Два льва

Мустафа как и всегда сидел за письменным столом. Мужчина напряжённо перебирал мысли в своей бездонной голове, настойчиво не подпуская к ним гордую султаншу. Его руки были заняты пером и чётками, а думы государственными делами. Как вдруг в его покои постучались. — Зайдите. — сказал шехзаде отрываясь от бумаг. В комнату быстрым и нелепым шагом вбежал Сюмбюль ага. — Вам письмо, шехзаде. Мужчина аккуратно взял из рук евнуха свиток, и приказав слуге выйти вон, развернул. Мустафа, жду тебя сегодня после обеденной молитвы в твоей недостроенной мечети. Так как письмо принес Сюмбюль, не было сомнений кто его написал, да и место лисица выбрала удачное: после обеденной молитвы недостроенное здание пустует, а горожане туда боятся ходить под страхом неожиданного кирпича на голову. Он боролся в сомнениях, но его влечение не давало покоя. Он придёт, ведь она будет там. Сразу после обеденной молитвы Хюррем направилась в свои покои. Накинула неприметный плащ, который скрывает дорогие шелка и волосы цвета красного золота и вложив в рукав ещё одну вещицу быстро направилась в сопровождении Сюмбюля в недры города. Затерявшись в толпе она сказала Сюмбюлю ждать и незаметно прошмыгнула в ту самую мечеть. Найдя комнату без окон она стала ждать… Вдруг шаги. Некоторое молчание и тихий шепот: — Хюррем? — Сюда. Мужчина последовал за голосом и увидел ее. Она стояла в полумраке как нимфа и улыбалась так искренне, так тепло. — Я так понимаю сказанное в саду было намёком. — аккуратно поинтересовался будущий падишах. — Ты догадлив. — хитро щурилась султанша. — Как вы поняли? — Что ты влюблен в меня? Женщины имеют некое шестое чувство. — играла с Мустафой хасеки. — Даже при этой способности вы упустили кое-что. — И что же? — Я не люблю вас, я желаю… С этими словами он впился в губы султанши. Нежности не было в этом дерзком жесте. Поцелуй был резким, рваным… Он воплощал желание их обоих. Воплощал силу двух львов. Запах сладкого миндаля смешался с запахом непобедимой стали, породив аромат двух возбужденных, жаждущих друг друга тел. Мустафа оторвался от губ хасеки, опустившись к шее. Мужчина хотел завладеть каждым сантиметром кожи этого величия во плоти. Его возбуждала сама мысль, что именно он владеет властительницей османов, царицей мира… Он целовал все что видел, чем владел. Вдыхал желанный запах рыжих волос. Ему нравилось как она извивается от его прикосновений, ласк… Но вдруг удар. Дикая боль пронзила его спину. Он поднял взгляд. Она смеялась ему в лицо. Огромное пятно крови расползалось по его накидке. Интересной вещицей, которую Хюррем захватила в покоях был кинжал, который сейчас красовался в спине Мустафы. Тело мужчины пронзила безумная слабость. Он не мог удержаться на ногах и упал, все ещё смотря на ликуещее лицо Хюррем. Она перестала смеяться и наклонилась над истекающим кровью телом шехзаде. — Я тоже желаю тебя, Мустафа, но мы танцуем смертельный танец, а я и так много раз умирала. — сказала султанша и поцеловала его ещё раз. Выпрямившись и отряхнув плащ она лёгкой походкой выскользнула из мечети оставив Мустафу совершенно одного. Надев на лицо улыбку лисица нашла Сюмбюля, так и ждавшего ее. — Все хорошо султанша? — спросил обеспокоенный евнух. — Лучше не бывает. Пойдем в гарем.