Te amo.

Глубоко вздыхает. Дерьмо! Надо срочно что-то придумать. Судорожно ищет телефон, достает его из кармана и поспешно печатает сообщение: «Выручай». Лишь бы получилось…. Лишь бы получилось…. Мэри хмуро смотрит в его сторону подозрительным, скользким взглядом, а потом возвращается к работе, так ничего и не сказав. В кабинете Зальцмана подозрительно тихо и спокойно, Елену не засекли. Значит, шанс выкрутиться еще есть. Все зависит от Клауса. Смотрит на часы. Прошло уже, минимум, минуты три. Почему так долго? Неожиданно дверь кабинет распахнулась, и вбежала Кэролайн. Ее волосы растрепаны, а на форме огромные пятна от еды. Это может означать только одно. - Что случилось? – тут же спохватилась секретарша. Ее глаза расширились, и губы сложились в букву «о». - Переполох в столовой. Самый настоящий переполох! – объясняет блондинка взволнованным голосом. – Возьмите мистера Зальцмана. Помогите пожалуйста! Дважды просить не требовалось. Та вбегает в его кабинет, и уже через минуту они оба уходят. Кэролайн успевает подмигнуть Деймону, а тот посылает ей одобрительную улыбку. Блестящая работа. Спустя пару мгновений выходит Елена, оглядывая по сторонам и сжимая в руках газету. - Боже! – взывала шатенка, заметив парня. Страх отступил, облегчение было таким сильным и внезапным, что ноги не держат. Сальваторе успел ее подхватить. – Я думала все, кранты! - Да уж, Ник с Кэр постарались. Давай свалим отсюда. Сейчас не самое лучшее время попадаться мистеру злая собака. Оба прыснули со смеху. - Я до сих пор не могу понять, - начала Кэролайн, сидя у Деймона в комнате через неделю после происшествия. – Кто же печатает эту дрянь? Кому так понадобилось, чтобы вас выкинули из колледжа? - Не знаю, - ответив, резко замолкает и прислушивается. Неужели кто-то идет? Неужели кто-то услышал женский голос? Форбс не положено здесь находится, так же, как и другим девушкам. Но она все-таки решила прийти к нему. Впереди грандиозная вечеринка в клубе. Все надо продумать до мелочей. – Но я узнаю. Обязательно. Мы еле выбрались тогда. Боюсь представить, чтобы было с Еленой, если бы не вы… Слышится непонятная возня. Кто-то стучит в дверь. Настойчиво, даже требовательно. Глаза блондинки тут же вспыхнули от страха, а Деймон судорожно ищет место, куда же ее можно спрятать. Кто-то дергает за ручку, и парню ничего не остается, как затолкать подругу в шкаф. - Боже, это всего лишь ты, - облегченно вздыхает он, открыв дверь. Страх понемногу отпускал, больше не сдавливал сердце своими тяжкими узлами. Тревога быстро сменяется искренним удивлением. – Что случилось? Почему ты здесь? Снова решила правила нарушить? Та качает головой, войдя в просторную комнату и придирчиво осматривая ее. Затем прикусывает губу, заламывая руки. Первый раз Сальваторе видит Елену такой рассеянной, неуверенной в себе. Почему же? Где дерзкий, надменный взгляд? Где хитрая ухмылка? Где колкие шуточки в его адрес? Почему она молчит и волнуется? Черноволосому стало жутко интересно узнать, в чем дело, захотелось немедленно потребовать ответа, но вместо этого он обхватил руками ее лицо и заставил смотреть себе в глаза: - Елена, ответь мне, - шепчет, проводя большим пальцем по нижней губе. Девушка замирает на мгновение. Одна секунда. Один порыв ветра, и она хватает его за шею, притягивая к себе. Долгий, глубокий поцелуй. Страсть накрывает с головой, носит в водоворот жгучего желания. Руки Гилберт сжимают край его рубаки, рука парня блуждает по ее спине. – Ты поцеловать меня пришла? – ухмыляется, отстранившись. - Нет, - опускает глаза. – Я пришла ради другого. Ответа не последовало. Вместо этого новый поцелуй. Гораздо лучше предыдущего. В него шатенка вложила все свои чувства, всю свою любовь и желание. Когда руки опустились на ремень джинсы, Сальваторе тут же вспомнил о Кэролайн в шкафу и мягко отстранился, убирая ее руки. - Нет, Елена. - Почему же? Что тебя останавливает? Всего лишь Кэролайн, которая ловит каждое слово. Ему не хочется, чтобы блондинка стала свидетелем их страсти и просидела в своем укрытии еще добрых два часа. Если бы не девушка, он бы давно сорвал с Елены эти ненужные тряпки и показал, что значит настоящая любовь. Ему не хотелось быстрого секса. Ему хотелось наслаждаться ей по-настоящему. Гилберт откинула волосы назад, надула губки и сложила руки на груди. - Эм, ладно, - ее колючий взгляд прожигал насквозь. В голосе чувствовалась обида и непонимание. Почему он отказался? Неужели не хочет ее? Может, она делает что-то не так? - Я хочу тебя, правда. Ты даже не представляешь как, но не сейчас, - заверил ее Сальваторе, кинув быстрый взгляд на шкаф. Его девушке показалось это странным, и она ловко проскользнула к дверям, распахнув их. Глаза парня расширились, когда оттуда буквально вывалилась Кэролайн. - твою мать! – простонала Елена. – И как мне, блять, это понимать?! Какого черта?! В ее глазах читался шок. Непонимание. Она уставилась на подругу. Та нервно улыбнулась, чувствуя, что готова сквозь землю провалится от стыда. Ее щеки тут же вспыхнули предательским румянцем. - Простите. Все так случайно. Я… я …, - мямлит, не зная, как выкрутится, как объяснить. На самом деле, вечеринка – это секрет, и Елена не должна знать о ней. Стоп! Это Деймон виноват! Он своим быстрым взглядом сдал ее, так что пусть сам выкручивается. Блондинка не хочется иметь дело с разгневанной Гилберт, которая вот-вот оторвет им головы. - Ох, боже, ты же не думаешь, что между нами что-то есть, так ведь? – перебил ее парень, в упор смотря на свою девушку. Кэр воспользовалась случаем и быстро выскользнула за дверь. Теперь, главное, чтобы никто из старост ее не поймал. В комнате слышатся крики. Они ругаются. О боже…. - С тобой все в порядке? – спрашивает у нее Кэтрин, выгибая бровь. Девушка плюхнулась на софу, тяжело дыша и буквально задыхаясь. Кол тоже заинтересовался их разговором и убрал руку с колена Кэт. Похоже, Кэролайн не вовремя. Ну, ладно. Сейчас это волнует меньше всего. – Эй, подруга! Ау! - Ох, черт! Я в полном дерьме! – выпалила на одном дыхании, заслонив лицо руками. Что теперь делать? Как помирить их? Поверит ли Елена ему? А, если она расскажет Клаусу? Что подумает он? Едва она подумала о любимом, как знакомый запах ударил в голову. Нежные руки обвили ее талию, и томный голос прошептал на ухо: - Скучала? - Форбс, Майклсон! Вам не стыдно? Блондинка открывает глаза и видит перед собой Мэри, которая сложила руки на груди и строго смотрит на нее. Во взгляде читается легкий укор. Ее проблемы на сегодня не кончились? - Простите, - оправдывается Клаус. – Я просто не удержался. - Тихо! Слушать ничего не хочу. Форбс, тебя вызывает директор. Весь мир остановился в одно мгновение. Какого черта? Неужели кто-то засек ее в комнате Сальваторе? Она ловит непонимающий взгляд Кола, Ника и Кэтрин. Она и сама не понимает, что происходит. - Зачем? Я в чем-то провинилась? – спрашивает дрожащим голосом. - Не знаю. Давай, пошли. Ей ничего не остается, как плестись на верную смерть.