Лучше не зли меня...

После тех событий прошло 2 месяца. Мне не было и двух лет, поэтому я не могла понять, почему мама больше не появляется дома и почему отец относится ко мне как к дикому зверю. У меня была еда и вода, но я больше не чувствовала любовь и тепло со стороны окружающих. Остался лишь страх.       Этот день начинался точно так же, как и все другие до этого. Проснувшись, я получила свою дозу утреннего ухода и уже была готова остаться одной в специальном изолированном помещении, но вместо этого отец взял меня, несколько тяжёлых сумок и пошёл к машине. Я не помню дорогу, потому что практически всё время спала, но когда мы остановились, солнце давным-давно ушло за горизонт.       Перед нами находилось высокое и пугающее здание. Оно возвышалось как великан и казалось вот-вот наступит на меня. В его окнах уже не горел свет, а калитка была закрыта на тяжелый замок. Отец поставил сумки на землю и неуверенно пошёл по дорожке из гравия, но стоило ему приблизиться к калитке, как дверь распахнулась и на порог вышел высокий мужчина с моноклем. «Здравствуйте, мы вас уже заждались!» - с неким раздражением в голосе произнёс он. Как я теперь понимаю, это была моя первая встреча с Реджинальдом Харгривзом. Следующее мое отчётливое воспоминание - это как я, сидя на руках у миловидной девушки, смотрю в окно на удаляющуюся машину моего папы.На самом деле я помнила не многое, что происходило со мной в столь раннем возрасте, но рассказы Грэйс и мои новоприобретённые знания помогли восстановить в памяти события того судьбоносного вечера, ведь именно так началась моя новая жизнь. Жизнь в академии.        Как оказалось, в доме было ещё семеро детей. Мои новоиспеченные братья и сёстры так же обладали способностями, но их были куда безобиднее моей. Ваня научилась в совершенстве контролировать себя, и применение силы было для неё чем-то столь же обыденным, как чистка зубов по утрам. Диего всегда выигрывал в спортивных играх, так как его мячи летели точно в цель, Пятый был неуловим, когда дело касалось догонялок, а я даже не могла спокойно радоваться их победе. Никто из них них не знал, что я тоже особенная...        Когда Реджинальд тренировал остальных, я отсиживалась у себя в комнате, занимаясь изучением наук. Это единственное, что скрашивало мои скучные и одинокие часы. Я же тренировалась ночью, когда все остальные сладко спали в своих кроватках. Хоть Реджинальд очень умело и старательно это скрывал, я чувствовала страх, исходящий от него. Он боялся потерять надо мной контроль. Поэтому каждый день он напоминал мне, что я должна всегда оставаться безэмоциональной, как скала, которая остаётся неподвижной всю свою жизнь. Я не могу сказать, что мы жили счастливо, но мне была не доступна даже та крупица радости, которая позволялась остальным.        В конце концов все быстро потеряли ко мне интерес. Конечно, ведь в их глазах я была ничем не лучше детей в песочнице в парке. Единственный человек, который никогда от меня не отворачивался - Пятый. Меня даже постигла та же участь с именем, ведь обращаются ко мне все не иначе как Номер Восемь. Несмотря на то, что из-за миссий я не могла проводить много времени с Пятым, он всегда находил время, чтобы узнать, как у меня дела или чтобы просто перекинуться со мной парой слов, поэтому когда он исчез, я была готова сама провалиться под землю, лишь бы не оставаться в этом доме одной...