смогу подобраться к нему так, чтобы он ничего не заметил… — Не сможешь, значит? — суровым тоном переспросил Гардриус. — А голова тебе на что? — Голова моя на это никак не повлияет… Вэртис хотел было сказать что-то еще, но Гардриус, не остывший после собственного унижения, вдруг схватил здоровенной ручищей вампира за шиворот и резко дернул на себя. — Значит так, слушай меня, бесполезный ты бездарь! Я только что дал тебе задание. Твое дело не умника из себя строить, а заняться его исполнением! Сколько тебе там, на самом деле лет? Две сотни? Раз так, извилин в твоей вампирской башке должно быть для этого достаточно! Поднапряжешься — что-нибудь да придумаешь. Ждать отчета я от тебя готов ровно две недели. Если за это время ничего интересного не найдешь или, упаси тебя боги, ко мне не явишься — твоего крысеныша я на куски порежу и ученому на опыты отдам! Вэртис резко вырвался из его рук и зарычал, как взбесившийся зверь: — Ты обещал не трогать его! — красные глаза вампира налились гневом и кровью. — Ты дал слово, Гардриус! — Во-первых, не «ты», а «вы». Я тебе не мамка, чтобы ты мне «тыкал». А во-вторых, я обещал в обмен на твою верность и беспрекословное мне служение, — суровым тоном напомнил командир. — А пока что ты бесполезен для меня, Вэртис. Смекаешь, куда клоню? Бесполезный слуга — и вовсе не слуга. Так что из нас двоих именно ты свое слово не держишь, а я все терпеливо жду, когда же ты, наконец, проявишь себя? Вэртис промолчал, не в силах возразить, а Гардриус продолжил: — Твои вампирские дружки тоже были не особо полезны, но они хотя бы старались до самого своего конца. Ты же лишь пререкаешься и глупые оправдания ищешь, чтобы ни черта не делать. Кроме того, с моими воинами уживаешься плохо. Они, может, и не подарок, но служат мне верно, чего про тебя с уверенностью я сказать не могу. — На что вы намекаете? — Вэртис хмуро сдвинул брови, но вспыльчивость свою заметно унял. — Сам знаешь, на что, — строгим тоном ответил Гардриус. — Видели тебя в компании одной дамы сомнительного происхождения. Если ты поддержкой со стороны заручиться решил… — Я бы никогда не стал так бездумно рисковать жизнью своего господина! — Для его же блага надеюсь так и есть, — Гардриус смерил вампира придирчивым взглядом. Затем неожиданно по-дружески хлопнул его по плечу. — Ладно, намек, надеюсь, ты мой уяснил, а теперь иди и займись делом. Невозможного я от тебя не требую. Что за две недели успеешь про Белого Охотника найти — с тем ко мне и приходи. Все обсудим и дальше я решу, что делать и как поступить. — Слушаюсь, командир, — Вэртис через силу согнул спину в уважительном поклоне, затем развернулся и скрылся из старой крепости через ту же трещину в камне, что и Белый Охотник. А Гардриус продолжил хмурым взором вглядываться в ночь. События, произошедшие под сводами отвоеванного им замка, обещали принести интересные плоды, даже несмотря на неприятный привкус оставшейся на душе досады.