Сизари

Однажды такое сообщение спасло деду жизнь -- он чуть не попал в плен, но в последнюю минуту его спасли товарищи, которые благодаря голубю узнали о том, что случилось. С тех пор дедушка был так привязан к сизарям, что до старости занимался их разведением. К великой печали братьев, дедушка умер несколько лет назад. Но его голубятня так и осталась во дворе их дома, только птицами занимались теперь другие люди. И вот Хосок вдруг вспомнил о них. - Был бы у меня такой голубь, я мог бы отправлять письма с ним… - задумчиво проговорил он. Так ведь гораздо интереснее, чем через газету: вот пошлю записку с голубем, кто-нибудь ее увидит, прочитает и ответит. И я даже не буду знать, кто это -- ребенок, взрослый или вообще пенсионер, мужчина или женщина… - И о чем ты будешь переписываться с пенсионером? - сморщил нос Чонгук. - Со сверстниками же интереснее! -Все люди интересны, - уверенно заявил Хосок. - От взрослых можно узнать много нового и интересного. И на конверты с марками тратиться не придется, если посылать письма с голубем. К тому же получится быстрее, чем почта. потому что голубь, скорее всего, далеко лететь не станет. Это ведь здорово, согласись! - Наверное, ты прав, - немного подумав, согласился младший брат. -- Только где ты возьмешь голубя? Его ведь надо сначала приручить. Костя упрямо вскинул голову: - Значит, буду приручать. …Не так-то легко приручить голубя, если ты прикован к инвалидному креслу и с трудом можешь выбраться во двор. Но Хосок был упорным и целеустремленным парнем и отступать от задуманного не собирался. Чонгук изо всех сил поддерживал брата и старался во всем помогать ему. Каждое утро он вывозил коляску во двор и ставил около голубятни, а днем забирал брата домой, чтобы после обеда снова вернуть его к сизарям, - и так до вечера. Птицы на удивление быстро признали Хосока и привыкли к нему. Не прошло и пары недель, как они начали спокойно подлетать к инвалиду, а некоторые, самые смелые, даже садились к нему на руки, на плечи или на колени. Но чтобы по-настоящему приручить сизарей и превратить их в почтальонов, потребовалось гораздо больше времени - несколько месяцев. Хосок выбрал среди них одного, самого послушного и умного, и пометил его, привязав на лапку сложенную в несколько раз толстую красную шерстяную нитку, которая была заметна издалека, но нисколько не мешала птице. Миновала весна, пришло жаркое городское лето. И вот настал день, когда голубь с красной ниткой вылетел «на прогулку» с привязанной к лапке запиской: "Здравствуй! Меня зовут Хосок, и мне очень хочется иметь друзей. Пожалуйста, ответь мне!» Хосок с нетерпением ожидал возвращения своего питомца: он надеялся, что в первый же день кто-нибудь заметит необычное письмо и откликнется на призыв. С самого утра, сидя в тени старого тополя, он представлял себе, кем может оказаться его новый товарищ: юношей или девушкой, школьником или взрослым. Однако спустя некоторое время сизарь вернулся на голубятню ни с чем. Записка так и осталась на лапке. В тот день Хосок не слишком расстроился. «Это ведь первый раз, - утешал себя он. -- Мало кому удается добиться цели с первого раза, а значит, надо попытаться еще». На следующее утро он снова выпустил голубя, но снова тот не принес ответного письма. Изо дня в день история повторялась, и всякий раз с одним и тем же финалом: никто так и не увидел бумажки на лапке птицы и не прочел записки. Прошло несколько недель, лето перевалило за середину, близился август. Хосок старался не терять надежды, и Чонгук изо всех сил поддерживал его, но ответ так и не приходил, и со временем братья начали падать духом. Чонгук подумывал о том, чтобы все-таки дать объявление о поиске друзей по переписке в газету от имени брата, а Хосок продолжал отпускать голубя с письмом в город, но уже скорее по привычке. Надежда таяла с каждым разом. И вдруг в один прекрасный день, когда братья уже совсем перестали ждать, голубь вернулся с ответной запиской. Хосок никак не мог поверить, что ему наконец-то улыбнулась удача. Дрожащими от волнения руками он развернул письмо и прочел: «Здравствуй, Хосок! Меня зовут Ким Техён, мне четырнадцать лет. Каждое утро я бегаю в парке, и там мне однажды попался на глаза голубь с бумажкой на лапке. Сначала я подумал, что мне это просто показалось, но потом увидел его снова. Я встречал этого голубя с красной ниткой н лапке почти каждый день, но только сегодня мне удалось прочесть твое послание. Если хочешь, можешь писать мне письма, я с радостью буду отвечать на них». Впервые за последние дни Хосок почувствовал себя понастоящему счастливым. Наконец-то и у него появится настоящий товарищ - не член его семьи, а человек из «большого мира», куда он сам из-за своей болезни попасть не мог. У них с Техёном завязалась переписка. Письма они передавали друг другу с помощью все того же голубя: по утрам Техён бегала в парке и поджидал появления сизаря, чтобы получить очередное письмо от Хосока и передать ему свое. Благодаря этому Хосок наконец перестал чувствовать себя оторванным от внешнего мира. Он был рад, что на его послание откликнулась именно мальчик, к тому же близкий ему по возрасту: хотя он и говорил Чонгуку, что рад был бы переписываться с любым человеком независимо от его пола и возраста, но в этом, конечно, немного кривил душой. Как и все подростки, Хосок мечтал о любви, мечтал встретить того единственного избранника ( избранницу ), который перевернет всю его жизнь и раскрасит мир новыми красками… У них с Техёном неизменно находились темы для обсуждения: он писал ему о школе, о спорте (Техён занимался художественной гимнастикой), о фильмах, которые недавно видел в кинотеатре, а он -- о прочитанных книгах и еще излагал интересные мысли, которые приходили ему в голову, пока он сидел дома один. Кроме того, в переписке с незнакомым мальчиком был еще один плюс: Тнхён не знал, что Хосок инвалид, и общался с ним, как с обычным семнадцатилетним парнем - не жалела, не ахал и не расспрашивал о здоровье. И Хосоку было приятно хотя бы ненадолго почувствовать себя здоровым и забыть о своем недуге. Они переписывались довольно долго. Но однажды очередное послание Тезёна К Хосоку не обрадовало. Юнаша писал: «Мы уже давно общаемся с тобой, и я хочу сказать, что ты мне очень нравишься, Хосок. С тобой так интересно, и мне бы хотелось тебя увидеть. Может быть, мы могли бы как нибудь встретиться в парке и погулять? Это было бы здорово. С нетерпением жду твоего ответа. Техён». Ой. Конечно, этого следовало ожидать: если люди некоторое время переписываются, неизменно наступит момент, когда у них возникает желание увидеть друг друга в реальности. Но раньше Хосок об этом как-то не задумывался. Или, может, просто не позволял себе задуматься? Однако теперь он почувствовал себя так, словно угодил в западню: он ведь так и не признался Тнхёну в том, что не может ходить. Вдруг он, узнав об этом, больше не захочет с ним общаться? Обычно Хосок отвечал на Техёнины письма сразу же, чтобы наутро отправить ему с голубем ответ, но в тот день у него ничего не вышло. Он не знал, как написать ему о том, что не сможет прийти в парк, и объяснить почему. Правда, сначала он по привычке все-таки сел за письмо, но нужные слова не приходили; он перевел кучу бумаги, а письма написать так и не сумел. Когда Чонгук вернулся из школы, он сразу понял, что с Хосоком что-то не так: старший брат выглядел непривычно грустным и растерянным.