ГЛАВА 24. ФЛЭШБЭК 4: ШАНС
11 июня 2025 г., 02:49
1979-й. Дневниковые записи.
Воскресенье, 4 марта 1979 г.
Я был сломлен после вчерашней встречи с Д. На кой хрен он полез не в свое дело? Думает, что сможет что-то изменить? Все неизменно и было таковым с самого начала, но он не понимает. Мне следовало объяснить ему, не уходить так резко. Он пытается быть добрым ко мне, потому что знал моих родителей. Убежден в том, что они хорошие люди, но откуда ему это знать? Д. сказал, что они не были близкими друзьями, соответственно, он не мог знать о них все. Они пошли на сомнительную сделку, чтобы поднять денег, и из-за их ошибки я здесь. И я точно не благодарен им за это… Я остался один, без навыков и средств к существованию. И я должен думать после всего случившегося, что мои родители — хорошие люди? Эта сцена с украденной сумкой… Откуда такая уверенность в том, что я бы побежал за ним? Господи, это все так нелепо и по-идиотски. Меня раздражает буквально все до сих пор. Ш. заметил, что я не в духе, но мне пришлось соврать какой-то бред о том, что я расстроился из-за невкусного кофе вчерашним утром. Сегодня я не видел их, наверное, заняты. Лучше мне сейчас не попадаться им на глаза. Но уединение все сильнее меня гнетет. Я остаюсь один на один со всем тем дерьмом, что случилось вчера. Это убивает меня. К. сказал, что пока дел нет и я могу отдохнуть, остальное уладят Ш. и Б. Кажется, он ничего не заподозрил в моем плохом настроении? Мне казалось, старики более проницательны. Может, он просто устал. Иногда кажется, что мы все немного устали. Б. и Ш. тоже напряженные в последнее время, особенно Ш. Они не говорят, что случилось, и я не лезу не в свое дело. Не знаю, что делать дальше. Я запомнил этот чертов номер наизусть. Уверен, он ждет, когда я позвоню. Но я не буду звонить. Никому не стоит бесцеремонно лезть в чужие жизни и давать ложную надежду. Это разрушительно. Почему Д. думает, что у него есть на это право? Он сделал только хуже. Теперь это единственное, о чем я думаю. И я надеюсь. Но надежды нет. И не нужно обманывать себя тогда, когда тебя обманывают другие.
Понедельник, 5 марта 1979 г.
Ш. еще более напряжен, чем несколько дней назад. Он ничего не говорит, но я заподозрил что-то неладное. Я не видел Б. с позавчерашнего дня. Видимо, уехал в другой город. Д. больше не выходит со мной на связь. Наверняка ждет звонка. В офисе спокойно, но я чувствую что-то от Ш. Он тоже занят какими-то делами с К. Мне не становится легче. Мне приснилось, что все получилось. Я пробудился словно от ночного кошмара. Мне неспокойно, я не могу объяснить причину. Неужели Д. так сильно меня взволновал? Или я предчувствую что-то неладное? Я планировал съездить за город попрактиковаться в стрельбе по совету К. Ненавижу огнестрел, но у меня хорошо получается с самого детства несмотря на плохое зрение. Ш. всегда говорил, что у меня природный талант. Но я думаю, что мне просто везет. Он сам отличный стрелок. Наверное, послушаюсь совета К. и съезжу развеяться. Может, это вернет меня в реальность.
Вторник, 6 марта 1979 г.
Мне кажется, я схожу с ума. Ничто не может меня отвлечь. У меня пропал аппетит, ничего не помогает. Я могу только пить капучино, писать здесь или бессмысленно пялиться в потолок квартиры. Я не могу думать ни о чем другом кроме Д. и его слов. Я даже размышлял о том, чтобы рассказать все Ш. Он сильно занят в последнее время, и, наверное, это хорошо. Это единственное, что удерживает меня, чтобы не рассказать ему. Д. сказал, что может помочь. Как он собирается это делать? Он недооценивает семью. Кажется, стоило все-таки сперва узнать подробнее о его плане. Может, вдвоем мы смогли бы что-нибудь придумать. Непонятная тревога нарастает с каждым днем. Я мечтаю покинуть семью несмотря на то, что Ш. и Б. были добры ко мне. Да и сам К. тоже. Просто этот образ жизни не для меня. Я не хочу быть убийцей или бизнесменом. Или убийцей-бизнесменом. У меня другие мечты. Д. был прав. Это не мое. И никогда не было моим. Я понял это уже давно. Может, у меня все-таки есть шанс? Еще один. И больше мне ничего в жизни не нужно будет. Я больше не попрошу у Бога ни единого шанса на другую жизнь. Господи, умоляю: спаси меня.
Среда, 7 марта 1979 г.
Нет, это невозможно. Решительно невозможно. На моих руках слишком много крови, чтобы мечтать о шансе на новую жизнь. Я сказал, что не хочу быть убийцей, но я давно убийца. Я не имею права начинать все с чистого листа. Я преступник, грязный человек. Даже не человек, а жалкое подобие. Мерзкий подлец, загубивший такие же мерзкие души. Да, я не убивал ни в чем не повинных… Они все — люди из таких же «семей». Меня тоже прикончат рано или поздно, пристрелят так, как стрелял я. Это неизбежно, зло всегда возвращается втройне. Мне приснилось, что я умирал долго и мучительно, а Д. просто смотрел на меня и ничего не делал. Не помог мне. Я молил о помощи. Не хотел умирать. Не хотел умирать и поэтому умирал бесконечно долго в адских мучениях. Мне никогда не жить другой жизнью. Я здесь до конца. Д. прав, моя кончина будет безвременной, я это чувствую. Может, это случится совсем скоро? Меня одолевает паранойя. Нельзя ничего рассказывать Ш. Я справлюсь сам. Или с божьей помощью.
Пятница, 9 марта 1979 г.
Нет, надежда все-таки есть. Это мой первый и последний шанс уйти из семьи. Я не хочу шантажировать Б. и Ш., но у меня нет выбора. Они должны понять мою точку зрения. Я ничего не расскажу им о Д., но в этом нет нужды. Я не поверил своим ушам. Ш. очень нервничает после вчерашнего, он не раз приглашал меня поговорить с ним с глазу на глаз. Я согласился. Мы встретимся сегодня вечером в офисе. Я скажу, что у меня есть план касательно того, чем я займусь дальше. Я словно опьянен подвернувшейся возможностью. Бесконечно рад. Я все еще не верю, что это может сбыться, пусть и большой ценой. Возможно, я умру, если попытаюсь, но лучше так, чем бездействовать. Мне остается только воспользоваться сложившейся ситуацией. Мне нужно отдохнуть, я чувствую, что возбужден до предела. Это случится в ближайшие дни. Но я не могу рассказать об этом даже в личном дневнике. Мне остается только ждать. Я связался с Д. вчера вечером, в подробности не вдавался. Сказал, что мне нужно немного времени. Может быть, около месяца, я не уверен. Он сказал, что будет ждать меня. За какие заслуги я буду освобожден? Я просто до невозможного удачлив несмотря на все дерьмо в моей жизни.
