Infliction

      Стоило омеге покинуть покои, король потребовал позвать слуг матери. Впрочем, те тоже ничего нового не сказали, лишь запереглядывались, а после дружно склонились в глубоком поклоне, виновато объясняя, что не были при разговоре, так как госпожа отослала их подальше. Интерес вампира рос в геометрической прогрессии. К вечеру он перебрал уже несколько десятков теорий. И после ужина его любопытство оправдалось, когда в покои влетела раздражённая мать, хлопая руками по рабочему столу и шипя о невоспитанности его супруга.       — Я говорила тебе, что от этого человека будут проблемы, — прошипела Бао, вперив в сына сверкающий обидой взгляд. — Да как он смеет так со мной говорить?!       Фыркнув недовольно, она плюхнулась в кресло у стола и сложила руки на полной груди, хмурясь. Король молча ожидал продолжения, приподняв бровь. И это женщину еще больше начало выводить из себя.       — Что смотришь так на меня? Твой омега посмел принижать меня на глазах у слуг! Возомнил себя непонятно кем, — не выдержала она, всплеснув руками, и уперлась локтями в кресло, зажав пальцами переносицу. — Дерзкий мальчишка! Тебе следует научить его держать язык за зубами. А то при тебе он невинная овца, а со мной клыки щерит.       Прыснув в кулак, король прищурился весело и склонил голову к плечу.       — И что же такого мог тебе сказать обычный человек, раз ты так разозлилась? — поинтересовался он, лукаво сверкая красными глазами. Женщина моментально взвилась и, ощетинившись, вновь хлопнула руками по столу.       — Этот сопляк потребовал от меня уважения! Такой заявил, мол, я супруг короля, и вам должно проявлять уважение! Мол, слуги все видят! Я в шоке!       Чимин наконец рассмеялся в полный голос, чувствуя какую-то гордость за супруга.       — Надо же, а он не так слаб. Может проявить характер, — пробормотал он с определенной долей восхищения. — Он прав по сути, матушка. Он — мой супруг. Неуважение к нему значит неуважение лично ко мне. Человечек быстро смекнул, что к чему.       — Да ты… Да он… Да как он смеет! — вспылила с новой силой Бао. — Я — бывшая королева! Да я старше его на десяток веков!       Тут же веселая улыбка сменилась на холодную усмешку, и уже Чимин поднялся со своего места, нависнув над умолкнувшей матерью.       — В том-то и дело, матушка, — хмыкнул он, — бывшая королева. Юнги — действующий король. Мой супруг. И, как бы тебя это не коробило, ты обязана уважать его и подчиняться его воле. А он, смею напомнить тебе твои же слова, не сказал ничего излишнего. Он потребовал от тебя уважение своей персоны. И правильно сделал, что указал тебе на внимание слуг. Сама знаешь, как легко возникает волнение среди челяди.       — Но! — беспомощно отозвалась женщина, однако замерла, прикрыв веки и поведя носом. А после хмыкнула и хрипло хохотнула, опустившись в кресло и подняв на сына взгляд. — Хорошо же тебя приручила его кровь, сын мой… Чтобы ты позволял кому-то вить из тебя веревки? Да никогда такого не было. А сейчас стоит этому сопляку мотнуть задницей и заломить брови, как ты тут же прощаешь ему все. Неужели мой сын — сильнейший из вампиров — влюбился в… человека?       — Даже если и влюблюсь, матушка, не вам судить. Вы воспитывали меня достойным мужем. И я не позволю неуважение к моему супругу ни вам, ни себе, ни кому бы то ни было.       Отойдя к окну, альфа упёрся в подоконник ладонями, подняв взгляд на растущую Луну.       — Я не считаю нужным оправдываться перед вами за чувства и мысли. Мои отношения с Юнги вас не касаются. Поэтому… держите себя в определенных статусом границах. И смиритесь с тем, что замок больше не вертится вокруг вас.       Повернувшись к матери с ухмылкой, Его Величество приподнял гордо подбородок.       — Думаю, вам пора отдыхать, матушка. Мне же нужно встретиться с супругом.       Фыркнув гордо, Бао поднялась с кресла и, бросив на сына надменный и малость обиженный взгляд, покинула его покои. Король проводил ее вздохом и окликнул слуг, требуя позвать Юнги. Те откланялись и спешно удалились выполнять приказ.       И уже через десять минут омега осторожно вошел в покои супруга, кутаясь в халат, надетый поверх ночной рубахи. Он уже готовился ко сну, когда за ним пришли слуги короля. И Юнги посчитал, что заставлять ждать вампира не самая лучшая идея.       — Ваше Величество, вы хотели меня видеть? — слегка поклонившись, он запахнул халат у ключиц, обняв себя рукой за талию. — Простите мне мой внешний вид. Я подумал, что это что-то срочное и поспешил к вам.       — Ничего действительно срочного. Подойди.       Юнги закусил губу и кивнул, осторожно направившись на голос. Наткнувшись на столик, он упёрся в него ладонями и обошёл, тут же попав в руки супруга.       — Заходила госпожа Пак… — начал король, старательно скрывая ухмылку и держа прохладный тон.       Юнги в его руках вздрогнул и опустил голову, закусив губу ещё сильнее.       — Она недовольна. Говорит, ты ей грубил.       Омега тут же возмущённо вскинул голову, и король поймал пальцами его лицо, не давая отвернуться более, желая видеть реакцию на поддразнивание.       — Жаловалась, что ты оскорблял ее, унижал и издевался, да ещё и требовал ее, цитирую, пойти к черту.       — Что-о-о? — кажется, он покраснел от возмущения. Нахмурившись, Юнги запыхтел и надул обиженно губы, сжимая лежащие на крепкой груди ладони в кулаки. — Это не так! Ваше Величество, я не посмел бы такое сказать вашей матушке! Она… она… она оклеветала меня! Я… да я же… Я просто попросил ее уважать меня, как вашего супруга, и не говорить лишнего при слугах.       Поджав задрожавшую губу, омега дернул головой, пытаясь отцепить от себя удерживающие его пальцы. Почему-то хотелось плакать. От обиды. От возмущения. От страха, что вампир поверит родной матери, а не ему.       — Я правда не оскорблял ее… — прошептал хрипло он, заломив брови и сжавшись в руках Владыки. — Правда…       Умолкнув в напряжении, Юнги закусил нервно губу и сжался, ожидая слов короля. Но внезапно, вместо предполагаемой злости, вампир усмехнулся и провел носом по его виску, скользнув ладонями по талии на поясницу, прижав к себе ближе. Вздрогнув, омега уперся ладонями в его грудь и растерянно выдохнул, разомкнув покрасневшие от укусов губы.       — Вы не… злитесь на меня?       — Нет конечно, — усмехнулся король, прикрыв веки, — я пошутил. Она такого не говорила.       Секунда — и возмущённо пыхтящий омега вырывается и шлепает ладошкой смеющегося альфу по плечу, надувшись обиженно. Увернувшись от очередного шлепка, король перехватил чужую руку и дернул супруга за неё, возвращая в свои объятия.       — Успокойся. Да, она не говорила такого, но все равно приходила и жаловалась. Как раз на то, что ты уважения затребовал, — устроив подбородок на чужом плече, вампир ухмыльнулся, — признаться, я поражён и восхищён. Ты наконец начал понимать, как лучше вести себя в этом замке, и даже сумел поставить мою мать на место. Достойно. Конечно, она долго ещё будет плеваться ядом, но ты поступил правильно. Я горжусь тобой.       — Спасибо… — прошептал Юнги, почувствовав дикое облегчение. — Я боялся, что вы будете недовольны таким поведением. Все же госпожа ваша мать, а я — так… Неожиданно свалившийся на ваши головы человек. Неудачная партия для вас…       Снова безжалостно зажевав губу, Юнги вжался носом в шею короля, млея от его запаха и объятий. Пусть и холодно, но, кажется, он начал привыкать к тому, что у супруга такая низкая температура тела.       Внезапно вампир отстранил его от себя и щелкнул по носу, заставив омегу удивлённо ойкнуть и накрыть его ладошкой, растерянно приподняв брови.       — Выбрось из головы эти мысли. Ты — мой муж. А значит, что именно ты самая удачная партия для меня. Да, не буду отрицать, я все еще не совсем уверен в твоих способностях быть королем вампиров, но… Сегодня ты добавил этой недостающей уверенности, отразив напор моей матери. Мне это нравится.       Смущенно улыбнувшись, Юнги кивнул и уткнулся лбом в плечо вампира, замирая.       — Я вас не подведу, Ваше Величество…       — Верю.       Король хмыкнул и ближе притянул льнущего к нему омегу, касаясь губами его шеи. Тот тут же вздрогнул и дёрнулся назад, хватаясь за шею и заламывая брови. Вампир ухмыльнулся.       — Не волнуйся, я не голоден, — пробормотал он и вновь склонился к супругу, но тот юрко вывернулся и виновато улыбнулся, приподняв плечи.       — Мне н-нельзя… Если я правильно понял ваши намерения… — прошептал он, опустив голову.       — В каком это смысле нельзя?       Король нахмурился, недовольный тем, что у него отбирают желаемое. Юнги же улыбнулся неловко и покраснел, явно стесняясь говорить.       — Говори.       Вздрогнув, омега плотнее запахнулся в халат и втянул голову в плечи.       — Вы же приказали повитухе навестить меня и осмотреть… — начал стыдливо Юнги, ощущая на себе пристальный, недовольный взгляд. — Она о-осмотрела и… Ну… Сказала, что пока меня нельзя трогать. Намечается течка, и близость может ее ускорить, что навредит мне. Она сказала передать вам, что если вы желаете в будущем здорового омегу и живого наследника, то вам нужно потерпеть.       Сглотнув, он неловко переступил с ноги на ногу и повел осторожно носом, чувствуя в запахе супруга раздражение.       — Простите… Но, думаю, это правда важно…       Посверлив омегу недовольным взглядом, Его Величество вздохнул тяжело и провёл ладонью по волосам. В штанах уже недвусмысленно давило и отпускать супруга хотелось в последнюю очередь, но ему особо выбор не предоставляли.       — Иди к себе, — пробормотал король и отвернулся, направившись к окну. Упершись руками в подоконник, он опустил голову, дыша глубоко в попытке успокоиться. За спиной шагов не раздалось. Лишь тихое дыхание. Юнги так и стоял на своём месте. — Чего ты ждёшь? Я тебя отпустил, ты можешь идти.       — П-простите… — пробормотал Юнги, обняв себя руками и поджав губы. — Доброй ночи, мой король…       Поклонившись, Юнги развернулся и двинулся на выход, вновь натыкаясь на столик и тихо шипя от боли в отбитом колене. Скривившись, он обогнул его посеменил к двери, выходя из покоев. Тэхен, напряженный и хмурый, ждал его у окна.       Заметив омегу, он бросился к нему, прихватывая за локоть и удивленно вскидывая брови. Король не взял его? Вызвал к себе, но не тронул? И шея не покусана: только утренний след виднеется под воротом халата.       — Ваша Светлость, вы в порядке? — осторожно спросил Тэхен, ведя Юнги в его покои.       — Да, все хорошо, устал только… — накрыв рот ладонью, скрывая зевок, омега передернул плечами и умолк, обдумывая разговор с королем.       Сегодня он был… мил? Он даже смеялся перед ним, не строя из себя мраморную статую, как в первый день. Обнимал, шутил. И очевидно улыбался — хоть и не мог видеть, Юнги был почти абсолютно уверен, что вампир улыбался, наблюдая за ним.       И он отпустил его, хотя был возбужден и явно желал его тело. Вновь выходит все совсем не так, как судачат остальные. Король — не жестокий альфа, берущий омег так, что те после еле ходят. Он — заботливый супруг, уважающий свою пару и прислушивающийся к ней. Ведь вампир действительно мог просто повалить его на кровать и взять, несмотря на мольбы и предостережения, и Юнги бы слова не смог сказать после. Потому что он — его законная собственность.       — Вам что-то нужно, мой господин?       Вздрогнув, Юнги завертел головой, осознавая, что они уже в его покоях. Покусав губу, он повернул голову к другу и покачал ей, улыбнувшись мягко.       — Нет, Тэхен, — произнес мягко он, — можешь идти отдыхать. Доброй ночи.

***

      Спустя буквально несколько минут после ухода омеги в покои тихо постучался главный слуга.       — Ваше Величество, мне необходимо поменять свечи, — негромко оповестил он, поудобнее перехватывая корзину с несколькими десятками свечей самых разных размеров.       Король, не удостоив слугу даже взглядом, дал отмашку, и тот поклонился, начав свою работу. А альфа думал напряжённо, вспоминал тело супруга, его полное блаженства лицо и х о т е л. Настолько, что вскоре не выдержал.       — Подготовьте мне наложника, — приказал он негромко, и слуга вновь поклонился, наскоро меняя оставшиеся пару свечей и покидая покои.        И уже вскоре под покоями Юнги начался взбудораженный шум от перебежек слуг, собирающих одного из королевских фаворитов.

***

      Утром Юнги чувствовал себя хорошо. Немного тянуло живот, но он вспомнил слова повитухи о том, что лёгкий дискомфорт будет усиливаться к наступлению течки. Так что он лишь мягко помассировал низ живота и поднялся, встречая Тэхена и ответно желая ему доброго утра.       Вместе с альфой он принял ванну, умылся и привел себя в порядок. А после пожелал позавтракать в столовой, тихо надеясь, что встретит там короля. Правда, когда эта мысль появилась, он судорожно попытался прогнать ее, вновь напоминая себе уже в который раз, что вампиру не стоит так легко доверять. Однако все же вчерашнее его поведение немного отогрело недоверие и уменьшило страх.       Идя по коридору под руку с Тэхеном, Юнги мягко улыбался, радуясь своему хорошему настроению. Войдя в столовую, где шуршали слуги, накрывая на стол, он поприветствовал их, тут же слыша с разных сторон «доброе утро, Ваша Светлость». И присел на отведённое ему место, принимая бокал с полюбившимся вишневым соком.       Однако во время завтрака настроение немного упало, потому что он слышал шепотки слуг и явственно ощущал их взгляды. От этого стало неуютно. И после того, как доел и направился вместе с молчаливым Тэхеном погулять, Юнги решил узнать, что за сплетни гуляют по замку.       Услышав вопрос омеги, Тэхён поджал губы и опустил на него предупреждающий взгляд, покачав головой.       — Не нужно, мой господин, — негромко пробормотал он, нахмурившись.       Юнги поджал губы и остановился, вскинув на альфу полное решительности лицо. И только он открыл рот, чтобы выпытать-таки у слуги правду, до чувствительного слуха донеслись слова проходящих неподалёку служанок.       — Только мы обрадовались, что наложники больше не будут изнасилованы и истерзаны, как Его Величество снова это сделал. А ведь он был его фаворитом. Бедняжка, лежит с жаром, весь изгрызенный и порванный… Знахарка сказала, что у него сломана нога. Видимо, пытался уползти… Боже, страшно все-таки…       Рот тут же захлопнулся, а кровь отлила от лица. Тэхен, услышавший сказанное тоже, тихо выругался и потянул омегу за собой. Проходя мимо притихших служанок, осознавших, что их слышал король, альфа сделал страшные глаза и увел сжавшегося Юнги прочь.       Ощутив легкий ветерок, омега поднял голову, принюхиваясь. Они в саду. Вздохнув, он передернул плечами и поднял голову, повернув лицо к другу.       — Организуешь чай, Тэхен-а? — тихо попросил он, получая мгновенное «конечно, Ваша Светлость» и вопрос, подождет ли он здесь один. — Да, я посижу за столиком в беседке.       Альфа кивнул и проводил его к плетеному стулу, обещая вернуться быстро и наказывая дежурившим у сада охранникам внимательно следить за их королем.       А Юнги, оставшись один, поджал задрожавшие губы, сцепив пальцы в замок.       Значит… он все же ошибся?

***

      Вернувшись через пару бесконечно долгих минут, Тэхён осторожно составил на столик в беседке чай и перевёл взгляд на ссутулившегося омегу.       — Мой господин… — беспомощно прошептал он, опустившись на колено перед юным королем и взяв его ладони в свои. — Почему вы так расстроены? Из-за наложника? Или из-за того, что с ним произошло?       Юнги покачал головой и с тяжелым вздохом накрыл лицо ладонями, упершись локтями в коленки.       — Не переживайте так, наложники получают за свою работу больше нужного и ни в чем не нуждаются. Это их работа. Вас такое не ждёт…       — Я знаю, но… Такое странное чувство… — растерев лицо ладонями, Юнги поправил повязку и выпрямился, выдыхая судорожно и прося налить чай. Тэхен кивнул и подхватил чашку. — Дело в том… Внутри так непонятно, что… Ох, не стоит мне такое обсуждать с тобой… — осекся омега, поджав губы и приняв чашку.       Замерев задумчиво, он снова опустил голову, постукивая ногтем по фарфоровому дну. А после вздрогнул, когда в голове возникло воспоминание. Охнув, когда чай брызнул на пальцы, Юнги зашипел, а Тэхен тут же перехватил чашку, взволнованно осматривая его ладони. Вот только ему было не до заботы.       Он точно не может обсуждать эту тему с Тэхеном. Но есть тот, с кем может! Тот, кто разрешил приходить к себе, если ему потребуется помощь или нужно будет просто поговорить.       Вскинув голову на хмурящегося обеспокоенно альфу, Юнги протянул руку, находя его ладонь и сжимая длинные пальцы.       — Отведи меня к Сокджину. Я хочу с ним поговорить.       — Но господин… — беспомощно возразил Тэхён, перехватывая руку омеги обеими руками, — вы же знаете, что я всегда на вашей стороне, вы можете мне довериться.       Тэхён закусил дрожащую губу и опустил голову. Юнги невесомо скользнул пальцами по его ладони и улыбнулся слабо.       — Это по омежьей части, Тэхён-а.       Альфа вскинул голову и округлил глаза, смутившись.       — А, да… Хорошо, конечно… Желаете допить чай или сейчас пойдём? — пробормотал он сконфуженно и, получив кивок, помог юному королю встать, вместе с ним направившись в уже знакомую омеге часть территории замка.

***

      — Ты иди назад, ладно? Не жди меня. Думаю, Сокджин потом поможет мне вернуться в замок.       Погладив ладонь друга, Юнги улыбнулся и покачал головой, пресекая его «но господин!».       — Иди, Тэхен-а. Все в порядке, я же буду не один, — хмыкнул он и взошел на крыльцо, стуча и тут же получая разрешение войти.       А альфа беспомощно смотрел, как закрылась дверь, чувствуя себя ничтожным. Как он может вот так сейчас уйти, оставив своего короля наедине с этим проклятым шаманом? Нахмурившись и тихо рыкнув, Тэхен встряхнул головой и зашагал к ближайшему дереву, садясь на землю у корней и приваливаясь спиной к стволу. Черта с два он уйдет отсюда.       — Доброе утро, Сокджин… — осторожно произнес Юнги, сдувшись и растеряв уверенность в своем решении прийти сюда. — Простите, если я не вовремя и отвлекаю… Но вы говорили, что я могу наведываться к вам, если мне нужно будет поговорить.       — Конечно, юный король, — отозвался шаман, сосредоточенно капая сургучом на пробку баночки с одним из экспериментальных настоев, — прошу прощения, мои руки пока заняты. Не могли бы вы присесть? Пять шагов прямо и два вправо.       Юнги кивнул и осторожно направился вперёд, тихо прицокивая. Сокджин кинул на него взгляд, убеждаясь, что омега сел куда нужно, и вернул своё внимание баночке, поворачивая ее и запечатывая уже с другой стороны.       — Знаю, вы пришли ко мне за ответами и за поддержкой. Меня искренне радует, что король вас так интересует и волнует. Значит, судьба идёт так, как должна идти. Что ж, Ваша Светлость, на какой из вопросов вы бы хотели получить ответ в первую очередь? И, кажется, лучше заварить вам что-то успокаивающее, а то этот клыкастый придурок додумался подать вам бодрящий чай.       — Не говорите так… Тэхен хороший, — пробормотал Юнги, перебирая по привычке край рукава и принюхиваясь.       В домике пахло травами, деревом, чем-то солёным и одновременно терпким, густым. Трещали поленья в печи. Что-то шипело, кажется, готовясь на огне. Сам шаман тихо бормотал под нос, заканчивая дела. А после зашуршал и загремел посудой, подготавливая для омеги чай. И через несколько минут сел рядом, вкладывая в ладошки короля кружку с успокаивающим травяным напитком, подпирая голову кулаком и с улыбкой вглядываясь в его лицо.       — Я слушаю вас, Ваша Светлость, — произнес он, уже зная, что услышит, но все равно горя интересом.       — Эм… Я не знаю, с чего начать… — смущенно признался Юнги, поднося к лицу кружку и вдыхая пряный запах чая, тихо охая от восторга и делая осторожный глоток. — М, как вкусно… В общем… Понимаете, вчера я… Я отказал королю в близости. А он спокойно отпустил меня, после вызывав наложника. И я понимаю, что это нормально. Меня не это смущает. А то…       — Что вы целы и обласканы, а наложник — истерзан и изнасилован? — хмыкнул шаман, прищурившись.       — Д-да… Я слышал много рассказов о характере Владыки, но… Ни разу я не сталкивался с ним таким. Он даже смеялся вчера и шутил надо мной… Я запутался, Сокджин.       — А что тут путаться? — шаман пожал плечами, улыбнувшись мягко. — Наш король относится к вам иначе, чем к остальным омегам дворца. Он бережёт вас даже от самого себя. Может, из-за того, что вы человек. Или просто считает нужным беречь супруга. Или же вы ему начинаете нравиться. Кто знает…       Загадочно улыбнувшись, Сокджин перевёл взгляд на небольшое окошко, закусив от веселья губу. Юнги же молчал обескураженно, даже забыв про чай. Шаман хихикнул.       — А что вы так удивляетесь? Вы же и сами все эти варианты обдумывали. Я ничего нового не сказал. Лишь подтвердил, что вы думали правильно.       Хихикнув, Сокджин поднялся и отошёл к печи, подкидывая ещё пару дров в огонь.       — В любом случае, какие бы ни были первопричины, вы для Его Величества — особенный человек. Это факт. Он уже бережёт вас и защищает, раз даже собственной матери не позволил вас принижать.       — Он защищал меня перед ней? — удивился Юнги, вскинув брови и повернув голову на голос шамана. — Он не говорил… Сказал только, что госпожа жаловалась на меня. Да пошутил надо мной…       Опустив голову и нервно зажевав губу, давя глупую, тронутую улыбку, он стиснул кружку в ладонях. Кажется, он действительно запутался. Но не в происходящем, как думал раньше. А в самом себе.       — Сокджин… насколько глупым будет, если я вдруг влюблюсь в нашего короля? — осторожно спросил Юнги, чувствуя, как покраснели щеки. — В смысле, я понимаю, что это вполне нормально, ведь мы — супруги. Однако… Он опасен для меня. Я не знаю, в какой момент все обернется болью. Это сейчас Его Величество благосклонен ко мне, идет на уступки и, кажется, его это забавляет. Но… кто знает, когда ему это надоест? И если я влюблюсь в него, не уверен, что смогу терпеть жестокость… Я боюсь своего супруга, Сокджин. Очень боюсь. Но… он первый, кто подарил мне такое тепло. Глупо с моей стороны так скоро воспылать к нему привязанностью, но я уже чувствую, что король пробирается глубоко.       Сокджин вздохнул и ласково улыбнулся, глядя на этого потерянного, запутавшегося крошку, чувствуя его родным и тёплым.       — Мой юный король… — прошептал он и приблизился к омеге, касаясь его макушки ладонью, поглаживая ласково, — нельзя любить без рисков… Даже у самых крепких союзов бывают дни, когда все плохо, страшно и больно. Бывают недопонимания, бывают ссоры. Мы ведь все чувствуем, разве нет? Все злимся, все ревнуем и обижаемся. Кто знает, в какой момент будет больно вам, а в какой — ему? Но… разве это не стоит все того, чтобы быть вместе, ценить и любить друг друга? Разве не стоит это тех счастливых моментов, уютных и тёплых? Объятий, поцелуев?       Наклонившись, Сокджин осторожно обнял прильнувшего к нему Юнги и прикрыл веки, уложив подбородок на чужую макушку.       — Любовь всегда требует быть сильным. Иначе никакого смысла в ней нет, если ты трусишь и сдаёшься после первой боли.       — Я не хочу умирать… — пробормотал Юнги, прижав кружку к груди и уткнувшись носом в плечо шамана. — Но рядом с ним я чувствую себя жертвой. И, кажется, от этого я не избавлюсь никогда. Потому что это откуда-то изнутри лезет. Этот страх быть убитым. И чужие слова только усиливают панику.       Услышав тяжелый вздох шамана, омега виновато закусил губу и кивнул, когда тот сказал допить чай. Послушно осушив кружку с уже чуть остывшим напитком, он обхватил ладонь Сокджина и поднялся, следуя осторожно за ним вглубь домика. Тот отвел его к столу, на котором обследовал в прошлый раз, и помог забраться на теплые шкуры, устраивая удобнее.       — Послушайте меня, мой король, — мягко произнес Сокджин, тем не менее смотря со всей серьезностью на юное лицо. — Владыка связан клятвой перед предками и богами, перед своим народом. Если он оступится и предаст ее, то жизни ему не будет. Боги не терпят отступников. А вампиры и так неприкаянные души, которые имеют связь с высшими силами только лишь благодаря нам, шаманам. Но если боги отвернутся, то даже мы будем бессильны. Король не глуп. Он понимает, что от его контроля зависят жизни тысяч. И король не кусок скалы. Он умеет чувствовать. И, возможно, именно вы тот, кто напомнит ему о том, что такое любовь. Главное — не страшиться. Откройтесь ему, доверьтесь. Покажите, что вам он тоже может доверять. И тогда получите то, о чем мечтаете.       Уложив омегу осторожно на шкуры, Сокджин разместил кристалл кварца на его лбу и по лазуриту на глазах, сняв повязку с позволения.       — Отдохните немного, Ваша Светлость, — шепнул он, проведя пальцами по кристаллам, — сейчас вам это нужно. Сон поможет вам расставить приоритеты, и вы для себя осознаете, что вам нужно.       Юнги угукнул тихо и расслабился, через какую-то пару минут уснув. Ещё немного посидев возле него, поглаживая по волосам, Сокджин вскоре поднялся и ушёл к печи, вернувшись к своим делам.       И спустя пару часов он вновь приблизился к королю, мягко касаясь его лица пропахшими травами пальцами. Сняв камни, шаман осторожно растер красивое лицо и огладил искалеченные веки, что дрогнули, но не открылись.       — Просыпайтесь, мой юный король, — шепнул с улыбкой он, подхватывая чужую повязку и помогая омеге сесть на столе. — Время близится к ужину. Если не вернетесь в замок — останетесь голодным.       Юнги прикрыл губы ладонью, зевнув, и кивнул, улыбнувшись благодарно. Шаман помог завязать повязку и погладил его по волосам, вызвав еще большее тепло в груди.       — Спасибо, что поговорили со мной и позволили отдохнуть. Я чувствую себя куда лучше.       — Не благодарите меня, Ваша Светлость. И приходите еще, коли понадобится, — улыбнулся Сокджин, спуская Мина на пол и провожая за порог.       Ждущий все это время альфа тут же подорвался с земли и кинулся к ним, на что шаман закатил глаза и придержал короля подле себя.       — Подумайте как следует над тем, о чем мы с вами говорили. И решите для себя, что делать дальше. Думаю, вы уже кое к чему пришли, так что буду молиться за вас, — шепнул Сокджин на ухо кивнувшего омеги и нехотя передал его в руки хмурого слуги. — Будь осторожнее с ним, клыкастый. И не позволяй себе то, что вертится в мозгу. Поплатишься.       Поджав губы, Тэхён нахмурился и весь напрягся, но Юнги потянул его за локоть, шепча, что хочет домой. Слуга смерил его долгим взглядом, но повиновался, на вздохе развернувшись к замку.       — О чем таком вы говорили, Ваша Светлость, что меня даже прогнали?.. — тихо спросил он, стоило им отойти от домика шамана подальше.       Юнги неловко улыбнулся, не зная, как ответить альфе       — Мне просто нужно было успокоиться. Мы побеседовали о том о сем, а после я задремал.       Тэхён нахмурился, поджав от обиды губы, и промолчал, чувствуя, что Юнги больше не так близок ему, как в детстве. Осознание это разрывало сердце. Ещё и отдан другому… Будто Тэхён не понимает, что пожалеет, будь проклят Сокджин со своими пророчествами. Но, может, все же король сжалится, раз все равно не любит супруга?..       Однако чем дольше альфа наблюдал за своим господином, тем призрачнее становилась его надежда. Потому что, кажется, тот сам не осознавал до конца, что впустил в свое сердце чувство, которое не стоило туда впускать. Потому что их Владыка — не тот, кто может сделать крохотного омегу счастливым, полюбив в ответ. Тэхен был абсолютно уверен, что сердце Юнги будет разбито, а сам он закроется, не подпустив даже его. И от этого альфе было почти нестерпимо больно. Но поделать ничего он не мог. Потому что чертов шаман запудрил омеге мозги, направив его мысли не в нужную сторону.

***

      — Тэхен, король требует Его Светлость в свои покои.       Вздрогнув, альфа вскинул взгляд на подошедшего слугу их Владыки. Хороший парень. Возрастом едва ли в половину века. В отличие от прочих в замке он изначально хорошо отнесся к новообращенному Киму, помогая осваиваться на новом рабочем месте.       Кивнув ему, Тэхен стиснул кулаки и отвел взгляд. Он не хочет отводить Юнги к королю. Не хочет отрывать его от себя, добровольно отдавая другому.       — Тебе стоит поторопиться. Его Величество голоден, — хмыкнул слуга, хлопая его по плечу и уходя в сторону кухни.       А Тэхен в отчаянии накрыл лицо, срываясь с места и уносясь в покои омеги.       Замерев у самых дверей, альфа закусил губу и прикрыл веки. Надо успокоиться. Он должен поддерживать своего короля, а не нервировать его ещё больше. Выдохнув судорожно, он привёл мысли в порядок и постучался в покои омеги, тихо входя и замирая в поклоне.       — Мой господин, Его Величество желает видеть вас в своих покоях, — прошептал он, стиснув пальцы в замке.       И сердце его, кажется, треснуло жалко, когда читавший доселе свои книги Юнги улыбнулся слабо и поднялся с готовностью, кажется, не имеющий ничего против приказа супруга. Словно и он хочет встречи с ним. Закусив уже и без того истерзанную губу, Тэхён уложил ладонь омеги на свой локоть и повёл его осторожно в покои Его Величества.