Два льва

Ласковые лучи солнца касались закрытых век шехзаде, и нежно принуждали к пробуждению. Он долго не хотел подниматься с кровати, и даже что-либо делать для этого. За окном говорили о чем то на своем языке певчие птички, что только увеличивало желание Мустафы остаться в постели. Он с трудом открыл глаза и тут же пропала надобность покидать кровать, так как он от неожиданности с нее упал. У себя на постели он увидел женский силуэт, но напугало его далеко не это. Рыжие волосы были раскиданы по дорогим шелкам. Обнаженность и мужчины и женщины свидетельствовала, что они не просто прилягли. Утреннее, затуманенное сознание выдало лишь одну догадку кто это мог быть. Неожиданно для самого юноши в нем возникло столько чуств, сколько он ни разу в жизни не чувствовал. Горе, отчаянье, возбуждение… Возбуждение? Шехзаде медленно поднялся с пола, и так как женщина лежала к нему спиной, аккуратно развернул плечо, дабы впиться взглядом в знакомые черты, но увы, лицо было незнакомым. Проснувшись от касаний Мустафы девушка подскочила. — Шехзаде, вы уже проснулись, нужно ли вам чего то? — Нет, хатун, ступай. — Уже заранее разочаровавшись сказал мужчина. Девушка не стала спрашивать более и удалилась, столкнувшись в дверях с Махидевран. Женщина скептически окинула взглядом наложницу, что было довольно кстати, так как за это время Мустафа успел вернуться в кровать и не встретить мать как при рождении, и прошла вглубь покоев. — Она не приживется у тебя в гареме. — выпалила Махидевран. — Ну да, валиде, рыжие у меня в гареме не приживаются. — также выпалил мужчина, вспомниная как мать изводила всех, кто имел лисий окрас шевелюры. — Откуда она вообще взялась? Почему прошла к тебе в покои без моего на то разрешения? — Судя по акценту, это подарок Шах султан. — Мустафу выводило из себя поведение Махидевран. Всё хочет знать и все контролировать, но путь уяснит себе что и он уже далеко не мальчик. — Я займусь ей, а тебе давно пора на встречу с пашами. — дверь закрылась за женщиной

***

— Надо бросать привычку встречаться у этих роз. — Сказала рыжевласка подплывая к кусту и заодно шехзаде. — Вам не приятны эти встречи? — Приятны, просто этот цветок далеко не символизирует гармонию. — А что же по вашему мнению? — Кровь, силу, честь и достоинство. — Так может именно поэтому я здесь? — настойчиво сказал Мустафа. — Лучше не стоит, шипы острые, кровь нечистая… Мало ли какие болезни они на себе носят. — Вы так хотите моей смерти? — впервые за разговор пара соприкаснулась взглядами, но это была не нежность, а поединок. — Знаешь, Мустафа, совсем нет. Ты хороший брат и сын, умный, в будущем, султан, сильный воин и достойный мужчина… Последнее словосочетание для шехзаде звучало горько, даже не обращая внимание на то, как ласково она назвала его по имени. — …Если бы я прибыла сюда позже, да и родилась тоже, я бы была подле тебя, сражалась бы за твой трон, была бы твоей Хюррем и мы бы победили, но, увы, судьба решила проверить кто из нас сильнее, и запустила нас в одну клетку. — женщина положила свою лодонь на мужское предплечье. Прикосновение обжигало Мустафу, но он готов был терпеть эту приятную боль. — Нам ещё не поздно объединиться. Нам ещё не поздно выиграть… — Да, но твоей я уже не стану… Я уже оклеймена именем твоего отца.