И что мне с ним делать?

      Шкатулка с артефактами разной степени ценности, запрятанная в бардачке, сулила Рику хорошие деньги, но сейчас мысли его вертелись вокруг всего на свете, кроме прибыли. Пиздюка пришлось взять с собой — во-первых, потому что ему понадобилось прикрытие мозговых волн, а во-вторых, как он успел убедиться на горьком опыте, засранцев в желтом нельзя оставить одних даже на минуту. Того и гляди вляпаются в неприятности, найдут себе на жопу извращенцев и даже… Они почти не разговаривали друг с другом сегодня. Морти, явно мучающийся от похмелья, вел себя крайне тихо и вообще старался не отсвечивать — какой иронический контраст с тем, что происходило вчера! Еще чуть-чуть, и он бы полез мне в штаны… Думать об этом не хотелось. Разговаривать — тоже, хотя невысказанные вопросы висели в воздухе тяжелым, душным шлейфом. И, будто мало было проблем, тарелка вдруг начала чихать и подозрительно заваливаться набок! — Блядь, — прошипел ученый, выкручивая руль. — Держись, п-пес, у нас сраная экстренная посадка!!! На их счастье, рядом оказалась какая-то захудалая планетка, иначе исход был бы совсем печальным. Выйдя из салона, Рик открыл багажник и, выругавшись: — Да ладно, нахуй! — от души пнул по колесу. — Ну почему сейчас?! — Ч-что случилось, Р-рик? — Вселенная, блядь, сколлапсировала! Ее нет, понимаешь, М-морти?! Ее просто нет! В пустом аквариуме для лобстеров печально гасли последние созвездия — как же невовремя! — Ебись оно все конем, — Санчез наклонился, погружаясь во внутренности двигателя. — П-придется… придется, блядь, зарождать новую Вселенную и ждать большого взрыва! Это займет некоторое время… — М-м-могу я ч-чем-то помочь? — Денься куда-нибудь и не мешай дедушке! Как назло, еще и портальная пушка разрядилась — все сегодня пошло наперекосяк! Открыв новую бутылку, Рик от души накатил, одной рукой продолжая копаться в карбюраторе. Ему требовалось много мужества, чтобы преодолеть свалившиеся на его седую голову досадные неприятности…

***

      Деться куда-нибудь и не мешать. Стараясь не показывать, насколько было обидно слышать эти слова, Морти сделал то, что ему сказали. Вокруг даже не было никаких пролетающих комет или захватывающих дух пейзажей, как на многих планетах — только поля, поля да поля… Он плохо помнил, что творил под мухой, но того, что отпечаталось в памяти, вполне хватало для желания провалиться сквозь землю. А ведь он застрял тут с Риком в одиночестве, и надолго! Боже, дай мне сил… — Пиздюк, поди сюда! Старик позвал его только для того, чтобы он подал отвертку, и сразу же после этого снова отослал куда подальше. Прошло уже, наверное, несколько часов с их экстренной посадки, и парень страшно проголодался. Вокруг росли колосья, похожие на пшеницу, но, только рискнув взять горошину-другую в рот, он сразу же их выплюнул, настолько горькими они оказались. А в тарелке оказалось только чуть-чуть воды в бутылке да одинокий шоколадный батончик… — Жри весь, — равнодушно бросил Рик в ответ на предложение поделиться. — Я с-совсем н-не голодный… Морти уже совсем измаялся от скуки. Истоптал все поле, пошвырялся камнями в ручей, текущий неподалеку, а на этой планете постепенно начало темнеть. Создание новой Микровселенной шло не так гладко, как хотелось бы, и в конце концов ближе к ночи Рик, объявив, что заебался, здорово выпил водки и завалился спать на заднем сиденье, укрывшись собственным халатом… А ему милостиво позволил спать на своем пассажирском месте. Спасибо хоть, что не на коврике у ног!       Откинув спинку кресла, мальчик честно попытался заснуть. Но голова его гудела от навязчивых мыслей, становилось то слишком душно, если закрыть окно, то слишком холодно, если открыть, а Рик храпел себе, как ни в чем ни бывало… Что же я наделал? Морти прекрасно знал, что так нельзя, и все равно не мог с собой совладать. Устало вздохнув, он встал с места и, перебравшись назад, присел на край кожаного диванчика, пристально всматриваясь в расслабленное лицо ученого. Ты ему не нужен. Он попробовал один раз из интереса и ему хватило. Что тут непонятного?       Морти пообещал не убегать, и он держал свое слово. Как бы тяжело ему ни было, он уже смирился со всем на свете и хотел только одного — чуть-чуть близости. Просто посидеть рядом… полежать? От этого уж точно не будет никакого вреда — решил он, тихонько пристраиваясь Рику под бок незваным гостем. Здесь его не ждали, а ему так хотелось побыть рядом хотя бы минутку, не испытывая неловкости и не встречая холодного взгляда в ответ… Закрыв глаза, парень с облегчением выдохнул. Он обрел мир в душе на целое мгновение, а потом — потом вдруг оказался прижат к сиденью. Тяжело дыша, Санчез нависал над ним, удерживая за руки. Бровь его была нахмурена, из глаз летели искры, и он выглядел так ужасающе-прекрасно, что у Морти перехватило дыхание. — И что ты тут делаешь, позволь спросить? Опять меня соблазняешь?! — Н-н-нет, — он еле смог отлепить язык от нёба. — Ч-ч-что ты, Р-р-рик, я… я н-н-не… Но, кажется, Рик совсем ему не верил. — К-как же ты мне надоел, — прорычал он, склоняя голову так, что его пахнущее спиртом дыхание обожгло Морти шею. — П-предлагаешь себя, вешаешься н-на шею… крутишь передо мной своей мелкой жопой! Заставляешь бегать по шлюхам, т-ты, грязный м-маленький бессовестный подлец… И они, сука, уже не помогают! — Р-р-рик?.. Во рту пересохло. Все мысли спутались, и, сам не веря в реальность происходящего, он вздрогнул от укуса в место между ключицами. — Знаешь, что? Ты победил, — вкрадчиво прошептал ученый, расстегивая пуговицу на его джинсах. — Ни одна блядь не сможет быть такой же искренней, как ты, поэтому теперь ты, Морти, будешь моей блядью...