Я навсегда запомню нас такими

Утро началось с того, что Гермиона проспала первый урок. Такого не случалось ни разу за все шесть лет учебы в Хогвартсе. Натянув на себя первую попавшуюся одежду и даже не посмотрев в зеркало, она выбежала с комнаты. Почему ее никто не разбудил? Сердце бешено колотилось в груди, намереваясь оттуда выпрыгнуть, а левый бок пронизывала острая боль. Коридоры пустовали, так как урок начался полчаса назад. Зелье сна без сновидений избавило Гермиону от ночных кошмаров и бессонницы, она начала хорошо выспаться. Наверное, слишком хорошо. Гриффиндорка остановилась возле кабинета, давая себе возможность отдышаться. Легкие жгли от недостатка воздуха. Гермиона причесала рукой волосы, упавшие на лицо, и постучала в кабинет. С десяток заинтересованных взглядов устремились на нее, когда она открыла дверь. — А, мисс Грейнджер, — прозвучал презрительный голос профессора Снейпа, — Вы, вижу, не спешите. — Извините, профессор. — Выиграли войну и теперь думаете, что можете опаздывать на уроки? Она сжала губы. Профессор был неизменно облачен в черную мантию, его лицо не выражало ничего, кроме надменности. После победы их отношения со Снейпом так и не наладились. Профессор все еще небрежно относился к Гарри и Гермионе, и только им двоим стоило накосячить, он тут же ликовал. Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но не успела, так как дверь за ее спиной открылась, переводя внимание от гриффиндорки на еще одного опоздавшего. Она облегченно выдохнула, понимая, что ей не придется брать весь удар на себя. — Мистер Малфой. Ее сердце пропустило удар. Она обернулась и встретилась со взглядом ледяных глаз, которые изучающе метнулись от учеников к профессору и, наконец, остановились на Гермионе. Гриффиндорка отвернулась, пытаясь не обращать внимание на слизеринца, и шагнула в сторону столов, собираясь занять пустующее место возле Гарри. — Не так быстро, — остановил ее Снейп. Гермиона кинула на него раздраженный взгляд. — Вам и мистеру Малфою придется остаться после уроков. Она сжала зубы. Хорошо. Одна отработка, она может это вытерпеть. — В течение двух недель, — продолжил профессор. — Что? Двухнедельная отработка за то, что мы опоздали на урок? — вырвалось у Гермионы прежде, чем она успела подумать. Она посмотрела на Малфоя, он скучающе наблюдал за ней. Она перевела взгляд на профессора. Снейп стоял посреди кабинета, сложив руки на груди. — Да, Вы правы, мисс Грейнджер, этого мало. Тогда пусть будет месяц. Это немыслимо! Месяц отработок за опоздание. Еще и в компании Малфоя. Кровь начала приливать к ее щекам, заставляя их гореть. Она возмущенно открыла рот, чтобы возразить. — Не хочу ничего слышать, — прервал ее Снейп. — Садитесь на свои места и не задерживайте урок. Гермиона все еще тонула в возмущении, но, сжав челюсти, села на место. Малфой последовал ее примеру. Она всеми силами пыталась не думать о той ситуации в башне. Гермиона действительно поверила на мгновение, что они могут оставить старые обиды и… И что дальше? Они стали бы друзьями? Неважно. Слизеринец доказал обратное. Они никогда не поладят друг с другом. Больше того, ей надо держаться от него подальше. Глаза сами нашли платиновую макушку среди учеников в классе. Он непринужденно развалился за партой, слушая профессора Снейпа. Прядь волос выбилась из общей массы и небрежно упала ему на лоб, пальцы выстукивали незнакомый для девушки ритм. Что происходило в его голове? Он был тайной, которую почти невозможно разгадать. Всегда чуждой, всегда контролирует свои эмоции, всегда носит маску безразличия на своем лице. А что под ней? Или Гермиона все придумала, и это действительно он: холодный и высокомерный. Она вспомнила ту ярость, что горела у него в глазах, когда они стояли в башне. Тогда это не была дурацкая маска. Вдруг рука Малфоя застыла, переставая выстукивать ритм. Он повернулся в ее сторону. Гермиона быстро перевела свой взгляд на окно. Что за глупости лезут ей в голову. Она больше не смотрела на слизеринца, стараясь сконцентрировать все свое внимание на том, что рассказывал профессор. Когда урок закончился, Гермиона быстро сгребла учебники в сумку, намереваясь покинуть кабинет ЗоТИ как можно быстрее. — Грейнджер и Малфой, вы не могли бы задержаться? — разрушил все ее планы Снейп. Гермиона наблюдала, как ученики потихоньку покидали кабинет, стараясь всеми силами не замечать Малфоя. Гарри одарил ее сочувствующим взглядом и вяло улыбнулся. — Увидимся. Она улыбнулась ему в ответ, давая понять, что все хорошо. — Итак, — начал Снейп, как только в кабинете не осталось никого, кроме них, — отрабатывать начнете с завтрашнего дня. Профессору Слизнорту нужна помощь, поэтому он будет ждать вас завтра, в шесть часов вечера, у себя в кабинете. Отработки будут три раза в неделю: понедельник, среду и пятницу. Если закончите с профессором Слизнортом раньше, придете ко мне, я найду вам еще какое-нибудь занятие. Снейп одарил их презрительной гримасой, похожей на недоброжелательную улыбку. — Профессор, видит Мерлин, я не хотел этого говорить, но Грейнджер права, — произнес Малфой, заставляя Гермиону в ступоре повернуться и бросить непонимающий взгляд на слизеринца. — Месяц отработок за опоздание на урок? Это просто маразм. Снейп бросил абсолютно незаинтересованный взгляд на Малфоя. — Маразм — это то, что вы предпочитаете компанию мисс Грейнджер, вместо посещения уроков. Гермиона в замешательстве приоткрыла рот. Что? Она была готова засмеяться от нелепости сказанного, только по выражению лица профессора было понятно, что он не шутит. Гриффиндорка перевела взгляд на Малфоя, слизеринец был в таком же ступоре, как и Гермиона. — Извините? — тихо спросил Малфой. — То, что Вам отведено патрулирование школы, не значит, что Вы можете использовать его для тайных встреч, — спокойно проговорил профессор. — Ваш отец был бы крайне недоволен. Гермиона окаменела от шока. Снейп их видел. Но ничего не было, это действительно недоразумение. Между ней и Малфоем ничего нет. Нет никаких тайных встреч. — Это вас не касается, — попытался спокойно сказать слизеринец. Гермиона озадаченно посмотрела на Малфоя. Что? Он действительно сейчас признал, что они тайно встречаются? Малфой не отводил взгляда от Снейпа. Глаза слизеринца были наполнены яростью, метая молнии в профессора. Этот взгляд был сравним с тем, что она испытала на себе пару дней назад. Гермиона не понимала, что могло так сильно разозлить парня. Упоминание об отце? — Завтра в шесть, в кабинете профессора Слизнорта, — наконец сказал Снейп. Малфой развернулся и, безо всякого предупреждения, покинул кабинет. Гермиона в ступоре стояла, не понимая, что только что произошло. Немного придя в себя, она схватила свою сумку и выбежала за ним. — Малфой, — бросила она ему вслед. Он даже не подумал остановиться. Гриффиндорка бросилась за ним. Она схватила его за рукав, разворачивая к себе. — Какого черта? — процедила она. — Отвали, Грейнджер, — слизеринец сбросил ее руку и направился дальше. — Нет, — она еще раз попыталась ухватится за него, не давая уйти. Он опередил Гермиону, хватая ее запястье и резко дергая на себя. Она почувствовала, как жар расходится по ее телу. Гермиона замерла, лишенная возможности даже дышать. Ярость плясала в его глазах, ничем не отличающаяся от той, что она уже видела вчера и сегодня. Малфой мазнул взглядом по ее лицу, заставляя ее внутренности сжаться. Ей стоило бежать от него, сломя голову. Она рвано глотнула ртом воздуха. — Не смей ко мне прикасаться, — ядовито выплюнул слизеринец, отбрасывая ее руку. В груди что-то екнуло. Гермиона смотрела вслед его удаляющейся фигуре.

***

Струи горячей воды приятно обжигали тело. Оно казалось таким легким и расслабленным. Девушка прошлась мочалкой по коже, вспенивая гель для душа. Смесь сладкого запаха орхидеи и ванили окутали ванную комнату. Гермиона сосредоточилась на своем запястьи, пытаясь всеми силами стереть прикосновение Драко Малфоя, которое до сих пор обжигало руку. — Он высокомерный змееныш, — говорила она себе, втирая гель в кожу. Рука слегка покраснела и начала неприятно щипать. — Я буду держаться подальше, — сказала она, наконец оставляя запястье в покое. Если бы только не дурацкая отработка с ним. Но они же не обязаны разговаривать, может, Слизнорт вообще разделит их, и им не придётся работать вместе. Это было бы прекрасно. Ей больше всего не хотелось видеться с этим черствым, высокомерным, бездушным..... — Гермиона, ты еще долго? Я забыла свою тушь в ванной. Джинни вырвала ее из мыслей. — Я уже выхожу. Она смыла с себя остатки геля и, выключив воду, вылезла из душа. Ванная комната погрузилась в пелену пара. Протерев зеркало, Гермиона посмотрела на себя. Благодаря зелью сна без сновидений синяков под глазами почти не осталось, кожа приобрела более-менее здоровый оттенок. Сердце уколола вина за то, что ей стало немного лучше. Это казалось неправильным. Будто она начала забывать о своем горе, хотя это было не так. Она помнила о смерти Рона каждую секунду. Каждую секунду сердце сжималось от боли, отдаваясь спазмами по всему телу. — Ну что ты там? — послышался голос Джинни. Гермиона накинула на себя халат и открыла двери. Джинни фурией забежала в комнату. — Извини, я не могла найти тушь, — подруга начала яро искать что-то в косметичке. — А, вот она. Гермиона вышла с ванной и поплелась к своей кровати. — А где девочки? — поинтересовалась она, когда обнаружила пустую комнату. — Они пошли гулять с парнями, — ответила Джинни. Гермиона улыбнулась. Это значило, что пару часов можно спокойно почитать книгу, и никто не будет жужжать под ухом. — Ты даже не поинтересуешься с кем? — бросила из ванной Джинни. Гермиона закатила глаза. Парвати и Лаванда постоянно проводили время с теми или иными парнями, поэтому гриффиндорка давно уже утратила интерес. — С кем? — все же спросила она. — С Забини и Ноттом. — Что? — удивилась Гермиона. — У меня была такая же реакция, — фыркнула Джинни. — Они сказали, что слизеринцы не такие уж и плохие, и пора ломать стереотипы. Кто вообще добровольно пошел бы на свидание со слизеринцем? Они точно под Империусом. После битвы отношение между гриффиндорцами и слизеринцами действительно стало лучше. Многие из змеенышей выступили на стороне Ордена в битве, что не могло не удивить. С одной стороны — это правильно, что вражда понемногу утихала, но с другой — это было так странно. — А куда вы собираетесь идти с Гарри? — поинтересовалась Гермиона. — Пойдем тоже прогуляемся. Гермиона приземлилась на кровать и достала книгу, которую никак не могла дочитать. — Тебе тоже не помешало бы, — выглянула из ванной Джинни. Гермиона открыла книгу на странице, где остановилась в прошлый раз. — Ага. — Я серьёзно, Гермиона, — продолжала подруга. — Тебе стоит выйти, развеяться. Джинни начинала этот разговор почти каждую неделю, и каждый раз он не давал никаких плодов. Гермиона и вправду не встречалась и даже не гуляла ни с кем из парней ещё с четвёртого курса. Она оправдывала себя тем, что ее мысли были заняты совсем другими вещами. — Ты же знаешь, что на тебя посматривает Дин? — кокетливо улыбнулась Джинни. — Дин Томас? — округлила глаза Гермиона. — Джинни, ты с ним встречалась. — Так он хороший парень, просто мы не сошлись. — Ага, — вернулась к книге Гермиона. — Он тебе не нравится? Гермиона помотала головой. — То есть тебе кто-то нравится? — с подозрением спросила Джинни. Гермиона оторвала взгляд от книги. Сердце пропустило удар. — Я такого не говорила. — Так почему не дать шанс Дину? — взялась за старое Джинни. Гермиона не удержалась и закатила глаза. Подруга уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но стук в дверь остановил ее. — Да, иду. Мы еще поговорим на эту тему, — пригрозила пальцем Джинни. Гермиона засмеялась. Иногда подруга была так похожа на Молли Уизли. — Привет, — кинул Гарри, целуя Джинни, — Ты прекрасно выглядишь. — Спасибо, — залилась краской Джинни. — Привет, — бросил Гарри Гермионе, проходя внутрь. — Как ты? — Хорошо, — улыбнулась гриффиндорка. — Снейп очень сильно отыгрался на тебе? — спросил друг. — Не понимаю, почему он так разозлился из-за того, что ты немного опоздала. Она вспомнила об обвинениях Снейпа. Она хотела рассказать друзьям о нелепости ситуации. Но какова была бы их реакция? Гермиона проглотила ком в горле. — Наверное, не с той ноги встал. Это же Снейп, он найдет причину, — отмахнулась она. — Да, но месяц отработок. Еще и с Малфоем. Вы же не переносите друг друга, — продолжал Гарри. Гермиона заерзала на кровати. — Да, но отработки будут не у Снейпа, а у Слизнорта, — наконец ответила она. — Так что не так уж и плохо. — Если Малфой что-то скажет или сделает, сразу говори мне, слышишь? Гермиона улыбнулась. Гарри и Рон всегда вели себя как старшие братья по отношению к ней. Теперь Гарри взял всю ответственность на себя. Улыбка на лице немного потухла. — Хорошо, — ответила гриффиндорка с горечью в сердце.

***

Следующий день прошел быстрее, чем все предыдущие учебные будни. Несмотря на то, как бы сильно девушка не хотела, чтобы время остановилось, и ей не пришлось встречаться с холодными серыми глазами, этого не случилось, и ровно в шесть вечера она направлялась к кабинету зелий. Малфой уже ждал ее там, скучающе засунув руки в карманы. Как только она подошла, слизеринец, не сказав ни слова, постучал, и они вместе зашли в кабинет. — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, здравствуйте. Я как раз вас жду, — поприветствовал их профессор Слизнорт, отвлекаясь от бумаг на столе. — Здравствуйте, — одновременно сказали ученики, подходя ближе к профессорскому столу. Малфой встал впереди нее. Гермиона бросила на него мимолётный взгляд. Он был неизменно облачен в черный костюм, что идеально подчеркивал достоинства его фигуры. Малфой был хорошо сложен. Широкие плечи, горделивая осанка, платиновые, выделяющие его из толпы, волосы, надменный взгляд — все это кричало о его аристократическом происхождении. Гермиона непроизвольно выпрямила спину. — У меня для вас есть несколько заданий, — обратил на себя внимание Слизнорт. — Сегодня попрошу вас навести порядок в моих зельях, — профессор обвел рукой свой кабинет. Гермиона обернулась, осматриваясь вокруг. Класс на девяносто процентов состоял из различных флаконов и баночек, Мерлин знает, сколько их насчитывалось. — Все это нужно разобрать за сегодня? — Малфой был не менее удивлен. — Если не успеете, придёте в следующий раз, — улыбнулся профессор. — Видите ли, я не имел возможности перебрать зелья с прошлого года и подозреваю, что некоторые уже не совсем свежие. На флаконах есть бумажки со сроками годности. Если найдете просроченные, выбрасывайте сюда, — профессор взмахнул волшебной палочкой и перед ними появились две большие коробки. — Советую начинать с вон того угла. Слизнорт показал на дальний угол кабинета, где на полках стояло около сотни различных зелий. Гермиона взяла коробку и поплелась туда. Когда она подошла ближе, то зелий показалось еще больше. Она тяжко вздохнула. Вечер обещает быть весёлым. Гермиона перебирала один флакон за другим, стараясь не обращать внимание на платиновые волосы, что время от времени мелькали у нее перед глазами, нервируя. Они работали в тишине, которую иногда нарушало шуршание бумаг профессора и стук стеклянных баночек. Сначала Гермиона считала каждый флакон, что попадался ей в руки, но после сотого она сбилась со счета и бросила это дело. Гермиона начала перебирать третий стеллаж, как тишину в кабинете нарушил стук в дверь. Она инстинктивно обернулась и увидела фигуру Снейпа, стоящего в проходе. Он окинул их мимолетным взглядом и обратился к Слизнорту. — Профессор, здесь все хорошо? — спросил учитель ЗоТИ, кивая головой в сторону учеников. — Да, все прекрасно, — ответил Слизнорт, откладывая бумаги. — Спасибо большое, я сам бы не справился. Снейп выдавил из себя поверхностную ухмылку. — Профессор Макгонагалл зовет к себе, — продолжил он. — Хорошо, я сейчас иду, — Слизнорт неуклюже сгреб все бумаги в одну кучу и обратился к Гермионе и Малфою. -Я отойду на какое-то время, вы продолжайте. Если не вернусь через полчаса, то можете уходить. Профессор последовал за Снейпом, закрывая за собой дверь. Они с Малфоем остались вдвоем. Стараясь не смотреть в сторону слизеринца, Гермиона вернулась к работе. Она перебрала около десяти флаконов, когда поняла, что больше не видит его боковым зрением. Гриффиндорка обернулась. Малфой развалился на стуле, наблюдая за ней и явно не планируя возвращаться к работе. Гермиона уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но потом вспомнила обещание себе игнорировать его. Она развернулась спиной к нему, раздраженно хватая очередной флакон. Он серьёзно решил спихнуть на нее всю работу? Здесь сотни этих дурацких баночек, и теперь она одна должна разгребать их. Негодование кипело внутри нее, и гриффиндорка наконец не выдержала, опять разворачиваясь к Малфою. — Ты не думал вернуться к работе? Он качнулся на стуле. — Ты вроде сама неплохо справляешься. Кровь начала приливать к щекам, заставляя их гореть от злости. Она сложила руки на груди. — Если бы ты помог мне, то мы бы избавились от компании друг друга как можно раньше. Его лицо не выражало никаких эмоций. Так не бывает. Опять это дурацкое выражение лица: показное безразличие. Гермиона неверяще фыркнула. Понимая, что ответа не последует, она вернулась к работе. Гриффиндорка чувствовала на себе его взгляд, продолжая перебирать флаконы, выбрасывая просроченные. В ее руки попал пузырек с бордовой жидкостью. Гермиона покрутила его. На нем не было даты. Она перебрала кучу флаконов, и на всех была наклеена бумажка. Странно. Колпачок не был плотно закрыт, и гриффиндорка не удержалась и откупорила пузырек. Она вдохнула, ее легкие наполнились морским ароматом. По телу прошлась волна тепла, расслабляя ее. Зелье не было похоже на просроченное. Гермиона закрыла флакон и поставила его обратно на полку. Следующий пузырек, что попал ей в руки, оказался негодным, она развернулась, чтобы положить его в коробку. Ее взгляд упал на Малфоя, сидящего неподалёку от нее и выстукивающего пальцами ритм. Он не отводил от нее глаз. Раздражение, что витало в воздухе минуту назад, куда-то испарилось. Ее тело приятно гудело. Руки расслабились. Пузырек, что она держала, выскользнул и полетел вниз. Малфой соскочил со своего места, успевая поймать его. — Ты вообще смотришь, что ты делаешь? — произнес он. Его слова доходили до нее абсолютно неразборчивым текстом. Она наблюдала, как слизеринец подходит к ней, отправляя флакон в коробку. Приглушенный свет помещения подчеркивал его острые черты лица. Так и хотелось дотронуться до скулы, проверить, не поранится ли Гермиона о нее. Она протянула руку к его лицу. Малфой напрягся, но не отстранился. — Что ты делаешь? Она не слышала его. Жар прошелся по ее телу, как только пальцы дотронулись до его лица. Слизеринец замер. Гермиона сделала шаг к нему. Она провела подушечками пальцев по щеке. Его кожа была холодная, но в тоже время опаляла. Большой палец блуждал по подбородку, пока не наткнулся на губы. Она посмотрела ему глаза. В туском свете они казались горячими. Незнакомое ей выражение застыло на лице Малфоя. Казалось, что температура в комнате поднялась до небывалой величины. Ее желание прикоснуться к чей-либо коже еще не было настолько сильным. Она запустила руку в волосы слизеринца, проводя пальцами по шелковистым прядям, немного оттягивая их назад. Малфой прикрыл глаза. Ее вторая рука легла ему на шею, вырисовывая пальцами небольшие круги. Вдруг Гермиона остановилась, заставляя Малфоя распахнуть глаза. Он поднял руку, чтобы дотронуться до ее щеки. Дверь с грохотом открылась, заставляя их отпрыгнуть друг от друга. Температура в кабинете опустилась до прежней, приводя Гермиону в чувство. Она ошарашено посмотрела на Малфоя, стоящего в двух метрах от нее с потрепанными волосами. — Вы еще здесь? — как ни в чем не бывало сказал Слизнорт, проходя в кабинет. — Я же сказал, что если меня не будет полчаса, то можете уходить. Малфой, ничего не говоря, схватил свою палочку и вылетел из кабинета. Какого черта это было?