Учитель

            

***

      Тэхён проснулся с сильнейшей головной болью и тошнотой. На прикроватной тумбочке он увидел стакан воды с аспирином и тут же принял таблетку. Потом умылся и вышел на кухню, где вместо Чонгука застал маму. Она готовила легкий овощной бульон, помешивая его в кастрюле. Услышав шаги, Го Ын обернулась.       — Доброе утро. Как себя чувствуешь?       — Что ты здесь делаешь? — неприязненно спросил Тэхён, скрестив руки на груди.       — Поскольку ты не ночуешь дома и не отвечаешь на звонки, я приехала к Чонгуку, ведь ты можешь гостевать только у него. Что происходит? Ты расстроен из-за отца? Нам обязательно нужно поговорить о нем.       — Ты имеешь в виду Джи Хуна или Мин У? Я запутался: кто же мой настоящий отец?       Ложка, которую держала Го Ын, упала на пол. Она изумленно смотрела на сына, не представляя, как он узнал. Бережно хранимая тайна открыта, и Тэхён с ненавистью смотрел на маму.       — Откуда ты знаешь?       Тэхён проигнорировал вопрос Го Ын:       Так это правда? Чон Мин У — мой отец?       Не в силах вымолвить ни слова, Го Ын молчала. Она только кивнула, опустив голову в поражении.       — Почему ты лгала мне? Почему?!       — Пожалуйста, сынок…-       — Почему?!       — Никто, кроме меня и Джи Хуна не знал, что я забеременела от Мин У. К тому времени он расстался со мной из-за Хе-ин. Я не стала говорить ему, потому что он все равно не оставил бы её.       — У тебя был роман с Чон Мин У?       Крупные слезы потекли из глаз Го Ын. Она грустно улыбнулась.       — Он — моя первая и единственная любовь. Я счастлива, что у меня есть частичка его. И вместе с тем, сколько бы времени не прошло, я не могу забыть, что он бросил меня.       — Расскажи мне с самого начала. Как ты встретила Чон Мин У? — попросил Тэхён, садясь на стул.       Он чувствует себя плохо, но это неважно, он должен узнать правду, он должен понять, почему ему лгали.       — Мы познакомились в кафе моей тети, в котором я подрабатывала летом. Мне исполнилось всего 16. Я сразу влюбилась, и мы начали встречаться. Мин У ещё тогда дал понять, что не женится на мне. Родители найдут ему богатую наследницу для укрепления связей. Он никогда не обманывал меня и не давал ложных надежд, хоть я не переставала мечтать о чуде. Мы были вместе 5 лет, пока Мин У не нашли подходящую жену. Я знала, что этот день рано или поздно придёт. Сначала это был только деловой союз. Мин У ухаживал за Хе-ин всего месяц перед свадьбой. Он не любил её, а она — его. Я ревновала, но успокаивалась, когда видела, как Мин У равнодушен к супруге. Хе-ин не знала о нас, и мы стали подругами. А потом я начала чувствовать изменения. Мин У стал реже видеться со мной, долго не звонил, был холодным и рассеянным. Он оставался дома, все свободное время проводил с женой, присутствовал с ней на всех приёмах и вечерах. Брак по расчету превратился в брак по любви. Через полгода Мин У оставил меня ради Хе-ин. Разгневанная, я рассказала Хе-ин о романе. Она была очень доброй и наивной, сначала и не поверила, что подруга и муж предали её. Она хотела развода и, возможно, ей удалось бы уйти, но она забеременела. Мин У угрожал, что заберет ребенка, добьётся полной опеки и только это заставило Хе-ин остаться.       — И ты тоже была беременна, и не сказала Мин У.       — Он бросил меня до того, как я успела рассказать! Хе-ин ждала Чонгука. Он бы никогда не оставил их ради нас. Я была в этом уверена! Я решила отомстить и вышла замуж за Джи Хуна, лучшего друга Мин У. Для меня не было секретом, что он влюблен в меня, но меня это не волновало. До того, как я решила сделать как можно больнее Мин У и разрушила его дружбу. Джи Хун с самого начала знал правду, я не обманывала его. Он относился к тебе как к родному сыну, но с каждым годом ты все больше похож на Чон Мин У.       Разве у них одинаковые черты лица? А характер? Тэхён не такой холодный и сдержанный, не такой спокойный как Чон Мин У. Нет, они разные.       — И господин Чон не догадался, что я его сын?       — Для него ничего не существовало, кроме Хе-ин и Чонгука, а после её смерти он ничего не замечает. Он очень сильно изменился.       — Значит, из-за этого Джи Хун стал относиться ко мне строже?       — Он смотрел на тебя и видел юного Чон Мин У, с которым дружил со школы. Это его убивало.       Джи Хун осознавал, что Го Ын не разлюбила Чон Мин У; будь у неё выбор, она не осталась бы с ним, он оказался запасным удобным вариантом. Джи Хун делал все, чтобы завоевать любовь Го Ын, и это ничего не давало. Го Ын втайне надеялась, что Хе-ин и Чон Мин У разведутся, и тогда Чон вернется к ней. Однако шли годы, а они, даже несчастные, оставались вместе. Мин У легко отпустил Го Ын из своей жизни, отпускать Хе-ин он не намеревался никогда. Только смерти удалось разлучить их.       — Ты рассказала мне слишком много всего, мне нужно время, чтобы подумать. Уходи.       — Тэхён, пожалуйста, прости меня. Я никогда не хотела причинить тебе боль, я пыталась защитить тебя.       — От чего? От правды? — рассмеялся Тэхён. — Ты была лучшей подругой госпожи Чон и ненавидела её! Ты использовала Джи Хуна, чтобы отомстить! Ты все время лгала мне! Как все это меня защищало?!       — Ты был бы внебрачным сыном. Сыном любовницы. Это клеймо на всю жизнь! Я вышла замуж за нелюбимого человека, чтобы дать тебе фамилию и будущее! А потом, как и Хе-ин, не могла подать на развод, потому что Джи Хун угрожал, что все тебе расскажет! Я оказалась в такой же ситуации как она, без возможности выбраться. Разве не смешно?       — Я никогда не просил от тебя никаких жертв! Мне ничего от тебя не нужно. Уходи, я поживу немного у Чонгука. Сейчас я не могу тебя видеть.       Тэхёну противно от собственной матери, совершавшей поступки, которые он не может ни принять, ни понять. Для этого нужно время вдали от неё.       — Тэхён… Ты вернешься ко мне? Ты — вся моя жизнь.       — Я не знаю, — Тэхён покачал головой. — Я не знаю.

***

      Хоть Чонгук много выпил, школу никто не отменял. Мин У разбудил его и сообщил, что подвезет. Сначала они ехали молча: Чонгук смотрел в окно и думал о том, что сказал учителю Паку. Он все помнил, хоть предпочел бы забыть. Ему стыдно, но, с другой стороны — теперь все открыто, и с трудом подавляемые чувства обрели свободу. Дышится легче. Намного больше Чонгука пугал отец. Что он предпримет? Уволит Чимина? Запретит дополнительные занятия? Чонгук сжал руки в кулаки, думая, что это неприемлемо. У него и так мало времени с учителем, отдавать эти крохи он не намерен.       — За то, что ты напился, ты, конечно, наказан: месяц работы в офисе даже на выходных. Это для того, чтобы тебе было, о чем подумать и оставалось меньше места для глупых идей.       — Хорошо, отец, — сказал Чонгук, ожидая продолжения. Однако Чон Мин У замолчал и принялся просматривать на планшете документы.        — У меня только одно наказание? Как насчет моего признания? Я не отказываюсь от него, — собрав всю имеющуюся храбрость, Чонгук посмотрел в глаза отцу. — Учитель Пак мне очень дорог.         — Я думал об этом всю ночь. То, что тебе нравится мужчина, меня поразило. Однако я не буду вставать между вами. Я сделал много ошибок, особенно в отношении твоей мамы. Она всегда хотела, чтобы ты был счастлив, она бы приняла эту любовь. Значит, я тоже приму её. Ты свободен любить, кого хочешь, и я буду уважать твой выбор.       — Спасибо, отец. Для меня это очень много значит.       — Только учитель Пак много лет встречался с Юнги, они жили вместе. Я не уверен, что у них все закончено.       — Юнги уехал в Сеул, он сделал свой выбор. Его карьера только-только началась, ему предстоит много работать. Я желаю ему удачи и надеюсь, что он отпустит учителя Пака.       Чонгук считает, что Мин не сможет иметь и карьеру, и счастливую личную жизнь. Корейское общество демократизировалось, и, тем не менее, все ещё настороженно смотрело на однополые отношения. Особенно это касается старших поколений. Опасливые взгляды способны навредить карьере Юнги, да и вряд ли BigHit пойдет на риск и позволит перспективному артисту совершить каминг-аут. Слава открывает для тебя тысячу дверей, а другую тысячу закрывает.       — Будь острожным. Я поддержу тебя, но не хочу, чтобы ты страдал. Тебе нужно подождать и закончить школу. Тогда у вас появится шанс. Пока ты — его ученик, вас будут осуждать и не воспримут.       — Я согласен ждать. Я не собираюсь ставить под угрозу карьеру учителя.       Чонгуку осталось учиться всего лишь полтора года. Они пролетят как один день. Если после этого он будет с Чимином, он готов набраться терпения. Если Чимин больше не любит Юнги. Если Чимин посмотрит на него по-другому, не как на ученика. Если Чимин скажет ему «Да». Когда есть чего ждать, можно и терпеть. А Чонгук очень, очень терпеливый.

***

      Мин У отвез Чонгука в школу, пообещал забрать после уроков и отправился в офис. Удивительно, но Йун Джу Хёк не стоял возле входа как безмолвный страж. Неужели ему больше не надо прощения? Занявшись текущими делами, Мин У забыл о нем, а когда спустя пару часов бросил взгляд на улицу, то обнаружил привычно стоящего Джу Хёка. Ему сразу стало немного спокойней.       Проработав до обеда, он договорился встретиться с господином Ли в одном ресторане и обсудить новое сотрудничество. Мин У выезжал из парковки, когда заметил небольшую толпу людей, окружившую кого-то.       — Что там? — спросил Мин У водителя Има. — Остановись и выясни, в чем дело.       Через несколько минут водитель Им вернулся.       — Это Йун Джу Хёк. У него припадок.       Чон вышел из машины, быстрым шагом направившись к скоплению людей.       — Он напился, вот ему и плохо, — сказала одна немолодая женщина и, брезгливо посмотрев на Йун Джу Хёка, развернулась и ушла. Люди шептались между собой, но не подходили к мужчине, боясь и одновременно испытывая отвращение. Один подросток даже достал телефон и начал снимать припадок.       Тело Йун Джу Хёка билось в конвульсиях, изо рта шла красная пена, потому что он прикусил язык, глаза были расфокусированными и невидящими. Руки и ноги дергались, как у куклы, которую тянут за ниточки. Он стонал и издавал звуки, напоминающие мычание.       Чон Мин У снял с себя куртку и положил под голову Джу Хёка. Через минуту приступ закончился. Йун медленно открыл глаза, ничего не помня. Он чувствовал ужасную слабость и усталость, словно из него высосали все силы.       — Что произошло?       — Приступ, — кратко ответил Чон Мин У, — Вам нужно домой, чтобы Вы отдохнули. Я подвезу Вас.       Дезориентированный, Джу Хёк только кивнул. Пошатываясь, он стал на ноги.       — Помоги ему дойти до машины, — приказал Мин У, и водитель Им практически потащил на себе сонного Джу Хёка. Чон подошел к снимавшему видео юноше.       Встревоженные люди начали понемногу расходиться. Шоу закончилось, и больше не наблюдалось ничего интересного.       — Мой друг не давал разрешения на съемки. Если не удалишь видео, мои юристы подадут в суд.       — Да что в этом такого? — возмутился парень. — По твоему «другу» видно, что он — бомж, он живет на улице, а на улице я имею право снимать что и кого хочу!       — В этом нет ничего такого, разве что штраф на сотни тысяч вон. И мой друг не бомж, а вот ты им станешь, если сейчас же не удалишь видео! — закричал Чон Мин У.       — Да ладно, дяденька, я все понял. Сейчас удалю, — испугавшись, сказал парень.       Чон Мин У проследил, чтобы снятое исчезло и только потом вернулся в машину.       — Как же Ваша встреча? — поинтересовался водитель Им, когда Чон назвал адрес Йуна, который заснул на заднем сидении.       — Я перенесу её, ничего страшного.       Чон написал господину Ли, а потом вызвал врача, который осмотрел Джу Хёка. Мин У оставался в его квартире до позднего вечера, пока не приехала с работы госпожа Йун — женщина с резкими морщинами и потухшим взглядом человека, который тяжело и много работает.       — Сейчас он в порядке, он спит. Ему нужно хорошо отдохнуть, чтобы восстановить силы.       — Спасибо за помощь, господин. Не знаю, что было бы с ним, если бы не Вы.       — Не за что. Передайте мужу, что, как только ему станет лучше, пусть придет ко мне в офис. У меня есть для него работа, я буду ждать его.       — Какая работа? — с надеждой спросила женщина.       Джу Хёка никуда не брали, а она трудилась на двух работах, чтобы сводить концы с концами. Она убирала дома богатых и за долгие годы, пока Йун был безработным, пока лечился, очень устала. Она уже не так молода и силы вовсе не те, что раньше. Хочется отдохнуть, но не видно конца невзгодам. Все надежды на сына, однако его карьера только началась. Ему предстоит ещё много трудиться, чтобы достичь высокого положения.       — Мне нужен садовник. Ухаживать за парком вместе с другими работниками. Зарплата будет та же.       — Спасибо Вам. Из-за того, что он не может найти работу, он совсем упал духом. Вы… простили его?       Чон Мин У до сих пор не уверен в этом, но госпожа Йун смотрела на него умоляющим взглядом. Казалось, её жизнь зависела от его ответа.       — Да, — медленно произнес Чон.       Как только утверждение сорвалось с его губ, он почувствовал облегчение, будто тяжелый груз свалился с плеч.       — Моя жена была убита. Преступники нашли бы другой способ расправиться с ней. Я прощаю Йун Джу Хёка и не держу на него зла.       Мин У поклонился и вышел из квартиры. По щекам госпожи Йун текли слезы. И все же она улыбалась. Её муж мучился из-за вины, усыхал, но, если господин Чон простил его, он тоже сможет простить себя и жить дальше. Время излечит его раны, а прощение — самое лучшее лекарство для измученной души.

***

      В жизни для Док Хвана всегда на первом месте стояла работа. Он, как и Мин У, не знал любви родителей, которые обожали очаровательного Со Джина. В школе насаживались строгие порядки и полное отсутствие свободы. Он перетерпел её. В Полицейской академии его ненавидели, потому что он — Чон. Семья, которая, по слухам, не стесняется зарабатывать деньги любым способом. Пока другие беднели, разорялись или терпели временные трудности, Чоны только богатели, что вызывало зависть. А где зависть, там и ненависть. За годы учебы Док Хван не завел ни одного друга, который дружил бы с ним из-за него, а не из-за того, что он мог дать. Как и для Мин У, родители выбрали ему жену, которую он никогда не любил. К детям он относился равнодушно и практически не принимал участия в их воспитании. Они уехали учиться в Америку, решили там остаться, и теперь их общение ограничивалось редкими звонками, хоть им не о чем говорить. Сыновья звонили, когда нуждались в деньгах. Он полюбил Хе-ин и задушил эту любовь, потому что у неё не существовало ни малейшего шанса. А затем Хе-ин убили. Док Хвану оставалась только работа, и он шел вверх, получая повышение за повышением. Как и многие до него, он убедился, что падение с вершины крайне болезненно. Перед приездом в Пусан он подал заявление об отставке. Все кончено, пора закругляться. Док Хван закурил, с наслаждением вдыхая дым.       — В чем Вы хотите признаться? — ошеломленно спросил Пак Ман Сик.       Он всегда считал, что Док Хван — самый порядочный из Чонов, и вот сейчас он услышит его признание. Как же сильно он ошибался!       — Во всем. Мне известно обо всем, во что вмешен мой брат.       — Со Джин убил Минхо? — тут же спросил Ли Чан У.       Он забыл о плохом сне, о недоеденном на ужин фаст-фуде, который его желудок отказывался переваривать и об поте под мышками. Сейчас он получит признание. Нет ничего важнее этого. Это любимая часть Чан У: когда после долгой и кропотливой работы появлялись плоды. И на одну ночь он спал как младенец, говоря себе, что преступник за решеткой означает, что система работает, хоть и не идеальна, а тогда все жертвы не напрасны.       — Да.       — Как… как это произошло? — спросил Ман Сик.       — Минхо шантажировал Со Джина. Как настоящий Чон, он выбрал подлый путь. Он хотел часть бизнеса семьи, однако Со Джин не из тех, кто любит делиться. Минхо постоянно требовал денег, его аппетит возрастал, и он угрожал, что расскажет о том, кто его отец. Со Джин не мог этого допустить, иначе его карьера закончилась бы. Я точно не знаю, что произошло в ту ночь. Со Джин позвонил Минхо и попросил о встрече в порту. Он пытался переубедить его, но Минхо был непоколебим. Он хотел быть признанным, он хотел, чтобы все знали, что он — Чон. Тогда Со Джин застрелил его. Он дал ему жизнь, он же её и забрал.       — Откуда Вы знаете, что именно Со Джин убил Минхо?       — Потому что Со Джин позвонил мне и попросил о помощи. Чтобы я связался с начальником полиции и добился, чтобы расследование велось определенным способом. В итоге следствие показало, что Минхо убили в результате неудачного ограбления, будто у него пропали деньги и золотые часы, хоть в ту ночь у него с собой не было ни денег, ни часов.       — И Вы помогли скрыть убийство? — спросил Ли Чан У.       — Я помог брату. Он уверял меня, словно это был несчастный случай. Мол, он думал, что в пистолете холостые пули и намеревался напугать Минхо, чтобы тот отступил. У меня не было выбора, и я поверил. Я не допускал, что мой брат — хладнокровный убийца, это было выше моих сил.       — Конечно, я понимаю. Семья — наше самое слабое место. Часто люди совершают опасные поступки, чтобы защитить близких, — сказал Чан У, у которого не было ни братьев, ни сестер, ни жены, ни детей. Отношения с родителями были натянутыми. Они любили друг друга, особенно в случае расстояния между ними. Они слишком разные и никогда не сходятся во мнении.       — Я не хотел, чтобы Со Джин попал в тюрьму. Я думал, что на этом все закончится, а все только начиналось.       — Что произошло дальше? — спросил Ман Сик, затаив дыхание.       — Джи Хун узнал, что Со Джин убил Минхо. Он тоже начал угрожать ему. Однако он не нуждался в деньгах. Он искал того, кто будет за него убивать. Кого-то без мотивов или связей с жертвами, кого будет практически нереально найти.       Корпорация Кима покупала инсайдерскую информацию, чтобы побеждать на трейдах и вкладывать средства в прибыльные проекты. Взамен они финансировали тех, кто им помогал. Когда Ли Тэок проводил ревизию средств, то заметил, что большие суммы бесследно исчезали и понял, куда они шли. Его было легко купить. Но Пак Лан — другое дело. Ли Тэок дружил с Паком и однажды, выпив лишнего, признался, что принял взятку. Пак Лан отказался от денег. Он понимал, что не может один пойти против такого человека как Ким Джи Хун. Он решил обратиться за помощью к Мин У через Хе-ин. Он видел её несколько раз, потому что она финансировала танцевальный кружок, в котором занимался Чимин. Лан встретился с ней и обо всем рассказал. Хе-ин сначала не поверила ему, потому что знала Джи Хуна и считала его честным человеком. Она отказалась помогать Паку. А через несколько дней узнала, что того сбила машина. Так она поняла, что Пак не лгал.       — Почему Хе-ин не рассказала Мин У? — спросил Чан У.       — Её отношения с Мин У были далеки от идеальных. Думаю, она тоже не доверяла ему. Она доверилась мне и тогда я обо всем узнал. Я приехал к Со Джину, и он мне все рассказал.       Хе-ин обратилась не к тому человеку. Возможно, Мин У удалось бы спасти её, а он её погубил. Док Хван убедил Хе-ин не обращаться в полицию, молчать и уверил Чона и Кима, что она не представляет для них опасности. Он хотел уберечь и брата, и любимую женщину. Хе-ин смерилась. Так, по крайней мере, казалось. А затем Джи Хун сообщил, что она ездила к Пакам. Это стало её концом. Хе-ин была убита, как и Пак Лан.       — А Дон Чан? — спросил Ман Сик.       От Демона он знал, что самоубийство Дон Чана подстроили, но он хотел услышать это и от Док Хвана.       — Был убит, как и другой полицейский Кван У. Любой, кто намеревался открыть правду, сразу устранялся, ведь на кону стояли миллиарды вон и положение в обществе.       — Столько убийств, и Вы молчали, — потрясенно сказал Ли Чан У.       — Я был слишком замешен, чтобы открыться. Я умолял Со Джина одуматься, но было поздно, он полностью находился под контролем Джи Хуна.       — Мы остановим его. Если Вы напишите признание.       Пак Ман Сик пододвинул к Чону лист А4 и дал ему шариковую ручку.       — Напишите все, что знаете, каждая деталь, даже самая маленькая, очень важна. Кивнув, Док Хван начал писать, что заняло у него практически час. Затем его отвели в камеру предварительного заключения, а Чан У и Ман Сик принялись читать его признание. Впервые за долгое время Ли не потел. Холодный озноб пробегал по его спине от прочитанного.       — Это чудовищно. Мы обязаны найти Джи Хуна, чтобы он, как и Со Джин, ответил за гибель всех этих людей.       — Я сделаю все для того, чтобы закрыть дело и посадить виновных. Признание Ан Бо Хёна и Док Хвана вполне достаточно для этого. И Джи Хун от меня не уйдет, даже если придется потратить годы, чтобы найти его.       Перед мысленным взором Ман Сика стояло лицо Дон Чана, единственного друга. Когда виновные будут посажены, он отомстит за его убийство. Он ни за что не сдастся.       — Я надеюсь, что мы покончим со всем этим как можно быстрее. Настало время поговорить с Ли Тэоком и услышать его версию.       — Займись им, а я вернусь к Со Джину. Хочу узнать, кто подменил лекарства Йун Джу Хёку. Он действительно думал, будто принял фенобарбитал, а на самом деле ему подложили витамины. В течении нескольких дней он не принимал препарат, поэтому приступ был неизбежным. Судьба Чон Хе-ин была предрешена.       — Мы ищем кого-то близкого к Джу Хёку или к Хе-ин. Кто-то, кто знал, где лежат таблетки и когда их следует подменить. Кто-то, кто пользовался доверием. Вот только друзей у Джу Хёка не было, из-за болезни он вел очень закрытый образ жизни и редко куда выходил. Оставались только госпожа Йун и сын.       — Позже я бы побеседовал с семьей Джу Хёка, — задумавшись, сказал Пак.       Кто же этот человек, сыгравший ключевую роль в гибели Хе-ин? Невидимый и ловкий, безукоризненно проделавший отведенную часть работы. То, что не видят глаза, является самым важным, и Пак Ман Сик не видел целой картины.       — Вызвать их на допрос?       — Пока что я только поговорю с ними. И пригласи также Ким Го Ын, пришло время познакомиться с супругой Джи Хуна.       — Думаешь, это она?       — Она была лучшей подругой Хе-ин, их дети ходят в одну школу. Предают всегда самые близкие.       Ли Чан У вспомнил, как застал свою бывшую девушку, которой собирался делать предложение, с другим, и мысленно согласился. Часто враги не бывают так жестоки и беспощадны, как родные люди.

***

      В школе Чонгук скучал, потому что Тэхён отсутствовал, а Ким Сон сидела хмурая и мало говорила. Весь день Чон боялся увидеть Чимина, к счастью, сегодня не было уроков математики. Однако Пак нашел его перед физкультурой, последним занятием, когда Чонгук поверил, будто ему повезло. Он не готов встретиться с учителем и не знает, что сказать. Почти все ученики переоделись, и Чонгук сидел в Line, переписываясь с Тэ, когда в раздевалку вошел Чимин. Все поздоровались с ним, а он не ответил. Смотрел только на Чона, и взгляд был холодным.       — После физкультуры зайди ко мне в кабинет, — вот и все, что сказал Чимин, прежде чем резко развернуться и уйти.       Одноклассники поинтересовались, чем Чонгук разозлил учителя. Они даже представления не имели о том, что он натворил. Во время урока Чонгук был невнимательным, футбол интересовал его в последнюю очередь, хоть один гол ему все же удалось забить. Впрочем, тренер Хван Ха Гюн остался недоволен и сказал, чтобы он думал о спорте, а не о девчонках. А Чонгука и не волновал противоположный пол, все его мысли занял Пак Чимин.        Минуя малую библиотеку и кабинеты школьной администрации, Чонгук поднялся на второй этаж, мягко ступая по шелковым коврам, привезенным из Ирана. Он остановился в конце коридора перед кабинетом Пака и, собравшись с духом, постучал.       — Войдите, — послышался громкий голос.       Чон открыл двери и увидел Пака, который проверял письменные работы. Чимин был одет в простую хлопковую рубашку и темно-синие джинсы, на его лице не было ни грамма косметики, и все равно Чонгук никогда не видел никого красивее. Паку стоило родиться в эпоху Возрождения в Италии, чтобы самые талантливые мастера увековечили в картинах или скульптурах его идеальные черты лица.       — Вы хотели поговорить со мной?       — Да, Чонгук, садись, — Чимин указал на стул возле своего письменного стола, на котором царил идеальный порядок: два учебника, календарь, фото с мамой и подставка для ручек. Чон сосредоточил внимание на незначительных предметах, чтобы не смотреть в глаза учителю. В них можно потеряться и забыть, зачем пришел.       — Нам нужно обсудить то, что произошло вчера.       — Я извиняюсь за то, что приехал к Вам. Это больше не повторится. Мне жаль, что я побеспокоил Вас. Надеюсь, госпожа Пак не сердита на меня.       — Не переживай: мама не злится. Она боялась, что ты будешь плохо себя чувствовать.       — Все хорошо, у меня даже голова не болит.       — Значит, ты помнишь, что сказал мне? — Чимин пристально смотрел на Чонгука, словно пытаясь выведать все его секреты, хоть главный Чон раскрыл.       — Я признался Вам в любви, — прошептал Чонгук.       Вчера краснел Чимин, а теперь настала его очередь.       — Ты ведь понимаешь, что это неприемлемо? — как можно мягче спросил Чимин.       — Потому что мы одного пола или потому что Вы — мой учитель?       — Нет ничего неправильного в том, чтобы парень любил парня или девушка девушку. Для настоящей любви это не имеет значения. Но я старше тебя и я — твой преподаватель. Связь между учителем и учеником недопустима, в некоторых странах она наказывается уголовно. Это аморально и даже если бы я что-то и чувствовал к тебе, я бы не предал свои принципы.       — Я ведь не всегда буду учиться в школе, — возразил Чонгук. — А чувствам нужно время, чтобы появиться.       — У меня есть парень, — жестко сказал Чимин.       Билет на поезд лежит в ящике стола, и Пак постоянно думает о нем. Он хочет поехать, но и боится. Чимин простил Юнги, однако доверие нарушено, а его тяжелее всего вернуть. То, что дало трещину, никогда не станет прежним.       — Парень, который не возьмет Вас за руку при людях. Во время интервью не скажет, что встречается с Вами. Которого Вы будете видеть 2-3 раза в месяц в перерывах между бесконечными тренировками, концертами и записями. Парня, который не совершит камин-аут, потому что связан контрактом. Или Вы готовы ждать Мин Юнги 7 лет?       7 лет — долгий срок, много чего может измениться за это время. Выдержит ли Чимин столько? Он не глупец, чтобы мечтать, будто Bighit позволит Юнги раскрыть правду о своей ориентации. Эти вопросы не давали ему покоя и однозначного ответа не существовало. Казалось бы, если любишь, все преодолеешь, но Чимин хочет быть открытым, он устал прятать часть себя. С Юнги же ему придется всю жизнь провести в шкафу. От одной мысли об этом Чимина начинало тошнить.       — Отношения с Юнги только мое личное дело. Чонгук, — Пак взял Чонгука за руку, — ты дорог мне, но я вижу тебя только как ученика и друга. Не больше. Мне жаль.       — Этого мне мало. Я подожду. Или полтора года до окончания школы или 7 лет. Я очень терпеливый. Возможно, Ваши чувства изменятся.       Чонгук погладил тонкое запястье Чимина. Пак убрал руку.       — Ты не оставляешь мне выбора: нам стоит прекратить дополнительные занятия.       — Нет! Пожалуйста, не надо!       — Ты знаешь достаточно и без меня, и я уверен, что ты выиграешь на олимпиаде.       — Я не справлюсь без Вас. Вы придаете мне уверенности и веры!       Чон, играючи, прошел школьную и городскую олимпиаду, в январе его ждала национальная, а с 6 по 16 июля — международная в Гонконге. Если в прошлом году Чонгук занял шестое место, то в этом, по мнению Чимина, имеет все шансы стать победителем. Чон много и усердно занимался, он давно перегнал школьную программу, и теперь на дополнительных уроках они проходили университетскую.       — Я не изменю своего решения. Разговор окончен, и ты можешь идти.       — Я тоже не изменю решения, Чимин. Я не отступлю.       Поклонившись, Чонгук вышел из кабинета, тихо закрыв двери. Чимин достал из ящика проездной билет и долго-долго смотрел на него. Кусок картона, а так много значит. С тяжелым вздохом Пак вернулся к проверке работ, и это занятие помогло ему отвлечься и восстановить душевное равновесие.

***

      Декабрь выдался холодным и сырым. Никакого снега, который так любил Чимин. Время бежало, и приближался день первого фанмитинга Юнги и Хосока.       Чимин, Юн Хе и Хи Джин, которая заглянула в гости, вместе поужинали, обсуждая беременность Хи Джин. У Шик все ещё находится в Китае, но об этом не упоминали, чтобы не портить вечер. Около восьми Хи Джин уехала домой, а мама пошла смотреть любимую дораму. В полдевятого, как и обещал, позвонил Юнги. Юнги и Чимин снова начали созваниваться и переписываться, хоть напряжение между ними ещё не пропало. Они были осторожными в словах, а естественность между ними исчезла. Время и расстояние отдалило их. Они были как два пловца, плывущие на встречу друг другу, преодолевая силу течения. Все-таки они не общались полгода, в результате чего появилось некое отчуждение.       Чимин надеялся, что, как только они встретятся лицом к лицу, все пройдет и снова станет просто: Юнги и Чимин. Вместе навсегда.       — Как сегодня прошла тренировка?       — Как обычно: 6 часов вокала и 8 — танцев. Мы ещё не закончили, будем работать как минимум до часа. Я очень устал, и я очень скучаю.       — Я тоже скучаю, — сказал Чимин.       — Ты ведь приедешь?       Юнги с замиранием сердца ждал ответа. Ему казалось, будто от него зависело их будущее.       — Да, — тихо ответил Чимин. — Я не пропущу такое событие, ты становишься настоящей звездой.       Юнги и Хосоку повезло: их дебют считали успешным, потому что дуэт сразу заметили, а огромную популярность им принесла песня «Black swan». Они написали её, выпустили и… проснулись знаменитыми. Бывает, что исполнитель годами идет к признанию, а иногда неожиданно улыбается удача, и её избранник становится востребованным за кратчайшее время. Именно это случилось с Юнги и Хосоком.       — Ты будешь моим главным и самым важным гостем.       — Я буду VIP персона?       — Да, ты для меня VIP. Я люблю тебя.       Чимин почувствовал, как в груди разлилось тепло. Тревога полностью не отступила, но хоть отошла на второй план.       — Я тоже люблю тебя.       Завтра Чимин поедет в Сеул. Поговорит с Юнги, и они расставят все точки над i. Неопределенность подавляла Чимина, ему нужна ясность. Или они восстановят отношения, или их пути расходятся. Чимин собирается поговорить также о контракте Мина с агентством, чтобы точно знать, какие в нем условия насчет личной жизни. Про себя Пак решил, что подождет 7 лет, если после истечения срока договора Мин признается в своей ориентации. Чимин не хочет тайных отношений, он устал от такого. И если Юнги не согласится, это будет означать конец их истории.

***

      Учитель японского Фумико Орикаса задал классу выучить 100 новых слов к следующему уроку (все мучительно вздрогнули) и пожелал хорошего вечера. Ученики живо покидали школу, чтобы успеть на дополнительные занятия к репетиторам или на кружки. Чонгук отправился в компанию, а Тэхён — в студию Ом Джи Вон. Ему так сильно понравилось занятие с учителем Паком, что он серьёзно увлекся танцами и записался в группу. Всегда занятая, Джи Вон лично его учила, чувствуя в Тэхёне потенциал.       Танцы помогали Тэхёну справиться со стрессом. Он по-прежнему не вернулся домой и не рассказал Чонгуку правду, все ещё не увиделся с Чон Мин У, потому что они не были особо близки, и он боялся этой встречи.       Го Ын дважды вызывали в полицию, но она так и не сказала, зачем. Только сообщила, что это из-за неуспешных поисков Джи Хуна. А Тэхён больше не верил ни единому её слову и постоянно отказывался возвращаться. Его жизнь рушилась, но, когда он танцевал, все было прекрасно и ничего не болело…       Думая о танце, который группа начала учить, Тэ вышел из школы, когда его окликнула Ким Сон:       Подожди!       Тэхён неохотно развернулся, скрестив руки на груди.       — Да?       — Нам надо поговорить.       — О чем? Тебе не понятно задание господина Орикаса? Ты же знаешь, что мой японский далек от идеала.       — Тэхён, — умоляюще сказала Сон, и сердце Тэ дрогнуло.       Он скучает по Ким, и все же он твердо решил убить эту любовь.       — Сейчас я правда не могу, я спешу на танцы. Я позвоню тебе после занятий.       — Лучше приезжай ко мне, родители и так в Сеуле. Я одна с Чан У.       — Я приеду.       Ким Сон достала из рюкзака несколько листов А4.       — В пятницу контрольная по химии, если ты хорошо напишешь её, то в итоге у тебя будет 85 баллов. Я подготовила для тебя конспект, чтобы ты быстро вспомнил все темы.       Ким Сон протянула листы растерянному Тэхёну.       — Спасибо.       — Не за что. Я буду ждать тебя.       Тэхён пошел к ожидающему водителю, а Сон села в машину к Тхэ-У. Она поцеловала его, но он не отреагировал.       — Я приехал 10 минут назад!       — Прости, учитель нас задержал.       — Ладно, — Тхэ-У погладил колено Ким. — Так ты все-таки не пойдешь со мной в клуб?       — Я не могу, потому что няня уходит в восемь, я не оставлю Чан У.       — Тогда я поеду с друзьями. Хочу хорошо отдохнуть и расслабиться.       — Только не пей много. Я переживаю за тебя.       — Обещаю, что выпью чуть-чуть, — заверил Тхэ-У, хоть никогда подобные обещания не сдерживал.       Он пил чрезмерно и несдержанно, также курил марихуану, но Ким, которая сначала пыталась его отговорить, теперь закрывала на это глаза. Она понимала, когда битва проиграна.       Они поехали в кафе, и впервые Сон была рассеянной, потому что думала о Тэхёне, о том, как пройдет их разговор. Она надеялась, что они помирятся и снова станут друзьями. Она скучала по Тэхёну, и Тхэ-У его не заменял, хоть с ним ей было очень хорошо. Сон даже рада, что сегодня Тхэ-У останется в клубе до утра, поэтому она не станет ночевать в его квартире. Все складывалось хорошо, и Ким была полна надежд.

***

      Кафе, в котором Го Ын подрабатывала официанткой, все ещё стояло, хоть и сильно изменилось внешне. Сделали дорогой ремонт: расширили помещения, убрав несколько подсобок, установили камин и добавили летнюю террасу. Теперь это уже не забегаловка, а гордый ресторан, в котором проводят банкеты и свадьбы. Но само здание осталось неизменным, нельзя поменять основу. Каменная конструкция все ещё стояла, а любовь Го Ын давно погибла, да и она больше не была юной девушкой-цветком, которая встретила Чон Мин У. Много воды утекло, и вода эта была красная.       — Зачем ты позвал меня? — спросила Го Ын, отпивая чай.       — Я хочу знать, почему. Почему Хе-ин, а не я.       — Я не понимаю, о чем ты, дорогой.       Полные сочные губы Го Ын изогнулись в неестественной улыбке. Она так долго притворялась, что не помнила, кем была на самом деле. Она стала той женщиной, которую играла. Когда она встречалась с Мин У, все казалось проще: она хотела быть с ним и хотела денег. Когда он ушел, все перемешалось, и цели исказились. Чтобы отомстить, Го Ын вышла замуж за Джи Хуна, но этот поступок больнее ударил по ней, чем по Мин У и на долгие годы отравил ей жизнь.       — Это я оставил и предал тебя. Хе-ин ни при чем, она даже не желала этого брака, а только повиновалась воле родителей. Она никогда меня не любила, она изменила мне и постоянно требовала развода. Если кого-то и нужно было убить, то только меня, ведь таким образом ты бы отомстила и освободила Хе-ин.       — Ах, вот ты о чем! Прокурор Пак считает, будто это я подменила лекарства, но это неправда. Хе-ин была моей подругой, а то, что случилось между нами, давным-давно осталось в прошлом. Тогда ты сделал свой выбор, и я его уважаю. Я замужняя женщина, я забыла о тебе. Я не способна на убийство! Я ничего не знала о бизнесе Джи Хуна и его преступлениях! Я была потрясена, когда узнала об этом!       — Звучит правдиво. Я бы поверил, если бы не знал тебя с самого начала, если бы не создал тебя. Я вытащил тебя из грязи, как алмаз из болота. Я дал тебе дом, машину, образование, положение в обществе. Я сделал из бедной сироты одну из самых известных светских дам. Я знаю тебя так, как никто и я не верю тебе. Ни единому слову. Если ты действительно замешана в убийстве, то-       — То что? Убьешь меня?       Может, Го Ын сумасшедшая, но мысль о том, чтобы умереть от руки любимого мужчины казалась ей…привлекательной. Если уж покидать этот мир, то только красиво и с тем, кого любишь.       — Я заставлю тебя гнить в тюрьме. Найду самое мерзкое и темное место, где никто тебя не найдет. Все увидят твое падение, а затем забудут о тебе. Ты ведь именно этого всегда боялась: быть никому не нужной. Я сделаю так, что все забудут твое имя.       — Да, ты знаешь, как уничтожить меня. Так попробуй. Только я буду защищаться. Я не такая мягкая и добрая, как Хе-ин.       — Когда-то ты была очень дорога мне. Я женился против своей воли, у меня не было выбора. Мне жаль, что я причинил тебе много боли.       — Нет, у тебя был выбор: жениться на мне и оставить компанию. Мы могли бы быть счастливы, могли хотя бы попытаться. Однако этого не произошло и сейчас мы здесь. Мне тоже жаль.       Го Ын потеряла все. Её муж находится в розыске, сын не разговаривает с ней, Мин У ненавидит её. Все разрушено и у неё ничего нет, как и в тот день, когда 21 год назад Чон зашел в кафе её тети.       — Прощай, — сказал Мин У.       Он оставил наличные и вышел из ресторана. Го Ын чувствовала себя слишком подавленной, чтобы немедленно встать. К тому же, нужно притворяться, будто все нормально. Прикусив губу, Го Ын маленькими глотками допила чай. С тех пор, как Джи Хуна объявили в розыск и его преступления стали достоянием общественности, её подруги перестали приглашать её в гости или звонить. Её имя не включали в список званых вечеров или приёмов. Она ещё не в тюрьме, против неё пока не выдвинуты обвинения, и тем не менее её начали забывать. Го Ын оставалось только поехать домой, потому что Тэхён все ещё отказывался с ней встретиться.       Ким оплачивала счет, когда ей пришло сообщение от неизвестного номера, хоть она прекрасно знала, кто отправитель.       «Запомни этот день. С Тэхёном случится то же самое, если ты не будешь хорошей девочкой».

***

      Го Ын стремительно покинула ресторан и на улице позвонила Мин У, однако он сбросил звонок. И так несколько раз. Тогда она достала из кошелька визитку инспектора Ли, которую тот дал ещё во время первой встречи и набрала указанный номер.       — Инспектор Ли слушает, — донеслось всего через секунду.       — Это Ким Го Ын. Чон Мин У в опасности. Как и я, и мой сын. Я…я не знаю, что делать.       — Сначала объясните мне, что произошло и вместе мы найдем выход.       — Джи Хун только что написал мне, чтобы я запомнила сегодняшний день, потому что он что-то совершит. Я думаю, он собирается убить Мин У!       — Он написал, что убьет его?       — Нет, но это и так ясно! Джи Хун ненавидит Мин У и раз теперь ему нечего терять, он попытается убить его!       — Мы немедленно разыщем господина Чона: отправим полицейские машины в его офис и домой. Я лично займусь этим.       — Тэхён тоже нуждается в защите, я боюсь за него.       — Я пошлю полицейских, чтобы присмотрели за ним.       — Я сейчас же еду к Тэхёну. Мне нужно увидеть его и убедиться, что все в порядке.       Го Ын выключила телефон и направилась к машине. Она застыла перед своей черной Феррари. Переднее стекло разбито, а на водительском сиденье красовалась кроваво-красная роза. После каждой ссоры Джи Хун дарил ей розы. Го Ын резко распахнула двери и выкинула цветок на асфальт. Ей нужно увидеть сына и даже Джи Хун не остановит её.

***

      После встречи с Го Ын Мин У поехал на совещание совета директоров, чтобы подвести итоги месячной деятельности. Ему звонила Ким, но у него не было ни малейшего желания с ней разговаривать. Затем через пару минут позвонил Тэхён. Мин У удивился, потому что Тэхён редко звонил, разве чтобы узнать что-то насчет Чонгука. С тревогой от ответил:       — Добрый день, Тэхён.       — Добрый день, господин Чон. Вы не заняты?       — Нет, я могу разговаривать. Что-то случилось?       — Нет, то есть да… Мне нужно лично с Вами поговорить.       — Что-то произошло с Чонгуком? — тут же забеспокоился Мин У.       — Нет, это не касается Чонгука. Нам надо встретиться, потому что это не телефонный разговор.       Очень странная просьба, возможно, Тэхён попал в неприятности и ему нужна помощь. Что ж, он поможет ему, если сможет, потому что любит этого веселого и активного парня; Тэхён и Чонгук были не разлей вода ещё с раннего детства, и Ким стал дорог Мин У. Почти как сын.       — Я освобожусь через три часа. Где встретимся?       — Я приеду к Вам домой. Договорились?       — Да. Я буду ждать тебя.       — Тогда до встречи.       Закончив звонок, Мин У сказал заехать перед совещанием в офис к одному из своих деловых партнеров, потому что лично хотел отнести ему важные документы. Они остановились перед высоким офисным зданием, созданным из стали с желтой гранитной облицовкой.       — Пока Вас не будет, можно мне выпить кофе? — спросил водитель Им, указывая на ближайшее маленькое кафе.       — Конечно. Я отлучусь минут на 15, не больше. Ты должен успеть за это время. У меня ещё сегодня много дел.       Чон вышел из машины, а водитель Им пошел покупать кофе. Он заказал эспрессо и сел за столик у окна, выжидая. Его руки немного дрожали, а на лбу проступила испарина.       Ровно через 15 минут Мин У быстрой походкой вышел из офиса, разговаривая по телефону.       «Сейчас» — подумал водитель Им.       Чон Мин У сел в машину, и через секунду раздался мощный взрыв. Машина взорвалась, и яркие языки пламени быстро перекинулись на другие авто, стоящие на парковке. Завыли сигнализации. Закричали случайные прохожие, бросаясь в разные стороны. Никто ничего не понимал. Кроме водителя Има, он точно знал, что происходит.       «Сделано» — написал водитель Им и вышел из кафе. Только после этого он изобразил на лице испуг.

***

      Чимин прибыл на вокзал за полчаса до отправления поезда. Он написал маме и Юнги, сообщив, что хорошо добрался. Пак купил место в первом классе и его соседом в двухместном купе оказался добродушный студент из Сеула, который навещал семью. Они познакомились и немного поговорили как все люди, которым предстоит быть в одном пространстве на протяжении нескольких часов. Когда до отправки оставалось меньше пяти минут, попутчик Чимина включил телевизор. В это время в основном шли выпуски новостей, когда за короткое время на человека скидывали тонну информации, полезной и не очень, для обработки которой мозгу нужно несколько дней.       Чимин занялся перекусом: достал большое яблоко из рюкзака и начал чистить его. Он рассеяно слушал о событиях дня, думая о предстоящей встрече с Юнги. Пока до его слуха не донеслась знакомая фамилия, и его сердце вздрогнуло.       «… Произошел взрыв. По предварительным данным в машине находился Чон Мин У, который погиб мгновенно. Эксперты сообщают…»       Мир Пак Чимина остановился. Карманный ножик выпал из рук, громко звякнув об пол, и очищенное яблоко покатилось по столу.       — Тот самый Чон Мин У? Кому же он так насолил, что его убили? — спросил студент Чимина, который не ответил.       — Кто знает, что там происходит на самом деле в мире богатых, нам все равно правду не рассказывают, — добавил парень и переключил на музыкальный канал.       Парализованные, мысли Чимина остановились. Как звонкий колокол среди ясной тишины отчаянно билось только одно слово, одно имя: Чонгук. Чонгук, Чонгук, Чонгук!       — Мне нужно сойти с поезда, — прошептал Чимин и встал.       — Что? Да мы же сейчас отправляемся!       — Я не еду!       Чимин вышел из купе, направляясь к выходу. С каждой секундой он ускорял шаги. Медленно поезд начал двигаться. Чимин побежал к концу вагона, где стоял проводник.       — Мне нужно срочно выйти!       — Господин, поезд уже в движении. Выйдите на следующей остановке, — успокаивающим тоном сказал мужчина.       Нет-нет, это слишком долго. Ему нужно к Чонгуку сейчас! Чонгук, Чонгук, Чонгук! Пак покачал головой, раздумывая. Что делать? Он увидел стоп-кран для экстренного торможения. Чимин знал, что за использование крана без обоснованных причин предусмотрен штраф. А ведь у него есть причина. Пак опустил рычаг, и поезд, не набрав скорости, начал резко тормозить.       — Что Вы делаете?! — закричал проводник.       — У меня нет времени, я потом со всем разберусь. Простите, простите!       Чимин поспешно выбежал из поезда и скрылся в пешеходном туннеле. Пока проводник пришел в себя, пока прибыла полиция, Пак давно сидел в такси и звонил Чонгуку. Он ехал к нему.

***

      Чонгук стоял возле дома Чимина, держа букет тигровых лилий. Он долго думал над тем, стоит ли их покупать и в итоге все-таки решился. Пока он не может быть парнем Чимина, зато может подарить ему цветы. Собравшись духом, Чонгук поднялся на нужный этаж и позвонил в двери. Только открыл ему не Чимин, а госпожа Пак.       — Чонгук, добрый день. Ты ищешь Чимина?       Юн Хе увидела лилии, и её улыбка тускнела, пока совсем не исчезла. Она внимательно и серьёзно смотрела на Чона, будто хотела проникнуть в его мысли.       На её вопрос Чонгук лишь кивнул. Он хотел как можно скорее подарить цветы и сбежать.       — Чимина нет дома, он поехал в Сеул. К своему молодому человеку.       — К Мин Юнги?       — Да. Думаю, они помирятся.       — Что ж, раз так… Спасибо, госпожа Пак. Я пойду.       Чонгук повернулся, чтобы уйти, но Юн Хе остановила его:       Чонгук!       Чон обернулся, смотря в пол. Сил смотреть на маму Чимина не было.       — Ты ещё очень молод, ты найдешь кого-то своего возраста и забудешь моего сына.       Видя, как расстроен Чонгук, Юн Хе стало его жалко. Она не собиралась относиться к нему враждебно, но он действительно не пара её сыну. Какое будущее ждет их, если Чимин на 8 лет старше? Её сын и так много страдал, она не хотела, чтобы ему разбивали сердце.       — Я не знаю, как сложится моя жизнь, но я уверен, что никогда не забуду учителя Пака. Никогда.       Чонгук поклонился и ушел. Букет он подарил первой девушке, которую увидел на улице. Его настроение испортилось; он сразу поехал домой к отцу, потому что не хотел быть один и решил заночевать у него. Чон пообедал и сел играть в компьютерные игры, а потом к нему присоединился Тэхён.       — Когда приедет твой отец? — спросил Тэ после того, как они закончили играть в «Assassin’s creed».       — Скорее всего вечером. А что?       — Ничего, мне нужно с ним поговорить.       Тэхён сначала расскажет правду Чон Мин У, а затем и Чонгуку. Он раскроет карты и избавится от секретов. Больше никаких тайн.       — И о чем это ты собираешься говорить с моим отцом? Интересно-интересно.       — Это не твоего ума дела. Потом узнаешь!       Чонгук надулся и все же перестал расспрашивать. Они продолжили играть, и все время Тэхён не отрывал взгляда от брата. Много вопросов крутилось в его голове. Похожи ли они внешне? А по характеру? Могут ли люди, взглянув на них, сказать, что они — братья? Какова будет реакция Чонгука, когда он узнает? А что скажет его настоящий отец?       — Что такое? Ты слишком часто проигрываешь!       Тэхён только отмахнулся, избегая расспросов. Он c нетерпением смотрел на часы, ожидая приезда Чон Мин У.       Когда в дверь позвонили, ни Чонгук, ни Тэхён не почувствовали беды. Не было и предвестников тревоги. На пороге стояли Юн А, Гиль Кан, Ман Сик и Чан У.       …Чонгук оставался возле школы и терпеливо ждал маму, которая должна была забрать его ещё час назад. Когда наконец приехал отец. У него было виноватое выражение лица, словно сейчас он сообщит самую ужасную новость. Чонгука мало волновал папа, он беспокоился о маме. Где она?       …У всех, кроме Гиль Кана, было несчастливое выражение лица. Дорожки слез виднелись на лице Юн А, а Пак Ман Сик казался более хмурым, чем обычно. Чонгук сразу понял, что добром это не кончится.       … — Где мама? — спросил Чонгук, садясь в машину. На уроке рисования он нарисовал такой красивый портрет семьи, что учитель все время хвалил его и сказал, что его работа самая лучшая. Чонгуку не терпелось показать рисунок маме, чтобы она оценила его старания!       — Мама в больнице, она попала в аварию. Ей … ей плохо.       Мин У не выдержал и расплакался. Врачи сразу сказали, что надежды нет. Ничто не спасет его жену. Чонгук смотрел на отца огромными глазами, потому что никогда не видел его плачущим.       Мин У плакал по тому, чему не суждено сбыться. По сыну, который останется без матери. По злу, что совершил, терзаемый ревностью и подозрениями, вместо того, чтобы завоевать любовь Хе-ин.       Неожиданно Чон почувствовал, как Чонгук обнял его. И они оба плакали по женщине, которую любили больше жизни и которая не могла остаться с ними. Позже на похоронах они не пролили ни слезинки. Слезы и надежда покинули их, как Мин У, так и Чонгука. А затем в жизни Чонгука появился Чимин.       … — Где отец? — спросил Чонгук.       Юн А покачала головой, всхлипывая.       — Чон Мин У убили: под его машину подложили взрывчатку. Он находился внутри, когда она сработала, — сообщил Ман Сик.       — Он погиб сразу, так ведь? Он не страдал, как мама?       Юн А заплакала сильнее, и Гиль Кан утешающе обнял её. Краем глаза Чон увидел, как задрожал Тэхён.       — Он ничего не понял и ничего не почувствовал. Всё произошло мгновенно, — сказал Чан У.       — Это Джи Хун организовал убийство?       — Он наш главный и единственный подозреваемый, хоть мы проверим всех врагов твоего отца.       — Список будет длинным, — холодно отметил Чонгук. — Пожалуйста, найдите Джи Хуна, пусть ответит за сделанное.       — Мы приложим все силы, чтобы разыскать его, — заверил Ман Сик, и Чан У внутренне вздрогнул, подумав, как мало сна и как много кофе предстоит ему в будущем.       — Тогда не буду вас задерживать, — Чон раскрыл шире двери, показывая, что желает, чтобы гости ушли.       — Нам очень жаль, — тихо сказал Ман Сик. — Если я чем-нибудь могу помочь-       — Тогда я позвоню, а сейчас я хочу побыть один.       — Я не оставлю тебя, — возразила Юн А. — Не в такой момент.       — Это мой дом, и я никого не приглашаю. Уходите. Мне нужно подумать и принять потерю.       Пак Ман Сик и Ли Чан У попрощались и ушли, обещая сообщить, как только появятся новости. Однако Чонгук хотел, чтобы за ними последовали также Юн А, Гиль Кан и Тэхён. Тэ плакал, закрыв лицо руками, что показалось Чонгуку странным, однако в тот момент ему было все равно. Ничто его не трогало.       Как ни уговаривала Юн А, Чонгук оставался непреклонным. Не выдержав, вмешался Гиль Кан:       Чонгук не будет долго один. Пак Чимин скоро приедет сюда.       — Учитель Пак поехал в Сеул к любви всей своей жизни. Ему не до меня.       — Я думаю по-другому. Даже если он уже уехал, он вернется. А мы побудем с тобой, пока он не приедет.       — Посмотрим. Я иду в свою комнату и никого не хочу видеть.       Чонгук поднялся к себе. Юн А часто заглядывала к нему, однако Чон только смотрел в окно и не отвечал на её вопросы. Потом её внимание занял Тэхён. Он впал в истерику, и пришлось дать ему успокоительное. Чонгук не вышел из комнаты, даже когда услышал доносящиеся рыдания. Глухой статуей он лежал в постели, и никакие мысли не мучали его. Как человек он был отключенным.       Наконец через час, как и предсказывал Гиль Кан, появился Чимин. Гиль Кан написал ему, что Чонгук находится не в своей квартире, а в родительском доме, и Чимин получил сообщение, когда ехал в такси.       — Я переживаю за него. Он закрылся и ни на что не реагирует. Я не знаю, что делать. Может, позвать врача или психолога? — спросила Юн А.       — Нет, пока не надо. Я попробую с ним поговорить.       Когда Пак вошел в комнату Чона, тот лежал в том же положении и даже, казалось, не дышал.       — Чонгук.       Чимин присел на постель, погладив мягкие смоляные волосы своего любимого ученика.       — Я приехал так быстро, как смог.       Чонгук удивленно смотрел на Чимина, не веря, что он здесь.       — Вы ведь поехали в Сеул, так сказала госпожа Пак.       — Я сошёл с поезда, — просто ответил Чимин.       — Зачем?       — Я знаю, каково это потерять отца, поэтому никто не поймет тебя так, как я. Я был всего на год старше, когда это произошло. И я до сих пор не справился с этой потерей.       — А я справлюсь, поэтому можете идти, — сказал Чонгук, отворачиваясь на другой бок.       Внутри его душили слезы, а глаза были сухими. Он кусал губы, чтобы не кричать от отчаяния.       — Я никуда не пойду.       Чимин снял пальто и сел в кресло, показывая, что задержится.       — Вы все равно уйдете, и я останусь один. У меня теперь никого нет, нужно привыкать к одиночеству. Мои дяди в тюрьме, родители мертвы, а бабушка с дедушкой находятся где-то за границей, я никогда не был близок с ними. Я совсем один.       — У тебя есть Юн А, — сказал Чимин, чувствуя, как сжимается сердце от жалости к Чонгуку.       Стать сиротой в 16 лет? Почему судьба так жестока к нему?       — Юн А намеревалась вернуться в Англию. Ей нравится жить в Лондоне. И она беременна. У неё была угроза выкидыша, но, к счастью, все обошлось. Какое ей будет дело до меня, когда у неё родится ребенок? — У тебя есть я.       — Правда?       Чонгук медленно обернулся к Чимину.       — Да.       Чонгук блекло улыбнулся.       — Спасибо, учитель.       Больше они не говорили. Чонгук безучастно лежал в постели, а Чимин гладил его волосы. Боль Чона казалась нестерпимой, но каким-то образом легкие прикосновения Пака немного её уменьшали.       Позже Чонгук выпил снотворное, чтобы уснуть, а Чимин пошёл спать в гостевую комнату. Когда Чонгук пришёл к нему и лег с краю постели, Пак ничего не сказал. Чонгук переплел их пальцы и сжал руку Чимина. Зная, что это очень, очень плохая идея, Чимин сжал его руку в ответ…       Перед рассветом Чон позвонил У Шику, который уже знал о гибели Мин У.       — Теперь я твой новый господин, — безэмоционально сказал Чонгук.       — Да. Отныне я служу только Вам.       — Найди Джи Хуна, не возвращайся в Корею без него.       Чхве подумал о беременной Хи Джин, которая ждала его и боялась. Беременность проходила хорошо, но она все равно переживала, особенно о том, как её возраст отразится на здоровье ребенка. Ей нужен рядом муж, который поддержит и утешит её. А Чхве У Шик находится за тысячу километров от неё.       — Слушаюсь, господин.       Послышались гудки. Чонгук повесил трубку и вернулся в постель к Чимину.

***

      Ким Сон ждала Тэхёна вечером. Однако проходил час за часом, а его все не было и на звонки он не отвечал. Тэхён соврал и бросил её. Брат Ким капризничал все время, много плакал и не спал. Сон совсем измучилась с ним. Наконец ей удалось уложить его спать. До 12 ночи Ким сидела в Какао, борясь со сном и ожидая Тэхёна. Потом она легла и с трудом заснула. В пять утра в дверь позвонили, и сонная Ким пошла открывать. Неужели это все-таки Тэ? Она ждала его, а явился Тхэ-У. Пьяный и обкуренный после ночи в клубе. Вздохнув, Сон пропустила его в дом.       — Я скучал по тебе.       — Ты много выпил, — заметила Сон, ведя его в свою спальню.       Она раздела его и уложила в постель. Пребывая в невменяемом состоянии, Тхэ-У сразу отключился. А Сон больше не заснула. Она смотрела на телефон, но ни сообщения, ни звонка так и не поступило.

***

      Первая встреча с фанатами прошла очень успешно, только радости Юнги не чувствовал. Перед публикой он играл, а себе лгать не получалось. Чимин не пришел на фанмитинг, и его телефон находился вне зоны действия. Юнги воспринял это как большое и красивое «Нет». Все же он решил дать шанс Чимину, поэтому ждал его в своей гримерке, попросив менеджеров сообщить ему, если Пак все-таки появится. Однако этого так и не произошло.       — Может, он ещё придет, — сказал Хосок, который все это время был с Юнги.       Они говорили о работе: о том, какое шоу посетить в первую очередь, кому дать интервью и какую устроить фотосессию. Это хоть немного отвлекло Мина.       — Не придёт, и ты знаешь это. Чимин сделал свой выбор, и я принимаю его.       — Что это значит?       — С одной стороны, что у меня с Чимином все кончено, а с другой — что мы идем в клуб.       — Что?!       — Собирайся, развлечемся немного, мы заслужили.       Хосока ждала Син Се Хви, чтобы поздравить с первым фанмитингом. Она даже сама приготовила ужин. Хосок честно собирался пойти, потому что в последнее время из-за работы они виделись редко, но он не смог оставить грустного Юнги. Чон написал Се Хви и отменил встречу. Только на этой неделе так он делает третий раз. Он не хочет быть с Се Хви, когда он любит Юнги. Если Син простит его, хорошо, если нет… он все равно пойдет с Юнги.       … Клуб встретил их громкой музыкой и популярным ди-джеем. Морем рук, поднятых вверх. Тела покачивались, как волны, сверху сыпались блестки, мягко опадая на разгоряченную кожу. Ярким светом переливались прожекторы, а в темноте за столиками обнимались и целовались парочки.       Юнги и Хосок прошли в другой зал, закрытый для общей публики. Он предназначался для отдыха знаменитостей и богатых бизнесменов. Мин сразу заказал шоты, и они начали пить. Хосоку несколько раз звонила Син Се Хви, но он не отвечал. Завтра скажет, что телефон поставил на вибрацию.       — Это Се Хви звонила? — спросил Юнги, пристально смотря на Чона.       — Да, — ответил Хосок, пряча айфон в карман.       — Не хочешь ответить?       — Нет.       Юнги только пожал плечами. Его телефон тоже ожил: пришла смс от Чимина.       «Прости, что не приехал, возникли чрезвычайные обстоятельства. Потом все объясню».       Юнги месяцами ждал, чтобы увидеть Чимина, и получил всего лишь жалкое сообщение, даже не звонок. Возникло желание разбить телефон, будто это он виноват в его беде. Вместо этого Мин осушил ещё одну стопку текилы.       Затем они пошли танцевать. Их накрыла эйфория, и они отдались музыке, забыв обо всем.       Хосок отошел в туалет, а когда вернулся, за их столиком сидел молодой парень и мило болтал с Юнги. Хосоку стало дурно, и это не имело ничего общего с выпитым алкоголем.       — Это Ю Чон, — представил Юнги, когда Хосок сел на свое место.       И продолжил флиртовать с незнакомцем. Мин сильно опьянел, он все ближе и ближе склонялся к Ю Чону и шептал ему что-то на ухо. Хосок стал лишним. Он пил коктейль, рассеянно оглядывая толпу. Злость поднималась в нем, потому что из-за Юнги он бросил Син Се Хви, а тот успел найти себе развлечение за 5 минут. Се Хви тоже чувствовала себя такой незначительной?       — Юнги, можно тебя на минутку? — спросил Хосок, когда увидел, как Ю Чон положил руку на колено Мина.       Они вышли в третий зал-ресторан, где играла тихая музыка и где голодные клиенты пользовались возможностью перекусить в относительном спокойствии.       — Что ты делаешь?       — Хорошо провожу время?       — А если об этом узнают?!       — В этом зале запрещена съемка, а насчет Ю Чона будь спокоен: он закрытый гей, поэтому и слова не скажет.       — А как же Чимин? Ты готов предать его? Он не заслуживает такого!       — А я заслуживаю парня, который любит меня! Который не пренебрегает мной! Когда Чимин узнал правду, он изменился, он так и не простил меня, а я устал ждать. С меня хватит!       — Чимин не простит измену. Если ты сделаешь это, между вами действительно все закончится.       — Смотри, как мне плевать на это.       Юнги вернулся к Ю Чону, а Хосок пошел танцевать. Он был слишком зол на Юнги и не имел желания разговаривать с Ю Чоном. Минут 15 он провел на танцполе, а когда вернулся, то обнаружил, что Юнги и Ю Чон исчезли. Хосок искал друга, но было слишком многолюдно. Тогда он начал звонить, и вызов сразу переходил на автоответчик. Так себя чувствовала Се Хви, когда он игнорировал её? Спустя час поисков Хосок сдался. Он пошёл к барной стойке и закал пива. Его телефон снова зазвонил, однако это не Мин. Син Се Хви. Чон смотрел на дисплей, на 5 пропущенных и наконец ответил.       — Привет.       — Чон Хосок, я столько раз звонила тебе, почему не отвечал?!       — Я поставил телефон на вибрацию и не слышал.       Повисло молчание. Хосок не знал, что ещё сказать и, самое главное, не хотел оправдываться. Он думал о Юнги с другим. В самых радужных эгоистичных мечтах Чон видел, как Юнги и Чимин расстаются (но остаются друзьями) и тогда у него появляется шанс. Кажется, Чимин и Юнги расстались, но это никак не помогло Хосоку. Мин для него так же недосягаем, как и раньше. Как с Земли можно только смотреть на Луну, так и Хосок мог только мечтать о Юнги.       — Ясно.       Хосок вышел на улицу и поймал такси. Ему больше нечего сказать. Он смотрел на веселую компанию друзей у клуба (они о чем-то громко болтали и радостно-пьяно смеялись) и завидовал им. Когда он был таким беззаботным и счастливым? Хосок не помнит. Точно до того, как он понял, что влюблен в Юнги, а это он осознал ещё в старшей школе.       — Надеюсь, ты понимаешь, что нам следует поговорить.       — Да, пришло время.       — Приедешь сейчас?       Хосок посмотрел на часы: три утра. Закончил ли Юнги или только начал?       — Я приеду.       — Жду тебя, не задерживайся.       Хосок сказал таксисту адрес, где проживала Син Се Хви и написал Юнги.       «Не делай то, о чем пожалеешь. Чимин — лучшее, что случилось с тобой».       Хосок чувствовал, что слишком поздно предупреждать. Юнги и Чимин больше не вместе, а он все равно проиграл. Вдруг ему стало все равно, захотелось закрыть глаза и поспать. Забыть о годах, потраченных на бесполезные мечтания и начать сначала. Хосок прислонился к окну, находясь в полудреме. Неожиданно он увидел падающий снег, и его губы тронула легкая улыбка. Всего через пару часов он растает и тогда же Хосок пообещал себе, что растворится и его любовь к Юнги. С него хватит неразделенных чувств. С этой мыслью Хосок задремал. А тем временем такси приехало к дому Син Се Хви.

***

      Джи Хуну быстро надоели нескончаемые дожди, джунгли и жара на острове Чанг (1), однако на родину ему никогда не вернуться. Местные красотки были очень приветливыми, наметанным глазом определяя, что у него водятся деньги; пиво стоило меньше доллара, а за весьма скромные наличные персонал маленького отеля не интересовался его документами. Он мог бы спокойно жить в этом райском уголке, а вместо этого выбрал месть. У него не было причины убивать Чон Мин У. Только то, что Го Ын за 16 лет не разлюбила его и ни капли не полюбила собственного мужа. Теперь, когда правда о его делах стала известна, Джи Хун перестал скрываться. Больше нечего терять, и он решил убрать человека, который когда-то считался его лучшим другом и которого он впоследствии возненавидел. Итак, Мин У мертв. И все же покоя Джи Хун не ощущает. Он скучает по Го Ын, и тем не менее добровольно она ни за что не присоединится к нему. Если Чон Мин У был готов на все ради Хе-ин, то нет такой вещи, которой Го Ын не сделает ради Тэхёна. Она приедет к нему и вместе они переберутся на другой остров с лучшим климатом и более шикарными барами. И Тэхён поможет его плану осуществиться. Нужно время, чтобы полиция и общественность немного успокоились, забыли о гибели Мин У. Тогда он станет действовать; а терпения ему не занимать.       …Из-за жары и удушающей влажности Джи Хуну не удавалось уснуть. Он смотрел телевизор и пытался учить тайский. Он курил и много думал о будущем. В нем он несомненно видел Го Ын.       Примечания:       1 — Остров Чанг — остров Таиланда в провинции Трат.