Память, которой нет

      Пока Алира приводила себя в порядок, Август успел не только приготовить чай и распаковать коробку со свежими булочками, но и даже немного прибрать кухню от каких-то оберток и упаковок. Конечно, вся его уборка свелась к простому «если не видно, значит, ничего и нет», но кухня приобрела обманно-приличный вид.       Алира появилась на пороге все также босая, с ее волос стекала вода прямо на пол, но она хотя бы пришла в нормальное состояние и походила на человека. -Садись, — Руквуд указал ей напротив себя и Розье послушно села. Маг придвинул к ней чашку и тарелку. -Ешь. Тебе что, все указывать надо?       Алира взяла двумя пальцами булочку с тарелки, подержала ее немного и опустила на столешницу. -Как Рабастан?       Руквуд всегда любил поиграть с жертвами. Алира, конечно, не была его жертвой, а была всего лишь обязана ему всем, но он не мог отказать себе в маленьком удовольствии и слегка потомить ее ожиданием. Он неторопливо пригубил чай, потом разломал булочку пополам, съел кусочек, прожевал, не торопясь, и только после этого, встретив ее взгляд, спросил: -А что ты хочешь знать? Он тебя любил, ну, пока ты была жива. Он тебя любил и сейчас страдает. -Я тоже, — губы Алиры едва заметно шевельнулись. -Ну да, — Руквуд не стал спорить, предпочитая всем своим видом показывать то, что ему, в общем-то, плевать, страдает она или нет. -Сам же знаешь! — Алира попыталась вскочить, но произошло это неудачно. Она не рассчитала силу своего бешенства и вскочила так, что слегка запнулась о стул, и только то, что она успела выставить руки перед собой, спасло ее от не самого красивого впечатывания в столешницу.       Руквуд даже не дернулся. Алира, как-то разом обессилев, упала обратно на стул и всхлипнула. -Если влетела по дурости, теперь расхлебывай, — Август пододвинул к ней кружку с чаем. — Я говорил тебе, Алира, я предупреждал, чтобы ты не попадалась Дамблдору. Его методы едва ли лучше наших.       Алира торопливо вытерла глаза рукавом, судорожно вздохнула, пытаясь успокоиться. Август Руквуд — это не Рабастан, который может и вспылить, но пожалеет. Это не Алекто, которая заплачет, всплеснет руками и спросит: «как же так?» И это даже не ее брат, который, хоть и сволочь, но все же…       Это Руквуд. Рассудительный и ловкий. -Благо, — продолжал Август, — тебе хватило мозгов хоть ко мне прийти. -Я не верила в то, что ты мне поможешь, — честно призналась Алира, ее голос все еще дрожал, вздрагивал. Но слезы не значили для Руквуда ничего и она могла хоть вся на них изойти, а он бы и не шевельнулся. -Ты моя страховка, — честно ответил маг. — Геллерт верил, что он победит. И он почти победил, но в последний момент произошло то, чего нельзя было предугадать. Здесь та же ситуация. Я верю в Лорда и в его победу, но всегда есть то, чего можно не предугадать. И ты, по дурости своей, теперь моя страховка.       Алира дрожащей рукой схватилась за чашку и ткнулась в нее, будто бы она могла ее защитить. -Если Лорд падет, — продолжал Август, спокойно разламывая булочку, — ты моя страховка от Ордена. Ты скажешь, что я тебя спас. К тому же, раз уж ты вынужденная их шпионка — теперь я определяю, что ты им сообщаешь. -Они мне не поверят, — Алира поежилась. -Тогда тебя все равно считают мертвой, — Руквуд улыбнулся, — Алира, ты влипла. У тебя нет выхода. Лорд тебя считает мертвой, Рабастан, Рудольфус, Кэрроу…все! Только я знаю, что ты жива. Ну и Дамблдор. Но он не знает, как тебе это удалось. -Он спросит! — Алира взглянула на него с вызовом, который выглядел до жути нелепо. Алира утратила всяческую силу сейчас и была слабее последнего маггла и ее попытка казаться грозной не вызвала ничего, кроме смеха. -Так скажешь! — таким же тоном им когда-то объясняли, что нельзя разливать бурлящий котел Взрывного Зелья по склянкам прямо с огня. Тоном, предназначенным для альтернативно одаренных.       Алира замолчала, обиженно отвернулась к окну. Руквуд откинулся на спинку стула: ему было хорошо и весело. Он мнил себя сейчас могущественнее всех, в его руках был путь отступления ко всем вариантам, нет, Алире, в самом деле могли не поверить и не допустить еще до Ордена Феникса, но, если Дамблдор вынудил ее сливать информацию… -Ты не знаешь, как я это сделал, не так ли? — Август наслаждался своим триумфом. -Ты назначил мне встречу в какой-то дыре, забрал мою палочку и притащил сюда! — Алира взглянула на него, и в этом взгляде было бешенство и безысходность — она в самом деле не знала, как ему удалось. -А подумать? — Руквуду стало весело. — Ну хоть минуту? -Я все перепробовала, обо всем передумала! — Алира встала, на этот раз ровно и сдержанно. — Оборотное зелье, трансфигурация, отвлечение внимания, изменение внешности…все, так или иначе, рассеивается со смертью! -Дура и есть, — удовлетворенно кивнул Август, — Лорд не знал тебя внешне настолько хорошо, к твоему счастью. Но я не хотел рисковать и потому…пришлось мне очень постараться, чтобы создать тебя. -Создать? — Алира, разглядывающая холодный и мрачный пейзаж за окном, круто повернулась. Она еще не понимала. -Двойник, — Руквуд щелкнул пальцами. — Магглы давно додумались до этого, а мы — нет. Мы все друг друга так, или иначе, знаем, особенно чистокровных. Между тем, магглы давно уже крутят такую идею. Я нашел девушку, похожую на тебя. Те же черты лица, те же волосы, те же губы и рост. Ее палочку я дал ей, облачил ее в твою мантию и, напоив ее изрядно, нанес ей первый удар, чтобы перестраховаться.       Алира обмерла. Она застыла, не смея шевельнуться. ей представилось, как над нею, такой похожей, плачет Алекто и как Рабастан…       Алиру качнуло. -Мы не ангелы, — равнодушно заметил Руквуд, — я прогнал ее по нескольким, эм…салонам, чтобы добиться полного сходства. Цени мои труды, Розье!       Розье молчала, не в силах выдавить из себя и слова. Она не знала, как реагировать, с одной стороны, жизнь маггловской девушки не должна была ее тревожить, но это была такая странная ситуация, такая жестокая. -В конце концов, это невежливо, — мягко попенял Август, — ну да ладно. спишу на шок от гениальной простоты моего изобретения. Когда будешь говорить с Дамблдором, скажешь, что тебе помог друг. Имя не смей называть — урою так глубоко, что ни один червь не найдет. Расскажешь ему про маггловскую девушку, но выставишь это так, как будто бы это был твой план. Скажешь, что готова в обмен на свою грязную и ничтожную жизнь служить Ордену и бороться с нами… -Не поверит, — прошелестела Алира. -Убью, — в тон ответил Руквуд, — и не пожалею, все равно ты уже мертва. Так вот, Алира, когда ты скажешь, что готова служить Ордену и войдешь в него, черт, из-за твоего «не поверит» я едва не потерял нить! А, вот…когда это произойдет, ты поделишься с ним маленькой информацией, назовешь пару имен, ну, чтобы уменьшить подозрения. А потом будешь сдавать Дамблдору то, что я тебе скажу. -Я не хочу, чтобы Рабастан страдал, — Алира снова всхлипнула. Руквуд разозлился: -По этой причине ты, очевидно, спала с его братом, и, опять же, будем честны — не только с ним?! к тому же — ты сама сделала свой выбор, не будь ты дурой, ожидала бы сейчас вашего наследника в его постельке, а не здесь!       Алира обхватила голову руками — ее пронзила невиданная прежде боль, она застонала, и на мгновение даже ослепла и оглохла от боли. К горлу подкатил комок… -Давай так, — Руквуд был жесток, но даже его проняло от того куска несчастья, в который обратилась Алира, вернее, сначала проняло, а потом он понял, как это использовать, — если ты не будешь меня подводить, я дам понять Рабастану, что ты жива. Потом, когда ты будешь мне не нужна, когда оставишь Дамблдору свидетельство о том, что я тебе помог, я отпущу тебя и катись ты на все четыре стороны! -Отпустишь? — Алира охрипла от неожиданности. -Да, — солгал Руквуд. — Будешь жить с чистого листа, как маггл. Ну, уйдешь подальше от Англии. Может быть, и Рабастан за тобой последует. А? Алира? Давай по-хорошему договоримся: я тебе помог, спрятал тебя от смерти и сейчас не выдаю. Помоги и ты мне, избавь меня от нескольких моих врагов, назови их в числе пожирателей смерти, их отправят в тюрьму, обеспечь мне, в случае провала, спасение, а потом…ни на один силок ты мне не сдалась! Не ты, не твой ребенок. Ну?       Алира колебалась недолго. Руквуд хоть и представил дело так, как будто у нее есть выбор, но выбора не было и она, немного покусав губы до крови, ответила, смиряясь: -Я сделаю то, что ты скажешь. -Прекрасно! Скрепим наш договор чаем и переломим эту булочку с чудесным, нежным, тающим кремом…       Руквуд снова преисполнился обаяния, но в его мысленном взоре уже проявилась замечательная картинка — лицо Рудольфуса Лейстренджа, когда он узнает, что Алира жива…