Предназначение

Выбрала своё предназначение. Не понимая того, что делаю — нашла путь. Голова шла кругом. Тысячи вопросов вертелись на языке, толкались застрявшими буквами в глотке, но никак не желали формулироваться во что-либо нормальное. Очень хотелось взять передышку и просто проораться. Выйти из себя и снова зайти, и сформулировать уже эти вопросы. Как это всё вообще возможно? Почему я, ещё вчера такой скептик и вроде бы атеист, сегодня на полном серьёзе рассуждаю о богах и силе, и, что самое главное, верю? Что-то определенно пошло не так. Понимая моё состояние, Сашка не спешила с выдачей ценных указаний или каких-то подробностей. И, если честно, то это иногда даже напрягало. Ну почему нельзя как-то всё структурировать, разобрать всё на пункты, главы. Увы, но "маде бай Фатум". И инструкций никто не выдает. Иди, мил человек, и разбирайся во всём сам. Наступай на грабли, разбивай лоб. Это всё твоё — плыви. — Да как, Бездна тебя побери, это всё вообще возможно? — в отчаянии срываюсь. — Что случилось, Пюрешик? Ты чего? — встревоженно оглядываешь меня. — Просто немыслимо. Немыслимо! Снова теряюсь и никак не могу подобрать подходящих слов. Мысли, словно из разбитых песочных часов, пересыпаются и растворяются в небытие. Одобряющие улыбка и кивок головы, чтобы показать мне: ты рядом. И понимаешь меня. — Ничего. Со временем разберёшься, будет полегче. Хотя, конечно, вопросы всё равно будут. — Всегда? — Естественно. И вопросы, и странные озарения. Иногда, особенно сначала, будет и пугать. Но привыкаешь и разберёшься. Ну и подскажут, если что. Наконец, у меня созревает хоть один осмысленный вопрос: — Помогут? То есть кто-то сможет научить? А вот, блин... А много таких вообще? Ну, тех, кто в теме? Интересно было бы познакомиться. Ты не спешишь с ответом, словно обдумываешь и взвешиваешь слова. Смотришь куда-то словно сквозь меня, разглядывая что-то невидимое обычным взглядом. — Не переживай: если будет надо, то информацию тебе обязательно донесут. И постепенно поймёшь: как и что делать. А вот с другими... — замолкаешь, снова оглядываешь меня, будто надеешься увидеть ответ во мне. — А вот про других. Честно — не знаю. У меня таких знакомых немного. Сама понимаешь: эту тему обсуждать сложно. Могут не понять и вызвать скорую, — улыбаешься и продолжаешь. — Но, хватает таких людей и не совсем людей. А вот то, что они знают, умеют и могут — это уже другой вопрос. — В смысле? Ты о чем сейчас? — снова путаюсь я. — Как бы это ещё. Ну, скажем так: у всех своя спецификация, свои особенности. Кто-то знает чуть больше, кто-то чуть меньше. У одного лучше получаются проклятия, а у другого — пророчества. Ну и то, сколько и что знает человек, естественно, различно. Кто-то лишь делает вид, что знает. В голове снова сумбур и винегрет. Только-только встающие на своё место кусочки вновь разлетаются. Всё опять перемешалось и стало абсолютно непонятно. — То есть только делают вид, но при этом не знают вообще ничего. Обычные шарлатаны? — И эти тоже. Ну и те, кто преувеличивает собственные возможности. — Это как? — Когда Всезнающий, Видящий. Всё понимает, во всем разбирается. Ну, Лев Толстой на словах. Начинаю понимать о чём ты и невольно улыбаюсь. — Как тот забор, под которым только дрова? — Ага. Не могут люди без приукрашений. Как не похвалить-то себя любимого? — Это да. А могут за это быть какие-то последствия? — неожиданно приходит вопрос. Снова этот странный, словно сквозь меня, взгляд. — А ты быстро учишься, молодец. Как правило, ставят на место таких Всезнаек очень грубо. И больно. Буквально ощущаю прикосновение мрачного торжества этих слов, своё созвучие с ними. — Знаешь, а ведь это и правильно. Справедливо. Многое, увы, только лишь фасад. И за красивыми словами скрывается лишь раб, алчно ищущий одобрения хозяина. А строптивых рабов принято ставить на место. Назвался Знающим или Видящим — неси этот крест. И получи свой удар плетью, если захотел больше, чем положено. Твой смех звенит серебристым колокольчиком, довольный гордый взгляд: — Ты очень быстро учишься.