Любить Стилински

Стайлз зевая, проезжает заповедник Beacon Hills. Через час они с отцом будут сидеть в гостиной возле небольшого камина, потягивая пиво. Десять вечера, Стайлз переключает волну и Skillet уверяет его « When darkness comes, you know, I'm never far hear the whispers in the dark», когда в ночной тишине, нарушаемой лишь звуками музыки, раздается душераздирающий крик. Стайлз бьет по тормозам и, вытащив из бардачка пистолет, бежит в лес, откуда теперь доносится вой и рычание. Он чертыхается, спотыкаясь в десятый раз и жалеет, что не догадался захватить фонарик. Вой уже перешел в поскуливание, когда Стайлз, цепляясь за очередное дерево, наконец, видит, что происходит. Огромный волчара вспарывает бок отчаянно сопротивляющемуся волчонку и придавливает его лапой к земле. Стайлз ничего не понимает, он уверен, что слышал человеческий крик. Большая пасть тянется к шее волчонка и Стайлз больше не медлит: он стреляет пару раз в голову и в бок так, чтобы наверняка. Рычащая тварь, вместо того, чтобы упасть, поворачивает морду с голубыми глазами в его сторону и, оскалившись, несется к нему. Стайлз от ужаса даже не пытается бежать. Все, на что его хватает, это разрядить обойму в грудь волчары и мысленно попрощаться с отцом. Он успевает разглядеть кровавую слюну, капающую с длинных клыков так близко подобравшегося хищника, прежде чем отлететь влево, больно ударившись спиной о дерево. И вот уже в темноте сцепились два огромных волка. Стайлз хочет помочь волчонку, отвезти к ветеринару, но еще больше он хочет жить, а не стать поминальным пирожком для горюющего волчьего родителя. Паркуясь возле дома, Стайлза все еще потряхивает. Он растирает себя руками, пытаясь избавиться от озноба, и задается вопросом, откуда здесь вообще волки. В прихожей горит свет - значит, отец разговаривает по телефону и скоро выйдет навстречу. Глубоко вздохнув, Стайлз выбирается из машины и входит в дом. - Я буду скучать по тебе, как задница по геморрою, - раздраженно сообщает отец в трубку собеседнику, заканчивая разговор. – Чертов Хейл! - Привет, пап! – ухмыляется Стайлз. – Что вы опять не поделили с Питером? – он заключает отца в объятия, и тот словно чувствуя, что с сыном не все в порядке, крепко обнимает в ответ. - Его светло-синюю ориентацию. Сынок, что-то случилось? Ты какой-то бледный, - взволнованно интересуется шериф. - Все норм, па. – Отмахивается Стайлз и тащит отца к камину, на ходу заваливая его вопросами. – Слушай, а волки тут разве водятся? Мне показалось, я видел парочку. А Питер, что, гей? Прикольно, голубой мэр и шериф-натурал – битва титанов. А кто «в дамках» у героя нашего города? Ты... - Стайлз... – стонет шериф, опускаясь в кресло. – Я рад тебя видеть, сын, но тебе лучше выпить пива и отрубиться. И дать своему старику спокойно провести вечер, а завтра мы обсудим все, что ты хочешь. Кроме Хейла. Вы с ним так близки, что все интересующие тебя вопросы ты вполне можешь задать ему лично. Он даже машину мечты тебе подарил. - Па... – закатывает глаза Стилински-младший. – Ты всю жизнь мне будешь припоминать? Это всего лишь машина! Пора прекратить ее ненавидеть. - Возможно, я смогу, когда ты на ней переедешь нашего мэра. - Я надеялся, что тебе будет достаточно стайлинга моей красавицы, - дуется Стайлз. - Не представляешь, сколько ушло на аэрографию! - Я же не прошу ее продать, - печально вздыхает шериф Стилински. – Всего лишь немного мозгов на асфальте... - Неужели в твоем возрасте я стану таким же кровожадным? – ужасается Стилински-младший. - Заведи себе Хейла, потом поговорим! – отрезает шериф. – Давай уже, рассказывай! Я хочу знать все подробности. Мой сын раскрыл свое первое дело! – восторженно произносит шериф и оба Стилински ухмыльнулись так, как умеют только они. Завершить пребывание в родительском доме Стайлз планировал старой доброй традицией – вечерним просмотром «Смертельного оружия». В прошлый приезд они пересматривали второй фильм, теперь настала очередь «Смертельного оружия 3». Но диск оказался безнадежно испорчен, поэтому в обед, натянув на себя белую майку с вишней на спине, бейсболку козырьком назад, как был в старых джинсах, Стайлз отправился в видео прокат. Неподалеку от входа тусовались подростки, что-то бурно обсуждая. Стайлз поднимался по ступенькам, когда его настигла фраза: - Отличная задница! – и следом свист и хохот. Стайлз подавил в себе желание обернуться и оценить за компанию. Он давно уже не подросток, чтобы открыв рот, смотреть хорошенькой девчонке вслед. - Это я тебе, вишенка, - и Стайлз прирос к месту с протянутой к двери рукой. В витрине магазина, он просто не мог в это поверить, отражалось, как самый высокий из подростков, нагло улыбаясь, сверлил взглядом пятую точку детектива Стилински. - Ты думай прежде, чем открыть рот, молокосос! – прошипел Стайлз, оборачиваясь. Пусть любовь к вещам с дурацкими рисунками у него так и не прошла, это не повод над ним издеваться. – И вообще, шли бы вы школьную программу зубрить, а то последние извилины распрямятся за лето. - Да что этот хлюпик о себе возомнил! – возмутился блондин, стоящий ближе всех к Стайлзу. Он и забыл, какими гадами бывают 16-летние подростки, особенно, когда их много. Обидно, что на фоне этих мальчишек 26-летний детектив смотрелся, как танцор сальсы на фоне пятерых бодибилдеров. – Да я его по стене размажу! - Не трогай его, Джекс, – рыкнула наглая каланча, из-за которой все началось, дернув блондина на себя. – А то развалится... старичок, - вот же... молокосос! И эти... бройлеры ржущие. Стайлз, как ошпаренный, влетел в магазин и через тонированное стекло двери наблюдал, как четверо подростков, обступив «молокососа», смеются, похлопывая по плечу явно лидера своей шайки. Сначала волки, теперь это – отпуск удался.