lux in tenebris

      — Эй, какого черта?! — Крикнула Лили вслед мальчишкам-второкурсникам, пробежавшим мимо нее. Сумка слетела с плеча, а учебники повалились на пол.       Эванс подняла вещи и скрылась в купе старост, резко захлопнув дверцу. Злость. Лили злилась, ведь так и не увиделась со старостой мальчиков. Неизвестность и спонтанность раздражала. Она не могла уснуть всю ночь, раздумывая о предстоящем нахождении в школе. Удалось поспать всего три часа, поэтому утром в зеркале ее встретила собственная серая копия с тусклыми глазами. Они все еще были зелеными, как спелая трава, но красные сосуды делали взгляд болезненным. Косметические чары не особо спасли ситуацию: румянец на щеках не мог спрятать дикую усталость.       Она сидела одна. Видимо, напарник еще не соизволил явиться. Напряжение охватывало ее, словно морское чудище, захватывая своими щупальцами сначала ноги, а потом горло.       Почему ты так переживаешь? Ничего особенного не происходит. Все в порядке. Девушка положила руки на колени и закрыла глаза. Ветер дул из открытого окна, приводя в чувство.       Прошло три минуты, а может сорок. Легкое покачивание вагона успокаивало.       Дверь купе неожиданно открылась. Человек застыл в дверях.       Лили не хотела поднимать веки и сталкиваться с суровой реальностью. Но любопытство взяло верх. Все худшие ожидания слились в один большой ком и полетели на нее.       У прохода стоял он, задержав руку на ручке, не решаясь войти.       Рот Лили приоткрылся в изумлении, но она быстро опомнилась: выражение лица стало невозмутимым, а подбородок задрался. Она процедила:       — Что ты здесь забыл?       Холодные черные глаза смотрели сквозь нее. Он сделал шаг вперед и оказался в купе. Обвел взглядом помещение и сел напротив, только ближе к окну. Достал из дорожной сумки книгу и принялся читать ее, будто находился там один. Лили наблюдала за ним со смесью раздражения и непонимания. Девушка взяла себя в руки и повторила:       — Я повторяю: что ты здесь делаешь? Это купе для старост.       — То же самое, что и ты, — флегматично подметил парень, не прекращая читать.       Она молчала около минуты, обдумывая ответ.       — Если ты думаешь, что это что-то меняет в наших отношениях, — начала она, нервно сглотнув, — то ты глубоко…       — А я и не думаю, Эванс, — так же равнодушно протянул он, подняв на нее усталый взгляд, а затем вернулся к чтению.       Щеки Эванс вспыхнули от злости. Они не общались с пятого курса. В последний их разговор, у портрета Полной Дамы, перед ней стоял совершенно другой человек. Его глаза были влажными, а голос дрожал и умолял. После той встречи, когда она разорвала с ним все отношения, они пересекались пару раз, а его лицо все так же выражало боль.       Лили поднялась на ноги так резко, что на секунду все вокруг потемнело.       — Козел, — бросила девушка, сквозь зубы.       Лили шла по коридору вагона, покачиваясь и придерживаясь за стенки. Она не понимала, что за изменения произошли в Северусе, и почему на нее смотрели глаза ледяные, как земля на кладбище.       Он вел себя так, словно это она публично оскорбила его и косвенно подтвердила свою связь с Тем-кого-нельзя-называть. На душе остался неприятный осадок: она ушла, оставив победу за ним. Призналась в своей слабости.       Да как он смеет? Какого хрена я должна чувствовать себя виноватой? Раздражение. Оно окутало ее с новой силой, сравнимой с цунами. Тише, Лили. Просто иди к Джеймсу.       Она услышала смех за выдвижной дверью купе. Перевела дух и зашла. Питер сидел ближе ко входу, и сразу же повернулся в сторону девушки. Хвост покашлял, обращая внимание в свою сторону. Джеймс прекратил улыбаться и встревоженным взглядом изучил лицо Лили: щеки, румяные от чар, теперь горели от переполняющей ее злости, а ноздри широко раздувались.       — Что-то случилось, Лилс? Выглядишь… рассерженной, — сказал Бродяга. Улыбка постепенно сходила с его лица, а голубые глаза приобрели другой оттенок за счет смены положения головы.       — Как все прошло? — легким тоном спросил Питер, пытаясь разрядить обстановку, — Кто твой напарник?       Лили уцепилась взглядом за окно, смотря на зеленые холмы, и, прищурившись, сказала:       — Снейп. Староста мальчиков — Снейп.       Хвост хохотнул, но тут же прикрыл рот пухлой рукой.       — Я убью его, — решительно сказал Поттер и направился в сторону выхода.       Сириус перегородил ему путь, выставляя руки вперед:       — Не глупи, Сохатый, чего ты сейчас добьешься? Расквасишь Нюниусу морду при всех в первый день, а потом что? Я не против этой авантюры, но давай сначала доедем до Хогвартса. Я не хочу, чтобы ты получал выговор еще до приезда, — Сириус ухватил друга за плечо. Джеймс заметно расслабился, но как только Сириус ослабил хватку, вырвался и направился к слизеринцу.       Питер и Сириус высунулись за дверь, а Лили продолжила стоять, сложив руки на груди и облокотившись на стену. Прошло секунд двадцать, после чего раздался звук упавшего на пол тела и пару ударов.       — Да ну нахер, — сказал Сириус, пробираясь через компанию детей с младших курсов, уже собравшуюся посмотреть на потасовку.       Одновременно с Блэком к купе подошел Мальсибер. Он окинул гриффиндорца взглядом сверху вниз, всем своим видом показывая превосходство. В тот же миг пробрался в помещение. Сириус проследил за слизеринцем и увидел картину: Поттер лежал на полу, а сокурсник Снейпа поднимал друга с колен.       Северус вышел в коридор, запрокидывая голову назад, останавливая кровь из носа. Его черные, как смоль, волосы спадали назад, открывая вид на скулы и шею. Марк Мальсибер* достал из внутреннего кармана мантии платок и протянул товарищу.       Сириус наблюдал за этим, а затем повернулся к Джеймсу, протягивая руку. Джеймс отхаркался кровью на пол и поднял взгляд на друга.       — Ты с ума сошел, дружище? — Блэк потер переносицу, — Что в моих словах было непонятного? Может, мне повторять по два раза? — Они вдвоем вышли из купе.       Сириус собирался пройти мимо слизеринцев без какого-либо контакта, но увидев сцену, как Снейпу помогают убрать кровь с лица, начал:       — Нюниус, сам уже не можешь свои сопли подобрать? — он зло усмехнулся, — Рад, что после того, как тебя отшила Эванс, ты зря не терял время и нашел себе дружка. Марк, его длинный нос не мешает во время поцелуев?       Снейп оттолкнулся от стены, чтобы догнать Блэка, но Мальсибер схватил его за локоть и покачал головой, показывая жестом: «Не стоит».       — Да пошел ты, — прозвучало, когда Сириус уже развернулся.       Они вернулись к Лили и Питеру. Джеймс грохнулся на сиденье, снял очки и прикрыл глаза. Пальцы были сжаты в кулак, а на скулах заиграли желваки. Эванс смотрела на него озабоченно:       — И что ты хотел доказать, а главное — кому? Я просто не понимаю, к чему была эта сцена, — она выдохнула, подсаживаясь рядом с парнем и кладя руку на его щеку. Она скрыла печальное выражение лица за легкой улыбкой, — Пожалуйста, не лезь первым, — она оставила на его губах невинный поцелуй и ушла.

***

      Девушка зашла в туалет, открыла кран с ледяной водой и умылась. Это отрезвило. Ей необходимо было подумать над тем, что произошло за последние пятнадцать минут. Она чувствовала себя героиней одного из фильмов, которые они смотрели летом с мамой. Перед ней разыгралась настоящая драма, начавшаяся с ее необоснованной злости, а закончившаяся разбитым лицом ее парня.       Возможно, Северус тоже не знал о своей напарнице, но отреагировал спокойно. Хотя, скорее, скрыл все эмоции за ментальными щитами, так же, как и раньше, когда не хотел показывать свою слабость.       Мерлин, помоги.       Зажмурила глаза и сосчитала до десяти, успокаиваясь. Ей нужно было вернуться в купе старост за своими вещами, но вдруг он там?       Лили, даже если и так, это не его личное купе. И тебе необязательно с ним говорить.       Девушка прорисовала пальцами круги вокруг глаз, оттягивая кожу, закрыла кран и улыбнулась своему отражению.       Возьми себя в руки, чего ты боишься? Снейп — никто.       Она покинула туалет и уверенной походкой пошла по вагону. Когда ее рука потянулась к двери, та с грохотом откатилась в сторону, и перед ней предстала черная мужская рубашка, пахнувшая еловым лесом и полынью. Этот запах так напоминал детство. Лили вдохнула, но тут же поймала себя на мысли: зачем? Прекрати это.       Эванс подняла глаза и увидела синяк на его скуле. Это Джеймс его так?       — Уйди с дороги, — он не сказал, а приказал, смотря ей куда-то в переносицу. Она мгновенно отшагнула в сторону.       Лили впервые была так близко к нему с момента ссоры. Она заметила, что он стал опрятнее: новая рубашка, волосы чистые и собранные в хвост, прямая спина. Наверняка, это заслуга Люциуса Малфоя, или другого сноба, с которым он стал общаться еще тогда.       Девушка отругала себя, вспомнив, кто этот человек теперь, и что все давно кончено. Джеймс. Джеймс Поттер. Думай о нем. Лили тряхнула густыми волосами и прошла внутрь за вещами.