Simple text

Джен
R
Завершён
24
автор
Размер:
15 страниц, 7 частей
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
24 Нравится 9 Отзывы 3 В сборник Скачать

Я стоял на лодке и держал весло, чем-то вдруг задело — и меня снесло

Настройки текста
Всезнамус отличается от других научных умов тем, что может создать абсурд на ровном месте. Степа в последнее время сам не свой, потому что профессору во что бы то ни стало необходимо пригласить в студию звезду мирового уровня с целью изучения его мышления. Речь, как можно понять, шла о голливудском актере и российском философе Джейсоне Стэтхэме. Степа поначалу не думал ревновать, он никогда особо не понимал философов, а уж тем более тех, что делятся своей мудростью на протяжении десятилетий или даже столетий с неокрепшими умами. Профессор раскрасневшийся, вдохновленный, зараженный идеей — это опасно. Через раз от него слышатся различные высказывания, от которых Степа подпрыгивает и чувствует, что у него дергается глаз. Мудрость поколений звучит в этих словах, никак иначе: «Все говорят: неудобно, неудобно… Неудобно — это когда соседские дети на тебя похожи»; «Я по утрам единорог, только рог в районе ног»; «Вилка в глазу не означает, что жопа цела» и далее в таком духе. Степа даже начинал в какие-то моменты коротить, когда профессор подходил к зеркалу и состраивал самую опасную и горячую позу, на которую способен, а после глухим голосом пытался повторить то, что недавно прочел в паблике, посвященному великому деятелю современности. Степа унывает, ведь развратных и привычных действий в его сторону становится с каждым днем все меньше. Профессор будто бы помолодел и теперь вместо десяти раз задрачивает по раз двадцать на дню, а соваться к нему в такие моменты всегда означает неблагоприятный исход. Степу до сих пор трясет от того момента в их семейной жизни, когда он «все испортил»… Степа даже начинает злится. — Степа! Ты не представляешь, какой это мужчина! Я поражен в самое сердце! Ни за что бы не мог подумать, что в столь юном возрасте возможно быть настолько наделенным мудростью и быть таким примером для подражания! — эти слова резали по ушам, заставляя железное нутро ныть. С мыслью: «Ага, как же, в сравнении с тобой динозавры эпохи мезозоя покажутся юными» Степа сжимал кулаки и унывал еще больше. Через раз наедине с собой он восклицал о том, что чего он мог такого найти в Стэтхэме. Степе это было не понятно, на его взгляд это был обычный гетеросексуальный самец, каких тысячи… С месяцами профессор и вовсе перестал обращать на Степу внимание. День, когда Стэтхэм наконец прибыл в студию, был для Степы адом. Он жмурился, был злым, прятался как можно дальше, чтобы не слышать бесконечной речи этого типа. Профессор будто бы нарочно кружился вокруг него и, осыпая комплиментами, краснел как юная девица. Последней каплей стал момент, когда профессор посмотрел на Степу искоса и прикрикнул: — Я не понимаю твоего поведения, Степа. Я пригласил к нам такого человека, а ты ведешь себя как необразованный дикарь! Прояви хоть каплю уважения к его персоне! Степа сдерживал слезы и кусал губы. Недотепкину впервые тогда открылся чудовищный змей ревности, который нашептывал о том, что лучше бы профессор тащился от Понасенкова. Он ничего не ответил на выпад профессора и спрятался за грядки. Оттуда он по-прежнему слышал нежные придыхания профессора: «О, Джейсон!» и слюни заливали его лицо. Степа мужественно терпел всю эту экзекуцию, надумывая намазать стул Джейсона суперклеем или положить ему туда кнопку. Но тот день, слава всему сущему, закончился. Стэтхэм, рассказав еще пару мудростей, ушел так же, как и появился. Степа по-прежнему не желал разговаривать со Всезнамусом… — Степа! Степа! Где ты? — тревожно звал голубого ученика Всезнамус, стоя на крыльце и всматриваясь в темноту. Он сегодня был на новом витке научного развития, его новая диссертация почти была закончена. Ему не терпелось поделиться с Недотепкиным своими открытиями. Немного постучав ногой о бревенчатый пол, он все же двинулся вперед, когда дошел до грядок увидел что-то слишком темное, потому решил, что не ошибся, когда воскликнул: — Степа! Я тебя искал, пошли скорее… — Нет! — сурово был прерван он. — Идите к своему Стэтхэму и не мешайте мне! Всезнамус аж рот раскрыл от возмущения. — Степа! — недовольно начал он. — Материалов, собранных мной слишком много, мне нужна твоя помощь… И что вообще значит «к своему Стэтхэму»?! Объяснись! Степа поднялся, неровно отряхнулся и с обидой заглянул Всезнамусу в глаза. — А то, что вы только о нем и говорите последнее время! На меня у вас нет времени! Всезнамус замер, быстро соображая, а потом вдруг широко улыбнулся. — Степа, — вдруг ласково произнес он. — Ты не понимаешь всех наших ученых заморочек. Задрачивать по двадцать раз в день — это разминка. То, что происходило, было подготовкой к большому исследованию! Ах, это моя беда. Надо было тебе все объяснить с самого начала… — Так вам не нужен Стэтхэм? — с сомнением спросил Степа. Всезнамус кокетливо захихикал, прикрывая рот ладошкой. — Нет, конечно, глупенький ты мой! Мне нужны были его изречения, ведь я… — Доктор философии, — с улыбкой за него закончил Степа. — Ну да! — раскинул руки в стороны Всезнамус. — Ну так, что, пошли? «Как же я его ненавижу», — с облегчением стал думать Недотепкин, ступая в дом.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.