соловьиная трель

каждый раз, когда вова надевал худи через голову, у него магнитились волосы и сам он становился похож на одуванчик заряженный электричеством. только тронь - пронзит молнией! однако, эта молния пока что пронзала только самого ленского. он пригладил кудри рукой, поправил капюшон и с улыбкой посмотрел в зеркало. на ночную вылазку за энергетиками готов! женя тем временем уже обувался в прихожей и, что удивительно, собирался он побыстрее вовы, видимо, все из-за энергетиков и этой ночи. ночь действительно была особенной, звучной что-ли. когда они вдвоем шли по одинокому, оставленному детьми двору, фонари казались тише, звезды - ярче. о, а луна приоткрывая свой глаз, глядела на них сверху и разливала по темным макушкам бледный свет. вышли на главную... шумели машины-одиночки; сейчас ночью они единицами еле тащились по своим домам, уставшие и противные. вова с женей не любили машины: один предпочитал ходить пешком, другой втайне мечтал о старинных, но очень красивых повозках с лошадьми. ай, как чудно было бы разъезжать на них словно барин какой-то и глядеть на все так кристаллически похуистично! ладно, чего уж, пешком, так пешком. их родной ларек работал круглосуточно и давно уж запомнил этих двоих и их расписание покупок белого и желтого монстра. женя всегда доставал две баночки с верхней полки, а вова долго выбирал с каким цветом на этот раз брать упаковку m&m's. расплачиваясь, они стояли рядом, ладно, вова почти висел у жени на плече и сокрушался о том, что его любимый m&m's остался только в желтой пачке. кассирша смотрела на них изрядно заебано. - вов, они же одинаковые, - ровным голосом проговорил женя, прикладывая карту и совершенно не замечая, как ленский положил ему голову на плечо. - вообще-то в желтом невкусные орешки, - он все равно взял желтый. - орешки полезны для мозга. - а чистый шоколад для души. возвращались они медленнее. смотрели по сторонам, пинали редкие упавшие листья и вслух мечтали, чтобы август никогда не заканчивался. машин совсем не было, все скрылись. так тихо, что можно было слышать мерцание звезд. - жень. - м? - мне чего-то любви не хватает, - с полуулыбкой заметил вова, закидывая в рот по конфетке. - а, вон чего. женя приобнял недолюбленного и недолелеянного ленского за плечи. так они продолжили путь по пустым улицам. ночью им можно спокойно проявлять свою привязанность и не беспокояться о косых взглядах, хотя, будем честны, такие взгляды они замечали все реже и реже. тут или им везло, или мир вправду становился лучше. женя даже разочек поцеловал того в макушку. они добрели до своего подъезда. вова достал из рюкзака маркер и прикусывая колпачок, стал что-то неровно выводить на стене. надпись была изумительная: «у меня нет никаких талантов и я хочу реализоваться через вандализм, поэтому извините, но ХУЙ». - ленский блядь, - женя со смешком закатил глаза и дал тому легонький, можно сказать, мягонький подзатыльник. - эй, да ладно тебе. - если что, у тебя есть таланты, так что нечего тут портить имущество. - недописанный уж как месяц стих ты называешь талантом? - горько усмехнулся ленский, убирая маркер обратно. - ты ж мой старательный горе-поэт, пошли уже, - женя сгреб того в охапку и потянул вверх по лестнице. где-где, а дома они точно могут оставаться собой, поэтому, не теряя времени зря, оба упали на диван и включили нетфликс. вова закинул ноги жене на колени, а тот поочередно открывал энергетики. - все же такие прогулки проветривают голову. - это точно.