Чёрное

Экран терминала был пуст и тёмен. После завершения звонка Эйзен ещё некоторое время сидела молча, уставившись в пол и стискивая пальцы в замок. Потом встала и направилась к двери, но тут в матовое стекло легонько постучали. Учёная отворила и невольно удивилась. — Ёрш? — Можно к тебе? — наёмник как-то смущённо поскрёб бритый затылок. — Я так понял, ты разговаривала с кем-то, но сейчас вроде… То есть, я не подслушивал, ты не думай. Тут же всё равно слов не разобрать, да ты и сама зна… — Я и не думаю, что ты стал бы подслушивать, — улыбнулась Эйзен. — Дай угадаю: ты хотел поговорить в тишине? — В точку. Сразу видно, что светлая голова, — подмигнул Ёрш. — Льстец из тебя так себе, — усмехнулась Эйзен, пропуская его в помещение. — Только как ты с празднования сбежал? — А, там пришёл какой-то кореш Диогена, они вдвоём теперь сходят с ума по Пуфе. В полном восторге. — Не боишься, что затискают? — Да не, она от них сбежит и в сумку спрячется, если что. Это мы с ней разучили, — ухмыльнулся Ёрш. — А если не получится, Элька за неё вступится. Он хоть и фыркает, но такую малышку в беде не оставит. А сколькие бы ещё решили так же, как ты, подумала Эйзен. Хоть кто-то другой сказал бы, что Элиан не оставит в беде крохотное пушистое создание просто… просто потому что? Наёмник тем временем с интересом заозирался и присвистнул. Казалось, что слабо мерцающие в полумраке металл, стекло и ребристые резиновые трубки заворожили его не хуже, чем любимые пушки. — Ого! Круто тут. Блин, как это я раньше к тебе не заглядывал? — Наверное, потому что лаборатории обычно интересны исключительно яйцеголовым учёным типа меня и Микса? — Эйзен наконец закрыла дверь и включила лампу в углу, озарив отсек неярким голубоватым светом. — Пф! Во-первых, наука не впечатляет только идиотов, — снисходительно заметил Ёрш, продолжая осматриваться. — А во-вторых… Он подхватил из металлического контейнера небольшой продолговатый предмет, аккуратно повертел в пальцах и хмыкнул. — Во-вторых, попробуй доказать, что это не патрон. Я весьма заинтересован. — Это патрон и есть, — не стала отрицать Эйзен. — Занятный, — Ёрш глянул на неё. — И какая у этого малыша задача? — Пробить мощную природную броню, а потом расколоться и устроить кислотный ад. Видимо, что-то в голосе учёной прозвучало слишком странно, потому что Ёрш снова внимательно посмотрел в её сторону. — Предположу, что речь не о людях. — Нет. О монстрах. Ёрш молча кивнул. Его взгляд, снова устремлённый на патрон, как-то внезапно изменился, стал цепким и серьёзным. Можно даже сказать… профессиональным. Эйзен казалось, что она видит, как в голове Ерша быстро проворачиваются шестерни, а маленький металлический предмет предстаёт развёрнутой объёмной схемой. Учёную так заинтриговало непривычное выражение на лице наёмника, что она лишь молча наблюдала за ним, не мешая думать. — Могу я влезть со своим мнением? — спросил Ёрш спустя пару минут. — Конечно. Наёмник снова кивнул и заговорил. Его рассуждения заняли не так уж много времени, но у Эйзен и без того голова пошла кругом. Ёрш рассказал об оптимальной форме, длине и весе пули, об основных особенностях бронебойных боеприпасов, о центре тяжести и баллистической устойчивости, об останавливающем и убойном действии. Многое из этого Эйзен читала или слышала, кое-что постаралась применить на практике и в некоторых аспектах даже преуспела. Но Ёрш в своих непривычно суховатых, ёмких фразах превращал безликие строки из руководств в реальные вещи и понятия. И ещё он давал советы. Походя, без лишних вопросов о том, на кой чёрт Эйзен сдались кислотные пули, зато с явным стремлением сделать их более опасными. — А вот в кислотах я не разбираюсь, — заявил Ёрш искренне, но Эйзен всё равно показалось, что это не совсем правда. — Так что не скажу насчёт нужного объёма, материалов и прочего. Здесь уже твоя территория. Но чтобы хорошенько долбануть по кому-нибудь этой штучкой, тебе пригодится пушка побольше и помощнее. Что-то из вариаций «шотцена» или SDL-21. Ну, а если решишь опробовать новую игрушку, я знаю подходящий полигон на несколько уровней выше. Эйзен несколько секунд просто смотрела на замолчавшего наёмника. — Вау, — наконец сказала она, испытывая сильнейшее чувство дежавю. — Да ты у нас яйцеголовый фанат оружия… Ёрш рассмеялся и аккуратно положил патрон на место. — Можно и так сказать. Я просто подумал, что тебе пригодится другой взгляд на твоё изобретение. — Какой? Более профессиональный? — Ну-у-у… Это тоже, да. Но я о том, что ты рассматриваешь всё, что делаешь, как часть науки. Даже боеприпасы. А я смотрю на них как на эффективное средство для убийства. От подхода многое зависит. Эйзен подумала, что он прав. Прав во всех частях своего утверждения. Ей не то чтобы стало неприятно от этого понимания, но немного тоскливо. И Ёрш это будто бы заметил. — Так, ладно, я сюда вообще-то не умничать пришёл, — он приглушённо хлопнул в ладоши и потёр их, будто бы предвкушая что-то интересное. — Я принёс тебе подарок. — Подарок? — удивилась Эйзен, вынырнув из болота собственных ощущений. — Но вы с Миксом уже отдали его. — Так то был общий. А я хочу подарить кое-что от себя, — Ёрш сунул руку в карман, достал слегка мятую коробочку из серого картона и вытряхнул на ладонь что-то небольшое. — Вот. Эйзен присмотрелась к подарку. Металлически поблёскивающий браслет напоминал часы на цельном ремешке. Сам он был сделан из гибкого материала, а свивающиеся вместе тонкие линии походили на изображение спирали ДНК. Циферблат заменяла продолговатая толстенькая пластинка. На ней едва видно проступала гравировка на языке, который Эйзен узнала, но прочесть не смогла. «나는 근처에있다». Ёрш заметил, что учёная рассматривает надпись, и усмехнулся. — Один из двух моих родных языков. Красиво смотрится, правда? Крошечная деталь, часть спрятанного ото всех прошлого Ерша появилась перед Эйзен очень неожиданно. Она посмотрела на наёмника, затем снова — на украшение. — Да. А что здесь написано? — Ничего неприличного, — хмыкнул Ёрш. — О, слава богу, а то я переживала, — улыбнулась Эйзен. — Но у него есть ещё и полезное свойство, помимо красоты, — заметил наёмник. — Если ты дважды нажмёшь на пластинку, включится маячок. Я узнаю, где ты, и смогу прийти на помощь. Эйзен подняла на него внимательный взгляд. С украшением в руках Ёрш напомнил ей Элиана и тот камень с далёкой планеты. Только бледные ладони, держащие подарок, были шире и грубее. И чёрные глаза, чуть узковатые, не казались хищно прищуренными — такой красивый разрез обычно получают только метисы. Да и выражение отнюдь не было непроницаемым или холодным. Ёрш истолковал её молчание по-своему. — Я не собираюсь следить за тобой, честное слово, Эйз. Пока ты не активируешь её, эта штука не работает. Можешь проверить на… — Ёрш. Успокойся, я тебе верю, — мягко остановила его Эйзен. — Да? — наёмник немного неловко улыбнулся. — Ну, тогда можешь смело взять его. С Новым годом, Эйз. Учёная протянула руку, чтобы забрать браслет, но Ёрш замялся и не спешил отдавать вещицу. — Можно я помогу тебе надеть его? Конечно, помощь Эйзен не требовалась: у браслета не было застёжки. Но учёная помедлила секунду и кивнула. Ёрш ведь тоже прекрасно понимал, что она без труда наденет обновку сама. Наёмник осторожно растянул браслет пошире и надел на руку Эйзен, почти не задевая её кожу пальцами. Потом так же аккуратно вернул украшению прежнюю форму, и ремешок лёг точно по запястью. Эйзен отвела руку в сторону, любуясь браслетом, потом опять с улыбкой взглянула на Ерша. — Спасибо за такой подарок. Надеюсь, сигнал SOS мне никогда не пригодится, но я и так буду его с удовольствием носить. — Рад, что тебе нравится, — кивнул наёмник и вдруг вздохнул. — Может, это и излишне, не знаю. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Это ни к чему тебя не обязывает. Ни подарок, ни то, что... Он умолк и сжал губы. Эйзен буквально услышала повисшую в воздухе не сказанную фразу. «Ни то, что я чувствую». Ёрш заметил едва уловимую перемену в её лице и не слишком весело усмехнулся. — У тебя вид, будто ты хочешь сказать: «Мы ведь уже об этом говорили». — Мы не говорили, — тихо ответила Эйзен. — Я знаю. Да, они не говорили. Не говорили о комплиментах, поначалу шутливых, но всё больше похожих на правду. О подарках и гостинцах без повода. О том, что с Эйзен наёмник всегда был мягче и заботливее, чем с кем бы то ни было. О том, что однажды Эйзен услышала, как в разговоре один из наёмников сказал: — Да по Ершу и так видно, что он от любви сохнет. Не пойму только, по кому конкретно. Эйзен прекрасно понимала. Ёрш шумно выдохнул и потёр шею, ненадолго опустив голову и спрятав лицо. — Ладно, я уже испортил момент, поэтому усугублю-ка всё ещё больше, — он вскинул взгляд на Эйзен. — Просто ответь мне, Эйз, пожалуйста. Почему не я? В смысле, я ничего не выпрашиваю, но хочу получить, не знаю… примерные пункты. Основные. Должно же со мной что-то быть не так, если я постоянно оказываюсь в пролёте. Мне почему-то кажется, что от тебя я могу услышать достаточно честный ответ. Сейчас Ёрш казался на удивление беззащитным. Может, он не привык вести такие разговоры. А может, это вообще был первый раз, когда ему действительно захотелось получить ответ. Эйзен понятия не имела, но в одном была уверена: если сейчас она откажется отвечать, Ёрш просто кивнёт и больше не поднимет эту тему. Возможно, что никогда. Потому что ни выпрашивать, ни навязываться он не хотел. — Я не знаю, что не устраивает других, — покачала головой Эйзен, — но со мной всё просто. Я не заинтересована в отношениях. Ни с кем. Так бывает. — Да знаю, что бывает, и про тебя уже догадался, — Ёрш дёрнул плечом, но раздражённым не выглядел. — Но ты ведь не живёшь как монашка. Так чем я хуже их? — Ёрш, то, о чем ты говоришь — простое удовлетворение физических потребностей, — мягко и терпеливо сказала Эйзен. — Я не люблю этих мужчин. Мы обо всём договариваемся заранее, и мне не важно, что они будут про меня думать потом. — Но это… чужие люди, которых ты не знаешь, которые что угодно могут вытворить! — Вот именно: я их не знаю. Но ты — мой друг. Один из немногих настоящих друзей за всю мою жизнь. И я не могу воспользоваться тобой таким образом. Это низко. — А если я не против?.. Голос Ерша прозвучал так глухо и сдавленно, что Эйзен стало не по себе. Впрочем, нет. Ей стало страшно. Её пугало то, что Ёрш едва ли так хотел обладать ею, чтобы решиться на такой разговор. Может, частично причина заключалась и в этом, но часть эта была ничтожно мала. Он действительно переживал за неё. Некоторое время они молчали, не глядя друг на друга. Потом Ёрш вздохнул и легонько стукнул себя кулаком по лбу. — Прости. Я собирался не вести себя так отстойно. И… портить тебе праздник не хотел. — Всё в порядке, — качнула головой Эйзен. — Не скажу, что понимаю, но… сочувствую. — Да, знаю. Учёная попыталась поймать его взгляд и не смогла. Её вдруг накрыло ощущение беспомощности, словно они оба что-то случайно испортили и теперь не смогут исправить. — Ёрш… — тихо позвала она. — Это ведь не повлияет на наше общение? Я очень не хочу… тебя терять. Я понимаю, что ты сам можешь больше не хотеть… Ёрш неожиданно рассмеялся, негромко и тепло. На удивление искренне для такого момента. — Ой, да брось ты! — весело сказал он. — Во-первых, ты просто была честной. И я за это благодарен. А во-вторых, если бы я объявлял бойкот каждой девушке, которая мне отказала, то сейчас общался бы с одними мужиками. Эйзен не выдержала и тоже рассмеялась. Ёрш обнял её, по-дружески легко похлопав по спине. — Выдумала тоже, дурилка, — фыркнул он. — «Повлияет на общение»! Хорошая же у меня репутация… Чем я заслужил славу обидчивого мужчинки? — Ой, перестань бубнить, — шутливо наморщилась Эйзен, а потом обняла его в ответ и ненадолго замерла в тёплых руках наёмника. — Ты обещаешь включить маяк, если будешь в опасности? — тихо спросил Ёрш спустя некоторое время. — Обещаю. И… спасибо за помощь с патроном. — Обращайся, яйцеголовая. — Вот ты зараза. Когда они вернулись в отсек, Диогена и его загадочного кореша уже и след простыл. Микс, сидя у стола, чесал бока разомлевшей Пуфе и покачивал головой в такт негромкой музыке. Элиан сидел на соседнем табурете и наблюдал за шиншиллой с явным любопытством. Его хвост покачивался возле пола, словно у кота в хорошем настроении. Ресёрчер и полукровка бросили взгляд на вошедших, но ничего не спросили, только Микс предложил съесть забытую Диогеном банку консервированных фруктов. Ёрш с жаром поддержал предложение и вытащил мультитул, смотревшийся довольно кровожадно. Учёная окинула друзей взглядом. Микс выглядел слишком понимающим, а Элиан, хоть и глянул мельком на браслет — очень уж безразличным. Поэтому Эйзен не стала им ни о чём говорить.