платишь или валишь

Слэш
R
Завершён
83
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
48 страниц, 5 частей
Описание:
Сан — сторож стоянки на окраине города, Уён — не совсем трезвый водитель, у которого "настроение конечно наебать систему" (паркануться и не заплатить).

— То есть ты отказываешься платить?
— То есть у тебя реально в этой халупе нет толчка?
Примечания автора:
ну да не бтс а эйтиз ♡ велкам!

https://clck.ru/Ti492 - ОБЛОЖКА ФФ
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
83 Нравится 26 Отзывы 21 В сборник Скачать

недоразумение проникает в будку

Настройки текста
В начале дня Сан не ожидал двух вещей: того, что его наушник в очередной раз потеряется (это и испортило настрой по большей части), и того, что на стоянке окажется пьяный человек с намерением блевать. Ни с целью поцарапать чужой автомобиль, ни с желанием сбить цену, ни с решением учинить скандал или перетереть за жизнь. Блевать. Всё происходит громко, но быстро. Закончив, непосредственный исполнитель данного действия не теряется: поправляет свою одежду, тыльной стороной ладони вытирает лицо, несколько раз оглядывается на машину, словно она должна была куда-то испариться за это время, странно хихикает, и только потом поворачивается к Сану и Гонсу. Чхве всматривается в его наглое лицо, он ждёт хотя бы подобие извинений или подобие подобия извинений, но парень молчит. Приходится начать самому: — Во-первых, я попрошу выключить музыку. — Он просит выключить музыку! — зачем-то повторяет Гонсу, и это заставляет Сана испытать испанский стыд. Ему не нужны подпёздывания, он может справиться и сам. Хотя приехавшему в любом случае плевать на требования. Стоит себе, качается. В этом явно недешёвом пальто нараспашку, рядом с блестящим BMW… А его ли он вообще? Тут много таких, кто гоняет на родительских, но с ними не возникает проблем. А этот кадр выглядит слишком молодо для того, кто сам заработал на такую тачку. Даже если она подержанная. Впрочем, она может быть и подарком. Сан уже почти забыл, что такая категория вещей существует. — Опустим, что ты явно пьяный. Это не моя ответственность. Но ты въехал на территорию стоянки и… — руки Сана непроизвольно показывают на рвоту. — Сделал это. Ещё, как мне сообщили, не хочешь ставить машину согласно требованиям. Тебе как вообще, нормально? — Не очень, но спасибо, что спросили, — наконец отвечает незнакомец, поправляя чёлку. Он задерживает мутный взгляд на рубашке Сана, надетой сугубо на эту блядскую работу. — О. Так вы… Вы охранники? Сейчас будете разбираться со мной? — Не игнорировать же этот позор? — Ничего личного, но единственное из позорного здесь — только его усы, — парень показывает на Гонсу. — Просто факты. Тот моментально вскипает от возмущения, а Сан еле сдерживает смешок. Не очень корректно смеяться над подобным (находись рядом Лим, Сан бы уже валялся в ближайшей канаве, расфасованный по пакетам), но замечание забавное. Однако оно ничего не значит. — Без оскорблений, — делает серьёзное лицо Сан. Гонсу, услышав это, расцветает. — Повторяю ещё раз: оффни музыку. Затем нормально припаркуйся, оплати место и иди на все четыре стороны. Если, конечно, ты помнишь, куда именно тебе нужно. Только при таком раскладе мы избежим конфликта. Я ясно выражаюсь? Парень нехотя вырубает музыку, но в машину не садится и тем более не спешит её парковать. Возвращается обратно к Сану и продолжает хлопать своими глазами. Сан пытается его понять: просто издевается, желая наебать систему, или реально не соображает? — Выполнена лишь четверть требований, — говорит Сан. — Даже не половина. — Ах, а я как раз всегда был плох в математике, — отвечает парень. — Самый тупой предмет в мире, согласны? Господь, какой он бесячий. Весь вылизанный, причёсанный, не доебаться даже до обуви — она сверкает; но в то же время блюющий фонтаном без угрызений совести. Думает, что ему всё сойдёт с рук. Может, в его крови не только бухло, но и что-то похуже. Пока Гонсу пробует продолжить диалог (тщетно), Сан думает, как поступить. Во-первых, хочется узнать имя человека, посягнувшего на его покой. Во-вторых, узнать возраст. Точно ли он совершеннолетний? Выглядит на двадцать, но мало ли, верно? По тому же Минги не скажешь, что он вылупился в 99-ом. Самому Сану не раз давали года на три больше, чем есть. В-третьих, узнать, какого чёрта он решил усложнить себе жизнь, заехав на стоянку, а не оставив тачку у нужного дома? Но здесь ответ на поверхности: пьянь есть пьянь. Грёбаный Крейзи Фрог без логики. Сану ничего не стоит справиться и с таким. — Сан, я сдаюсь, я не вывожу его больше, — жалуется Гонсу. — Даю последний шанс разрешить всё мирным путём, — переходит в наступление Сан. — Если никак, то тогда я вынужден попросить документы. — Брось это, — парень подходит ближе. В ноздри бьёт сильный запах алкоголя и слабый — рвоты, но улавливается и туалетная вода. И нотки конкретной охуевшести. — Со мной приказной тон не сработает. Я же… Я ничего не сделал? Шеф, я ничего, совсем ничегошеньки не сделал! — и вот его рука якобы шуточно бьёт Сана по груди. — Ничего! Ничего! Не надо меня наказывать! — Так, ну это уже слишком, — перехватывает чужую конечность Сан. Дешёвое эгьё он терпеть не будет точно. — Я же говорил, он неуправляемый, — подливает масло в огонь сын Лима. Ещё хоть слово и от него, то Сан за себя не отвечает. — Документы, — повторяет он. — А мы так и будем стоять? — незнакомец намекает на руку Сана, которая всё ещё держит руку его. После того, как Сан её убирает, продолжает: — Документы есть, не ругайтесь. В бардачке моей ласточки. Принести? Разум подсказывает Сану, что, если он позволит этому недоразумению сдвинуться с места, представление опять затянется на долгие минуты. Поэтому он подаёт знак Гонсу — движением головы и полушёпотом просит его припарковать автомобиль в ближайшем свободном месте и заодно захватить удостоверение. Тот жестом показывает «окей» и медленно ретируется в сторону машины. Оставляя Сана наедине с ним. Чхве не уверен, стоит ли отвлекать разговорами недоводителя. Кажется, пройди тут караван верблюдов, тот их не заметит. Не заметит и Girls’ Generation в золотом составе, окажись они здесь. — А воды у вас не найдётся? — вдруг спрашивает парень. — Мне нехорошо. — О, неужели? Водички захотел? — скрещивает руки на груди Сан. — Может, ещё что-то? Ты делись, не стесняйся. — Нет, только воды. — Не думаю, что ты заслужил. — Но вода — базовая человеческая потребность! Без неё люди умирают! Последнюю фразу он говорит так… мило, что Сан теряется. У него вообще довольно интересный и звонкий голос. У Сана, кажется, в окружении нет людей с таким тембром. Только из-за него он задумывается о том, а не принести ли воды человеку, которому, как ни крути, сделалось плохо. С интоксикацией лучше не шутить. — Вода будет, как только мы со всем разберёмся. С твоим возрастом, например. — А что с моим возрастом? — не понимает собеседник. — Девятнадцать есть? — Насколько я помню, да. — Допустим. А наличные найдутся? У нас здесь лучше купюрами, чем безналичными способами. Сан даже комментировать не будет тот факт, что господин Лим решил отказаться от элементарного PayPass. Просто, блять, не будет. — Деньги? — удивляется парень. — Эта стоянка платная, что ли?! — Ты не местный, да? — Упаси боже. А вот Сана не уберегли. Он вырос и живёт в трущобах неподалёку и подработать также устроился рядом с малой родиной. Каждый день он видит давно выученные и приевшиеся дома и маршруты, более того, он — их неотъемлемая часть. Конечно, всё ещё безымянный парень не отсюда. Это видно. Сан не знает, какой у него взгляд на трезвую голову, но даже в состоянии опьянения у владельца BMW глаза человека, который не просыпается здесь. — Расценки не кусаются. Тем более, мне сказали, ты зарулил сюда ненадолго, — вспоминает Сан слова Гонсу. — Я приехал к другу, да. Вот только… Только я, походу, забыл в каком он доме живёт. Сан не успевает съязвить в ответ, потому что возвращается Гонсу. Он показывает на идеально припаркованную тачку, передаёт ключи с документами и явно ожидает похвалы, но Сан просто хлопает его по плечу. Внутри него бушует любопытство, он хочет понять, как обращаться к… — Чон Уён, значит. Двадцать два года. Отлично, — читает информацию Сан. Он не вчитывается в остальное, акцентируя внимание на фотографии. На ней этот Уён гораздо полнее, чем сейчас, и вообще какой-то другой. Ну, оно понятно — тот случай, когда время пошло на пользу. Собственно, Сан получает ответы на вопросы, и дело остаётся за малым. За оплатой автомобильного места и заполнением журнала учёта. Чтоб его. — Нужно пройти вон туда для оплаты, — Сан показывает в сторону обшарпанного домика. И если Гонсу уже вовсю топает в том направлении, то с этим Уёном вновь возникают проблемки. Парень стоит на месте с застывшим лицом, он вертел всё происходящее на одном месте. — Реально, забыл дом моего Ёсана. Забыл его дом! — словно в бреду говорит он, озираясь по сторонам. — Где я?.. Сану начинает казаться, что его прокляли. Сначала одолжили так нужные деньги, потом их потребовали в срочном порядке назад, отняли наушники и теперь подкинули это. Пьяного ровесника, приехавшего к хуй пойми кому и заблевавшего въезд на стоянку. Всей этой вакханалии нет и десяти минут, но она порядком утомила. — … я забыл его адрес, забыл адрес! Ещё немного, и вывозить перестанет не только Гонсу, но и Сан. — Что тебе мешает ему позвонить и узнать? — подкидывает он идею, но не забывает напомнить о насущном: — Только чуть позже, договорились? Оплатишь и выяснишь всё. В какой момент Сан стал… сюсюкаться? Нужно срочно прекращать. — У меня сел телефон. Как я смогу ему дозвониться?! Сука. Бляздец. — Я дам позвонить с моего, если ты соизволишь сдвинуться с места и заплатить за сраную парковку! В чём твоя проблема? Чем вы думаете, когда садитесь пьяными за руль? Пара таких выходок, и ты довыёбываешься до суда, и плакали твои права. Сколько там твоим, меньше года?.. Удивительно, как ты в таком состоянии вообще живой сюда добрался. Боже, зачем я распинаюсь, — вскипает Чхве. — Я ведь даже не инспектор, а простой сторож. Не мне читать морали с профессорским видом. В общем, всё просто: платишь или валишь. В любой момент могут приехать другие машины, я должен делать свою работу. — Какой злой сторож, — паника Уёна утихает, на её место приходит блаженная улыбка. — Самый злой на свете. Ответка (а точнее, стрелка) у Сана находится не сразу: — Зато ты наплевал на социальную дистанцию. Тут явно не полтора метра, не находишь? — Ага, меньше, — кивает Уён. — А говорил, что плох в математике. — Когда я успел такое сказать? — Проехали. Расплачиваться идёшь? Но Уён никуда не идёт, потому что его повторно рвёт.

♋ ♐

— Отцу это не понравится. — Это вынужденная мера, Гонсу. Я не мог оставить его на улице. — Стоило вызвать скорую. — Слушай, ну он же в сознании и вполне бодренький. Его полоскало, но теперь это позади. — Он не выглядит так, словно скоро проснётся. «Завали уже ебало, Гонсу», думает Сан, открывая окошко будки для проветривания. Да, проветривать и чистить есть что, да, в целом ситуация сомнительна, но что он должен был делать? Оставлять человека с очевидно плохим самочувствием и потерей ориентации ночью на стоянке? Сан дуется на весь мир, его выводят из себя пьяные мудаки, но это не повод не помогать. А Гонсу уже давненько пора удалиться, Сан не нанимался проводить с ним все ночи напролёт. Чего он вообще нотации читает? Боится отхватить от папочки? Так не за что. Сан же не прописал Уёна в этой будке, а всего-то дал возможность прийти в себя. Напоил водой, уложил на диване, выдал пакет для грязных дел. Час, два максимум — и они разойдутся, как в море корабли. Ещё четверо водителей оставляют свои машины, один даже на неделю. Район готовится ко сну, в высотках остаётся всё меньше светящихся окон. Сану удаётся нашпиговать Гонсу обещаниями («конечно, я возьму с него плату, как я могу забыть?») и выпроводить его в половине двенадцатого. Но спокойно выдохнуть не получается. Причина этого лежит в метре от Сана. Скрюченный в позе эмбриона, местами перепачканный, отказавшийся снять пальто… Чон Уён. Взялся непонятно откуда. Вроде бы спит и спит крепко, иногда шмыгая носом. Удивительно, но он уже не вызывает у Сана неприязни. Только беспокойство, наверное. Сан оборачивается посмотреть на него раза три в минуту, но пледом накрыть не решается. Когда время подходит к часу, прилетает смс от Минги. — О, ты соизволил спросить, чем я занимаюсь, — вслух читает сообщение Сан. На ум ничего не приходит, потому что он ничем не занят, не считая периодического мониторинга стоянки. Подумав, Сан отправляет другу фотку спящего Уёна без каких-либо подписей. Так делать не очень красиво, но плевать, пусть Сон Минги поломает голову. Тот не заставляет себя долго ждать: «кто это? ты где-то зависаешь сейчас? без меня?». И следом: «ну да, ну да, пошёл я нахер». — Для профилактики тебе туда сходить не помешает, — тихо говорит Сан. Вместо этого он отправляет эмодзи чёрной луны. Ему хочется, чтобы Минги с ума сошёл от интереса. «ты на свидании, чхве сан?» Не въебаться свидание, всем бы таких. «ааа нет, ты же на работе! это тот дурачок Гонсу?». На периферии сознания проносится мысль, что Сан был бы не против, выгляди Гонсу так. При всём уважении (которого нет), его усы и зацикленность на автомобильной теме действительно тошнотворны. И эта вечная прилипчивость… Уён на его фоне выигрывает. Он, конечно, не Сонхва и не Чонхо, если брать внешность. Совершенно другой, что-то новое на памяти Сана. «нет, не он», отвечает Сан и кладёт телефон на стол. Видимо, кладёт слишком шумно, потому что от этого просыпается Уён. Какое-то время они смотрят друг на друга в абсолютной тишине. Один восстанавливает хронологию, выпучивая глаза при виде облёванных участков пальто и пакета, второй за этим наблюдает. Самая странная смена из всех, что уже были. И из тех, что ещё впереди. Уён вскакивает с места, когда замечает изображения тачек на мониторе. — Я… Не знаю, как тебя зовут, но мне очень стыдно. Серьёзно, я не вру! Я помню сегодняшний вечер обрывками, — оправдывается он. — Я ехал к другу, но по пути заехал в бар. Нужно было забрать у другого дружочка одну вещь, пить я не собирался. Как так получилось — ума не приложу! Я что-то здесь натворил, да?.. Шумно себя вёл? У меня иногда бывает по пьяни, но в большинстве случаев я держусь. Господи, стыдоба нереальная-я… — Спящим ты меня устраивал больше, — говорит Сан. Ему хочется утопить Уёна в сарказме, но он выбирает иной путь. — Как состояние-то? Под рукой была только вода. — После таких извержений намного лучше. Где-то 5 из 10, — Уён наконец снимает с себя пальто и швыряет его куда-то в угол. Сану открывается вид на его чёрную футболку и общую стройность. — Но «вертолёты» присутствуют. — Если бы у меня был активированный уголь или что-то подобное, я бы поделился. — Меня воскресит только нормальный сон. Сколько сейчас времени? — Десять минут второго. — Сколько? — ахает Уён. — Ёсан меня убьёт. Нет, реально, прямо с дерьмом сожрёт. Ёсан — это… — Я в курсе. Твой здешний друг, адрес которого ты забыл. Кстати, как такое возможно? — Что именно? — Забыть адрес друга, — поясняет Сан. — То есть, я, бывало, тоже перепивал, но адреса и номера помнил. — Это его новый адрес, я как раз ехал поздравлять с новосельем. Охуенно поздравил. Сейчас он по-любому спит, мне совесть не позволит к нему сейчас топать, — с печалью говорит Уён. Через мгновение он уже меняет тему. — Так как тебя зовут? — Сан. — Приятно познакомиться, Сан, — протягивает руку Уён, и они обмениваются рукопожатиями. — Самый добрый сторож на свете. — Был самым злым не так давно, — напоминает Чхве. — Это я так сказал? Клянусь, за меня говорили выпитые шоты, никак не я. Оба усмехаются, как бы подытоживая диалог, но расставаться не спешат. Уён начинает хаотично искать свой телефон по будке, параллельно комментируя её тесноту и не то чтобы комфортную температуру. Айфон обнаруживается в складке дивана. Выясняется, что он не разряженный, как заявлял Уён, а всего-навсего вырубленный им же самим в пьяном угаре. Сан возвращает ему ключи и удостоверение, но вместо «вот и всё, помог чем мог, го на выход», изо рта вылетает другое. Совсем-совсем другое. — Знаешь, у меня тут завалялся зелёный чай. Я сам по кофе больше, это второй сторож чаи гоняет. Могу тебе сделать, после него должно стать легче. Главное — не схватить пиздюлей от своего коллеги по цеху. Тэмин-хён неплохой, но шесть дней в неделю встаёт не с той ноги и порой задевает Сана своей пассивной агрессией. Его сторожевой стаж перевалил за три года, о большем он и не мечтает, будучи довольным своей жизнью-тухлятиной. За два использованных пакетика чая убить не должен. Наверное?.. Ух, жизнь Сана — такие американские горки! — Можно, спасибочки, — соглашается Уён. — Только сообщу братану, что жив. …Чайная церемония в метровой будке на сеульской окраине проводится отнюдь не в тишине. К двум часам Сана и Уёна становится не заткнуть. Инцидента с пьяными выебонами как не бывало, плохое первое впечатление рассеялось и ушло. Сан говорит о себе, делая акцент на жизни прошлой, а не на той, что проживает сейчас — это принцип; Уён много шутит, жизнь для него — шутка-прибаутка с редкими переключениями на серьёзные ситуации. В какой-то момент он изъявляет желание посмотреть на камеры, прямо как ребёнок, пришедший к маме на работу поиграться в компьютер. Сан разрешает. Кружка, вторая. На третьей усталость начинает брать верх, и Сан залипает на всяких вещах. Одной из таких становятся руки нового знакомого. Про некоторых говорят: «Лень родилась вперёд тебя». К Чхве Сану применимо другое — раньше него родилась привычка оценивать руки каждого парня, оказавшегося поблизости (да и самих парней в принципе, если на то пошло). Уён — не исключение. Сан даже не скрывает своего жадного взгляда на венах его предплечий, на длинных пальцах (и не совсем прямых средних), на серебряных кольцах. Переходит к волосам, подсвечиваемым трескучей лампой. Длина такая, что либо кромсать, либо отращивать. Такому лицу пойдёт всё. Ещё пара сантиметров, и их причёски будут идентичными. Магия, но со спины Уён и так напоминает его самого. Этакий разговорчивый близнец с некоторыми отличиями. BMW, стоящий снаружи — одно из них. Двоякое чувство. Чувство, когда хочешь, чтобы человек ушёл с глаз долой, но в то же время хочешь, чтобы он остался. «Съебись», думает Сан, когда Уён начинает заваливать неуместными вопросами про зарплату. «Задержись», думает Сан, видя Уёна скучающим. Съебись-задержись-съебись. Нет, лучше всё-таки останься. Разбавь своим классным голосом треск лампы и гудение монитора. Когда пора расходиться таки настаёт, Уён расстраивает Сана. Базару нет: он осыпает благодарностями, не жалеет извинений, отвешивает комплимент его ямочкам, но даже не тянется за кошельком, чтобы сделать самое, блять, основное. То, что должно было произойти изначально. Чон Уён собирается уйти, не заплатив.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты