Я навсегда запомню нас такими

Даже с зельем Сна без сновидений заснуть прошлой ночью Гермионе было сложно. Она вертелась из стороны в сторону, прокручивая в голове произошедшее снова и снова. Как ее пальцы касались его кожи, как оттягивали шелковистые волосы, как прошлись по подбородку и губам. Она накрыла голову подушкой. Что она наделала? Как смотреть ему в глаза после этого? С другой стороны, почему Малфой ее не оттолкнул? В голове всплывали горящие глаза слизеринца, блуждающие по ее лицу. Или это были всего лишь отблески комнатного света, и ей все привиделось? Она помнила его руку, тянущуюся к ней, чтобы…Что? Оттолкнуть? Прижать к себе? Бред. Гермиона поднялась с кровати и достала свой последний пузырёк зелья сна без сновидений. Без него она точно не уснет. — Надо сходить к мадам Помфри, — подумала она, опустошая флакон.

***

Гермиона проспала от силы пять часов. На утро под глазами опять красовались синяки, на маскировку которых у нее ушло довольно много времени. Когда гриффиндорка вошла в Большой зал, был самый разгар завтрака. Она нашла взглядом Гарри и Джинни, которые вовсю накладывали омлет себе в тарелки. — Привет, — поздоровалась гриффиндорка с друзьями. — Доброе утро, — произнесла Джинни, отодвигаясь, чтобы Гермиона могла сесть. Гарри просто кивнул, прожевывая омлет. Она окинула взглядом стол. Как ни странно, у нее не было отвращения к еде. Гермиона положила себе омлет и взялась намазывать на тост джем. — У кого-то хороший аппетит, — улыбнулась Джинни. — Я плохо поужинала, — откусила тост Гермиона. Ее взгляд непроизвольно упал на слизеринский стол. Забини и Нотт что-то обсуждали, время от времени вовлекая в разговор Панси и Дафну. Малфоя не было. — Как прошла отработка? — вырвал ее из мыслей Гарри. Гермиона перевела на него взгляд. Она была готова к этому вопросу. — Неплохо, — пожала плечами гриффиндорка. — Мы перебирали зелья в кабинете Слизнорта. «А еще я сошла с ума и облапала Малфоя», — подумала Гермиона. — С Малфоем проблем не было? — поинтересовался друг. — Нет, — помотала головой она. «Скорее, у него со мной», — вновь додумала девушка. Уроки на удивление прошли быстро. На Трансфигурации они превращали книгу в мини-дракончика. У Гермионы и Джинни получалось очень даже неплохо, а вот дракон Гарри почему-то имел кожу из бумаги. Макгонагалл пришлось уйти во второй половине урока и оставить учеников одних, так как кто-то умудрился привезти в школу рог взрывопотама и бросить его в туалете на втором этаже. Как сказал Филч, от туалета осталась только дверь. Травология у них была со слизеринцами и прошла довольно-таки тихо. Малфоя не было на уроке. Забини сказал, что его позвал Снейп. Гермиона никак не могла сосредоточиться. А что, если профессор узнал о вчерашнем случае? Или, не дай Мерлин, рассказал что-то Малфою-старшему? После обеда, на который, между прочим, Малфой тоже не явился, Гермиона отправилась в Больничное крыло. Там приятно пахло травами. — Что случилось? — встретила ее мадам Помфри. — Все хорошо, — улыбнулась Гермиона. — У меня закончились зелья Сна без сновидений, что Вы мне дали. Хотела спросить, не могу ли я взять еще? Целитель окинула ее взглядом. — Выглядишь намного лучше. Иди сюда, — она потянула ее за рукав, усаживая на кровать и направляя на Гермиону волшебную палочку. Волна тепла прошлась по ее телу. — Да, лучше, — проговорила себе под нос целитель. — Хорошо, я дам тебе еще четыре флакона, но не больше. Длительный прием может вызывать побочные эффекты. Это Гермиона уже хорошо усвоила. — Хорошо. — Тогда я сейчас, — мадам Помфри развернулась и пошагала к кладовой. Легкая пелена тревоги накрыла гриффиндорку. Как она будет спать без зелья? В голове всплыл образ Рона, умирающего на ее руках опять и опять. Она больше всего на свете не хотела переживать это снова. — Держи, — вернулась мадам Помфри, протягивая ей флаконы. — Спасибо.

***

Следующий день прошел точно так же, как и предыдущий. Малфой так и не показался на завтраке, она не видела его на уроках. Не то что бы у них были общие занятия в тот день, но гриффиндорка специально прошла мимо кабинета Трансфигурации, где кучка слизеринцев ждала профессора Макгонагалл. Его среди них не было. Была пятница, а значит он должен был появиться на отработке. При воспоминании о том, что придется столкнуться со слизеринцем лицом к лицу, все внутренности скрутило в тугой узел. Какого черта она вообще заботится об этом? Гермиона попыталась выбросить из головы Малфоя, полностью переключившись на что-то другое. — Мне нравится бирюзовое платье, но мне кажется, что оно слишком нарядное. Я все-таки надену кремовое, — рассказывала Джинни. — А ты в чем планируешь пойти? Завтра должна была быть вечеринка, на которую их пригласил Симус. Она все утро прослушала о различных возможных нарядах и аксессуарах, сначала обсуждаемых между Лавандой, Патил и Джинни, а потом Уизли решила полностью переключиться на Гермиону. Бежать было некуда. Она пообещала друзьям, что пойдёт. — Я еще не знаю, — сказала правду Гермиона.

***

Она подходила к кабинету зелий. Ладошки вспотели, поэтому гриффиндорка потерла их о джинсы. Гермиона все идеально спланировала. Она будет игнорировать присутствие Малфоя, когда это будет возможно. По сути, они и не должны разговаривать, что немного успокаивало гриффиндорку. Если только профессор Слизнорт не решит опять куда-то уйти. Она завернула за угол. Возле кабинета зелий, на том месте, где в прошлый раз ждал ее Малфой, никого не было. Смесь облегчения и разочарования укололи ей в грудь. Она посмотрела на часы. 18:00 Стоит ли ей вообще ждать его? Она замялась, но потом все же постучала в кабинет. — А, мисс Грейнджер, проходите, — произнес профессор, как только гриффиндорка переступила порог. Слизнорт сидел за столом, попивая чай. На нем была в маггловская одежда, что оказалось полным сюрпризом для Гермионы, так как она привыкла видеть профессора в школьных мантиях. Синие спортивные штаны в сочетании с белой рубашкой смотрелись довольно… необычно. Гермиона сдержала улыбку. — Здравствуйте. — Здравствуйте, — кивнул головой он. — Вы сегодня будете работать одна, мистер Малфой понадобился профессору Снейпу. Снейп забрал Малфоя? Зачем? — Чай? — предложил профессор, не давая гриффиндорке погрузится в свои мысли. Гермиона вспомнила год, когда Гарри и Рон в последний раз пили угощение Слизнорта, и чем это все обернулось. — Нет, спасибо. Я лучше вернусь к работе, — улыбнулась она. Гермиона поплелась к стеллажу, на котором остановилась сортировать зелья в прошлый раз. Ее взгляд упал на пузырек с бордовой жидкостью. Она взяла его в руки. — Профессор? — обратилась она к Слизнорту. — Да? — Этот флакон без наклейки. — Покажи мне его, — махнул рукой профессор, надевая очки. Гермиона подошла к учительскому столу и вручила пузырек Горацию. — Да-да, — сказал себе по нос Слизнорт. — Поставь его на место и не открывай. Гриффиндорка закусила губу. — А что это за зелье? — Это, — профессор стукнул пальцем по флакону, — разновидность любовного зелья. Очень сильного. Один его запах может вызвать у человека помутнение рассудка. Поэтому лучше его не трогай. Поздно. Вот, что спровоцировало ее наброситься на Малфоя. Любовное зелье. Она вернулась к работе, погруженная в свои мысли.

***

— Никто не видел мою помаду? — копалась в косметичке Лаванда. — Она у меня, — отозвалась Джинни. Гермиона сидела на своей кровати и читала толстую книгу «Вклад гоблинов в победу в Первой Магической войне», которую недавно взяла в библиотеке. Сегодня была суббота. До начала вечеринки оставалось примерно два часа, поэтому гриффиндорка не сильно спешила собираться. В отличие от ее соседок, которые сразу же после обеда начали сборы, Гермиона была спокойна. Она заранее продумала, что наденет, поэтому сейчас сидела, свесив ноги с кровати, и краем уха слушала разговоры девочек. — Как думаете, эта помада подойдет к моему платью? — спросила Джинни, разворачиваясь лицом к соседкам. Гермиона подняла голову. Подруга держала в руках ярко красную помаду. — Думаю да, — ответила гриффиндорка. — Конечно да, — подхватила ее слова Парвати. — Она будет ярким акцентом. Гермиона вернулась к книге. Девочки очень ответственно подошли к подготовке, она же не понимала всей этой суеты только ради какой-то школьной вечеринки. — Гермиона, ты вообще будешь собираться? — обратилась к ней Джинни. — Еще два часа, я успею, — отмахнулась гриффиндорка. — Покажи мне, что ты наденешь, — скомандовала подруга. Гермиона оторвалась от книги и бросила на Джинни раздраженный взгляд. — Давай-давай, — в манере миссис Уизли произнесла она. Гермиона поднялась с кровати и достала из шкафа одежду. — Это что джинсы? — вскинула бровь подруга. — А что с джинсами не так? — Ты их носишь каждый день. У тебя нет чего-то более праздничного? Гермиона закатила глаза. — Я не знала, что мы на бал идем. — Дай, я посмотрю, — отодвинула гриффиндорку Джинни. Она перебирала ее вещи, неодобрительно хмурясь. Гермиона поняла, что это надолго, и решила присесть. — Вот, — наконец-то выкрикнула подруга, показывая черную обтягивающую кофту с небольшим вырезом. — То есть, это более праздничное? — вскинула брови гриффиндорка. — А если так? Джинни порылась в своем отделении шкафа и достала оттуда юбку. Гермиона скептически посмотрела на подругу. — Она короткая и… зеленая. У тебя нет ничего красного? — Во-первых, она не короткая, а во-вторых, она в клетку, и вообще, что это за предубеждения из-за цвета? — Джинни подошла к гриффиндорке. — Просто примерь. Гермиона закусила губу, сомневаясь. — Ну ладно, — наконец согласилась она. Юбка все же оказалась немного коротковатая. Джинни пыталась убедить Гермиону, что та выглядит просто шикарно, но ей смутно в это верилось. Она дополнила образ золотым кулоном, что подарила ей мама на шестнадцатилетие и черными ботинками на небольшой платформе. — Я не буду краситься, — протестовала гриффиндорка, когда Джинни усадила ее на стул и достала косметичку. — Ну хотя бы тушь, — умоляла подруга. Джинни накрасила ей ресницы, добавила немного румян и сама взялась одеваться. Кремовое легкое платье отлично сочеталось с красной помадой и огненными волосами. Джинни выглядела просто… — Шикарно, — произнёс Гарри, как только зашел в комнату. Джинни залилась краской. За спиной Гарри появилась фигура Дина Томаса. Они не договаривались идти вместе. Гермиона кинула быстрый взгляд на Джинни, но та не обращала на нее внимания. — Гермиона, ты выглядишь так, — обратился к ней Дин, — красиво. — По-слизерински, — в один голос с Томасом сказал Гарри. Гермиона вскинула брови и посмотрела на друга. — Красиво, — по-дурацки добавил Гарри, когда Джинни пнула его локтем. — Спасибо. — Ну что, мы готовы, — сказала Джинни, подхватывая сумочку с кровати. В гриффиндорской гостиной было слишком тихо для субботнего вечера. Кое-где сидели первые курсы и играли в карты или плюй-камни, иногда кидая завистливые взгляды на покидающих гостиную учеников. Гарри, Джинни, Гермиона и Дин брели по пустующим коридорам, время от времени перекидываясь парой слов. — А куда мы идем? — Гермиона только сейчас поняла, что не имеет даже малейшего понятия, где проходит вечеринка. — В Выручай-комнату, — ответил Дин. Гермиона нахмурила брови. — А разве она не была уничтожена во время битвы? — Мы тоже так думали, но решили все же проверить. Все внутри сгорело, но комната осталась. Мы привели ее в порядок, и сейчас там очень круто, увидишь, — улыбнулся ей Дин. Гермиона кивнула головой. Они остановились посреди коридора, Дин прошел немного вперед и закрыл глаза. Через некоторое время, на до этого пустой стене, начали вырисовываться очертания двери. Она начала открываться, и Гермиона мысленно представила, как языки Адского пламени выныривают оттуда и хватают ее за руки. Ей стало немного жарко. Когда двери открылись, вместо пламени гриффиндорка увидела мерцающие неоновые огни и танцующих учеников. Это выглядело странно, потому что никакой музыки не было слышно. На коридоре было так же тихо. Дин вошел первым, приглашая их внутрь. Как только Гермиона пересекла порог комнаты, музыка ударила ей в уши. Она осмотрелась вокруг. Комната была просто огромная, размером с Большой зал, вмещала в себя студентов с разных курсов и факультетов. Свет приглушенно мерцал неоновыми бликами, не давая издалека разглядеть их лиц. — Как вы это сделали? Это… — у Гермионы не было слов. — Прекрасно, правда? — улыбнулся Дин, наблюдая за ее реакцией. — Всем привет, — подошел к ним Симус, не давая гриффиндорке ответить. — Ну как вам? — Это просто нереально, — ответил Гарри, вертя головой по сторонам. — Вы это все сами сделали? — Нет конечно. Мы с Дином бы не справились. Нам помогали Забини, Нотт и Малфой. Малфой здесь? Гермиона устремила взгляд в толпу, пытаясь найти платиновые волосы. Это казалось почти невозможным: народу было слишком много. — Давайте пройдем внутрь, — предложил Симус. — Да, давайте, — слишком быстро проговорила гриффиндорка. Они двинулись внутрь. Симус рассказывал какую-то историю, но Гермиона почти его не слушала. Ее взгляд блуждал по залу, который все больше напоминал ей магловский клуб. Она не видела Малфоя с момента их первой отработки. Сначала она была этому рада, потому что не представляла, как будет смотреть ему в глаза. Ей было очень стыдно. Но с каждым днем интерес к тому, почему слизеринец не появляется ни в Большом зале, ни на уроках, ни на отработке, возрастал. Она искала его взглядом при любом удобном случае. Ей надо было объяснить, что случилось в кабинете Слизнорта на самом деле, что это было Любовное зелье. Но с каждым днем у нее все больше складывалось впечатление, что Малфой избегает ее. — Будете что-то пить? — спросил Симус, когда они подошли до бара. — Здесь есть бар? — все еще в шоке произнес Гарри. — Привет, что будете? — спросил парень за барной стойкой. Гермиона узнала его: он был на пару лет младше, вроде пятикурсник. — Эмм... — замялся Гарри. — Можно огневиски? — прозвучал справа от Гермионы до боли знакомый голос. Ее сердце пропустило удар. Она повернулась и увидела Малфоя, оперевшегося на барную стойку. — Два, — сказал Гарри, тоже заметив слизеринца. Малфой повернул голову к ним, пробегая взглядом по Гарри, Джинни и Гермионе. Ее дыхание остановилось. — Поттер, — произнес слизеринец, протягивая руку, чтобы поздороваться. Гарри замялся, явно сбитый с толку, но вскоре ответил на дружественный жест Малфоя. Все наблюдали за тем, как они жмут друг другу руки. Это казалось противоестественным. К Гермионе понемногу возвращалась возможность дышать. Слизеринец кивнул Дину в знак приветствия и повернул голову к Гермионе. Она замерла. Воспоминания о том, как ее пальцы исследуют скулы Малфоя, совсем не вовремя всплыли у нее в голове. Она чувствовала, как краснеет. — Грейнджер, — поздоровался он, заставая ее врасплох. Он никогда с ней не здоровался. Гермиона растерянно кивнула головой, пытаясь скрыть недоумение. — А вот и тот, кого надо за все поблагодарить, — хлопнул Малфоя по плечу Симус. Слизеринец взглядом проследил за эти жестом, но никак не прокомментировал. — Развлекайтесь, — он поднял свой стакан с огневиски. — А мне надо идти. Малфой шепнул что-то парню за барной стойкой, и тот вручил ему бутылку огневиски. Гермиона обвела взглядом уходящую фигуру слизеринца. На нем были обычные черные джинсы и футболка. Гриффиндорка никогда не видела его в чем-то настолько… обыденном. — Что ты имел в виду, когда сказал, что нам надо за все благодарить Малфоя? — поинтересовалась она у Симуса. — Когда я рассказал о том, что хочу устроить вечеринку, Малфой очень заинтересовался. По сути, это он все организовал, мы только помогали. Гермиона нахмурила брови. Малфой организовал все это? Сколько денег на это ушло? И главный вопрос: зачем? Чем больше она узнает об этом парне, тем больше появляется вопросов. Ей стоило уже завести тетрадь, потому что запомнить все казалось просто невозможным. — Мне надо отойти, — сказал Симус. — Если что-то будет надо, можете звать меня, либо спросите Дина. Он все здесь знает. Гермиона только сейчас вспомнила о Томасе, стоящем неподалеку от нее. — Что-то будете? — спросил Дин у девушек, когда Симус их покинул. — Да, а что есть не крепкое? — спросила у бармена Джинни. — Яичный коктейль и зеленый рыбный эль. — Давай эль, — махнула рукой подруга и обратилась к Гермионе. — Ты что-то будешь? — Сок. Конечно же Гермиона не планировала ничего пить, вообще, она думала посидеть немного в компании друзей и по-тихому уйти где-то около одиннадцати. Она прошлась взглядом по залу. На противоположных сторонах бара стояли диванчики, на которых располагались компаниями студенты, а посреди комнаты была огромная танцевальная площадка. Бар находился в центре, к нему было удобно добираться с любой точки комнаты. Ее взгляд еще раз прошелся по диванчикам и остановился на платиновых волосах. Малфой расположился на одном из них, неподалеку от бара. Он разговаривал с Забини, время от времени попивая огневиски. Его рука расположилась на спинке дивана прямо возле Панси Паркинсон, которая очень внимательно слушала разговор парней, иногда кидая взгляды на Малфоя. В сердце появилось неприятное чувство. Гермиона отвернулась. — Смотрите, там Невилл и Луна, — показала в сторону слизеринцев Джинни. Гриффиндорка нехотя еще раз посмотрела в ту сторону. На соседнем диване и вправду сидели Невилл, Луна и еще несколько учеников. — Пойдемте к ним? — предложила подруга. Гермиона меньше всего хотела оказаться рядом со слизеринским диваном. — Я потом подойду, — сказала она подруге. — Хорошо, — улыбнулась Джинни, оставляя ее наедине с Дином и перед уходом многозначительно подмигивая. Гермиона отпила сок, пытаясь скрыть неловкость. Она никогда не говорила один на один с гриффиндорцем. — Тебе здесь нравится? — поинтересовался Дин, подходя немного ближе к ней. — Да, все просто замечательно, — кивнула головой Гермиона. Она опять сделала глоток сока, не зная, куда еще себя деть. — Как прошли твои каникулы? — еще раз попытался вовлечь Гермиону в разговор Дин. Она в голове прокрутила события лета: похороны Рона, депрессия, Нора и еще больше депрессии. При воспоминании всего этого хотелось выпить чего-нибудь покрепче, чем сок. Гриффиндорка прогнала плохие мысли. — Неплохо, — соврала она. — А твои? — Тоже, — он кивнул головой. — Хотел тебя кое о чем спросить. — Спрашивай. -Я видел, ты в гостиной читала «Вклад гоблинов в победу в Первой магической войне». Как тебе книга? Гермиона искренне удивилась. Это был первый парень, который интересовался ее книгами. — Я только начала читать, но вообще, считаю, что гоблинов очень сильно недооценивают. Если бы волшебники сотрудничали с ними в полной мере, мы могли бы достичь необычайного успеха. Дин нахмурил брови. — Но мы уже с ними сотрудничаем. — Да, но не на равных. Гоблины считаются низшими существами, но если бы не они… Они обсуждали гоблинов и законы, а также то, какие законы Министерство собирается вводить в ближайшее время. Разговор, на удивление, шел легко и непринужденно. Гермиона не ожидала, что кто-то из ее ровесников будет интересоваться такими вещами. — Не хочешь вернуться к друзьям? — спросил Дин, когда она допила свой сок. Гермиона невзначай посмотрела в сторону слизеринского дивана. Он пустовал. — Да, давай. Они пробирались через толпу танцующих учеников. Дин шел впереди, Гермиона пыталась не отставать. Когда они наконец подошли к нужному дивану, ее внимание привлекла платиновая макушка. Малфой сидел на диване возле ее друзей и что-то обсуждал с Гарри. Она остановилась. — Дин, я хочу еще сока. — Давай я схожу, — предложил парень. — Нет, — слишком резко отчеканила Гермиона. — Я сама. Она проклинала себя за трусливость. Будто гриффиндорка теперь всю жизнь собирается избегать Малфоя. Ну, в принципе, до этого года они по такой схеме и жили. Но теперь это стало вдруг невозможным. Гермиона присела на стул за барной стойкой. На фоне играла приятная музыка, а на танцполе начало собираться все больше учеников. — Можно тыквенный сок, пожалуйста? — обратилась она к бармену. — Тыквенный сок, серьёзно, Грейнджер? — услышала Гермиона справа от себя. — Все так же строишь из себя паиньку? Она повернула голову и ощутила на себе презрительный взгляд Панси Паркинсон. Глаза слизеринки поблескивали от алкоголя. Гермиона хотела ответить на колкую фразу, но в последний момент решила не тягаться с пьяной Паркинсон. — Золотая Гермиона Грейнджер. Героиня войны, — не переставала слизеринка. Гриффиндорка делала вид, что не обращает на нее внимания. — Конечно, я бы тоже попивала тыквенный сок припеваючи на твоем месте. Гермиона видела краем глаза, что Панси сделала глоток огневиски. — Как ты вообще спишь спокойно ночью, зная, сколько жизней ты уничтожила, — слизеринка подвинулась ближе к Гермионе, — сколько людей умерло из-за тебя? Перед глазами появилась картина бездыханного тела отца Панси: заклятие ударяет его в грудь, и его глаза безжизненно застывают навсегда. Он был Пожирателем. Гермионе пришлось его убить, или он убил бы ее. Гриффиндорка сглотнула, пытаясь привести мысли в порядок. Теперь она понимала Гарри каждый раз, когда его пытался задеть Малфой. — Надеюсь, он приходит к тебе во сне, — перешла на шепот слизеринка. Панси даже не могла себе представить сколько раз гриффиндорка переживала его смерть. И не только отца Панси. — Слава Мерлину, хоть с рыжим судьба была справедлива. Гермиона резко повернула голову и встретилась взглядом с Панси. Ее глаза были затуманены от алкоголя, но гриффиндорка отчетливо могла рассмотреть в них горящую ненависть. Гермионе было жаль Паркинсон, но даже утрата отца не могла позволить ей говорить о Роне хоть что-то. Панси сузила глаза, замечая, как изменилось выражение лица гриффиндорки после упоминания друга. — Как жаль, что Уизли так и не увидел этот прекрасный мир без Темного Лорда, не так ли? — издевалась Паркинсон. Гермиона пыталась взять себя в руки, но внутри все закипало. Ей хотелось стрельнуть Обездвиживающим в Панси, чтобы та больше не смогла сказать ни слова. Она сжала руки в кулаки. Дафна, заметив это движение, положила руку на плечо подруги. — Панси, пойдем. — Брось, Дафна, мы общаемся, не так ли, Грейнджер? — отмахнулась слизеринка. — Знаешь, было довольно-таки приятно видеть бездыханное тело Уизли, пусть даже рядом с моим отцом. Панси прожигала Гермиону взглядом. Еще одно слово, и гриффиндорка готова была начать драку прямо здесь, на глазах у всей школы. Ей было плевать, только бы заткнуть рот слизеринке. — Все хорошо, девочки? — послышалось сбоку. Теодор Нотт оперся на барную стойку, заинтересованно наблюдая за Гермионой и Панси. — Отлично, — наконец произнесла слизеринка, давая заднюю. — Ладно, пойдем найдем Драко, Дафна. Здесь как-то скучно. Паркинсон развернулась и пошагала как можно дальше от бара. Дафна последовала за подругой, перед тем бросив на Гермиону взгляд полный… сожаления? Гриффиндорка, полностью опустошенная внутри, схватилась за свой стакан с соком. — Панси немного агрессивная, когда выпьет. Не обращай внимания, — произнес Нотт, усаживаясь рядом. — Я заметила, — сказала Гермиона, сдерживаясь, чтобы не потереть глаза от усталости. Разговор с Панси забрал все силы. Воспоминания о Роне неприятным комом легли на душу. Хотелось залезть под одеяло и уснуть. Может, Гермиона сможет уйти, не привлекая к себе внимания. — Что-то будете? — обратился к сидящим бармен. — Огневиски, — без раздумий ответил Нотт. Гермиона посмотрела на свой стакан. Так хотелось просто забыться и не думать ни о чем. — Мне тоже, — бросила она. — Грейнджер, ты ли это? — удивленно произнес Тео. — Видимо, Панси тебя действительно взбесила. Она выдала что-то похожое на смешок и приняла огневиски от бармена. Нотт поднял свой стакан. — Выпьем за мир между Слизерином и Гриффиндором, — произнес он. Гермиона вскинула брови. — Что? — непонимающе посмотрел на нее Нотт. — Ты хоть сам в это веришь? — Ну мы же с тобой сейчас сидим здесь, — пожал он плечами. — Гриффиндор и Слизерин. — Ладно, — согласилась Гермиона, чокаясь стаканами с Ноттом и опустошая свой напиток. Огневиски обжег ее горло, заставляя щуриться. Через несколько секунд она почувствовала, как тепло расходится по ее телу. — Хочу еще, — бросила она парню за стойкой. — Воу, полегче, Грейнджер, — сказал Нотт, но все же кивнул парню, когда тот предложил добавку. После четвертого стакана Гермиона начала понемногу терять счет времени. Они просто сидели и общались. На удивление было так легко. Нотт говорил какие-то глупости, а Гермиона смеялась. Слизеринец оказался совсем не похожим на его одногрупников. Не было напряжения, ярости, ненависти, что почти всегда преследовали гриффиндорку. Она так и не поняла, это благодаря огневиски или Теодор Нотт был действительно лучше своих друзей. — Он заснул где-то на часов десять и мы пронесли все сюда, — рассказывал слизеринец о том, как они с Забини умудрились обмануть Филча. — До сих пор не понимаю, как Макгонагалл этого не заметила. Гермиона не могла перестать смеяться. Тео казался таким забавным. Она время от времени попивала огневиски и расспрашивала детали его истории. — Нотт, — вдруг послышалось за ее спиной, заставая гриффиндорку врасплох. Она повернулась и увидела Малфоя. Улыбка моментально сошла с ее лица. Она выпрямила спину, пытаясь привести разум в порядок. По крайней мере на столько, на сколько это возможно после шести стаканов огневиски. — Да, Малфой, — немного раздраженным, как показалось гриффиндорке, голосом произнес Нотт. — Мне нужна твоя помощь. Малфой казался напряженным. Он не сводил свой взгляд с Нотта. Гермиона чувствовала, как между слизеринцами проскочила искра неприязни. Она сделала глоток огневиски, привлекая к себе внимание Малфоя. Он окинул ее взглядом, останавливаясь на стакане в руке. Казалось, что температура в комнате поднялась на несколько градусов. — Хорошо, — сказал Нотт, поднимаясь со стула. — С чем? — С музыкой, — ответил Малфой, все еще прожигая Гермиону взглядом. — Извини, — обратился к ней Тео, заставляя оторвать глаза от Малфоя. — Начальство зовет. — Понимаю, — бросила гриффиндорка, одаривая Нотта искренней улыбкой. — Иди, я сейчас догоню, — сказал Малфой Тео. Нотт окинул их взглядом, сомневаясь, но потом все же решил удалиться. Гермиона наблюдала, как Тео уходит прочь, оставляя их одних. Что Малфой вообще хочет? Она покрутила стакан в руке, в ожидании. Не говоря ни слова гриффиндорке, он подошел к барной стойке и шепнул что-то бармену, тот кивнул в ответ, после чего слизеринец развернулся и пошагал прочь. Гермиона сидела в недоумении. И что это было? Алкоголь немного затуманил ее разум, лишая возможности нормально анализировать ситуацию. Она проглотила остатки огневиски и позвала бармена. — Можно мне еще? «Этот стакан будет последним», — пообещала себе гриффиндорка. — Извините, не могу, — сожалеюще покачал головой парень. — Малфой сказал Вам больше не наливать. Гермиона застыла, переваривая информацию. Так вот, что это было. Он сказал бармену не наливать ей больше. Какого он вообще может решать, когда ей можно пить, а когда нет? Зачем он вообще это сделал? Мысли плохо вязались одна с другой. Она решила отложить раздумья на потом. Вдруг музыка в зале стала еще громче, гриффиндорка узнала знакомую песню. Ей надо найти Джинни. Она окинула взглядом диванчики. Подруга стояла и разговаривала с кем-то возле одного из них. Гермиона протиснулась через толпу учеников, пару раз наступая кому-то на ногу. — Джинни, — подбежала к подруге она. — Идем танцевать! Джинни в недоумении посмотрела на гриффиндорку. — Ты что, пила? — Да, — как ни в чем не бывало сказала Гермиона, пытаясь перекричать музыку. — Идем танцевать! Она не дождалась ответа подруги, хватая ее за руку и вытаскивая на танцпол. Гриффиндорка последний раз танцевала на свадьбе Билла и Флер. Вообще она не была в восторге от танцев, но алкоголь раскрепощал ее. Гермиона не обращала ни на кого внимания. Музыка звенела в ушах, заставляя гриффиндорку следовать ритму. В скором времени Гарри присоединился к ним, все больше и больше отдаляя Гермиону от Джинни. Теперь она уже танцевала с каким-то пуффендуйцем с ее курса. Он двигался довольно неплохо. Парень с каждым движением пытался приблизиться к ней все ближе. Итак, когда пуффендуец подошел слишком близко, она попыталась отойти и спиной столкнулась с чей-то грудью. Гриффиндорка почувствовала, как незнакомые руки легли на ее бедра. Гермиона развернулась, уперевшись ладонями в плечи человека, с которым столкнулась. Она подняла голову и встретилась с серыми глазами Малфоя. Гриффиндорка на секунду остановилась, но потом все же продолжила двигаться в ритм музыке. Малфой последовал ее примеру. Его руки все еще лежали на бедрах девушки. Ее разум был так же затуманен. Кожу обжигало в местах, где их тела соприкасались. Движения становились все более уверенными, они полностью отдались ритму. Гермиона повернулась к нему спиной, прислонившись к его телу. Его пальцы прошлись по ее талии и легли на живот, заставляя Гермиону выгнуться. Резким движением он развернул гриффиндорку лицом к себе, встречаясь с ней взглядом. Его глаза горели. Сердце билось в бешеном ритме, но гриффиндорка не прекращала танцевать. Ее руки прошлись по плечам Малфоя, останавливаясь на промежутке, где пальцы соприкасались с его кожей. Неожиданно для них двоих песня закончилась. Они остановились. Ее руки так и остались на его шее, а пальцы Малфоя — на талии гриффиндорки. После паузы заиграла другая песня, но они больше не двигались. Малфой исследовал лицо Гермионы. Она пыталась возобновить дыхание. Его глаза поблескивали, волосы были немного растрепанные. Неужели это она постаралась? Все было таким размытым. Вдруг она почувствовала, как руки отпускают талию, отрезвляя ее. Он развернулся и пошагал в сторону выхода. Гриффиндорка смотрела ему вслед. Перед тем, как исчезнуть в дверном проеме, Малфой повернулся и бросил последний взгляд на Гермиону. Она нахмурила брови. Он хочет, чтобы она пошла за ним? Гермиона развернулась, чтобы найти в толпе Джинни. Подруга танцевала с Гарри неподалёку. — Джинни, я схожу в уборную, — подошла к ней гриффиндорка и показала пальцем на выход. — Здесь есть уборная, — Джинни кивнула куда-то в сторону бара. — Мне надо, — Гермиона замялась, пытаясь придумать отговорку, — в ту уборную, — наконец сказала она, так как ничего лучше в голову не пришло. Джинни нахмурила брови. Гермиона развернулась и бросилась прочь, убегая от лишних вопросов. Холодный воздух ударил в лицо, как только она покинула Выручай-комнату. Действие алкоголя понемногу выветривалось. Гриффиндорка посмотрела по сторонам. Никого не было. Куда он мог пойти? Не долго думая, она направилась к туалету. Дверь в женскую уборную была немного приоткрыта. Гермиона толкнула ее и увидела Малфоя, стоящего возле окна спиной к ней. — Это женский, — сказала она первое, что пришло в голову. Он повернулся, встречаясь с ней взглядом. Во рту у него дымилась сигарета. Гриффиндорка прошла внутрь, прикрывая за собой дверь. — Курение на территории школы запрещено, Малфой. Что за бред она вообще несет? Он вскинул брови. — Да? Тогда не хочешь ли ты нарушить школьные правила, Грейнджер? — Малфой протянул гриффиндорке свою сигарету. Гермиона подошла к слизеринцу и приняла ее. На его лице появилась самодовольная ухмылка. — Почему тебя не было на отработке? — поинтересовалась она, выпуская ртом дым. Малфой потянулся за сигаретой в ее руке, прикасаясь к пальцам Гермионы. Затаив дыхание, гриффиндорка следила за его движениями. — Слышала о взрыве на втором этаже? — Да, — еле слышно ответила она. — Я и Снейп искали виновного и подчищали все, — спокойно произнес он, забирая сигарету у нее с рук. Гермиона нахмурила брови. — Почему ты? — Я староста, — ответил слизеринец. Она кивнула головой. — Как прошла отработка? — поинтересовался Малфой. — Хорошо. Гермиона перевела взгляд на пол, обдумывая, как лучше сказать то, что мучило ее последние пару дней. — Насчет того случая, в кабинете Слизнорта, — начала она, но запнулась. — Это было… — Любовное зелье, — не дал ей договорить Малфой. Гермиона подняла на него непонимающий взгляд. — Как ты...? — Ты что-то понюхала, а потом… — он замялся, подбирая правильные слова, — начала странно себя вести. Я не дурак, Грейнджер. Плюс, я спросил Слизнорта об этом зелье. Она выдохнула с облегчением, как будто камень с плеч свалился. Гермиона взяла у него сигарету, затягиваясь немного сильнее обычного. — Это действительно ты организовал вечеринку? — спросила гриффиндорка после небольшой паузы. Она только сейчас заметила, что они стояли в полушаге друг от друга. Никто не думал отступать. — Частично, — ответил он, не отводя от нее глаз. Никотин ударил в голову. Она окинула его лицо взглядом, останавливаясь на губах и машинально закусывая свою нижнюю. Малфой проследил за этим движением. Вдруг в животе что-то перевернулось и выражение ее лица резко изменилось. — Что такое? — спросил слизеринец, заметив перемену. Гермиона прикрыла рукой рот. — Мне что-то нехорошо, — объяснила она, разворачиваясь к раковинам. Он не успел ничего сказать. Ей стало хуже. Гермиона схватилась за живот и подбежала к раковине. Все произошло так быстро. В глазах потемнело, а выпитое огневиски начало идти обратно, обжигая горло гриффиндорки. Сигарета выпала из ее рук. Она схватилась за раковину, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Рука Малфоя обхватила ее талию, не давая упасть. Когда в желудке ничего не осталось, она вытерла рукой рот и положила макушку на грудь Малфоя. Слабость в теле была просто ужасная. — Лучше или ещё будешь? — раздалось где-то возле ее уха. — Все, — еле слышно произнесла она. — Я все испачкала. — Экскуро, — выговорил Малфой, придерживая Гермиону. Она полностью опиралась на него. Ее тело обомлело и казалось почти безжизненным, было очень трудно двигаться и жутко хотелось спать. — Можешь идти? — спросил он. — Я не могу вернуться в таком виде. Если меня увидит Джинни… — у нее почти не было сил говорить. — Хорошо, — выдохнул Малфой. — Обхвати мою шею руками. Гермиона сделала, что он попросил. Слизеринец поднял ее на руки. — Прямо как в дурацких магловских фильмах, — еле слышно произнесла она. — Что? — не понял слизеринец. — Ничего, — она уткнулась в его грудь и прикрыла глаза. Усталость полностью завладела ее телом.