Академия Сорелли

Смешанная
NC-17
В процессе
5
Размер:
планируется Макси, написано 77 страниц, 12 частей
Описание:
Николетта - наследная герцогиня обедневшего рода. После смерти отца, ее брат проиграл целое состояние. Что бы спасти семью он предлагает руку сестры императорской семье. Девушка узнает о помолвке только накануне встречи с будущим женихом. Но помолвка срывается из-за покушения на кронпринца и они оба уезжают на учебу в Академию Магии. Однако попав в учебное заведение Николь быстро забывает о предстоящей свадьбе.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
Награды от читателей:
5 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Бестиарий

Настройки текста
В Академии сегодня было весьма и весьма неспокойно. Преподаватели метались из угла в угол, стараясь подготовить все к приходу новых учеников. Продолжительные каникулы закончились, адепты уже должны были вот-вот прибыть. Никто и не думал переживать по поводу старшекурсников: они уже были достаточно хорошо обучены, чтобы позаботиться о себе. Они прекрасно знают где расположены их корпуса, самостоятельно смогут найти и обустроить свои комнаты, более того — разберутся с расписанием занятий и даже подготовятся к Осеннему Балу, который знаменовал торжественное начало нового учебного года в стенах Академии Сорелли. Однако стоило позаботиться о более нерадивых учениках. Конечно, речь шла о первокурсниках. Каждый год Ковен и Совет пристально следили, чтобы в Академию попадали все способные ученики. Уже на протяжении нескольких веков Совет лично следит за тем, чтобы из всех уголков девяти империй прибывали дети, имеющие хотя бы небольшие задатки. Раньше, еще до Огненной войны, такой чести удостаивались лишь дети самых знатных семейств. У них дар передавался из поколения в поколение. Их родители всегда занимали не последнее положение в Совете, а то и в самом Великом Ковене. А сами они, наследники и наследницы лучших Домов всех империй, уже с раннего детства были подготовлены к тому, что однажды заменят своих влиятельных родителей. Но все изменилось, когда народ Империи Фаоштум развязал войну. Глава империи, великий Аон дер Кашэрем, решил стать единоличным правителем девяти империй. Тогда он отправил своих послов под предлогом экономических переговоров. Семь дипломатических, как всем тогда казалось, делегаций прибыли во дворцы императоров. Пятерых из них все же удалось убить. Именно за этим «послов» отправил Аон дер Кашэрем. Но семьи, что потеряли своих мужей, отцов, братьев, сыновей в лицах Великих Императоров пятерых королевств, не собирались забывать то, как их предала Империя Фаоштум, и твердо решили мстить. И даже те земли, где были совершены лишь неудачные покушения не остались в стороне, они поклялись смыть кровью фаоштумцев тот позор, которым покрыл их Император Аон и его придворный Дом. Так началась Огненная Война. Та самая Война, о которой с такой болью пишут в старинным манускриптах, летописях и грамотах. Та самая, жестокая, поистине кровопролитная, и унесшая множество жизней Война. Та самая Война, которая длилась более века. И та самая Война, которая так сильно изменила устройство мира. Когда Фаоштум был почти стерт с лица земли, император Тонеро призвал своих собратьев остановиться. Потом еще почти век тянулись переговоры. Сотни договоров было подписано тогдашними правителями, тысячи правил было записано и закреплено подписями и печатями с каплей крови каждого императора. Именно император Тонеро создал Великий Ковен, а его сын, впоследствии, создал Совет. Именно Тонеро разделил земли восьми империй на девять. Девятая Империя. Да, она до сих пор носит название Десятой Империи и не имеет императора. На земле Девятой Империи расположились Совет и Великий Ковен, на этой земле находится сейчас Академия Сорелли. А сама Империя — независимая территория, не имеющая непосредственного правителя. После того, как Огненная Война закончилась, мир недосчитался огромного количества Знатных домов и еще большего количества одаренных. Тогда Великий Ковен сообщил всем империям, что теперь каждый, у кого совет отыщет хотя бы задатки дара, имеет право учиться в Академии. И с тех самых пор Совет отправляет гонцов в самые дальние уголки империй, в самые глухие деревеньки, и даже в окрестности Мертвых Скал, чтобы отыскать юные дарования, и помочь им открыться. В этом году стать куратором первокурсников посчастливилось немолодому, даже для его народа, господину Иврасивье дер Акко. Он стоял напротив каменной арки, пышно украшенной редчайшими цветами, и медленным, уверенным взглядом изучал появившуюся перед ним девушку. — Прошу вас, леди, не стойте столбом, за вами прибудут остальные. Я не хочу, чтобы вас подмяли, — господин дер Акко мягко улыбнулся. Девушке на секунду показалось, что эта улыбка не соответствует его мощному, угрюмому образу. Куратор, заметив сомнение в глазах молодой особы, вежливо протянул руку, девушка, приняв ее, мельком заглянула в его глаза. Она увидела там загоревшиеся смешинки и позволила себе расслабиться, мягко улыбнуться и облегченно выдохнуть. Иврасивье дер Акко поставил девушку по правую руку от себя и впился взглядом в арку, ожидая, когда же она наконец вспыхнет былыми искрами, и откроет его взору нового ученика или ученицу. Адепты не заставили себя ждать. И вот у арки уже стоят две стройные, невероятно похожие друг на друга студентки. Судя по их красоте и ауре — нимфы. Они быстро присели в книксене. Старый маг прикрыл веки в знак приветствия и немного склонил голову, указывая на стоявшую рядом с ним девушку. Нимфы плавной походкой стали рядом с их будущей однокурсницей. Далее адепты вереницей выходили из арок выстраиваясь радом с господином Иврасивье. Парни, как это принято, слева, а девушки — справа. Маг с легкой улыбкой рассматривал ауры новоприбывших учеников. Вот один за одним прошли банши — покровители ночи, которых многие новички могли спутать с вампирами за их неестественную худобу, бледность и остроту черт лица. И только опытные маги знали — у вампиров не было задатков к стихийной магии, они были отменными некромантами, тогда как банши — прекрасные повелители Воздуха. Их магия всегда чистая, могущественная и идущая от сердца. За ними уверенной походкой начали шествовать фэйри. Сперва показались Зеленые Дамы, так уж у них было заведено — устоявшийся испокон веков матриархат ставил девушек в особенное положение. Летящие плащи нежных цветов прекрасно стелились воздушным шлейфом и напоминали облака, шелковые одежды мягко обрамляли их зеленую кожу, а зеленые волосы неизменно убраны в сложные прически, в которые вплетены атласные ленты разных цветов. Каждый цвет — символ того или иного знатного Дома. А вот и мужская половина фэйри — такие же суровые, как у леди, лица, умный взгляд и нескрываемое восхищение Зелеными Дамами. Молодые люди нехотя выпустили их из виду, чтобы стать в свой строй, а девушки, высоко вздернув подбородок, гордо прошествовали на свою сторону. Арка тут же загорается ослепительным сиянием, но маг не отводит взгляда. Улыбка его становится все шире: он уже знает кто прибудет следующим и хочет лично увидеть, какое впечатление на однокурсников произведут эти адепты. По рядам прошлись неуверенные шепотки, однако арка уже погасла и острые взгляды юнцов устремились на трех необычайно красивых девушек и одного высокого широкоплечего, резко отличающегося от девушек, парня. Все три будущие магини были кареглазыми, с длинными, стелящимися по земле, огненно-рыжими волосами разных оттенков. Их кожа была бледной, но не такой безжизненной, как, например, у банши или вампира, а словно светилась изнутри. А вот парень поразительно отличался от девушек, словно они были не из одного народа вовсе. Глаза темно-фиолетовые, удивительно живые и бездонные. Кожа темная, но не такая смуглая, как обычно бывает у коренных жителей империи Фаоштом. Единственное, что общего собравшиеся адепты нашли у новоприбывших, так это длина волос. У парня они были такие же длинные, как у девушек, только черные, словно уголь. Пронзительный взгляд заставлял переминаться адептов с ноги на ногу. Маг прищурился: чистейшая аура Огня. Впрочем, что неудивительно, а вот то, что они спрятали крылья и когти, не показывая и без того нервничающим ученикам своего истинного обличия, вызывало уважение. Маг благосклонно улыбнулся, слегка опустив голову. Многие ученики на первых порах начнут задавать преподавателям вопросы о фаоштомцах, так бывало каждый год. Особенно много вопросов было от студиозов с окраин. У них не было личных учителей, которые дали бы ответ на тревожащий их вопрос: чем же фаоштомцы отличаются от обычных перевертышей. В любом случае, на уроках этот вопрос будет затрагиваться не раз, и несведущим ученикам объяснят, почему Драконы, Чараны и Кицуне — не оборотни, а отдельные расы. Пока студенты, чуть не разинув рот, рассматривали новичков, девушки присели в неглубоком реверансе, а парень снисходительно поклонился, и дождавшись кивка от хитро улыбающегося мага, разошлись в свои стороны. Далее из арки прибыли вампиры и вампирши, оборотни и, соответственно, оборотницы, среди которых Иврасивье дер Акко выделил лишь одного Чарана, отличавшегося золотой радужкой глаз и такой же золотой аурой. Маг грустно вздохнул и проводил взглядом ставшего в строй парня-перевертыша. Чараны стали так редки после Огненной Войны. Из арки грациозно выплыли прекрасные эльфы. Маг напрягся, почувствовав запах родной магии, и рассмотрел ауру молодых ребят — чистейшая Земля. И, к сожалению, единственная их сила, так как эльфы были не способны познать вкус другой магии, природа наделила их первозданной Землей, лучшей, и никогда не принадлежащей какой-либо другой расе в такой чистом виде. Да, стихийниками им никогда не быть, но за много веков эльфы смирились с этим и даже стали гордиться, причем очень и очень сильно гордиться такой яркой и развитой магией. Рядом с прекрасными эльфийками стояло три молодых человека. Маг удивленно распахнул глаза. Арка не могла пропустить сюда человека без магии, значит у парней были силы. Иврасивье присмотрелся к их ауре: все трое — стихийники, коих мало. Довольно крепкая Вода и неслабая Земля были у взъерошенного блондина с глазами глубокого синего цвета. Рядом с ним, справа и чуть поодаль — шатен с зелеными глазами, по ширине плеч он мог бы соревноваться даже с оборотнями, а по росту не уступает вампирам. Аура светится, просто искрит Воздухом, есть неплохие задатки к Воде. А совсем в стороне стоит мышастый, но невысокий парень, с волосами цвета спелой пшеницы. Он поднял голову, привычным движением поправил пару выбившихся прядок, выпрямился и устремил взгляд прямо на куратора. Глаза его были кристального голубого цвета, а аура просто кричала способностями к довольно крепкому Огню и Воздуху. Старый эльф в лице не изменился. Его волновал вопрос, почему эти сорванцы оказались здесь сейчас, вместе с эльфами? Рядом с ним громко хмыкнула первоприбывшая девушка. Маг скосил на нее глаза, затем вернул взгляд на парней. Увидел их дорогие, расшитые драгоценными камнями одежды, сильно нахмурился и понял, что у него на курсе все-таки буду ученики, способные доставить проблемы. Опоздать на Переход, а затем так бестактно заявиться во двор Академии, да еще и смотрят вон как, с вызовом, словно так и говорят: «Нам за это ничего не будет!» Иврасивье дер Акко устало покосился на эльфиек, которые сморщили свои носики в показательном отвращении, и стоящими чуть поодаль; эльфов, которые недоуменно переводили взгляды с парней на куратора и обратно в немом вопросе. Маг уже несколько мгновений назад понял, что эти вот балбесы (а иначе их не назовешь), должны были попасть в арку Перехода вместе с девушкой, что попала на территорию Академии первой, и которая сейчас стоит, победно сложив руки на груди и удовлетворенно улыбается, гордо вздернув подбородок. Видимо, молодые адепты вчера отмечали свое поступление в Академию Чародейства слишком долго, чтобы сегодня успеть к арке вовремя. Куратор первого курса мгновенно похолодел, повторил жест стоявшей радом с ним магини, сложив руки на груди, величественным голосом произнес: — Молодые люди, не желаете ли мне и всем здесь присутствующим, объяснить, каким образом вы здесь оказались?! — стоящие неподалеку эльфы вздрогнули от могучего голоса сородича и покосились на юных магов, которые успели выстроиться в ровную шеренгу. — Простите, господин, — парень замялся, поняв, что не знает имени своего куратора. Эльф, увидев запинку, благосклонно улыбнулся одними уголками губ, стал мягче: — Иврасиве дер Акко, — представился маг. — Простите, господин дер Акко, мы задержались по личным причинам и не успели попасть в арку Перехода вовремя, — парень посерьезнел, выпрямился, отвел руки за спину. — Что-ж, позвольте узнать, что это за личные причины, мой неизвестный собеседник? — маг готов был расхохотаться, но статус и воспитание не позволяли. Парень смутился и слегка покраснел, поняв свою нелепую ошибку. — Маркус Сони лу Рево, учитель, — парень еще немного помолчал, словно придумывая достойное оправдание, затем продолжил, — простите, учитель, но это слишком личное. Здесь не выдержав, и громко расхохотавшись, слово взяла первоприбывшая девушка. — Простите, господин дер Акко, не стоит тратить столько драгоценного времени, чтобы разобраться с обыкновенными пьянчугами! — маг резко обернулся и уставился на молодую магиню. Матерь эльфов! Как он мог этого сразу не заметить. Светлые волосы девушки были лишь на оттенок — два темнее, чем волосы парня, а глаза глубокие, серые, только вокруг самого зрачка расположись тонкие и острые, словно ледяные сосульки, голубые полоски. Зрелище невероятное, словно она сама — королева Мертвых Скал. Взгляд холодный, пронзительный, но в тоже время живой и добродушный! Как он не обратил на это внимания, когда только увидел ее возле арки Перехода! Девушка улыбнулась шире, и на щеке ее появилась маленькая ямочка, которая лишь добавила ей привлекательности; слегка вздернутый носик; ярко выраженные скулы с легким румянцем на худом лице; в меру пухлые, бледно–розовые, губы. Тело ее гибкое и стройное, но при этом сильное. Она была одета в черное бархатное платье в пол, подол которого был расшит изящным витиеватым узором золотого цвета, который выгодно оттенял ее волосы. Такой же узор был обнаружен на рукавах и неглубоком декольте, которое приятно обрамляло ее ритмично поднимающуюся грудь. Вырез был заманчивым, но приличным, он оставлял загадку. На шее девушки лежала тонкая золотая цепочка с совсем крохотным медальоном, на котором, в самом центре, был один маленький драгоценный камушек голубого цвета. — Леди? — маг хотел убедиться в своих догадках. — Николетта Сони лу Рево, господин дер Акко, — девушка быстро присела в книксене. — А этот молодой человек, смею предположить…— маг дал девушке возможность закончить самой. Она кивнула: — Да, учитель, он мой брат, — Иврасивье на секунду прикрыл веки, словно о чем-то задумавшись, затем устало опустил голову, и продолжил: — Сейчас у нас нет времени на то, чтобы разбираться с вами, молодые люди. Более того, у нас нет времени на то, чтобы говорить о вашем поведении. Поэтому всю строгость наказания вам определит директор, и, к вашему счастью, это случится не сегодня, — маг поднял глаза, — а пока, отойдите от арки, вы не последние наши адепты на сегодня. Первыми вышли из оцепенения эльфы, они быстро, но не теряя грации в движениях, разошлись по своим сторонам, парни, проводив их недоуменными взглядами, медленно потянулись в свой строй. Не успели они обернуться к арке лицом, как она снова заиграла белыми всполохами. Вот взору адептов предстала совсем молодая девушка. На вид ей было лет четырнадцать, не больше, в то время как остальным адептам восемнадцать — девятнадцать лет. Но отличалась девушка не только возрастом. На ней было серое платье, явно ставшее ей не по размеру несколько лет назад. Оно не доходило ей до щиколоток, а рукава — до запястья, хотя по плотности ткани, было видно, что оно осеннее, и должно согревать свою хозяйку, а не подставлять ее худое тело на растерзание всем ветрам. Местами цвет платья отличался, подол, к примеру, был в несколько раз светлее, что свидетельствовало о том, как много раз его стирали. На плечах и предплечьях виднелись швы, платье много раз подвергалось штопанью. Сама девушка, казалось, просвечивается, длинные тонкие костяные пальцы, с кровавыми мозолями, под которыми уже не видно мягкой, молодой, девичьей кожи. Худое лицо, на которых зеленые глаза кажутся огромными и мертвыми, бледные впалые щеки, безжизненные губы. Русые волосы средней длины, сплетены в тугую толстую косу. Огромные потертые башмаки явно спадали с миниатюрной ножки девушки. — Приветствую новую ученицу в станах Академии Сорелли! — адепты удивленно переглянулись, не понимая, почему это маг так возится с какой-то замухрышкой с окраин, ведь даже их (наследников знатных родов!) он не приветствовал столь торжественно и пафосно. Девушка испуганно огляделась, остановив взгляд на шеренге для девушек, затем перевела глаза на мага, тот лишь кивнул и, без пяти минут магиня поплелась в строй. Арка тут же заискрилась, представив взору одного за другим адептов и адепток с самых дальних уголков всех империй, которых эльф приветствовал своей короткой вводной фразой, не забывая про пафос в голосе. Когда арка окончательно потухла, адепты заозирались по сторонам, ведь Академия находилась за их спинами. Так, они выяснили, что арка находится в одном из отдаленных от Академии углов и прилегает к каменному забору. Сама академия состоит из корпусов и башенок. На каждой башне есть флаг, который позволяет первогодкам ориентироваться. Ближе всего к арке находилась башня с красным флагом, на котором был изображен большой белый витиеватый сосуд, над которым находилась маленькая зеленая фея с крылышками. Судя по всему — лазарет. От башни с красным флагом шел длинный, закрытый треугольной крышей из зеленой черепицы, переход. Когда адепты подошли ближе, следуя за куратором как цыплята за наседкой, они увидели, что переход соединяет лечебное крыло и башню Некромантии. В том, что это точно башня Некромантии, никто из адептов не сомневался. Черный флаг имел не такую форму, как тот, что возвышался над госпиталем. Он был удлинен, словно шарф, цвет его был иссиня-черный, и лишь маленький белый символ, каким обычно клеймят учебники по некромантии, разбавлял густоту красок. Адепты прошли вдоль башни лазарета и устремились вглубь главного двора. Чем ближе к воротам Академии (а именно туда их и должен вести куратор), тем больше шум. Прошествовав мимо башни Воды, студенты вышли на огромную поляну, где яблоку не нашлось бы места, чтобы упасть. Буйство красок сразу бросается в глаза. Помимо новоприбывших адептов, которые красовались различными дорогими (и не очень) одеждами, здесь были преподаватели одетые в мантии, цвет которых совпадал с цветом их основной стихии. Тысячи студиозов и сотни преподавателей столпились у главного входа. В принципе, было понятно, почему вход называли Главным. Огромные аркообразные деревянные двери, массивные кованные завитушки обрамляли их целиком и полностью, поддерживая весь ее вес. В одно мгновение двор Академии залился мертвой тишиной. Спустя секунду единственным, что нарушало тишину, стал размеренный цокот тонких каблуков. Словно из неоткуда появилась стройна женщина средних лет. Она развернулась лицом и ученикам, улыбнулась и заговорила: — Добро пожаловать в Академию чародейства Сорелли! — говорила она явно не напрягаясь, однако голос ее эхом разносился по всей Академии. Видимо, не обошлось без какого-нибудь мудреного заклинания усиления. Женщина была миниатюрной. Невысока, несмотря на туфли на каблуке, волосы черные, словно смоль, но краска их не трогала. Видимо, нимфа, их волосы никогда не теряли естественного цвета. Хотя, может она просто поддерживала их цвет магией, кто знает? Одета она была строго, никакой мантии как на остальных учителях на ней и в помине не было. Темно-бордовая легкая шелковая блузка, поверх которой белый жакет, и такого же оттенка юбка-карандаш чуть ниже колена. Губы слегка тронуты красной помадой, больше никакого макияжа обнаружить не удалось. Она опустила руки, сцепив их в замок, мягко улыбнулась. — Мое имя — Ария Ван де Колт, и я директор Академии. После того, как директор закончила свою речь о том, как важна Академия, как важны ее ученики, как важны дисциплина, послушание и прочее, прочее, прочее, наступило самое интересное. Огромные ворота бесшумно отворились, адепты вереницей вплыли внутрь. Холл оказался на редкость пустым в плане меблировки. В центре возвышался стенд. В четырех угла оказались крученые лестницы. Николь подняла голову на верх и обнаружила, что прямо над стендом, в воздухе висят пять магов. Среди них она увидела господина Иврасивье, успевшего накинуть зеленую бархатную мантию. А еще выше над их головами оказался стеклянный заборчик, который образовывал квадрат, по размерам, вероятнее всего, равный стенду. За стеклом можно было рассмотреть длинные столы и приставленные к ним лавочки. Со столов спускалась бордовая скатерть с темным рисунком. Видимо, столовая, из которой можно увидеть все, что творится внизу. Интересно, зачем? Преподаватели ведь там не питаются, а ученикам не нужно следить, ну скажем, за порядком. Из размышлений Николетту вырвал сильный мужской голос, принадлежавший магу Воды, если верить его синей мантии. — Адепты! Прошу вас, уделите на еще одну минуточку вашего внимания! Никуда не расходитесь! Мы, ваши кураторы, сейчас отведем вас в корпуса, — старшекурсники раздраженно зашипели, а первогодки облегченно вздохнули. Маги спустились со своего возвышения, но на землю не опускались, боясь потеряться в огромной веренице людей и нелюдей. Николь глазами нашла господина дер Акко, который уверенно направлялся к главному выходу-входу, толпа первокурсников дружно повернулась за ним. Нике казалось, что она сама никуда не идет, ее словно подхватил поток живых существ и тащил, тащил, тащил. Так она снова оказалась на улице перед главной дверью. Теперь их куратор опустился на землю, уверенно осмотрел своих подопечных и удовлетворенно кивнул, когда толпа утихла и медленно пошел в противоположенный от арки угол академического двора. Николетте пришлось напрячь зрение, чтобы увидеть вдалеке здание с двумя башенками. Ее пробрали мурашки. «Мы что, будем жить в одном корпусе с парнями?!» — она судорожно сглотнула и покосилась по сторонам. Никто не показывал какой-либо настороженности или волнения. Но это успокаивало слабо. Затем у здания показались разноцветные всполохи: старшекурсники открыли порталы и оказались прямо у дверей. Спустя пятнадцать минут ходьбы, уверенным широким шагом учителя, они оказались у корпуса. Первоприбывшая толпа уже разбежалась. Господин Иврасивье развернулся к ученикам лицом. — Это, — он махнул рукой себе за спину, — женский корпус. Левая башня для вампирш. Правая для оборотниц. Остальные общие, — Николь перевела дух. Из здания вышла крупная, скромно одетая, женщина в возрасте. Она остановилась в нескольких шагах от Иврасивье и приветливо улыбнулась. — Эта женщина, — он обернулся, взял старую леди за руку, подвел к себе и поставил на одну линию рядом, — ваша надзирательница. Запомните, леди, — маг прищурился, — Над–зи–ра-те–ль–ни–ца! — нарочито медленно, словно бы сквозь зубы процедил эльф, — не прислуга, не гувернантка, не личная служанка, не помощница, а надзирательница! — женщина громко хмыкнула, затем лукаво прищурилась и легонько толкнула локтем в бок старого зануду. — Прекратите, Иврасивье! Прекратите запугивать моих милых девочек! — она снова тепло улыбнулась и обернулась к адептам, — меня зовут Лоура Франктервурд. Вы можете называть меня просто мадам Лоура. Я помогу вам обустроиться, обеспечу одеждой и постельным бельем. Объясню, как справиться с умывальней. Постараюсь сделать все возможное, чтобы вы были великолепны на вашем первом Осеннем балу, и вообще, вы можете обращаться ко мне с любой просьбой в любое время дня и ночи. — Спасибо, Лоура. А пока, — маг снова уставился на адептов, — я объясню основные моменты. Итак, по моим данным в этом году в Академию поступило сорок три новых ученика. Это значит, что мы сделаем два первых потока: двадцать два ученика в одном и двадцать один ученик в другом. Кто в каком окажется вы узнаете сегодня вечером, ближе к ужину, на доске объявлений в главном фойе. Там же будет доступна информация о расписании занятий для каждого потока. Плюс ко всему, на доске вы найдете дату проведения Осеннего бала. Комплект учебников вам выдадут в библиотеке. Советую вам направиться туда сегодня. Письменными принадлежностями девушек обеспечит мадам Лоура, парней — их надзиратель. По комнатам вас уже распределили. Ваш этаж — первый. Кто-то будет жить в комнате один, кто-то с соседкой. Это не зависит ни от вас, ни от статуса вашей семьи, ни от мадам Лоуры. Двери корпуса зачарованы, как только вы войдете внутрь, они определят вам идеальную соседку или же решат, что вам будет лучше в одиночестве. Чтобы понять в какую комнату идти, вам необходимо пройтись мимо дверей. На вашей окажется ваше имя. Все предельно просто. Условия созданы для всех одинаковые, так что не стоит просить трехметровые кровати и зеркала в пол в позолоченных рамах. Занятия начинаются завтра в восемь утра, — после этих слов послышался долгий, однородный и протяжный стон студиозов. Эльф довольно ухмыльнулся, — опаздывать строго запрещено, каждое опоздание сильно карается. Наказание вам будут придумывать преподаватели, на урок которых вы осмелились опоздать. Столовая работает с шести утра. Так что, если не хотите идти на занятия голодными, советую вставать пораньше. Для тех, кто предпочтет еде сон — предупреждаю, обед начинается лишь в двенадцать, а полдник лишь в четыре. Ужин в семь. В выходные столовая работает с восьми утра до семи вечера, без перерывов. Удачи! — маг протиснулся меж адептов, которые все еще судорожно обдумывали полученную информацию, и посеменил в другую сторону. Парни, быстро спохватившись, поплелись за ним. Когда ворчливый эльф затерялся за спинами молодых парней, мадам Лоура схватила первую попавшуюся под руку девушку и потащи к входу, ни на секунду не замолкая: — Пойдемте, мои милые, скорее, сейчас мы вас распределим, я принесу вам постельное, потом отведу в подвал, у нас там огромная гардеробная, подберете себе платья, потом я вам выдам мантии, и обувь вам там найдем. Мне еще нужно вам бытовые заклинания показать! И в купальню проводить, а потом вам ведь еще в библиотеку идти, да и ужин не за горами. Вам у нас понравится! Может вы и не к такому привыкли, но стерпится, все не ночлежка в Мертвых Скалах! — вот под такого рода щебетание девушки и добрались до двери в Жилой Корпус, — итак! Дамы! Минуточку внимания!!! Первыми в двери войдут вампирши. Леди, прошу, сделайте шаг вперед. После этих слов перед мадам Лоурой появились девушки-вампирши. Они были невероятно стройны, можно было подумать, что чересчур, если бы тело их не было таким сильным и мышастым. Девушки явно знали, что такое физическая нагрузка, вероятнее всего часто держали в руках рапиры, шпаги, может даже мечи. Самая высокая из них ростом примерно сто девяносто восемь. Волосы у нее были достаточно короткими, темно –фиолетовыми, глаза немного светлее волос. Вторая, чуть ниже ростом, была обладательницей волос цвета выдержанного вина, длина их достигала бедер, а глаза отливали кровавыми искрами. Третья была совсем маленькой для вампирши, сто семьдесят два–три сантиметра. Фигура у нее была точеная, волосы цвета вороного крыла, сплетены в замысловатую прическу, но даже так можно было догадаться, что они невероятно длинные, глаза насыщенно синие. Одежды у всех дорогие, преимущественно темных тонов. На длинных пальцах нашлись невероятно острые ногти, больше напоминавшие птичьи когти, нежели маникюр обычного человека. Дополняли образ мрачных гадалок или же предсказательниц массивные кольца и перстни замысловатой формы. — Отлично мои милые! Заходите вовнутрь по одной. Задерживаться не нужно. Проходите сразу в свое крыло… И, да, ничему не удивляйтесь. Магические арки никогда не ошибаются! — Мадам Лоура распахнула двустворчатые двери и взяла вампиршу с темно–фиолетовыми волосами за руку. Та уверенно вошла в аркообразную дверь и… ничего не произошло. Никакого сияния, никакого света, никакой молнии, или всполох воздуха. Ровным счетом ни–че–го. Девушка не обернулась, а надзирательница уже схватила за руку другую вампиршу и потащила ко входу. Так прошли клыкастые красавицы, за ними, как не сложно догадаться, проследовали оборотницы. История повторилась. Дальше по одной мадам Лоура проводила остальных девушек. Николь вошла в арку и поняла, что лишь визуально ничего не происходит. На самом деле она ощутила странное тепло и мелкую дрожь, непонятное колебание на уровне ауры. Ей почему захотелось ущипнуть себя. Ощущения были нереальными, словно не ее вовсе. Прислушавшись к словам старой надзирательницы, она не повернула к лестнице. Корпус был разделен на два крыла: одно уходило вправо, второе, соответственно, влево. Она повернула налево, потому что ей это направление показалось верным. Коридор левого крыла оказался длинным, в конце него виднелся выход в башню. По обе стороны расположились абсолютно одинаковые двери. Николь шла вдоль дверей, поворачиваясь то вправо, то влево, пытаясь увидеть свое имя. Она прошла в самый конец, оказавшись у входа в башню. Повернула голову направо — пусто. Налево — аллилуйя! Надпись словно была выжжена на двери. Однако там виднелось не только ее имя. Вторая надпись гласила: " Камилла Лей». Николетта еще немного постояла, пытаясь вспомнить девушку, но поняла, что такой фамилии раньше нигде и никогда не слышала. Затем прочла ее еще раз, пытаясь выяснить, что показалось ей странным. Понимание пришло через секунду — ее соседка была никем. Ее фамилия не имела приставок, не было второго имени. Арка выбрала ей простушку. Обыкновенную нищенку с окраин, которая каким-то чудом родилась с магией. Девушка ошарашенно уставилась на дверь, не решаясь ее отворить. На мгновение в голове задержалась мысль развернуться, найти надзирательницу, устроить скандал и потребовать переселения, однако здесь все в равных условия. И Академия существует не первый день, значит подобное уже случалось. Возможно деревенская замухрышка просто не будет донимать Николь. Они сделают вид, что ничего не случилось и перестанут существовать друг для друга. Успокоив себя подобными мысля Ник отворила дверь. Комната была просторная и светлая. Первое, что бросилось в глаза — это кровати. Николь ожидала, что они будут крохотными, но они оказались широкими, почти таких же размеров как в ее в замке. По углам у изголовья и ног оказались резные возвышения, которые поддерживали балдахины. Ник облегченно вздохнула, не увидев розовых тонов. Все было выдержано в кремовых оттенках — теплых, но ненавязчивых. У другой стены нашлось два окна, комната оказалась угловой, так что, если напрячь зрение, отсюда можно было увидеть вход в сам учебный корпус. Между окнами, на которых обнаружились тяжелые на вид занавески, устроился резной стол из темного дерева. Стул, таких же тонов древесины, сидушка и спинка которого были обиты кремовым бархатом с кофейного цвета завитками, расположился рядом. Единственное, чего Николь не нашла — так это лампы. Ни подсвечников, ни каких-либо других источников света пока не наблюдалось. В дальнем углу комнаты стояло мягкое кресло, перед которым расположился небольшой стеклянный столик с миниатюрной вазой, в которой было три белых лилии. Рядом возвышалась книжная полка. Ник сделала шаг вперед, закрыла дверь. По обе стороны от массивного деревянного сооружения нашлись небольшие комоды, сделанные в таких же светлых тонах, они содержали в себе три полки, средняя была выкрашена в бледно–зеленый. В такой же цвет была отделана рама довольно большого зеркала. Выглядело очень нежно, но при это не по-девчачьи. Оказавшись в комнате первой, Николетта решила, что может выбрать любую кровать, ей это казалось абсолютно честным. Таким образом девушка подошла к кровати, что была ближе к читальному уголку. Однако, как отметить свое владение ей, студентка пока не придумала. Вещей у нее с собой не было, а установить права на спальное место хотелось. Долго думать Нике не пришлось — дверь отворилась, в комнату крадучись вошла девушка. У леди лу Рево появилась возможность сказать о своих намерениях девушке лично. Николь ошарашенно рассматривала мнущуюся у порога соседку. В девушке Ник узнала магиню, прибывшую первой, из числа «простых». Адептка неуверенно мялась у самого входа в комнату, давая Николетте возможность подумать. Когда молчание стало совсем невыносимым, девушка подняла глаза, продолжая отчаянно мять свое платье и начала мямлить: — Простите, леди! Я ведь не виновата, эта арка… эти двери. Я бы сама никогда…! — Николь все еще не вышла из оцепенения. Молодая студентка схватилась за горло и сделала шаг назад, испуганно глядя на Нику. Герцогиня распахнула глаза еще больше, судорожно пытаясь понять, чем могла так напугать свою недососедку. При дворце на родине среди горничных и личных гувернанток она имела репутацию вспыльчивой, иногда строгой, но не капризной и истеричной госпожи. Она всегда могла держать себя в руках, умела контролировать эмоции и выражение лица. Никогда не позволяла себе поднимать на них руку, наказывать их поркой или какими-либо другими видами телесных наказаний. Максимум — оставляла самых дерзких (а это, как правило, молодая прислуга) без ужина. Но за это мадам Лиссея (старшая горничная) была ей лишь благодарна, сама она уже была стара и часто не могла удержать юных девиц в седле. Зато слово герцогини Николетты при дворе уважали. Да, уважали, но никак не боялись. А вот эта вот худая и по-своему красивая молодая особа не просто ее боится. Она в ужасе. Ник понимала, что ей нужно срочно что-то предпринять, иначе селянка просто рухнет в обморок: — Откуда ты? — Николь все еще пыталась овладеть собой, своим телом и голосом. Пока получалось плохо. Шок выигрывал. Голос девушки хрипел. — Я родом из деревни у подножия Мертвых Скал, графиня, — девушка рухнула на колени, продолжая старательно пялиться в пол, больше не решаясь поднять взгляд на Нику. — Я герцогиня, — поправила Николетта. Девушка резко вскинула голову, глаза ее наполнялись слезами, которые норовили взорваться целым наводнением, а вместе с ними через край плескался животный страх. Она содрогнулась всем телом, вскидывая руку, словно пытаясь от чего-то оградиться. Второй рукой прикрыла голову, продолжая содрогаться в рыданиях. Николь, которая уже сделала шаг на встречу, ошарашенно плюхнулась на край кровати. Она прислонила голову к резной балке, что поддерживала балдахин и устало прикрыла веки. Не открывая глаз, произнесла как можно мягче: — Вставай, — почти-студентка открыла глаза, отвела руку, недоверчиво косясь на Нику, ожидая подвоха. Затем отползла к стене, не сводя глаз с герцогини, которая так и сидела на краю кровати, не открывая глаз. Магичка заговорить первой не решалась, любезно предоставив это право самой Николь. — Послушай, — Ника открыла глаза, повернула голову, не убирая ее от спасительной опоры, — Я знаю, как иногда относятся к девушкам с твоим происхождением, но здесь все будет иначе. Здесь ты не у себя дома, здесь не Мертвые Скалы. Здесь никто не посмеет поднять на тебя руку или причинить вред. Ни я, ни какая-либо другая девушка, будь то графиня, герцогиня, баронесса или виконтесса. Да хоть сама Императрица. Ты сейчас в Девятой Империи. Здесь совершенно другие законы. И здесь ты в безопасности, кого бы ты ни боялась, — Николь не собиралась заводить с девчонкой дружбу. Но и устраивать микро-войну ей не хотелось. Сейчас, находясь здесь, в Академии, ей больше всего желалось покоя, которого так не хватало в последнее время. Ника протянула соседке руку. Та еще шмыгала носом, и, видимо, до сих пор ожидала подлости со стороны Николь, — Как тебя зовут? — Камилла, леди. — Послушай, Камилла, не нужно называть меня «леди». Здесь не приемлет этого этикет. Никаких «леди», «мадам», «госпожа», «герцогиня», «ваша светлость» и прочего, что ты еще можешь себе придумать. Называй меня просто Николетта или Николь. Тебе все ясно? — Да, ле… Николь. В коридоре раздался протяжный, но мелодичный звон, словно тысячи маленьких колокольчиков летят вдоль дверей. Ника уверенно обогнула собеседницу и отворила дверь. Из двери напротив так же высунулась любопытная мордашка одной из фэйри. Соседние двери тоже начали отворяться. То тут, то там начали мелькать разноцветные лица и головы. Но шум не умолкал, а лишь становился сильнее. А вот его источник до сих пор установить не удалось. Первой из комнаты решилась выйти фаоштомка, за ней кицуне, вперемежку в фэйри. Ник распахнула дверь шире. Девушки прислушивались. Из башни показались любопытные мордочки вампирш. Мелодичная трель колокольчиков перерастала в набат гонга. Девушки, не сговариваясь, решились пойти в фойе жилого корпуса. В коридоре их ожидала мадам Лоура. Вокруг нее уже давно толпились старшекурсницы, раздраженно поглядывая на нерасторопных первогодок. Там же крутились оборотницы, успевшие, вместе с остальными обитательницами правого крыла, выйти в холл. — Ну вот, теперь, когда вы все собрались, я могу отвести вас в святыню Женского общежития! Прошу вас, мои милые леди, следуйте за мной, — мадам Фрактенвурд вышла в центр. Сделала легкий пас руками, затем еще одно неуловимое движение, прошептала слова открывающего заклятия. Девушки изумленно ахнули, когда пол под ногами надзирательницы Лоуры начал двигаться. Каменная опора разделялась на шестиугольные плиты, которые выстраивались в винтовую лестницу, ведущую вниз. Словно из неоткуда появлялись стеклянные перила. Внизу было темно. Госпожа Лоура широко развела руки, затем резко вскинула их вверх, и из подвала ввысь взмыли сотни, нет тысячи, маленьких магических светлячков. Они расположись на перилах, расстелились ковром на самой лестнице, затем по три маленьких огонька подлетели к каждой из девушек. Мадам Лоура Фрактенвурд уверенно зашагала вниз по лестнице сопровождаемая подросшими светлячками. Когда девушки вереницей поплелись вниз, их огни тоже подросли. Николь уверенно спускалась вниз, где слабыми бликами светились огоньки предыдущих девушек. Однако, чем ниже они спускались, тем светлее помещение становилось. Когда Николь спустилась с последней левитирующей ступеньки и оказалась на твердом полу, она не поверила своим глазам. Вокруг было нереальное количество одежды, обуви, украшений. Даже у нее, герцогини лу Рево глаза разбегались. У девушки вдруг промелькнула мысль, что именно сейчас почувствует Камилла, даже появилось желание повернуться и найти ее, хотя бы глазами, но Ник быстро вытряхнула ее из головы. В гардеробной (а это место назвать подвалом язык не поворачивался) было очень светло. Николетта подняла глаза: потолок был усыпан огоньками, точно такими же, что окружали ее сейчас. Одни совсем крохотные — другие, на их фоне, больше двух девичьих кулаков вместе взятых. Мадам Лоура развернулась к девушкам лицом: — Дорогие мои леди! Мы пришли. Сейчас я оставляю вас предоставленных самим себе. На то, чтобы выбрать одежду, обувь и прочее у вас сорок минут. Затем я вернусь за вами. Мне еще нужно выдать вам постельное белье, не забывайте. А также разобраться с умывальней, — казалось, девушки уже не слышали того, что говорила им мадам Лоура, — Дамы!!! —Студентки замерли и перестали дышать. Однако мощный у нее голос! Она сделала несколько пасов руками, возле каждой адептки появилась огромная корзина, — в самом деле, леди, вы ведь не собираетесь тащить на себе горы одежды! И да, не стоит набирать слишком много. Я буду впускать вас сюда каждый выходной. Там что возьмите все самое необходимое. Остальное по мере надобности. Кстати, одежда зачарованная. Она сама растянется или сожмется по вашему размеру. Тоже касается обуви. — Госпожа Лоура! Вы просто чудо! Как раз то, о чем мы вас так долго просили! — растаяла одна из старших девушек. — Да, леди Моника. Я уговорила нашего милого директора на эту маленькую шалость. Все- таки она вас понимает, как никто другой. Сама ведь провела в этих стенах ни один час, пытаясь подобрать одежду. Все дамы, время пошло, развлекайтесь!

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты