Лживые поступки

      В очередной раз оказавшись в кабинете директора Хогвартса, Гарри сидел напротив занимавшего его в настоящее время многоуважаемого старика, Альбуса Дамблдора, стараясь унять дрожь в руках.       Хоть он и не был причастен к новому нападению, его изрядно напугало то, что вот всего несколько минут назад он общался, смеялся с мадам Пинс и Гермионой, а затем неожиданно происходит новое нападение, жертвами которого стали именно эти две волшебницы.       Сидящий справа от него Северус Снейп явно что-то подозревал о его волнении, но ничего по данному поводу не говорил. За что мальчик был ему благодарен — обсуждать свои чувства было лишним, брюнет не умел говорить о них. Всё детство, проведённое с Дурслями до появления Ады, ими никто не интересовался. А она и по сей день вместе с Терри, Лайзой, Ханной и Сьюзен беспокоилась о его самочувствии, отчего Гарри был счастлив называть их своими друзьями.       — Мистер Поттер, будьте добры рассказать нам то, что вам непосредственно известно? — начал разговор молчавший до сие момента директор.       — Мне больше нечего добавить к уже сказанному ранее, профессор Дамблдор.       — Уверены? — вставил своё язвительное слово Северус.       — Я вышел из гостиной, поскольку забыл спросить у Гермионы насчёт её домашнего задания, — повторил мальчик, вздохнув.       — Домашнего задания? — поинтересовалась удивлённая Минерва.       Профессор трансфигурации не понаслышке знала о прекрасной успеваемости Поттера. Для неё было удивлением услышать, что второкурсник вдруг решил поинтересоваться о домашнем задании у той, которая лишь немного отставала от когтевранца по успеваемости. Профессор Флитвик лишь со смехом крякнул, чуть взбудораженно подпрыгнув в своём кресле. Профессор зельеварения при упоминании успеваемости столь ненавистного ученика лишь скривил краешек губ. Ему и подумать было противно, что и по его предмету Гарри хорошо справлялся.       — Да, она попросила у меня совета в домашнем задании по трансфигурации, которое я уже выполнил. Меня частенько о подобном спрашивают, так что ничего необычного.       — Похвально, мистер Поттер, что вы делаете домашнее задание задолго до следующего урока, — улыбнулась мальчику Минерва, тот застенчиво кивнул головой.       — Уверена, вы великолепно с ним справились.       — Надеюсь вас не разочаровать, профессор Макгонагалл.       — Так получается, вы, мистер Поттер, вышли из гостиной, дабы нагнать мисс Грейнджер?       — Именно, — кивнул головой мальчик.       — Гнусная ложь! — внезапно воскликнул Северус.       — Что вы имеете в виду, Северус? — вкрадчиво поинтересовался у своего коллеги Флитвик.       — По моему мнению, мистер Поттер, — скривившись после произношения данной фамилии, Северус продолжил, — что-то не договаривает.       — Боюсь, что это не так, профессор Снейп. Я вышел из гостиной и, не успев даже сделать пары шагов, увидел окаменевших Гермиону и мадам Пинс.       — Хорошо. Мы услышали вас, мистер Поттер. Думаю, Альбус, я могу отвести своего ученика обратно в гостиную?       — Разумеется, ведь урок по травологии отменён, — кивнул директор.       Гарри вместе со своим деканом встали со своих мест и направились к выходу.       Идя к кабинетной двери, мальчик услышал позади себя вопрос от директора Дамблдора.       — Гарри, скажи, тебе что-то ещё известно об этих нападениях?       — Нет, сэр, — поспешно отозвался Гарри.       Слегка растерянный, Дамблдор откинулся в кресле:       — Можешь идти, Гарри…       Гарри вместе с Флитвиком вышли из кабинета, спустившись по винтовой лестнице, вышли в полутёмный коридор к горгулье.

***

      — Гарри, безусловно, талантливый мальчик, я думаю, мои коллеги со мной согласятся. Отлично справляется не только по чарам и трансфигурации, но и довольно успешен в зельеварение, — с добродушной улыбкой старого человека начал внезапно восхвалять ребёнка Альбус перед своими коллегами.       — Да, но уж слишком чем-то загруженный. Может, ему подливать какое-нибудь зелье, чтобы он улыбался почаще? — предложила профессор Стебль. — К тому же, даже несмотря на двенадцатилетний возраст, как взглянет своими большими зеленющими глазами, так у меня в классе большинство девчонок по нему вздыхать начинают. И это в его-то возрасте, коллеги! А что дальше будет?       — И у меня похожие случаи есть. Когда колдовать начинают, сразу оглядываются. Не смотрит ли на них Гарри? Да, даже если другой курс, они прямо на уроке умудряются его колдографиями любоваться. Мистер Криви же понаделал много снимков, я слышала, у него их даже покупали, а тот и рад, — вздохнула Минерва.       Все присутствующие вздрогнули, как только услышали яростный скрип зубов профессора Снейпа. Он молчал, но скрип зубов был чудовищным. Коллеги и предположить не могли, что мрачный «Ужас Подземелий» приказал домовикам Хогвартса очищать женские спальни Слизерина от колдографий обожаемого всеми Поттера. По слухам многие девушки буквально таяли от выразительных, милых, очаровывающих глаз двенадцатилетнего мальчика. И эти слухи явно не нравились Северусу. Он и звучание ненавистной фамилии с трудом вытерпеть мог. А тут ещё и его студентки стали чуть ли не обожествлять проклятого сопляка.       Однако, чего уж точно не ожидал никто из преподавателей, так это внезапного появления нескольких авроров во главе с самой Амелией Боунс.       Женщина была чуть выше среднего роста, являлась обладательницей очень бледной, не поддающейся загару, кожи, чему, как ни странно, сама была рада. Загар бы ей просто не пошёл, а так её внешний вид навевает на мысли о старинных полотнах с изображением аристократичных леди. В этот же образ вписываются изящные черты лица: прямой нос, тонкие губы, а также светло-русые волосы, обычно собранные в узел на затылке. Впрочем, с прическами Амелия постоянно экспериментировала — её часто можно было увидеть как с ниспадающими на плечи локонами, так и с короткой стрижкой, чем она однажды повергла в шок старого преподавателя Истории Магии. Глаза орехового оттенка в зависимости от освещения менялись от зелёного до светло-карего. Лёгкий румянец на щеках. Из особых примет — родинка справа над верхней губой. Спортивное телосложение, никаких шикарных форм. Ни на каких диетах в жизни не сидела. «Просто быстрый обмен веществ», — как говорили те, кому с ним повезло намного меньше.       — Амелия, добрый день, какими судьбами заглянули к старику? — с добродушной улыбкой старика начал диалог Альбус.       Авроры с «каменными» выражениями лиц едва ли не окружили женщину, одаривая каждого присутствующего в кабинете директора твёрдым взглядом.       — По важному делу, Альбус. Мы можем переговорить наедине? — с явным намёком на профессоров поинтересовалась, Амелия.       — Да-да, конечно, коллеги, будьте добры, — попросил своих профессоров Альбус, и те послушно начали выходить из кабинета.       — Так в чём, собственно, дело?       — Для начала мне хотелось бы знать, по какой причине, Альбус, вы не оповестили Аврорат или Министра Магии, в конце концов, о жертвах в школе?       — Ж-жертвах? — явно не ожидавший такой темы чуть заикнулся Дамблдор под смешки портретов прошлых директоров.       — Именно, о жертвах, — уверенно подтвердила Амелия.       — Боюсь, я не совсем понимаю, о каких, собственно, жертвах идёт речь.       — Не нужно делать из нас дураков, Альбус. Мне прекрасно известно, что творится в Хогвартсе. Как мне сообщили, в школе происходят нападения на учеников, благо по сей день удалось избежать смертей, но надолго ли? Неизвестно. Ведь мы не знаем, что может быть в голове преступника, и каков будет его следующий шаг, и рисковать мы не можем. Сами должны понимать, на карту поставлены жизни детей, мы просто обязаны ответить и предотвратить нападения неизвестного, пока дела не обстояли ещё хуже, чем есть на данный момент.       — Попрошу заметить, что никаких жертв с летальным исходом нет…       — Это не отменяет того факта, что вы, Альбус, преднамеренно, как я полагаю, не сообщили в Министерство для оказания помощи школе. Министр дал чёткие указания: найти виновника во всех этих происшествиях и наказать, и мы собираемся исполнить его волю, его слово, и окажем вам помощь в поимке преступника, которому светит очень длинный срок в Азкабане. И я очень, очень надеюсь, Альбус, что вы не будете мешать нам выполнять наши прямые обязанности.       — Министерство не имеет никакого права вмешиваться в дела Хогвартса. И вам, Амелия, это прекрасно известно.       — Если это не касается непосредственно жизни находящихся в школе учеников.       Воцарилось молчание между двумя взрослыми людьми, пока Альбус с Амелией переговаривались, пока портреты прошлых директоров открыто подслушивали, Авроры с прямыми спинами стояли, практически не обращая внимания на суть разговора — их задача была следовать за Амелией Боунс и выполнять приказы начальства, что они собственно и делали. Наконец женщина откашлялась и, поднявшись со своего места, отчего Авроры подобрались, с твёрдым, уверенным взглядом поставила директора Дамблдора перед фактом:       — С этого момента, Альбус, в Хогвартс будут прибывать Авроры, и будут они тут находиться, пока не улягутся обстоятельства с жертвами.       — Но, Амелия?..       — Альбус, это распоряжение Министра, и к тому же, большинство родителей крайне обеспокоены происходящим в школе. И их понять можно.       — Это всё?       — Да, на этом всё, доброго вам дня, Альбус, — вежливо попрощалась со стариком женщина.       — И вам того же, Амелия… — кивнул вслед уходящим работникам Министерства директор, нахмурившись из-за непредвиденно возникших обстоятельств.

***

      Последний урок травологии в семестре был отменён — профессор Стебль хотела сама укутать мандрагоры, чтобы они поскорее выросли.       Без них целебный настой для миссис Норрис, Колина Криви, Гермионы Грейнджер и мадам Пинс не приготовишь.       Вместо урока трое друзей отправились в общую гостиную Когтеврана.       Гарри расфокусированным взглядом смотрел на танцующий в камине огонь. Все его мысли были только о том, что по замку ползает огромный Василиск. И ведь только ему про это известно.       Хотя была вероятность, что директор также мог догадываться о наличии существа в глубинах Хогвартса. Может, у него есть связь с замком? Только учитывая тот факт, что он пропустил горного тролля в школу, появлялись соответствующие вопросы.       А тут змея большая ползает. И ведь даже непонятно, в курсе ли профессор Дамблдор? Всё может быть. А если и знает, то тогда почему ничего не предпринимает? Хороший вопрос, ответ на который знает, пожалуй, лишь сам директор.       Также Гарри размышлял насчёт Локхарта. К его большому сожалению, тётя Сьюзен не смогла предъявить мужчине каких-либо серьёзных обвинений, и соответственно им пришлось отпустить его, отчего тот вскоре вновь оказался в Хогвартсе, вернувшись к преподаванию Защиты от Тёмных Искусств. Единственное, что в действительности удивило брюнета, так это ярое желание кумира практически всех девчонок встретиться с когтевранцем один на один в его кабинете. В ходе разговора Гарри увидел, насколько мог быть серьёзным Локхарт — наконец он увидел не вечно улыбающегося мужчину, а глядящего на него с серьёзным выражением лица преподавателя.       Профессор ЗоТи решил предложить Мальчику–Который–Выжил эдакое мирное соглашение, сделав предложение, суть которого сводилась к тому, что они, как две наиболее известные личности нынешнего времени, должны сотрудничать и не мешать друг другу. Мужчина с удивительной ловкостью в словах старался склонить Гарри на свою сторону, ведь если такой известный, умный, способный ученик признает его профпригодность, каждый обитатель Хогвартса, наконец, убедится, что именно у Локхарта можно научиться чему-то стоящему. И тонко намекнул, если юноша откажется, то у Поттера могут быть серьёзные проблемы, и если быть честным, то Гарри видел, насколько профессор был готов рискнуть всем, чтобы только испортить ему школьный год.       Ради принятого решения брюнету пришлось отступить от своего упрямства и начать вновь ходить на уроки профессора ЗоТи, перед этим поставив мужчину перед фактом — он не будет участвовать ни в каких спектаклях и не будет обязан в открытую поддерживать кандидатуру Локхарта, как квалифицированного преподавателя.       Присутствовать на его уроках? Хорошо. Участвовать в спектаклях? Определённо нет. Поддерживать в открытую и вести себя так, будто он самый большой фанат на свете? Уж точно нет. Единственное, что могло поставить под удар, так это реакция друзей, однокурсников и знакомых, когда те внезапно увидят его на уроке вернувшегося профессора. Юноша на все расспросы отвечал по-простому: так нужно и точка. Терри с подозрением относился к таким ответам лучшего друга, продолжая уже в одиночку не ходить на уроки ЗоТи, но, к его большому сожалению, ему пришлось, как и ранее Гарри, отвечать перед директором, в кабинете которого присутствовали также и его родители.       Тем временем Гарри всё так же понятия не имел, что делать с Василиском. Идти и искать место, где скрывается огромная змея, было, по меньшей мере, глупо и опасно.       Да и к тому же это была не его обязанность. Он был распределён на факультет, где принято сначала включать мозги, а уже потом действовать. Если последнее вообще придётся делать. К тому же, у него под одеждой пряталась одна очень обеспокоенная змейка, которая будет явно против, если он, отключив мозги и инстинкт самосохранения, побежит сражаться с огромных размеров Василиском.       Вот Рону был дан зелёный свет, если так сильно хотелось показать себя, то никто его держать не будет. Хочет найти тварь, которая ползает по Хогвартсу? Вперёд!       А там пусть уже как-нибудь сам выпутывается из последствий. Будет уроком. Если не выживет, ну что ж, такова его судьба. Жаль. Но ничего, как говорится, не поделаешь.       От мыслей его заставило отвлечься прикосновение к плечу.       — О чём задумался?       — О том, что происходит в этой школе.       Терри и Лайза переглянулись.       — Может расскажешь, как тебе удалось узнать, что это Василиск? По твоим рассказам в той книге было предостаточно существ, способных атаковать учеников.       Гарри не стал скрывать эту информацию от своих друзей. Потому что не видел в этом никакого смысла. Даже если они попробуют рассказать об этом кому-нибудь, то ничего ужасного точно не произойдёт. Наоборот, все от этого знания только в выигрыше будут.       К тому же, не стоило забывать, что мальчик планировал в скором времени рассказать своим друзьями правду о своих способностях и о мантии. А там уже видно будет, действительно ли они были его друзьями, или же… О плохом даже думать не хотелось. Однако после того, как он посвятил их в тайну об Аде, и те нормально всё восприняли, то и об остальном не нужно было сильно волноваться. Стоит оставаться оптимистом.       — Сопоставил факты, — уклончиво ответил, мальчик. — Если хотя бы просто подумать, то начать стоило именно со змей, что я и сделал.       — Значит, и Наследник Слизерина замешан?       — Верно, — Гарри посмотрел на девочку. — Лайза, ты как всегда проницательна.       — Стараюсь, — улыбнулась та в ответ.       — Так как эмблема Слизерина — змея, я решил искать именно в этом направлении. А там уже наткнулся на Василиска и способы его контроля. Ну и вспомнил про нападения.       — Хорошо, и что теперь? — Терри вопросительным взглядом посмотрел на друзей. — Может, пойти и рассказать декану?       — А что нам это даст? Даже если мы расскажем, что узнали, вряд ли это чем-то поможет делу.       — Почему? В этом случае учителя начнут поиски змеи.       — Они и так этим заняты, лишь не зная, кого ищут. А так после наших слов у них немного изменится цель. Вместо знака вопроса будет стоять значок Василиска, но с мёртвой точки дело не сдвинется. Только получив как можно больше сведений, можно будет идти и кому-то что-то рассказывать. Сейчас же просто нет никакого смысла говорить о своих догадках.       — По крайней мере, пока не будет известно местоположение змеи, — кивнула головой Лайза.       — И кстати, мы ученики факультета Когтевран, но никак не Гриффиндора, поэтому спешить и рваться в бой нам не нужно. Даже если узнаем место обитания Василиска.       — Подозрения есть, кто может управлять этими нападениями?       — Джинни Уизли…       — Почему именно она?       Терри и Лайза вопросительно взглянули на своего друга.       — Только не говори, что ты её подозреваешь лишь потому, что она тебя раздражает, — фыркнул Терри.       — Нет, хотя это и очень заманчиво, — улыбнулся мальчик. — Причина, по которой я её подозреваю, заключается в том, что она очень странно себя ведёт. Я бы даже сказал, что слишком странно и необычно для одиннадцатилетней девочки.       — В этом, конечно, что-то есть, но, может, она просто переживает из-за всех этих нападений?       — Может и так, но моё внутреннее чутьё подсказывает, что это она. Да и как-то выделяется она — всё время что-то пишет в этой своей чёрной тетрадке. Постоянно носит её с собой. Почти ни с кем не общается. Да и внешний вид далёк от здорового — бледная и с непонятными красноватыми кругами под глазами.       — Это может оказаться и её личный дневник. И, возможно, она в стрессе из-за объёма учёбы, — пожал плечами, Терри.       — Очень сильно сомневаюсь, что в него записывают что-то с таким остервенением, будто это спасательный круг. А стресс можно легко снять зельем, что хранится в Больничном крыле, — раздражённо подметил Гарри.       — Хорошо, давайте тогда просто посмотрим, что будет дальше. Может быть, нападения прекратятся.       — Маловероятно.       — У нас могла быть только одна хорошая новость, — с мечтательным видом проговорил Терри. — Локхарта могли выгнать из школы, и тогда Лайза больше не вела бы себя, как умалишённая.       — Эй, кто это тут умалишённая?! — злобно фыркнула девочка, стукнув друга по затылку.       — На правду не обижаются!       Гарри лишь покачал головой и отметил про себя, что, видимо, Терри жизнь ничему никогда не научит.       — Терри, — спустя минуту обратился к другу брюнет, заставив Турпин перестать чихвостить Бута.       — Да? — с вопросом взглянул на него каштановолосый.       — Помнишь стычку Рона с Драко перед распределением?       «Наверняка помнит», — как предположил у себя в уме Гарри. Ведь перед распределением Терри, тогда ещё неизвестный каштановолосый мальчик, стоял прямо позади него и также был свидетелем небольшой словесной перепалки между будущими гриффиндорцем и слизеринцем, в ходе которой последний в запале упомянул слова: «Предатель крови». На тот момент Гарри это не особо волновало — как же, очередные, неизвестные ему, волшебного значения слова, коих он не знал по сей день. Отчего и появилось желание поинтересоваться у лучшего друга, мало ли, может он мог пояснить?       — Помню, я уже в тот момент понял, что мне с Уизли не по пути. Уж слишком он был... глупым.       — Рон, к слову, в поезде хотел познакомиться со мной...       В ответ на такие слова брюнет увидел удивлённые глаза от Лайзы и от Терри, направленные на него.       — Вы, я так понимаю, тогда не познакомились? — поинтересовалась Лайза.       — Нет, — покачал головой Гарри.       — К чему ведёшь, дружище?       — Что означают слова... «Предатель крови»?       — Предателями крови могут быть волшебники, семьи, совершившие низший поступок по отношению к Магии, — начал объяснение Бут.       — Низший?       — Как ты понимаешь, Магия священна для каждого волшебника и волшебницы, — подхватила Лайза, Терри на слова девочки кивал головой, соглашаясь с подругой.       — Да, и дети являются будущим для Магии, поэтому одним из низших поступков является... бросить своего ребёнка, убить его, предать.       — Не думаю, что существуют родители, которые могли бы бросить своего ребёнка, — чуть нахмурившись, произнёс Гарри.       — Существуют и не такие люди, Гарри. Это один из низших поступков в понимании Магии.       — Но наверняка Предатели крови могут исправиться?       — Наверняка могут, об этом никто не говорит на самом деле. И никто не знает, в чём заключается провинность того или иного волшебника.

***

      Внезапное двойное нападение на Дина Томаса и Почти Безголового Ника обратило общий страх в настоящую панику.       Удивительнее всего была расправа с Почти Безголовым Ником. Все спрашивали друг друга: у кого могла подняться рука на бедное привидение, какая страшная сила сумела поразить того, кто и так уже мёртв? Все билеты на поезд Хогвартс–Лондон, уходящий накануне Рождества, были мгновенно раскуплены — из школы ожидалось массовое бегство.       Самым странным было поведение Джефри и Рона. Последний мало того, что с самого первого курса доставал Гарри, так ещё когда ему стало известно, что именно Поттера обнаружили возле окаменевших Гермионы и мадам Пинс, вообще с ума сошёл, став чаще обычного искать встречи с брюнетом и, если ему удавалось пересечься с ним в коридорах, пытался кидаться на него, словно зверь какой-то, но если были какие-то свидетели, тогда рыжий старался как-то задеть оскорбительным словом или толкал в плечо, а мог и подножку подставить.       Благо рядом с Гарри постоянно был кто-то из сокурсников, и те вмешивались, откидывая взбесившегося Рона от Поттера, но, что больше всего расстраивало последнего, так это то, что Джефри, похоже, сделал окончательный выбор стороны, встав рядом со своим другом-гриффиндорцем, по всей видимости посчитав, что на Гермиону напал именно Гарри. И одно происшествие, в итоге, подтвердило его предположение.

***

      Опять этот странный сон… Вот уже почти год мне иногда снится один и тот же кошмар, и с каждым разом он всё чётче. Багровые небеса, пылающий Хогсмит, ворота Хогвартса рушатся, гаснет щит магии, а магловские ракеты рвут на части старый замок. Огромная армия мертвецов бесконечными чёрными волнами уничтожает выживших. Ревут танки, грохочут пулемёты и надсадно шипят огнемёты. В этих жутких звуках смолкают последние стоны жертв. Жертв моей армии…       Ох… Приснится же такое! Гарри потянулся и оглянулся по сторонам. Урок истории закончился, ученики начинали медленно приходить в себя после повальной спячки.       Профессор Бинс действовал на детей не хуже сильного снотворного, и лишь одна мысль заставляла это сонное царство возвращаться к жизни — пришло время обеда.       Гарри шёл по коридору, до Большого зала было совсем близко, но он по привычке старался внимательно оглядываться по сторонам, без этого в «самом безопасном месте» просто не выжить. Вот и в этот раз явление рыжего недоразумения и его друга-первокурсника не стало для мальчика неожиданностью.       — Ты! — противно завопил шестой Уизли. — Это ты!       — Ну да. Это я, — ну а что ещё можно ответить на такое неадекватное поведение?       — Это всё из-за тебя! Ты во всём виноват! — рыжего, похоже, ситуация нисколько не смутила.       — Во всём? Даже в отсутствии у тебя мозга? — Гарри иногда даже забавляла эта чисто гриффиндорская прямолинейность. А какой простор для манипуляций она открывала!       — Я точно знаю — это ты наследник Слизерина!       — Ну что же так мелко-то? Может быть, я ещё Моргану в предках имею? Или являюсь любимым внуком Грин-де-Вальда? Или всё это сразу?       — Ты… Ты! — красноречие на грани фантастики. — Ты издеваешься!       — А как ты догадался?       Лицо Рона пошло красными пятнами, а вот Джефри, наоборот, почему-то побледнел. В следующую секунду Уизли мгновенно, как ему казалось, выхватил свою палочку, пафосно направил её на Гарри и уже хотел выкрикнуть своё любимое заклинание призыва слизней, как вдруг понял, что Поттер находится совсем не там, где должен быть. Он почему-то оказался слишком близко. Дальше думать не получилось. Острая боль чуть ниже груди сковала не хуже парализующего, даже выдохнуть не получается. Потом резкой болью прострелило руку, а палочка отправилась в свободный полет. Куда именно улетел концентратор, Рон уже не увидел. Снова была боль, и вот он уже лежит на полу не в силах даже разогнуться. Как-то не так он представлял себе месть проклятому ворону…       Всё случилось слишком быстро, Стивенсон даже не заметил, как Гарри метнулся к Рону. Вот он стоит напротив друга, а вот уже Рон загибается и пытается хватать ртом воздух. Даже не думая останавливаться, ворон выбивает палочку из ослабшей руки и подло пинает гриффиндорца под колено.       — Гарри, прекрати! — Джефри, наконец, вышел из ступора и направил свою палочку на Поттера. — Что ты делаешь?       — А на что похоже? — когтевранец повернулся к первокурснику и тяжело посмотрел на него. — Помнится, я тебе говорил ещё в самом начале года, что тут учатся разные люди. Есть хорошие. Есть не очень. Ты же предпочёл общество откровенного ничтожества.       — Как… как ты можешь говорить такое? Ты же… ты же…       — А где я не прав? Я даже не говорю про то, что семья Уизли, мягко говоря, непопулярна. Это не так важно. Но неужели ты не видишь, что Рон подлый, недалёкий и невероятно склочный? И общаясь с подобным, ты сам постепенно становишься таким же.       — Это… это всё неправда! Ты ничего не знаешь! Рон хороший!       — Да-да. Я вижу. Даже уже и не удивляет. Жаль, мистер Стивенсон, вы мне казались адекватным человеком. Но, как говорится, гриффиндор головного мозга не излечим.       — Как ты можешь! Ты же герой! Ты должен…       — Кому я должен, я всем прощаю. Забирайте вашего друга, мистер Стивенсон, и проваливайте. Нам более не о чем говорить.       Джефри с какой-то непонятной горечью посмотрел на Гарри, затем помог встать Рону, подобрал его палочку, и вскоре когтевранец снова остался в коридоре один. Когда звуки шагов стихли, он тяжело выдохнул и с сожалением покачал головой. Всё время диалога с первокурсником Гарри простоял в немного необычной позе. Правой рукой он вроде как бы неумело сжимал палочку, а вот левая рука при этом почему-то всё время была возле запястья правой. Джефри не обратил на это внимания и очень зря: как раз к правому рукаву подходила одна из нитей боласа, размещённого под мантией на плече. Одно простое, давно заученное движение — и в оппонента летит примитивная и чрезвычайно надёжная ловушка, против которой, как хотелось надеяться Гарри, магия школьников окажется бессильной. Сегодня уловка не пригодилась. Но никто не поручится за то, что будет завтра.       Джефри не был ему уж таким другом, поэтому сильно расстраиваться брюнет и не планировал, он словно чувствовал, что нельзя доверять гриффиндорцам. Так оно в итоге и оказалось: первокурсник принял сторону Уизли, который, по всей видимости, внушил тому, что надо отомстить Поттеру за их подругу, которая по своей глупости, по мнению Рона, доверилась и даже старалась защитить Гарри от оскорблений со стороны своего рыжего друга. Впоследствии Стивенсон стал также стараться подловить брюнета, но из-за разницы в возрасте, не мог ему что-то всерьёз противопоставить, однако Джефри был юрким малым и легко подставлял когтевранца то перед профессорами, то делая его мишенью для своего друга, чтобы именно тот и нанёс удар. Так как из-за Дурслей Гарри был худощавым, то сравниться с крупным Уизли, к сожалению, никак не мог, а эффект неожиданности, как известно, срабатывает только в первый раз. Помогало в итоге лишь два фактора — друзья и магия. Ну и пара козырей в рукавах всё ещё ждали своего часа.       А в последнее время Гарри находил странным то, что оба гриффиндорца внезапно стали пропадать в сломанном женском туалете. Конечно, у каждого свои предпочтения, где можно отдохнуть от проблем, но не в женском же туалете! В самом деле! Хотя тот и был закрыт из-за одного ужасного призрака, но это не давало им никакого права заходить туда по собственному желанию. Что они там вдвоём делали, Гарри не знал и даже как-то не особо планировал выяснять, но то, как они бросали взгляды на слизеринский стол, уже наводило на мысли, что кто-то определённый их очень сильно интересовал. Мальчик, конечно, предполагал, что это могли быть Малфой с Крэббом и Гойлом — единственные слизеринцы, которые решили остаться в Хогвартсе, но вот причину такого внимания представить не мог.       По неосторожности гриффиндорцев Гарри удалось подслушать последние слова Рона:       — Неделя-другая, и мы будем знать правду.       О какой правде шла речь, мальчик не имел понятия.       Конечно, у него были мысли, что гриффиндорцы вполне могли подумать, будто это Малфой является Наследником Слизерина, но надеялся, что ошибается.

***

      Наконец, семестр завершился, и тишина, глубокая, как снег на полях, опустилась на замок.       На Гарри от неё веяло не унынием, а мирным покоем, и он наслаждался свободой, дарованной когтевранским началом всем, кто остался в Хогвартсе. Можно было сходить в библиотеку и, не привлекая внимания, почитать книги по интересным заклинаниям, а потом, уединившись, практиковаться с помощью волшебной палочки. Хотя учитывая, насколько сильно Ада стала его опекать с появлением Василиска, не получалось у него прогуляться в одиночестве. Но оно и правильно. Нечего шататься по замку, пока в нём ползает огромная тварь.       Джефри и Рон также предпочли остаться на каникулах в школе — по неизвестным для Гарри причинам. Хотя, возможно, они что-то задумали на Рождество? Ведь мальчик помнил слова гриффиндорца о том, что они хотят узнать какую-то правду. Вот только какую? Идей, о чём могла идти речь, он не имел. Была вероятность, что и его собираются попытаться как-то проверить, но так как Терри и Лайза уехали домой, то провести наследника Поттеров никак не удастся. Друзья, конечно, предлагали и ему поехать с ними, но брюнет наотрез отказывался, сообщая им, что Рождество — семейный праздник, и ему там делать абсолютно нечего.       Утро Рождества наступило в холоде и белизне.       Пакет, который, как чуть позже выяснилось, прислали Дурсли, содержал зубочистку и короткое письмецо, где они интересовались, не сможет ли Гарри остаться в школе и на летние каникулы.       Другие рождественские подарки были куда приятнее.       Терри, как бы удивительно это не звучало, вновь подарил книгу. Только уже по защитным заклинаниям. А также добавил к ней и защитный амулет. Рядом с этой вещицей был прикреплён пергамент. Уже прочитав само послание, мальчик узнал, что при помощи этого амулета он сможет узнать, есть ли в еде какие-нибудь зелья. Нужный артефакт. Конечно, это был дорогой подарок, но, как пояснил Терри, очень полезный. И такой был и у него самого. Конечно, Гарри и сам отправил дорогой подарок в виде полезного артефакта, но он никак не смел предположить, что в ответ получит что-то подобное.       Лайза прислала ему сладости и…       Нет, она ведь не могла этого сделать. Только не это. Он же не смог бы даже прикоснуться ко второму подарку. Это выше его сил.       Как оказалось, девочка прислала своему другу специальные средства для волос. Гель, к примеру. Как она пояснила в своём письме, это было сделано для того, чтобы он хоть иногда приводил свои волосы в порядок. Как делали это Малфой и Локхарт. Видимо, она ему смерти желает! Это издевательство какое-то! Нет, Гарри, конечно, собирался принять этот подарок и даже пользоваться им… но только в самые критичные моменты! Вот только сам-то он послал Лайзе подарки, которые немного отличались от присланных ею. Это была книга по лёгким заклятиям, чтобы спустить кого-то с небес на землю. Ох, за это ему Терри точно не скажет «спасибо». И также в комплекте были сладости. Мальчик, конечно, хотел отправить какой-нибудь амулет или браслет, вот только зная, что Лайза чистокровная, мог предположить, что, как и в случае с Терри, у неё будут свои способы защиты.       Невозможно было не отдать должное великолепию рождественского ужина в Хогвартсе. Большой зал выглядел изумительно. Там было не только множество покрытых инеем рождественских елей и пышных гирлянд из омелы и остролиста, но и чудесный волшебный снег, сухой и тёплый, падающий с потолка. Под руководством Дамблдора собравшиеся исполнили его любимые рождественские гимны, громче всех ревел Хагрид, голос его креп после каждого бокала яичного ликёра. Перси не заметил, как Фред заколдовал его значок старосты. Ко всеобщему удовольствию, на нём появилась надпись «Дурачина», и бедняга Перси безуспешно пытался выяснить, над чем это все смеются.       Единственное, что в действительности смущало Гарри, так это полное отсутствие Рона и Джефри на празднике — и брюнет сомневался, что они хотели бы пропустить ужин в Рождество. Как тут обратив внимание на преподавательский стол, Поттер заметил, как Дамблдору что-то остервенело шептал Снейп и явно указывал на гриффиндорский стол, отчего уже встрепенулась профессор Макгонагалл и поспешно направилась к столу Гриффиндора, а именно к старосте, Перси Уизли, который являлся и старшим братом Рона.       — Мистер Уизли, вы знаете, где ваш брат Рон? — поинтересовалась Минерва, отчего Перси, а с ним и Фред с Джорджем стали оглядываться по сторонам.       — Нет, профессор, не знаю, — покаянно произнёс Перси, опустив голову вниз.       Проходящий мимо в этот момент Гарри нарочно замедлил шаг:       — Он в Больничном крыле, — оповестила о местонахождении младшего Уизли старосту Минерва.       — Что-то серьёзное?!       — Отравление, повезло, что профессор Снейп так вовремя оказался рядом и сумел помочь вашему брату.       «Идиот, всё-таки попробовал…» — промелькнула мысль в голове уходящего от данной компании Гарри.       Дело всё обстояло так, что проследив ещё раз за Джефри и Роном с помощью своей мантии, которая досталась ему от отца благодаря неизвестному отправителю, Гарри удалось узнать, что эти два оболтуса, по-другому их было просто не назвать, даже не сумели закончить оборотное зелье по инструкции Гермионы — девочка словно знала или, возможно, предполагала, кто будет следующей жертвой Василиска, и нарочно приготовила инструкцию, как добиться правильного результата — и как предполагал Поттер, Уизли решил всё-таки выпить ту бурду, что они «приготовили», в отличие от Джеффри. Тот воспользовался деньгами своих родителей, чтобы купить качественное оборотное зелье, отчего это напомнило самому Гарри, что и его родители сделали ему детский сейф до его совершеннолетия, однако, прогнав плохие мысли, брюнет услышал, как закончил говорить Стивенсон о том, что сейчас его родители посещают разные страны, такие как Россия, Франция, Америка, и обещали его взять с собой, показать те места, в которых они побывали.       Гарри в этот момент понимал, как нелегко такое слышать ещё вменяемому Рону, ведь он-то вряд ли посетит ту же Францию, только лет так через десять, а может, и двадцать, и то не факт. И Поттер действительно был прав — Уизли, слушая друга и его рассказы о путешествиях его родителей, едва сдерживал свою зависть, однако ничего в ответ не сказал, лишь выпил эту самую бурду, и ему тут же стало плохо, отчего Джефри пришлось бежать за помощью и, уже встретив по всей видимости профессора Снейпа, пришлось тому рассказать о плохо сваренном зелье, поэтому оба мальчика лишились предостаточного количества баллов.       Смешная, конечно, ситуация. Это была бы сенсация. Рон Уизли из-за своей глупости чуть коньки не откинул. Жаль, Колин Криви окаменел и не мог этого запечатлеть. В иной ситуации Гарри не стал бы так даже думать, но, когда он вспоминал, как ему доставалось от рыжего гриффиндорца, подобные размышления приносили ему даже некое удовольствие.       Однако, откинув мрачноватые мысли, Гарри продолжал наслаждаться спокойными рождественскими каникулами, практикуясь с профессором Флитвиком в заклинаниях и становясь всё лучше и лучше, и Поттер был рад, что декан в своё время предложил ему личное обучение. Гарри постепенно улучшал реакцию, маневренность, и это создавало ему некое спокойствие за себя. Ему даже как-то раз удалось подловить полугоблина на одном из их уроков, выбив его палочку, однако, видя, как улыбается довольный Флитвик, брюнет предположил, что тот нарочно ему поддался, и от осознания данного факта желание мальчика победить наставника в честном учебном бою стало только сильнее.       Возвращаясь к задумке гриффиндорцев, та, похоже, не принесла им ничего хорошего. Видимо, они надеялись, что именно Малфой стоит за всеми этими нападениями, но ошиблись. Слизеринец ничего нового не сказал Джефри, который был под оборотным. Как же всё-таки неосторожно действовали гриффиндорцы. Обсуждать свои задумки прямо в коридоре. Конечно, они могли это сделать специально, вот только Гарри в этом сильно сомневался. Мозгов у них не хватит для такой комбинации. Опять-таки, возможно, Дамблдор всё знал про их идею с оборотным зельем. Вот только почему же он молчал? Неужели хотел узнать, чем же всё закончится? Глупо с его стороны. Ничем хорошим вся эта затея явно не могла обернуться.       Сейчас Гарри даже и предположить не мог, что дальше предпримут гриффиндорцы. План узнать что-то от Малфоя провалился с треском. При этом они понесли потери в лице Рона и его отравления, пусть и несмертельного. Каков будет их следующий шаг, мальчик не знал. Сам же он продвинулся намного дальше них. Гарри уже знал про Василиска. Вот только где могло находиться место пребывания этого змея, он пока так и не выяснил. Хотя беспокоиться ему не стоило. Гриффиндорцы вряд ли узнают про змею. Если у них, конечно, не было знакомого змееуста. Но даже если они узнают про Василиска, может, через пару лет, то вот проход точно не смогут найти. И открыть тем более. Гарри сомневался, что его можно было открыть заклинанием или простой просьбой. Вероятно, потребуется волшебник, знающий змеиный язык. А таких не было в Хогвартсе, кроме самого наследника Поттеров. По крайней мере, других он не встречал.       В больничном крыле Рон провёл несколько недель. Рождественские каникулы подошли к концу, все вернулись в школу, и исчезновение Уизли породило целую волну слухов. Кое-кто был уверен, что и он подвергся нападению. От желающих навестить его не было отбоя, и мадам Помфри пришлось поставить вокруг его кровати ширму, ведь у Рона всё ещё было бледноватого цвета лицо. Появиться перед всеми в таком виде! Мальчик такого явно не пережил бы, став посмешищем всей школы.

***

      В Хогвартсе опять стали радоваться солнцу.       Нападений больше не было, настроение у всех начало подниматься, оживала в сердце надежда, что сгустившиеся было тучи пройдут стороной.       Мадам Помфри радостно докладывала, что мандрагоры становятся нервными и замкнутыми, а это значит, что они вступают в переходный возраст.       — Вот юношеские прыщи сойдут, и мы снова их пересадим, — случайно услышал Гарри, когда она добродушно делилась новостями с Филчем, — а после этого нарежем и приготовим настойку. Так что в скором времени миссис Норрис опять будет с вами…       «Возможно, наследник Слизерина, кем бы он ни был, растерял решимость», — подумал Гарри. Должно быть, становилось всё рискованней открывать Тайную Комнату, ведь вся школа была настороже. Да и чудовище наверняка решило погрузиться в спячку на ближайшие пятьдесят лет… Минуло уже почти четыре месяца с тех пор, как Дин и Почти Безголовый Ник окаменели, и теперь чуть ли не все уверились, что злодей сгинул совсем и никогда больше в Хогвартс не явится.       В марте несколько мандрагор закатили в теплице номер три шумную и безобразную вечеринку, чрезвычайно порадовав профессора Стебль.       — Раз они стали лазать друг к другу в горшки — значит, совсем созрели, — объяснила она Гарри. — И скоро мы сможем вернуть к жизни тех несчастных в Больничном крыле.

***

      На пасхальных каникулах второкурсникам подкинули новую тему для размышлений. Надо было выбрать предметы для третьего года обучения. Как некоторые личности заявили, это было важно для их будущего. Невилл Лонгботтом был завален письмами, содержащими противоречивые советы родных колдунов и колдуний по поводу пригодности тех или иных предметов в жизни. Растерянный, сбитый с толку, он читал список предметов, высунув язык, и смущённо спрашивал окружающих, что труднее. Терри решил последовать примеру Гарри и записался на древние руны и уход за магическими существами. Лайза ничьих советов не слушала, а взяла и записалась на древние руны и нумерологию.       Гарри представил себе, что сказали бы дядя Вернон и тётя Петунья, вздумай он обсудить с ними свою будущую карьеру волшебника, и горько усмехнулся. Хотя спрашивать или даже вообще обращаться к таким людям он не стал бы. Не те у них, мягко говоря, были отношения. Особенно после того, что пришлось Гарри пережить за всё то время до поступления в Хогвартс. Правда, нельзя было сказать, что он остался совсем без напутствия — Ада. Очень милая змейка. Могла неслабо напугать в особенности тех, кто боится хладнокровных.

***

      Как оказалось, матч Гриффиндор и Пуффендуй был отменён из-за новой трагедии.       Такого внезапного нападения не ждал никто. Самое ужасное было, пожалуй, то, кто оказался жертвой Василиска. Ханна Аббот и Лайза Турпин. Их нашли у двери библиотеки, а рядом с ними лежало зеркальце.       Некоторое время спустя Гарри и Терри, как и остальные последователи Кандиды, слушали в гостиной речь Флитвика.       — Все ученики возвращаются в гостиные своих факультетов до шести часов вечера и больше их не покидают. На уроки будете ходить в сопровождении преподавателя. Никто не пользуется туалетной комнатой без провожатого. Все матчи и тренировки временно отменяются. Никаких передвижений по вечерам.       Переполненная когтевранская гостиная выслушала это строгое предписание, не проронив ни слова.       Профессор свернул пергамент, с которого читал, и закончил речь собственными словами:       — Вряд ли стоит добавлять, что я давно не был так расстроен. Если преступника не поймают, школа, по всей видимости, будет закрыта. Я настоятельно прошу: все, у кого есть хоть какие-то подозрения, без промедления подойдите ко мне и сообщите, что вам известно.       После этих слов Гарри и Терри мрачно переглянулись.       Они понимали, что нужно было что-то предпринять в такой ситуации. Вот только что? Сейчас их мысли были заняты лишь окаменевшими подругами. Как же они допустили это? Пожалуй, ответ мальчики и сами не смогут найти. Они поступили глупо, решив, что наследник Слизерина наконец успокоился. Потеряли бдительность. Хотя после последнего нападения друзья решили не разделяться без нужды, и вот какой их настиг поворот судьбы.

Продолжение следует…