Глава 21
2 марта 2021 г., 14:13
Я влила в шепоток больше сил, чем планировала, и о Бузинной палочке заговорили только под Рождество. Зато, сплетни пронеслись подобно лесному пожару и в одночасье охватили все магическое общество. Удаче Гриндевальда нашли достойную причину и уже не удивлялись, что ему удалось невозможное — покорить почти весь мир.
Разумеется, в Дар смерти верили далеко не все, но и те, кто не верил, вполне допускали наличие сверхсильного артефакта, способного принести владельцу победу.
Газеты не поленились провести расследование, и, хотя взять у Грегоровича интервью теперь, когда идет война, не представлялось возможным, сенсационная статья все же вышла. Магический мир не велик, почти каждый имеет родственников вне страны, так что, нашлись и те, кто лично покупал палочку у Грегоровича и слышал горделивые бахвальства мастера о Бузинной непобедимой палочке. И кто просто знал брата сестры жены, чей двоюродный брат тоже слышал эту историю от своего друга, который приходится Грегоровичу внучатым племянником.
Короче, история Великой палочки подтвердилась, а ее кровавую историю проследили и пугали народ еще несколько выпусков.
Повсюду только и говорили о том, что всем нам теперь конец, и нападение на Британию только дело времени, а от Гриндевальда спасения нет.
Строили предположения и ругали министерство, которое, по мнению большинства, ничего не делает для предотвращения захвата, другие ворчали, что уже ничего не поможет и все меры будут бесполезны. В общем, эту тему активно муссировали месяца три. По крайней мере теперь за политикой следили все, даже те, кому до нее никогда не было дела.
Школа тоже не оставалась в стороне от обсуждения подобной сенсации. Не знаю, как на других факультетах, но у нас все только и ждали, когда Гриндевальд победит и наведет в Британии порядок, как сделал это на других завоеванных территориях.
А вот Том не особо радовался такому исходу, хоть и толкал со всеми пафосные речи и поднимал тосты за скорую победу и правление достойных.
Держу пари, до всей этой суеты он и не задумывался о конкуренте на власть, в своих фантазиях уже воображая, как он правит магическим миром, а потом порабощает и маггловский. Гриндевальд, как и маггловская война, были для него чем-то далеким и не совсем реальным. А теперь он, видимо, задумался о том времени, что ждет его по окончанию Хогвартса.
Впрочем, Том, как и любой психопат, не умел строить долгосрочных планов. В том смысле, чтобы именно планировать четко по пунктам, а не просто напыщенно заявлять — Магический мир будет наш! А с его самомнением он не сомневался, что решит проблему и устранит любое препятствие на пути к величию, несмотря ни на какие Великие палочки.
Не удивлюсь, если он уже встроил Гриндевальда в свой план, и сам же поверил своей фантазии, что тот просто совершает для него грязную работу, чтобы ему самому потом не пришлось тратить на это время.
Так что, кроме небольшого раздражения, когда при нем превозносили Гриндевальда как Темного лорда столетия, он ничем своей агрессии не проявлял. Впрочем, все наши тонко чувствовали его настроение и быстро подстроились, чтобы не злить своего кумира.
Но то, что придумал Том, чтобы перетянуть внимание на себя и о Гриндевальде забыли, заставило меня биться в экстазе.
Магическое общество узнало все из утренних газет.
Я, как всегда, на Рождество гостила у Мопси, и даже не подозревала, что обычный завтрак в одиночестве наедине с «Пророком», обернется для меня такой ошеломительной новостью. И просто застыла в изумлении, раскрыв передовицу, а потом расхохоталась как безумная, до слез и икоты, под громкий лай и повизгивание собак.
Полуодетая Мопси, сонная, всклоченная, выскочила из своей спальни с палочкой наперевес, со сна посчитав, что меня пытают чарами щекотки — ведь я никогда не позволяла себе так громко и открыто проявлять эмоции. И долго не могла понять, что меня так развеселило. А я, все еще подхихикивая, стуча зубами о стакан с водой, не в силах вымолвить слово, молча тыкала пальцем в чудесную колдографию на развороте.
Где на фоне своего нового особняка, Том, собственной сиятельной персоной, в праздничной мантии, горделиво приосанившись, с ленивой небрежностью поглаживал василиска по носу снова и снова, пока змеища лупила неподвижные желтые глазищи, мутные от закрывавшей их защитной пленки.
Эту сенсацию не обсуждал только ленивый, и на время она затмила собой все другие новости. История жизни Марволо Гонта кочевала из выпуска в выпуск, и закончилась, для меня, весьма ожидаемо — после каникул в Школу вернулся не Марволо Гонт, а Марволо Корвин Слизерин — официально признанный наследник основателя. Полагаю, теперь лорд Волдеморт не появится никогда.
Возрождению, казалось, давно угасшего рода, снова посвятили не менее десяти статей. И новоявленный наследник Основателя горделиво улыбался с каждого фото, то запросто ручкаясь с восторженным министром Спенсером Муном, взирающим на него, как на ожившего Мерлина.
То позируя с министрами и меценатами — отцами своих друзей, выказывающих надежды, что талантливый молодой человек, которого они разглядели еще до его становления наследником, возродит угасший род предка и займет подобающее место в магическом обществе.
То в окружении сияющих улыбками профессоров и самого директора Хогвартса. О! Как его превозносили профессора, особенно Слагхорн — елеем, что стекал с его языка, можно было залить пол. Послушать, так то, что Том теперь Слизерин, только его заслуга.
Позже Антон поделился со мной подробностями операции.
Том не планировал оставлять василиска в школе, и в любом случае хотел переправить его в свой особняк, но позже. Но тут, что-то заторопился, и операция по переправке прошла не на пасхальных каникулах, а на зимних.
Змею переправили порталом. Подземные катакомбы имели несколько зачарованных выходов, о которых зверюга поведала хозяину, в том числе и в Запретный лес. Василиск просто выполз подальше в лес, туда, куда уже не распространяется защита Хогвартса. Тома и остальных до нужного места перенесли личные домовики Роули и Малфоя.
Зверюгу на новое место жительства переправили персональным порталом и с удобством поселили в подземелье.
После, Том подал в Министерство официальное прошение на наследование. Предъявил медальон Слизерина, выкладки семейного древа и кое-какие семейные записи. Но главную роль сыграл унаследованный родовой дар говорить на парселтанге и управлять василиском, выведенным самим Салазаром и мирно спавшим в своем логове в лесу Мраксов в ожидании наследника и хозяина. Тысячелетний василиск прилагался.
Учитывая, что Слизерин был повернут на чистоте крови, а Мраксы много поколений практиковали инцест, да и Морфин его признал сыном, в чистокровности самого Тома никто не усомнился, и его единогласно признали наследником на первом же слушании Визенгамота.
Ложные иллюзии магов о том, что чистокровные априори лучше магглокровок и полукровок, и только они одни могут обладать магическими дарами, превосходящей силой и талантами, сыграли на этот раз с ними злую шутку. А Том был слишком ловок, чтобы этим не воспользоваться, и я аплодировала стоя его изворотливости.
Вот такая удивительная история…
Надо ли говорить, что Марволо вернулся в школу как принц крови, и вел себя так, словно Хогвартс его собственность. Его и так непререкаемый авторитет и вовсе взлетел до небес, а о каком-то Гриндевальде все моментально забыли — какой Гриндевальд, когда тут, рядом, только руку протяни, ожившая история?
Одно хорошо, теперь Том всегда был в прекрасном настроении, что автоматически повлияло на окружающих. Он закатил грандиозную вечеринку в Большом зале — ради такого случая, директор разрешил нам праздновать всю ночь.
На приеме собрались старшекурсники и приятели Тома со всех факультетов, и каждый поспешил поздравить наследника лично. Мы с Долоховым тоже не избежали этой участи — Антон, от нас обоих, подарил Тому украшенную рубинами саблю. Я не разбираюсь в таких вещах, но Тому дар определенно понравился, он долго с восторгом его разглядывал, и поблагодарил Антона вполне искренне.
А вот мне, пока мой кавалер болтал с друзьями, пришлось выслушать от Тома пару сомнительных комплиментов начиная с того, как я прекрасно выгляжу и как мне к лицу платье, до сожалений — жаль, что грязнокровка. Но я поблагодарила за комплимент, любезно улыбнулась и увлекла Антона на танцпол. Мне было нечего стыдиться — выглядела я великолепно и не раз ловила на себе завистливые взгляды девчонок и восторженные — парней. И что мне ехидство какого-то там Тома.
Что до моих дел, так, помимо учебы и всего остального, я приступила ко второй части плана и почти переехала в библиотеку. Чтобы подогнать все к одному знаменателю мне потребовалась неделя. Дальше тянуть было некуда.
— Снова ты, Болейн, — ленивым тоном процедил Том, когда я попросила его задержаться после очередной вечеринки. — Идите, парни, я присоединюсь к вам позже, — добавил он, махнув рукой, пока все сверлили мне спину неприязненными взглядами, возмущенные такой наглостью. Но спорить никому и в голову не пришло, и гостиная быстро опустела.
— Так чего ты хотела, Болейн, — оживленно спросил Том, оставив расслабленный тон и легко плюхаясь в кресло, бросив любопытный взгляд на папку и книгу в моих руках.
— Я тут обнаружила нечто занимательное, — ответила я, присаживаясь напротив и протянув ему бумаги. — Думаю, тебя это тоже заинтересует. Взгляни.
Он молча протянул руку и, бросив быстрый взгляд на название книги, перешел к документам, но глянул только первых два пергамента и разочаровано откинул бумаги в сторону.
— Я это уже видел, — констатировал он, подняв на меня недоуменный взгляд. — Разве это не семейное древо моего рода? Ты же сама показывала мне его.
— Разумеется это оно и есть, — кивнула я, а он небрежным жестом показал, чтобы я села рядом с ним, и мне пришлось пересесть. — Видишь ли, после твоего наследования рода Слизерин, меня заинтересовала связь твоего предка с Певереллами.
— С Певереллами? — задумчиво нахмурил лоб, а потом насмешливо фыркнул он, — и чем же?
— Дарами Смерти, чем же еще, — спокойно ответила я, но Том не выказал особой заинтересованности, наоборот, тут же изобразил скучающий вид. Впрочем, я так и думала, что в Дары он не верит.
— Сдается мне, Болейн, ты впустую тратишь мое время. Я заподозрил подвох сразу, раз ты прямо с порога не начала торговаться. И, как оказалось, не ошибся, — с насмешкой обронил он.
— Я бы не была так уверена, Слизерин, — загадочно улыбнулась я. — Возможно, я решила преподнести тебе подарок от себя лично, поздравить, так сказать, с принятием рода.
— Ты? Ну-ну. Так я и поверил, — уже откровенно хохотнул он. — Чтобы Болейн упустила шанс на собственную выгоду… В Запретном лесу явно сдох единорог… Ладно, не мямли и объясни нормально, — снизошел он.
— Ты же знаешь, о Дарах смерти недавно не судачил только ленивый, — кивнула я, приступив к объяснению. — И решила перечитать эту сказку — я и раньше ее читала, но так, не вдумываясь, тем более уже давно. А в библиотеке, как назло, все экземпляры сказок Бидля разобрали — не одна я такая любопытная оказалась…
— Побыстрее, Болейн, — меня не интересуют твои похождения, — начиная раздражаться перебил Том.
— В общем, я решила взять тот экземпляр, что в Запретной секции — на рунном алфавите мало кто читает… Так вот, та книга сказок была передана в дар школе Иолантой Поттер, а она из рода Певерелл.
— И… — нетерпеливо поторопил Том, досадливо скривившись на мою медлительность.
— И в книге я обнаружила знак Даров смерти, и он, странным образом, оказался копией герба Певерелл. Мне показалось, что я его уже где-то видела, помимо книги, а потом вспомнила где — узнаешь? — сказала я, достав среди бумаг перерисованный знак.
Еще бы он его не узнал — этот знак отпечатан на морионе в его кольце. И видя с какой алчной заинтересованностью он разглядывает камень, я уже не сомневалась, что он попался.
— Ты не думал, почему твои предки считали своим семейным сокровищем кольцо с гербом чужого рода, при том, что род Мракс велик уже сам по себе, как единственный чистокровный род идущий от самого Слизерина?
— Что ты узнала, Болейн, — жестко потребовал Том, оторвавшись от камня и переведя испытующий взгляд на меня. — Ты же определенно что-то обнаружила… Говори!
— Ну… я, как и ты, не особо верю в Дары Смерти, но Певереллы вполне реальны и указаны в списке древних родов в книге «Природная знать. Родословная волшебников».
— Мне это известно и без тебя, — раздраженно перебил Том, — что еще?
— Старший брат — Антиох, родился в один год с Салазаром Слизерином. И по странному совпадению, братьев Певерелл трое, как и в сказке Бидля, да и дальнейшая их судьба, образно говоря, дословно повторяет судьбу сказочных братьев. Старший, кто предположительно владел палочкой, умер. Подробности не указаны, но наследников он не оставил.
Средний брат — Кадм, тоже умер довольно рано, но он был женат и точно имел детей, как и младший — Игнотус. Такое совпадение показалось мне любопытным, и я на каникулах навестила Годриковую лощину, где жил и умер Игнотиус — место его проживания и захоронения упоминается в серии книг о местах силы и магических поселениях Британии. Среди легендарных личностей кто жил в тех местах он указан…
— Болейн… — недовольно прорычал Том, угрожающе прищурившись, — не тяни книзла за хвост.
— В общем, я нашла могилу Игнотуса — на могильной плите изображен герб семьи и ошибиться я не могла, — невозмутимо продолжила я.
— И что тебе это дало? — скептически фыркнул Том.
— В принципе, ничего, — подумав, ответила я, доставая вырезанные газетные заметки и показывая ему. — Но это и впрямь странно… Последователи Гриндевальда носят герб Певереллов, как отличительный знак. Он даже выбит над вратами Нурменгарда, указан в книге сказок как знак Даров Смерти и на твоем кольце наследника. Либо Дары и впрямь существуют и Гриндевальд в них верит, либо я ничего не понимаю… Допустим, Дары просто сказка для детишек, но в существование уникальных артефактов я определенно верю. Тем более, палочка действительно существует — ее кровавый след вполне можно проследить, — протянула ему другие вырезки. — В таком случае, в твоем кольце — воскрешающий камень, и в этом ты вполне можешь убедиться сам.
— А плащ-невидимку хранят Поттеры? — проницательно прищурившись спросил он.
— Возможно, — пожала плечами я. — Я не нашла сведений о Певереллах после 1291 года, когда умер Игнотус. Род Певерелл официально прервался не имея наследников мужского пола. Ничего нового я не обнаружила — ты потомок Слизерина по женской линии. И могу только предположить, что твой предок — Корвин Мракс женился на девушке из рода Певерелл. Или, как иначе ты получил это кольцо? Ведь родовыми артефактами невозможно владеть посторонним, иначе, они не будут работать, а то и станут вредить не своему владельцу, — добавила я, пересаживаясь в кресло напротив.
— Ты проделала большую работу, Болейн, — неожиданно похвалил он, не сводя с меня пристального оценивающего взгляда. — И какой оплаты ты хочешь за потраченное время?
— О, не стоит, — улыбнулась я. — Мне просто было любопытно разобраться с этой загадкой. К тому же, я посчитала правильным тебя предостеречь.
— О чем ты? — нахмурился Том.
— Ну, даже если Дары оказались сказкой или просто уникальными артефактами, то Гриндевальд определенно в них верит, тем более, что один из Даров у него уже есть. А это означает, что, когда он покончит с войной, то станет искать их в Британии, где прослеживается последний след Певереллов. А ты принял род Слизерин, значит, как и Поттеры, теперь окажешься под прицелом. Возможно я преувеличиваю проблему, но всегда лучше подстраховаться, разве нет?
— Хорошо, — помолчав и не сводя с меня тяжелого взгляда откликнулся Том. — Я не забуду этой услуги, Болейн. Ты оказалась полезной и потому достойна награды — что ты хочешь?
— Я же сказала, что это мой тебе подарок, Слизерин, — досадливо нахмурилась я, и, задумавшись на мгновение, с лукавством добавила. — Впрочем, почему бы и нет, раз ты сам предложил… Я бы не возражала получить сумочку, такую, как у Кристин, только из того клочка шкуры василиска, что ты мне дарил — а то он просто лежит без дела. Полагаю, ты достаточно богат, чтобы оплатить подобный артефакт у Мастера Боргана?
— Ладно, — неожиданно быстро согласился он и игриво, словно флиртуя, добавил. — И предлагаю тебе звать меня Марволо, а то, это твое — Слизерин, звучит как ругательство.
— Ругательство? — нарочито удивилась я, — что вы, милорд. Просто дань уважения лорду от магглокровки. К тому же, мне бы не хотелось, чтобы ты звал меня Бонни.
— Я разве спрашивал, чего ты хочешь, Бонни? — вкрадчиво промурлыкал он, но тут же, с нажимом и ощутимой угрозой добавил: — Мне все равно, чего хочешь ты, Бонни, главное, чего хочу я. И, если я хочу, чтобы ты звала меня по имени, ты подчинишься. Впрочем, можешь попробовать возразить, — вполне светски улыбнулся он, словно его угроза мне приснилась. Чертов псих.
— Да, ладно, ваше величество, — легкомысленно фыркнула я, стараясь сохранить невозмутимый вид и оставить последнее слово за собой. — Раз для тебя важны подобные мелочи, Марволо, пусть так и будет, а от меня не убудет. И, если у тебя больше нет ко мне вопросов, я, пожалуй, пойду, — поднялась, словив от него внимательный взгляд с проблеском одобрения — ему нравилось, когда я дерзила, но дерзила умеренно. Балансировать на грани покорности и вызова становилось все труднее.
— Почему, Болейн, — догнал меня ровный спокойный голос в спину, — даже, если ты подчиняешься, создается впечатление, что ты снисходишь?
— Не понимаю, о чем ты, — медленно обернулась я и без дальнейших пояснений ушла к себе.
