Чёрное

Когда они вышли на площадку основного уровня станции «Рубикон», Элиан недовольно фыркнул. Снова лабиринт, полный людей. Опасно. Человек по имени Кларк провёл их сюда незамеченными, обнял на прощание Эйзен, кивнул полукровке и улетел. Не доставил в безопасное место, зато дал Эйзен заострённую с одного конца трубу, большую куртку и ботинки, а Элиану — очень длинную одежду с капюшоном, но без рукавов. Руки пришлось оттирать от крови. И теперь им нужно было в таком виде пройти по базе и найти транспорт. Элиан потянул воздух носом и сморщился. Слишком много всего. — Думаю, нам нужен какой-то уровень… ну, попроще, — негромко сказала Эйзен. — Не вип-стоянка. Чтобы без лишней охраны и всего этого. Элиан наскоро обдумал её слова. Эйзен говорила логично: менее ценные корабли хуже охраняются. По техническим характеристикам они могут не уступать тем, что дороже, с «вип-стоянки». Но, насколько Элиан мог судить о внутренней обстановке, в звездолётах вроде «Греты-4» или корабля Кларка не было никаких особых удобств. Водный душ относился к таким удобствам. Получить корабль с ним можно было только на уровнях для богатых людей. Справиться с охраной или проскользнуть мимо он уже вполне мог, как и провести за собой человека. А Эйзен хотела душ. — Нет, — коротко сказал Элиан. — Что? Почему нет? — растерялась Эйзен. — Идём на вип-стоянку. — Зачем? — Душ. И пока женщина не начала возражать, потянул её за собой к переходу между уровнями. «Зачем?» Неужели не ясно? Они теперь стая. Маленькая, но настоящая стая, в которой сильные должны помогать более слабым. Если его стае что-то нужно, он постарается это достать. Идти приходилось осторожно. По человеческим меркам они выглядели странно, и Элиан даже думал о том, чтобы забраться в технические переходы, подальше от посторонних глаз. Собственный план казался ему всё менее состоятельным. Если открыто напасть или отобрать что-то, на них нападут в ответ. Разве они готовы к этому? Спасла ситуацию, конечно же, Эйзен. Без неё стая тоже не существовала бы — это Элиан прекрасно понимал. — Смотри, — она сжала его руку и взглядом указала на ссутулившегося у стены оборванного человека. — Это же попрошайка. Полукровка нахмурился. — Что? — Нищий. Бездомный человек без денег. Элиан кивнул. Таких он видел. Некоторых даже убил. Их не искали, не жалели, и вообще остальные предпочитали делать вид, что их не существует. Удобная добыча. — Мы сейчас на них похожи. Это может сыграть нам на руку: вызовем меньше подозрений, — сказала Эйзен. — Надавим на жалость какому-нибудь богатею, чтобы подобраться поближе. — Это сделаешь ты? — Ну, у меня вид более безобидный, — слабо усмехнулась учёная. Элиан кивнул ещё раз. Логично. Они приближались к нужному уровню, и одна часть сознания Элиана выбирала путь, прислушивалась и настороженно озиралась. Другая — размышляла. Ему нравилось, как изменилась Эйзен. Она начала действовать подобно охотнику. Стала хитрее. Жёстче. Совершеннее. Но в то же время он вспоминал, как впервые увидел её через стекло камеры. Ещё не друга, а одну из ненавистных учёных, людей, несущих боль. Тогда её лицо было более мягким, а взгляд — сочувствующим. Теперь в ней виделось что-то новое. Опасное. Но в их стае она всегда была умом и эмоциями — тем, чем он владел хуже или не владел вовсе. Он хотел и боялся того, что она станет похожей на него. — Чёрт, а ведь нам нехило должно повезти, чтобы мы смогли без лишнего шума что-то угнать, — пробормотала Эйзен, присев на край пустого контейнера. Элиан огляделся. Точно, они уже на месте. Пора обдумывать свои действия. — Что искать? — Скорее уж ждать. Того, кто собрался улететь. Тогда вылет его корабля — не важно, с кем на борту — не вызовет подозрений. Ждать пришлось долго. Обычно Эйзен уже вся извелась бы и начала что-нибудь делать, но от усталости просто сидела и нервно постукивала пальцами по коленям. Полукровка молча сидел рядом на полу. По телу разливалось раздражение. Всё это напоминало не ожидание, а засаду. Их зверь не любил. Впрочем, его никто не спрашивал. Не в этот раз. Вдруг чутьё подало слабый сигнал: что-то происходит. Элиан внимательнее всмотрелся в ангар и наконец заметил цель. — Эйзен. Пора. Учёная встрепенулась: маленький, но хищный зверёк, почуявший добычу. Элиан нахмурился и прогнал образ. Сравнение ему не нравилось. — Я пойду, а ты сразу за мной, как поймёшь, что мы готовы сматываться. «Сматываться»? Слова человека по имени Кларк… Опять лишние мысли. Когда это началось? «Когда ты стал притворяться человеком». Из горла вырвалось беззвучное рычание. Что значит «притворяться»?! Он может не быть тварью! Он способен! Не время для споров с собой… Тем временем в ангаре происходило что-то странное. Человек в дорогом компактном скафандре едва успел разблокировать люк своего звездолёта, когда к нему подошла чумазая побирушка и промямлила что-то про деньги и еду. — Уйди, — огрызнулся богатей и брезгливо стряхнул руку, коснувшуюся его локтя. — Только с твоим кораблём, — тихо ответила попрошайка, крепко сжав чужое предплечье, и в живот богатею упёрся острый конец небольшой трубы. Через пару минут Элиан увидел, как Эйзен обернулась в его сторону, и бесшумно подошёл к кораблю. Хозяин звездолёта, и так испуганный и выдавший всю информацию, которую потребовала женщина с суровым взглядом, совсем побледнел. Худое лицо с неестественными чертами и пристальный взгляд чёрных глаз казались жуткими. — Он всё рассказал, — сообщила Эйзен. — И на его корабле есть спасательная капсула. Идём, пока охрана ничего не заметила. Затем обернулась к «жертве» и пожала плечами. — Извини, но иначе никак. Надеюсь, тебе выплатят страховку. Люк с шипением закрылся за ними. Элиан поймал взгляд учёной и понял, что нужно сделать. Короткий удар — и человек без сознания свалился на пол. Эйзен сразу бросилась к панели управления. — Спасибо. Выкинем его по пути. Боже, скорее бы убраться отсюда… Элиан наблюдал издали, как она включает систему, вводит пароль, втыкает микрокарту и настраивает курс. Почему это так привычно? Он просто ждёт, когда кто-то сделает то, что нужно. Раньше он искал бы путь со станции сам, а теперь доверяет другому. Когда это стало нормальным? «Когда ты…» Ну да. Разве ответ мог быть другим. — Всё, маячок отключила. Летим. Запрос на вылет. Подтверждение бортового номера и личного идентификатора владельца. Шлюзы. Очень напряжённый, кажущийся бесконечным разговор — переписка, к счастью — с диспетчером. Внешний отсек. Элиан подобрался ближе к Эйзен, глядя через её плечо в обзорное стекло. — Давай же, ну, — прошептала учёная, стиснув рычаги штурвала. «Вылет. Приготовьтесь». Космос распахнулся перед ними, как море после странствий по пустыне. Элиан не знал, откуда взялась эта мысль. Но после людей и… других созданий, после бесконечных станций и тесного металла ему нравилось смотреть в слабо мерцающую темноту. Они летели сквозь неё в полном молчании, и полукровка кожей ощущал напряжённость Эйзен. В какой-то момент они вместе погрузили всё ещё не очнувшегося хозяина корабля в капсулу и выстрелили ею в сторону станции. Эйзен вернулась за штурвал и вновь сидела молча. А потом система корабля подала сигнал, и учёная шумно выдохнула и откинулась на спинку сидения. Нервозность наконец исчезла из её движений. — Мы вышли из зоны контроля станции. Теперь… свободный космос. И мы летим ещё дальше. — Хорошо, — сказал Элиан. Это действительно было хорошо. Эйзен медленно провела ладонями по лицу и резко встала. — И сейчас я готова убить за нормальный душ. *** Звездолёт класса премиум-мини, называвшийся «Голдрой», летел сквозь пустоту. Эйзен, ничуть не смущаясь, в одном нижнем белье сидела на полу и искала подходящую одежду среди вороха вещей. За спиной возился Элиан, который наконец избавился от своих лохмотьев и тоже вдоволь наплескался в душе. Правда, на этом вода «для бытовых нужд» почти закончилась и ушла на очистку в системы корабля. — О! Хоть что-то не блестящее, — Эйзен выдернула из кучи одежды бордовую кофту с высоким воротником. — Так, посмотрим ещё… Обувь пришлось оставить ту, что дал Кларк, и хорошенько её почистить. Комбинезон — к сожалению Эйзен, всё же ярко-серебристый — нашёлся в небольшой подарочной коробке. Его предполагаемая обладательница явно была немного полнее учёной, так что сидел наряд свободно. Когда Эйзен уже заканчивала одеваться, перед ней появился очень недовольный Элиан. — Не нравится, — заявил он, дёргая хвостом из стороны в сторону. Эйзен окинула его взглядом. Искромсанные дреды пришлось обрезать, но в целом причёска у полукровки не особо изменилась. А вот чёрные рваные джинсы оказались узкими и сидели в обтяжку. Но так как других чёрных вещей на корабле не нашлось, выбора у Элиана не осталось. Эйзен хихикнула. — Ты как из журнала вылез. Полуголый и в модных штанах. Элиан громко фыркнул, чем выразил всё, что думает по поводу человеческой моды, чувства юмора Эйзен и ситуации в целом. Потом снова закопался в отсек с вещами и отыскал-таки чёрную майку, которую тут же натянул на себя с торжествующим видом. И напоследок забрал у Эйзен куртку, которую ей давал Кларк. — Она довольно старая, — усомнилась в его решении учёная. Элиан пожал плечами. — И грязная, — добавила Эйзен. — А тут нет чистки для одежды. — Я умею стирать, — бросил полукровка и скрылся в отсеке с душем. Эйзен поглядела вслед другу. — Это ты сейчас съязвил? Вау. Когда Элиан закончил возиться с курткой и вернулся, учёная сидела за штурвалом, рассматривая карту сектора. — Чистая вода закончилась, — сообщил полукровка. — Ждём. — Ладно… — задумчиво отозвалась Эйзен. — А я посчитала, что нам лететь дня три. Если не случится ничего непредвиденного, топлива хватит, но впритык. Зато тут должны найтись два комплекта сонных модулей. Или ты снова не будешь спать? — Нет, — сказал Элиан и сел на соседнее кресло. Некоторое время они молча смотрели в темноту за обзорным стеклом. Потом Эйзен отлепила с приборной панели стеклянную фигурку на ваккуумной присоске, покрутила в пальцах и приткнула обратно. — Наверное, мне должно быть совестно, — вздохнула она. — Мы вроде как ни в чём не повинного человека обокрали. Может, он это всё честным трудом, а мы… — Ну и, совестно? — с неожиданным сарказмом спросил Элиан. Эйзен на пару секунд зависла. Она до сих пор не могла привыкнуть к внезапным проявлениям юмора со стороны полукровки. — А тебе? — усмехнулась учёная, справившись с удивлением. — У меня нет совести. Особенность вида. Эйзен расхохоталась, и Элиан удовлетворённо хмыкнул. Усталости накопилось слишком много, и они почти не чувствовали её. Но под воздействием сонных модулей Эйзен отключилась мгновенно и спала так крепко, что даже когда Элиан случайно рассыпал коробку с инструментами, грохот её не потревожил. Правда, после этого случая полукровка решил ничего не делать в каюте — задней части звездолёта, где легла Эйзен. Сам он устроился поближе к месту пилота. Притащил автонадувной матрас, пару отвратительно блестящих покрывал, соорудил из ненужной одежды подушку и свернулся клубком, как делал всегда. Хвост, точно защитная преграда, лёг вокруг него. Заснул Элиан быстро, как и Эйзен. И вновь увидел сон. Его первый полёт на космическом корабле. Корабле отца. Элиан смог запустить на нём автоматическую программу, но не знал, где конечный пункт. Да и не особо интересовался. Тогда он тоже уснул, забившись в угол. Ему снилась вода. В детстве — какое странное слово — он часто видел во снах воду. Кроме воды там не появлялось ничего, никаких событий или предметов, поэтому Элиан не считал это настоящими сновидениями. Но в тот раз воды было много, очень много, он стоял в ней по пояс и смотрел, как она мерно плещется, точно настоящее море с волнами. Потом пошёл куда-то, врезаясь телом в тёмную толщу. Но невидимое дно оставалось ровным, а горизонт — пустым. Он не мог никуда прийти. В какой-то момент он вдруг оступился, рухнул в воду и проснулся уже на корабле. И, медленно поморгав и придя в себя, долго и внимательно осматривал каждый угол, словно в одном из них мог оказаться отец. Элиан не знал, хочет найти его или удостовериться, что отца тут нет. В конце своих поисков полукровка проснулся по-настоящему. Перетёк с матраса на пол, обошёл весь передний отсек и тихо открыл дверь в каюту. Эйзен спала, подложив руки под щёку. Она никуда не исчезла. И Элиан знал, что ждал подтверждения именно этого.