Посох Мерлина

      Брендон проснулся раньше обычного. Его отец говорил, что его нельзя поднять раньше девяти даже с помощью пушечного выстрела. Но сейчас, в такое раннее время, он лежал на своей новой кровати и смотрел в потолок. Он не мог понять, о чём именно думает, а его мысли, словно рой пчёл, хаотично летали в голове. Вчерашний день принёс так много эмоций и приятных воспоминаний: распределение в адран, новые друзья, преподаватели… Но в то же время занимало его голову и что-то другое, но что именно, Картер не знал. Наконец спустя какое-то время он встал с кровати, так как по своей природе не мог долго бездействовать и, набросив на себя халат, спустился вниз.       Было около десяти минут седьмого, и пока в гостиной он стоял один. Брендон походил какое-то время вдоль камина, безмятежно разглядывая пейзаж за окном, а потом залез с ногами на один из подоконников и прислонился плечом к стеклу. Нащупав в кармане халата маленький мяч, он начал подкидывать его, не отрывая взгляда от окна. Он опять думал о вчерашнем дне. О том, что долгое время не будет видеть папу и дядю, который часто вечерами заваливался к ним в дом и шумно рассказывал о причинах, что заставили его идти за советом к Скотту. Вчера Брендон был так рад, что поедет в Гринчвилд, а сегодня его томила тоска по родным, дому и вкусному запаху вафель по утрам. А ещё он пытался понять, почему попал именно в кайндаймх.       Почти все в атенеуме считали, что выбор адрана зависит целиком и полностью от темперамента. Может быть, это было отчасти правдой. К примеру, у алэйсдэйрцев профильными предметами были артаиос, требующий всегда знать, что тебе надо, иностранный язык, заставляющий человека быть готовым запоминать огромное количество бессмысленных правил и слов, и ффинбодэд, которые были интересны разве лишь тем, кто хотел расширять границы волшебного мира или встречаться с разными людьми в разных точках планеты. В то же время, кайндаймхцы — правдолюбы и несколько упёртые сорвиголовы до мозга костей — зачастую становились испытателями или борцами с преступностью, которые не слишком любили философствовать, но обладали хорошей интуицией и горячей кровью. И Брендон не мог причислить себя к кому-то конкретному адрану, он одинаково любил жуков и сражения.       Сонный голос Мелани прервал его размышления:       — Тоже не спится?       Картер подпрыгнул от неожиданности, а мячик, который он подкидывал и ловил всё это время, ударил его по голове. Мелани сидела в одном из кресел в полутемноте и смотрела на него.       — Да, я не встаю обычно так рано. А ты долго тут сидишь?       — Нет, только пришла. Я…       — Не хочешь исследовать замок сейчас? — прервал её Брендон. — Ненавижу сидеть просто так, без дела и приключений. А с Китом мы потом можем обследовать другое крыло.       Тёрнер неопределённо покачала головой и в итоге согласилась. Через пару минут переодетые в повседневную одежду они спускались по большой мраморной лестнице, ведущей из гостиной.       — С чего начнём? Как думаешь, мы кого-нибудь встретим?       — Надеюсь, нет. Может, поищем кухню? Я только встал, но уже хочу есть.       — Ты вчера так много съел, а через несколько часов опять голодный? Если ты продолжишь в том же духе, то к концу обучения не пройдёшь ни в одну дверь.       — Да брось, Мелли, — улыбнулся он, — у меня хороший мета… метаметализм.       Пресекая дальнейшие расспросы, Брендон потянул подругу к одной из боковых лестниц, которая еле освещалась свечами и вряд ли предназначалась для того, чтобы по ней бегали ученики. Он был настолько воодушевлён вылазкой, что почти летел над ступенями, не переживая о вероятности разбить себе нос. Когда узкий лестничный проход закончился, Картер остановился посреди освещённого солнцем коридора, мотая головой из стороны в сторону. Слева шёл длинный выход в сад Гринчвилда, а справа — расписной, как потолок холла, коридор, который вёл к главному выходу, куда они и пошли.       — Смотри, — сказал Брендон через несколько минут. — Тут дверь приоткрыта. Заглянем?       Когда он втащил Мелани в комнату, и они подняли головы, их взорам открылась такая же гостиная, как и у кайндаймхцев, только в жёлтых и зелёных тонах. Солнечные полосы лежали на каменных стенах, светлом полу, устеленном коврами, на мягких диванах и креслах. В одном таком большом салатовом кресле спала золотоволосая девочка с маленьким игрушечным котёнком в руках.       Брендон приложил палец к губам и кивнул Мелани, приглашая её идти за ним. Та упиралась, мотала головой, но Картер быстро перестал обращать внимание на её гнев и протесты и смело шагнул вперед. Он осматривал комнату с неподдельным интересом, пока Мелани метала в него взглядом молнии, что он упорно пытался игнорировать.       — Брендон, — грозно шепнула Тёрнер. — Не надо!       — Да брось, — ответил он и внимательно посмотрел на стены и потолок. — Где здесь окна? Так светло, а окон нет.       Мелани наконец сдалась и, закатив глаза, пошла за другом, попутно осматривая гостиную.       — Тут заклинание света, наверное… Брендон, куда ты лезешь?!       — Наверх, — сказал он, поднимаясь по лестнице. — Тебе разве не интересно, как живут дети в других адранах? У нас, вот, башни, а у них — отдельные этажи! И я нашёл окна. Мелли, тут так красиво. Иди сюда!       — Но… — начала протестовать она.       — Не будь занудой, Тёрнер, — ответил Брендон. — Все всё равно спят.       Мелани закатила глаза и, разочарованно вздохнув из-за собственного бессилия, поднялась по светлым ступенькам на второй этаж гостиной сайлотака. Вслед за Брендоном она увидела застеклённый балкон, в котором стояло много горшков с самыми разными растениями, листами тянущимися к свету. Нежнейший аромат, приятные глазу цвета разных бутонов и цветков опьянили её. Ветви яблонь и других, незнакомых деревьев свисали над резным балконом, создавая чудесный шатёр из гибких веток, зелёных листьев и спелых красных яблок. Солнечный свет светил прямо на Мелани, и она прикрыла глаза, растворилась в тёплых лучах солнца.       — Здесь и правда красиво, — сказала она.       — И пахнет вкусно, — Брендон уже стоял в своеобразной оранжерее и вдыхал ароматный запах растений, однако стоило его животу заурчать, он вспомнил про кухню. — Я бы поел.       — Здесь, кстати, можно перекусить яблоками, если ты голоден. Это ещё и убережёт нас от проблем, что очень даже неплохо.       — Нет, если кто-нибудь из сайлотакцев нас увидит, у них будут вопросы.       — То есть ты решил, что два кайндаймхца у них в гостиной в такую рань выглядят странно? Интересно, почему когда я говорила тоже самое, ты это игнорировал.       — Да брось, Мелли, не бухти. Просто вдруг нельзя есть эти яблоки из-за неспелости? И кроме того, яблоки на завтрак? Если можно найти что-нибудь вкуснее и с сахаром, — добавил он и уже повернулся лицом к лестнице, когда увидел ту самую девочку с игрушкой. Только сейчас она не спала, а рассматривала его, не отрывая своих ярко-зелёные глаз от его лица.       — Привет, я Люси, — без лишних вопросов сказала она, как только он её заметил.       — Я Брендон, а это Мелани, — ответил он, беря подругу за руку.       — Вы не из нашего адрана. Откуда вы?       — Кайндаймх.       — Мы уже уходим, — тихо добавила Мелани.       — Даже если бы вам нельзя было приходить в гости, я бы вас не сдала, — улыбнулась Люси. — Вы уже видели наш сад? А пробовали наши яблоки? Они такие вкусные, я весь вечер их ела!       Девочка быстро встала с кресла, предварительно положив своего котенка на подушку, и побежала на балкон, оставив Брендона и Мелани переглядываться между собой на ступеньках. Когда Люси вернулась, она держала в руках несколько яблок и стебли ярко-голубых цветов.       — Это, — она указала глазами на цветы, — холосеримел. Эти растения очень вкусные. Почти как мёд. Ещё ими можно легко наесться, хватит двух стеблей. Вот, держите. Надо высасывать сок. Вот так.       — Ого, как вкусно! — обрадовался Брендон, попробовав сок цветка. — Как долго они цветут?       — Ну, здесь зачарованный балкон, всё будет расти с какой-то периодичностью.       — Я надеюсь, вы не будете против моего присутствия здесь, ведь это правда так вкусно!       Люси мило улыбнулась и сунула в руки Брендона и Мелани по яблоку.       — Конечно нет. Вы можете приходить сюда, когда хотите. Я уверена, вы понравитесь нашим ребятам.       — Тогда благодарю за угощение и приглашение. — Картер шутливо поклонился, как часто это делал его дядя, но уже все его мысли были о дальнейшем исследовании замка. — А сейчас нам пора идти.

***

      Крепко сжимая холосеримел, он шёл с уплетающей яблоко Мелани по освещённому солнечными лучами коридору и глазел на каменных зверей, картины и доспехи рыцарей, к которым время от времени подходил и заглядывал внутрь. Где-то в голове засела мысль, что в таких доспехах удобно прятать всякие безделушки, и теперь у него появилась цель отыскать забытые сокровища. Однако на очередном осмотре лат, когда он уже почти поднялся на мысочки, палец рыцаря внезапно пошевелился. Брендон отшатнулся и уставился на руку.       — Ты чего? — спросила Мелани.       — Он только что пошевелился, — не отрывая глаз от блестящих лат, ответил он.       — Тебе показалось… Он шевелится!       — А я что сказал? — Картер наконец посмотрел на подругу. — Не бойся, при нём нет меча.       — Нет, есть, — внезапно раздался глухой, как звук удара по льду, голос откуда-то изнутри доспехов. — Точнее, был, но всё равно, бойтесь меня!       — Кто здесь? — храбро спросил Брендон.       — Я, — последовал ответ.       — Я — это кто? Не тяни меня, Мелли, здесь нет ничего страшного.       — Я — это я. Я сэр Брайн О’Фарелл, — гордо произнес глухой голос, — рыцарь Англии, командовавший целым полком во время Тёмных набегов!       — Не слышала о таком.       — Как это не слышали, миледи? Вы, верно, плохо изучали историю.       Брендон ясно представил себе, как у грозного Брайна округлились глаза от разочарования и удивления.       — Я её вообще не изучала, кроме историй о Мерлине, — ответила Мелани, делая шаг ближе. — Учёба начнется только в понедельник.       — Так вы впервые в атенеуме? Теперь ясно, почему вы ничего обо мне не знаете. Я — местное достояние!       — Очень интересно, — сказал Брендон. — И кто вы?       — Я же сказал, я сэр Брайн…       — Нет-нет, — прервал он рыцаря. — Вы привидение?       — Да, сэр, я призрак, — гордо ответил дух О’Фарелла.       — И как вы оказались тут? — Картер встал на цыпочки и заглянул внутрь доспехов.       — Сэр, — прозрачный, как вода, призрак вылетел из своего бывшего рыцарского облачения, — прошу соблюдать дистанцию, и держите свой любопытный нос при себе. Я защищал этот атенеум во время Тёмных набегов, и покойный директор Флапрасес принял мой дух в стенах Гринчвилда, когда я погиб.       — И вам нельзя покидать доспехи? — поинтересовалась Мелани.       — Какой рыцарь будет покидать свои доспехи?       — Наверное, чистоплотный?       Бывший воин, как истинный рыцарь, пропустил бестактное замечание мимо ушей и пресёк будущие расспросы, ответив на всё разом:       — Я покидаю облачение только когда мне надо представиться, — призрак наконец обрёл форму и мило улыбнулся. Брайн О’Фарелл оказался жилистым мужчиной с длинными усами, однако остальные черты его тела не особо хорошо просматривались. — Подобные мне призраки, в отличие от неприкаянных, не имеют привычки попадаться людям на глаза. А когда мы исполняем свой долг, то отправляемся в мир иной… А может, просто становимся невидимыми для человеческих глаз.       — Вы такой милый, — протянула Тёрнер. — Что же вы не выполнили, раз всё ещё призрак?       — Миледи, — учтиво произнёс рыцарь, — как рыцарь я предпочитаю казаться храбрым, а не милым. А как мужчина… впрочем, вы ещё малы для этого. И позвольте оставить мне свои секреты при себе.       — А много тут ещё призраков? — с горящими глазами спросил Брендон.       — Нет, сэр. Раньше все доспехи принадлежали привидениям, но за последние несколько сот лет многие ушли в другой мир. И, в конце концов, это атенеум, и детям положено учиться, а не болтаться с призраками.       — А раз вы такой взрослый, то, наверное, знаете атенеум вдоль и поперёк? — озорно улыбнулся Картер и на утвердительный кивок О’Фарелла обрадованно потёр ладони. — Не подскажете, где здесь кухня?       — С удовольствием, сэр. Вам надо дойти до холла, подняться по узкой лестнице около самой крайней двери в Главный зал, повернуть налево и идти до картины с корзиной фруктов. Не помню, правда, что делать дальше, но нетрудно будет разобраться на месте. Только не говорите никому об этом. Как войти на кухню — большая тайна, дабы избежать частых на неё набегов.       — А почему вы нам тогда сказали? — не удержалась от вопроса Мелани.       — Потому что я взрослый и сам решаю, кому что говорить.       — Спасибо, сэр. — Брендон поклонился призраку, дёрнув подругу за рукав, чтобы та больше ничего не спросила. — Не переживайте, этот секрет никто не узнает. Хорошего вам дня.       — И вам, мой юный друг. Удачной учёбы, миледи. Не забудьте хорошенько выучить всё, что касается Тёмных набегов.       — До свидания, мистер О’Фарелл. Непременно.       В обсуждении рыцаря они дошли до тёмного коридора. В неприметной тёмно-коричневой рамке, которая висела на освещённой свечами каменной стене была нарисована большая корзина сплетенная из тонких прозрачных нитей, напоминающих паутину. В ней лежали крупные спелые яблоки, фиолетовая виноградная гроздь с невероятно большими виноградинами и драконьи фрукты с золотистой тонкой кожурой, через которую просвечивались белая в крапинку мякоть и маленькие чёрные косточки.       Брендон провёл пальцами по холсту, пытаясь нащупать какую-нибудь кнопку, которая могла бы открыть проход.       — Странно, — сказал он, — картина как картина.       — Может, рядом рычаг какой-нибудь?.. Дагда, Брендон, на нас кто-то смотрит.       — Что? Где?       — Вон там, — показала Мелани пальцем вперёд по проходу.       — Эй, ты, выходи.— Нахмурил брови Брендон и сделал шаг вперёд так, чтобы подруга оказалась за его спиной.       Маленькое существо с рыжими волосами, зачёсанными кверху, молочного цвета шерстью и испуганными сиреневыми глазами вышло на свет. Оно внимательно смотрело на Картера, который до сих пор держал руку у рамы картины.       — Кто ты? — смягчил голос Брендон, заметя безобидного на вид обитателя атенеума.       — Я Квиль, мистер, эм.?       — Картер. А она Тёрнер.       Квиль кивнул головой в знак приветствия, а потом вытянулся по струнке и одёрнул свой бархатный синий пиджачок с важным видом.       — Так вот, мистер Картер, я из рода болотных хвостатых белифов. Нас называют бельфостами. И я ответственен за кухню. Мы считаемся детьми прекрасной богини Белисамы, которая издревле покровительствовала ремесленникам и была великой богиней огня и извилистых английских рек. Мы лучшие в выполнении кропотливой работы, такой как выстругивание из дерева игрушки, отлично обрабатываем минералы и хороши в готовке.       — И как давно вы тут работаете? Никогда у вас не слышала.              — Сначала, когда Гринчвилд только построили, болотных белифов, наших предков, отлавливали, приносили в атенеум и отдавали нам всевозможную «мелкую» работу: создавать для тогдашних педагогов перстни, наводить порядок в гостиных, готовить еду, даже ухаживать за воронами, которых когда-то держали в атенеуме и которых наши свободные предки боялись до смерти. Но потом начали поручать только работу на кухне и уборку, а самых смелых назначали в ассистенты учителям по таким предметам, как дэрвадэл.       — Это… Здорово. И хороший пиджак, — сказал Брендон, немного подумав.       — Мне тоже нравится, — ответил Квиль и с заботой погладил свою бархатную одежду — единственный элемент одежды, прикрывающий шелковистую шерсть. — Чем могу помочь вам?       — Понимаешь, — начала Мелани, — мы несколько проголодались, а до завтрака, кажется, ещё долго. Не мог бы ты нас впустить на кухню?       Квиль посмотрел на них недоверчиво и неуверенно отказал.       — Завтрак подают с раннего утра.       — Я слышал, — решил схитрить Брендон, — что ты готовишь лучше всех из бельфостов. Я бы с радостью научился готовить у профессионала!       — Они правда говорят, что я лучший? — огонёк надежды блеснул в глазах Квиля. — Честно-честно?       — Да, почти, — смутилась Мелани, глядя на воодушевлённого белифа.       — Только это секрет, хорошо? Так впустишь нас?       — О да, конечно, — закивал бельфост. Он подошел к стене, находящейся напротив картины, и стукнул по ней трижды кончиками пальцев. Неожиданно прямо на полу образовалась небольшая дыра. Дыра начала расширяться и вскоре увеличилась настолько, что Брендон и Мелани спокойно могли проскользнуть через неё.       Их глазам открылась кухня, расположившаяся где-то между этажами. Это было большое помещение с печами, длинными большими разделочными столами, по которым среди разнообразных продуктов ловко бегали бельфосты, и многими другими вещами, необходимыми при готовке. Бельфостов было много, облачённые в рубашки с засученными по локоть рукавами и фартуки, они быстро перебегали от кастрюли к кастрюле и кидали туда приправы с заговорщическим видом. Другие белифы доставали из печей выпечку, втягивая аромат еды с блаженным видом, передавали тем, что на столе, и мохнатые существа продолжали колдовать над ней, украшая взбитыми сливками и ягодами.       Сперва никто не замечал чужого присутствия, так как все были слишком заняты приготовлением завтрака, но в какой-то момент гринчвилдские повара буквально замерли на месте и, не моргая, уставились своими круглыми глазами на Брендона и Мелани. Квиль подтолкнул их в центр кухни и представил сородичам. Многие из бельфостов остались, где застыли, но некоторые храбрецы, стоящие на столе в таких же бархатных пиджачках, как у Квиля, смело протянули ребятам руки для рукопожатий. Они учтиво улыбнулись пришельцам, а потом что-то буркнули через плечо своим подчинённым, и бельфосты опять засуетились, больше не обращая внимания на пришедших. Все руководители кухни, кроме нового друга Брендона и Мелани, тоже через несколько секунд принялись бегать по столам и отдавать распоряжения поварам.       Картер осматривал помещение с неподдельным интересом. Он внимательно следил за юркими бельфостами, которые подбегали к разным мискам, тарелкам и кастрюлям с нарезанными овощами и фруктами, тягучими смесями, похожими на карамель, и, кинув туда ингредиенты, старательно перемешивали всё, иногда останавливаясь и вдыхая сладкий пряный аромат, который витал на кухне. Брендон всё пытался высмотреть признаки волшебства и наконец, сдавшись, спросил:       — Вы что, не используете магию?       — Нет, сэр, — ответил Квиль и сдвинул брови, как будто он старый профессор, пытающийся тщетно вдолбить детям простейшую науку. — Не используем. Если хотите что-то сделать хорошо, то это надо делать самому! Когда вы готовите блюда своими собственными руками, то вкладываете в них часть своей души. Любовь, с которой человек что-нибудь сделал, а это относится не только к приготовлению еды, может сделать всё что угодно лучше, даже если это выглядит плохо. Это легко доказать. Скажите мне, как много раз вы готовили яблочный пирог?

***

      Брендон и Мелани выходили из кухни счастливыми. У них в руках были домашние мармеладки, конфеты, всякие пряности и фрукты. Пытаясь всё это не выронить, Картер аккуратно и медленно наклонялся к своей руке, в которой он держал кусок только что приготовленного им пирога. Он был горд собой и удивлён, что готовить так здорово. Его отец говорил, что он очень устаёт возиться на кухне, и Брендона со временем стала беспокоить мысль, что в будущем он будет готовить себе сам по вечерам. Однако сейчас всё выглядело не так плохо. Возможно, если ему разрешат, он мог бы стать самым главным на кухне после своего выпуска. В конечном итоге, Мелани и испачканный в тесте Брендон вышли объевшимися, счастливыми, да ещё и с горой еды с собой.       — Не знаю, что Финли собирается показать нам в Гринчвилде, но он совершит огромную ошибку, если не пойдёт сюда.       — Ты же помнишь, что это секрет?       — Разумеется, помню! А ещё я никогда не вру. Разве что по четвергам, но сегодня же не четверг, можно не беспокоиться. Но Киту же надо сказать?       — Дагда, нет, иначе он съест всё!       — Да ладно, и у его желудка есть пределы.       — Не хочу тебя разочаровывать, но этот человек может есть и есть…       — Постой. — Брендон резко остановился и начал прислушиваться к звукам замка. В какой-то момент тишину разорвал чей-то отдалённый приглушённый крик помощи, и Брендон, отдав Мелани распоряжение сохранить его еду в целости, как пуля, умчался в сторону источника крика. Мелани тоже пробежала несколько метров, выкрикивая, что ничего не слышит, но вся еда посыпалась из её рук, и она отстала.       Брендон стремительно шёл туда, где, как казалось ему, кричал человек. Он плутал по длинным коридорам, пытаясь представить, откуда пошёл звук. Слабое эхо раздавалось отовсюду, и Картер даже не мог представить, куда именно ему идти. Но он твёрдо решил помочь попавшему в беду человеку и петлял по первому этажу Гринчвилда в его поисках.       Блуждая по коридору, Брендон не заметил, как обошёл весь первый этаж. Большие просторные комнаты и петляющие лестницы освещались звёздным потолком и солнечными лучами, которые словно танцевали по стенам атенеума. Стук его ботинок по мраморному полу раздавался глухим эхом. Он шёл, попутно заглядывая в разные комнаты, которые попадались ему на пути, но многие из них оказывались запертыми или жутко маленькими. Несколько раз, затаившись за углом, Картер видел, как старшие ребята, оглядываясь через каждые десять шагов, быстро расходились в разные стороны к своим гостиным.       Одёрнув футболку, смелым шагом Брендон направился к отдаляющейся группе ребят. Они шли, оживлённо обсуждая последние новости, и совсем не обращали на него внимание.       — Ты сам слышал, — сказала какая-то девушка, — Эмбер совсем голову потеряла.       — Но, Эвелин, а вдруг это правда, — ответил ей блондинистый юноша.       — Даже если это правда, Гринчвилду ничего не может угрожать. Этот атенеум хорошо защищён от нападений, как и любой другой.       — Извне. А если кто-нибудь проникнет внутрь?       — Наш мистер Эванс в одиночку остановит целую армию.       — О чём это вы?       Брендона, нахмурившего брови из-за сказанных подростками слов о нападении, обогнала миленькая, слегка полненькая девушка с искрящимися глазами.       — Это секрет, Кира, поэтому смотри, не разболтай это всем, — сурово ответила ей Эвелин. — Если говорить кратко, то Эмбер…       — Эй, а ты кто такой? — прервал её блондин и выразительно посмотрел на Брендона, резко остановившись.       — Я Брендон из кайндаймха.       — Первоадранец? — строго спросила Эвелин.       — Нет, — решил соврать Картер. — Я во втором.       — Странно, я тебя на распределении, кажется, видела, — задумчиво сказала Кира.       — Брендон, если мы сейчас встретимся с кем-нибудь из взрослых, то спросим, откуда ты. А если ты соврал нам…       — Но нам нельзя… — Кира с удивлением посмотрела на девушку, но та в свою очередь взглядом заставила её замолчать.       — Да бросьте, — развел руками Брендон. — Никому из нас не хочется встретить учителей.       — Иди-ка ты в свою гостиную, — завершил разговор блондин и ускорил шаг.       Картер остался стоять на месте и разочарованно смотрел на удаляющихся подростков. Но, немного обдумав ситуацию, быстро пошёл вслед за Эвелин и её другом.       Таким образом он проследил за Эвелин и её другом до нижних этажей. Хоть окон здесь не было, коридор всё же был освещён солнечными лучами, а вот атмосфера вокруг была совсем не солнечная. Брендон следовал по пятам старших и не терял их из виду, но в один момент, когда он отвлёкся лишь на секунду, блондинистый мальчик и его спутницы исчезли, будто их и не было.       Картер удивлённо огляделся. Он внезапно понял, что преследовал обычных подростков и сам не знал, зачем это делал, ведь где-то кричал, искал помощи человек. Брендон не обращал внимания на тот факт, что потратил слишком много времени и, как бы он не захотел, уже не сможет определить, где именно случилось несчастье. Не думал он и о том, что бедолаге уже могли помочь. Он понимал это задней мыслью, уговаривал себя вернуться в гостиную, но внутренний голос нашёптывал ему, что он оказался в правильном месте и уходить отсюда нельзя. Поэтому, всё так же крадучись, зашёл в один из ответвлённых коридоров.       Коридор был пугающе пуст. Голые каменные стены будто бы давили. Ни одного звука, кроме тихого собственного дыхания, Брендон уловить не мог. Здесь было что-то не так. Его не оставляло чувство, что стены вокруг него сейчас сойдутся и раздавят его.       «Может, не надо было сворачивать сюда? — пронеслось у него в голове. — Хотя если кто-нибудь мог попасть в беду, то только в таком месте».       Решив это, Брендон уже увереннее пошёл вперёд, внимательно вглядываясь в кирпичные стены. Вдруг перед ним открылось небольшое помещение, в которое выходило много проходов таких же узких коридоров. Солнце не могло просочиться сюда, но всё же в своеобразной сердцевине каменного лабиринта было необычайно светло. В самом центре пола находилась деревянная дверь с кольцом ближе к центру. Брендон ухватился за вероятную ручку и сильно потянул на себя. Однако несмотря на приложенные усилия, дверь не поддалась.Он подёргал за кольцо ещё несколько раз и внезапно вспомнил о солторе. Однако в этот момент боковым зрением уловил движение где-то в коридоре.       Брендон кинулся к кирпичной стене, чтобы остаться необнаруженным. Получить наказание за нарушение правил, которые он даже не начал ещё учить, совершенно не хотелось. Он заметил, как длинная тень скользнула по каменному полу и исчезла за поворотом. Оставаться рядом с непонятной дверью непонятно где казалось не самым лучшим вариантом, поэтому он осторожно вытянул голову из укрытия. Главное было не попадаться на глаза обладателю тени, пока тот будет выводить его из каменного лабиринта. Немного выждав, Брендон, как можно тише последовал за неизвестным человеком. Он шёл, напряженно вглядываясь вперёд, и почти забывал дышать. Потом коридор резко повернул направо, и Картер вжался в стену, высунув голову не так сильно, чтобы его заметили, но достаточно, чтобы в теории разглядеть таинственного хозяина тени. Ему почти это удалось, как тут же «некто», брякнув ключом, отпер старую, судя по звуку, как мир, дверь. Он высунул голову сильнее, но увидел только исчезающую за поворотом тень. Наплевав на возможность попасться охраннику или кто это был, Брендон ринулся в темноту, пока дверь с самым противным скрипом на свете не успела закрыться.       Быстро пройдя коридор, он оказался в довольно просторной комнате, которую тускло освещал единственный факел. В полу находилось небольшое отверстие, к которому подступал шест. И больше ничего. Тень и её хозяин испарились, оставив Брендона наедине с дырой и возможностью потеряться и умереть от обезвоживания в огромном лабиринте среди стен Гринчвилда. Тогда он смело подошёл к дыре и опустился на колени в надежде, что это окажется странным потайным проходом в Церемониальный зал. Однако шест, покрытый какой-то слизью, доверия не внушал. Слизь выглядела настолько противной, что Картера начало тошнить от одного её вида. В попытке не стошнить прямо на себя он опустил голову ближе к дыре в полу. Но чей-то крик, как тот, который он услышал, ещё будучи с Мелани, в момент убрал тошноту и заставил отпрянуть. Это был не человеческий крик — такой страшный и странный, что Брендон даже не понял, какому существу принадлежит. Однако вслед за этим криком послышался хриплый женский голос. Слова были плохо различимы, и казалось, что её душили.       Собрав всю свою волю в кулак, Брендон подполз к отверстию. Ему в нос резко ударил запах не самой свежей рыбы, которого раньше там не было. Он зажмурился и, стараясь не дышать, прислушался к словам женщины, попутно думая, чем он сейчас может помочь.       — Я не знаю, кто это был, — тяжело дыша, проговорила женщина. — Честно, мессир, я не знаю, кто был тут.       Сдавленный крик опять повис в воздухе.       — Не надо, — взмолилась сквозь слёзы она. — Мне больно. Если бы я знала, то сказала бы!       — Ты лжёшь, — ответил ей чей-то хриплый от ярости голос. — Я не люблю ложь.       Послышался хлопок. Ещё один. Что-то блеснуло внизу.       — Я… я бы сказала, если бы знала. Вы думаете, я бы… стала терпеть эти муки? Вы знаете, что я не могу вам врать!       — Да, ведь есть один фактор… — медленно ответил голос. Только сейчас Брендон понял, что второй человек — это мужчина.       — Не надо! — опять крикнула женщина, и что-то снова, как луч фонаря, вспыхнуло и угасло.       «Я должен что-то сделать», — устало решил Картер. Запах рыбы обволок всю комнату, дышать становилось трудно, но он всё ещё пытался сосредоточиться на собственных мыслях. Очередной вопль, будто пушечный выстрел, прогремел в голове. Мир вокруг кружился, глаза ни на чём не фокусировались, и Картер просто выставил руки вперёд, надеясь не упасть камнем вниз. Его пальцы коснулись шеста, но уже было всё равно; казалось, что слизи там уже и не было.       Он не хотел спускаться туда, откуда шли крики, но его тело не слушалось. Брендон просто упал с шеста, когда до земли оставалось совсем немного. Он плюхнулся в воду и услышал, как кто-то начал медленно подходить к нему. Внезапно стало страшно, что несмотря на падение и боль в коленке, он вскочил и помчался к груде камней в центре подвал по таявшему льду.       Внезапно шум шагов прекратился. Сердце радостно забилось в груди, что он спасся. И ни тихий всплеск, ни небольшая рябь на воде не казались опасными. Брендон уже начал расслабляться, адреналин перестал будоражить его кровь, когда внезапно нечто выпрыгнуло из тёмной воды. Оно шипело, оскалив белые и острые, как у вампира, клыки, его глаза страшно горели красным пламенем. По бледному, словно мел, лицу существа ползли какие-то тёмные струйки, но Брендон видел только эти страшные глаза и яркий красный рот с острыми зубами. Холодные мокрые руки схватили его, но он даже не почувствовал этого.

***

      Брендон очнулся в своей кровати. Он что-то сказал сам себе и заметил, как к нему обратились с беспокойством несколько пар глаз. Загорелая физиономия Кита выражала крайний интерес, испуганные глаза Мелани виновато глядели на него, а мордашка Стефана светилась от сочувствия. Только Алекс остался равнодушным, сидя на своей кровати, и, заметя, что Картер пришел в сознание, скомандовал:       — Перестаньте его изучать, дайте человеку сесть, в конце концов. Ну-с, браток, — с интересом обратился он к нему, — как себя чувствуешь?       — Женщина, — сглотнул Брендон с ошалелыми глазами. — Он её пытает.       — Брендон, ты о чём? — спросила Мелани. — Ты о той, чей крик ты слышал?       — Так-так-так, — по-хозяйски протарабанил Белл. — Я спрашивал о самочувствии. Не стоит спрашивать о чём-либо другом сейчас.       — Нет, — возразил Картер, быстро приходя в себя. — Её надо спасти!       — Кого — её? — поинтересовался Кит.       — Ту женщину, что кричала. Она в подвале, её там пытает какой-то мужчина.       — В каком ещё подвале? — рассмеялся Алекс.       — В котором я был. Я… я же там потерял сознание. Там так воняло рыбой, вся моя одежда, наверное, пропиталась этим запахом.       — Брендон, — робко сказал Стефан, — тебя нашли на лестнице…       — Как на лестнице? Где?       — На главной лестнице. Точнее у неё. Ты упал, — объяснил Кит.       — Этого не может быть, — растерянно ответил Брендон. — Мы с Мелли… мы с ней расстались почти у главной лестницы, а я встретил ещё нескольких старших до того, как оказался в подвале… Я же не придумал это!       — Ты мог удариться головой при падении, — начал рассуждать Кит.       — Он это и сделал, — вставил Алекс.       — Белл, — рассерженно сказал Кит, сдвигая брови, — ты совсем не помогаешь. Издевайся над другими.       — Мы будем жить вместе семь лет. Значит, самые близкие цели для издевательств — это вы.       — В том-то и дело, — ответил Брендон, — мы будем жить в одной комнате семь лет.       Алекс усмехнулся и поднял руки в качестве капитуляции.       — Всё равно, это не отменяет того факта, что ты ударился головой. И это в первый день в атенеуме. Великий прах святой печеньки, помоги нам… нет, не нам — ему прожить эти семь лет в целости и сохранности, — трагично сотрясая руками в воздухе и закинув голову, паясничал Алекс. — Я на экскурсию по атенеуму. Кто со мной?       Стефан неуверенно поднял руку, и вскоре оба мальчика скрылись за дверью. Послышался шумный выдох Мелани. Картер поднял на неё взгляд, призывая поверить его словам, но девочка старалась не смотреть на друга. Повисла напряжённая тишина, и только Кит, шмыгнув носом через долгое, как показалось Брендону, время, нарушил её.       — Ты правда был в подвале? — спросил он.       Брендон в ответ только слегка кивнул.       — Где это?       — Я не знаю. Я шёл за какой-то Эвелин и её друзьями. Я так увлёкся, когда следил за ними, что совсем потерялся. Я не представляю, в какой части замка был. Единственное, что я помню, — продолжил он, помолчав немного, — это запах рыбы и сырость. В том подвале была вода… И эта кричащая женщина. Её кто-то душил. Какой-то мужчина.       — Мужчина? Ты уверен? — дрожащим голосом спросила Мелани. — В атенеуме не так много мужчин, и мы сможем найти его, если всё это правда.       — Разумеется, это правда, Мелли! Неужели ты не чувствуешь запах рыбы?!       — Но у тебя чистая футболка, Брендон, — ответил Кит. — Она сухая, как будто ты только её надел.       — Но я же не вру! — упрямо продолжал Картер.       — Нам нужны улики, — вставила Мелани. — Возможно, эта женщина ещё там, а мужчина до сих пор здесь. Дагда, а вдруг он учитель?       — Тогда мы найдём его, — сказал Кит. — Нужно разработать план.