I Still Miss Someone - Я всё ещё скучаю по нему

Интересно, жалеет ли она, оставив то, что у нас было. Где-то есть кто-то для меня, и я всё ещё скучаю по нему.

Хлоя целеустремлённо кружила по клубу, намереваясь выследить интересующего её человека, сильно отличающегося от тех, с кем она привыкла иметь дело. Несмотря на то, что в начале вечера она была довольно пьяна после поездки по городу в автобусе для вечеринок, их прибытие в «Люкс» и разговор с Патриком заставили её протрезветь. Все заботы о свадьбе были забыты, когда она сосредоточилась на предстоящей задаче. Найти Линду. Заставить её говорить. Выяснить, что, чёрт возьми, происходит с Люцифером. Но это не сработало. Она едва могла отличить одного человека от другого в мигающей темноте. С её местоположения здесь, в толпе, найти друзей было невозможно. Она медленно пробиралась сквозь массу людей и бросила тоскующий взгляд в сторону лифта, пока поднималась по лестнице. Она знала, что бессмысленно подниматься наверх, если его там нет, но желание проверить всё равно оставалось. Сейчас она стояла на балконе и, подобно Люциферу, который не раз проделывал это, смотрела на ораву людей сверху. Она внимательно оглядела пространство в поисках знакомой копны светлых волос. Ничего. Она уже начала беспокоиться, что этой парочки больше нет в здании. Подожди-ка минутку. Она прищурила глаза, когда сосредоточилась на области с противоположной стороны бара, где она сидела ранее. Вот оно. Портьеры, украшавшие каждую стену в люксе, раздвинулись на долю секунды, когда кто-то проскользнул в скрытую от глаз неизвестность. Она всегда подозревала, что в ночном клубе происходит больше, чем кажется на первый взгляд. Бизнес, который специализировался на сомнительных сделках с сомнительными людьми, вряд ли одобрял проведение подобных мероприятий в открытую. Но, независимо от её любопытства, профессионального или иного, она всегда старалась по возможности закрывать на это глаза. С глаз долой, из сердца вон, как говорится. По мере того, как крепли их отношения с консультантом, росла и её готовность не обращать внимания на то, что может происходить в его заведении. Она не хотела, чтобы у него были неприятности. Мало того, что это могло плохо отразиться на ней, но даже если бы до этого дошло, она была уверена, что её партнер будет избегать участия во всем, что может повредить её карьере или репутации полицейского отдела. И это было всё, что ей нужно было знать. Когда дело касалось Люцифера, иногда невежество было сровне благодати. Однако настало время заглянуть за ширму. Как оказалось, в буквальном смысле. Когда она вошла через обитую бархатом дверь в секретную комнату, то в первую секунду могла поклясться, что оказалась в пентхаусе. Стены были украшены замысловатой каменной резьбой, а теплый свет свечей освещал несколько арочных ниш, каждая из которых была закрыта гардинами для уединения. Грохот клуба проникал сюда, но не настолько, чтобы заглушить звуки разговоров в скрытом от глаз пространстве. Она медленно обошла помещение, останавливаясь и прислушиваясь, пытаясь определить, кто находится внутри. Было бы логично, если бы Мейз привела Линду сюда. Достаточно тихо, чтобы говорить и быть услышанным, но достаточно близко к месту действия, чтобы они могли ускользнуть незамеченными. Хлоя надеялась, что разговор — это всё, чем они были заняты, учитывая состояние их дружбы в последнее время. В конце концов, место было довольно интимное. Звук стула, с силой отодвигаемого по полу, заставил Хлою нырнуть за ближайшую занавеску. К счастью, эта ниша оказалась свободна. Ей следовало быть осторожнее. Хоть она и была хорошо известна в самом клубе, но не имела ни малейшего понятия, будут ли ей рады здесь. Непохоже, чтобы владелец был поблизости, чтобы поручиться за неё. Теперь, когда она была внутри, голоса из соседней кабинки стали отчетливее, более узнаваемые. Она спросила себя, что делать дальше. Стоит ли ей подождать, пока они закончат разговор? Она не хотела беспокоить их, если девушки наконец-то решили выяснить отношения, но это не изменяло того факта, что она сама отчаянно хотела поговорить с Линдой. Она не была уверена, что присутствие Мейз будет для этого так уж необходимо. Всё решилось, когда она случайно услышала имя своего партнера. Хлоя подкралась поближе к стене и обнаружила, что это вовсе не стена, а своего рода занавес, разделяющий пространство. Отойдя в угол, она осторожно отодвинула мягкую перегородку, маневрируя так, чтобы можно было наблюдать, оставаясь незамеченной. Она видела, как Линда потянулась и схватила подругу за руку, когда та собралась уходить. — Мейзикин, подожди. Нам нужно поговорить об этом! Мейз отмахнулась и развернулась, хлопнув обеими руками по столу, возвышаясь над терапевтом. — И о чём же нам ещё говорить? Пожалуйста, скажи мне, я просто умираю от желания узнать. Доктор уставилась на неё, отказываясь поддаваться страху. — Для начала, что означает ваш «план». Почему ты так себя ведёшь, и как это влияет на человека, который, я знаю, всё ещё тебе небезразличен. И тут Хлоя поняла. Мейз пришла сюда не для того, чтобы поговорить с Линдой. Это Линда была здесь, чтобы поговорить о Люцифере. Смех Мейз был злобным и рассекал воздух как нож. — Забочусь? Забочусь?! Единственное, о чём я забочусь, моя дорогая доктор — это получить то, что я хочу. Что я заслуживаю. — И что же это? Детектив была поражена, насколько хорошо блондинка держала себя в руках. Ранее она едва стояла на ногах, но похоже Хлоя была не единственной, кто был вынужден быстро протрезветь сегодня вечером. Мэйз выглядела угрожающе, но, казалось, что её подруга была более чем готова справиться с ней. — Вернуться. Наконец. Мейз откинулась на спинку стула и уставилась на стол. Когда она заговорила, её голос звучал обманчиво мягко. — Я когда-нибудь говорила тебе, что спасла Аменадиэлю жизнь? Я отказалась от своего единственного шанса вернуться домой, чтобы сделать это. И это помогло спасти тебе жизнь, помнишь? Она подняла голову и посмотрела Линде прямо в глаза. — И всё же вы оба предали меня. — Мэйз, мне так жаль, — Линда потянулась к ней, словно желая утешить, но охотница за головами быстро отстранилась. Она покачала головой. — Жаль? Ты не должна сожалеть. Для меня это ничего не значит. Я провела вечность, мучая души в аду, и как ты думаешь, что все они говорили и как умоляли? Прости, прости, мне так жаль! — насмешливо сказала она. — Все эти человеческие эмоции рождаются из боли. Но не из той боли, которую они причиняли другим, о нет. А из той, которую они испытывают от собственной вины. Чувство вины гонит их вниз, чувство вины заставляет их оставаться. Она рассмеялась, и это было немного маниакально. — И знаешь, что самое смешное? Все, что им нужно было сделать, это не причинять этой боли в первую очередь. Они знали, что делают что-то неправильное, но все равно делали это. Как и ты, Линда. Её голос дрогнул, и Хлоя едва расслышала, что она сказала дальше, когда прошептала: — Хотя я и просила тебя не делать этого. А потом она снова стала нормальной, склонила голову набок и улыбнулась: — Интересно, что тебя там ждет? Линда заметно побледнела. Это было странно, потому что Хлоя не приняла бы её за верующую. Терапевт взяла себя в руки. — Значит, это и есть план — заставить Люцифера забрать тебя обратно в ад? Мейз кивнула в подтверждение. Становилось всё интереснее. Она знала, что во время сеансов Линда разговаривала с Люцифером метафорами, что имело смысл, учитывая, что сам Люцифер говорил так половину времени. — Работаю внутри его рассказов, — назвала она это однажды вечером в баре после того, как выпила слишком много. Она не знала, что Линда использует ту же технику с Мейз, однако, вне сеансов. В любом случае, какова вероятность встретить двух людей, бредящих одинаково? Но сейчас было не время думать об этом. Она снова сосредоточила своё внимание на паре перед собой, а Линда продолжила: — Может, ты просто, я не знаю… попросишь его? Хлоя почти слышала, как Мейз закатила глаза. — А ты не думаешь, что я уже пробовала? Это не стоит того, чтобы рисковать его драгоценным детективом. Она выплюнула титул Хлои, как будто это был неприятный привкус во рту. Её лицо вытянулось, когда она продолжила: — Я же не стою того, чтобы рисковать. — Ты же знаешь, как он к ней относится», — возразила Линда. Стало ещё интереснее. Хлоя превратилась в слух, борясь с искушением подойти ближе, в надежде, что доктор объяснит свои слова. — О, потому что всё дело в том, что он чувствует, не так ли? Что он хочет, что ему нужно. А как насчет того, чего я хочу, что мне нужно? Он никогда не ставит меня на первое место. Никогда. Я тысячелетия провела рядом с ним, а всё, что его волнует — это она. Хлоя почувствовала чувство вины, когда посмотрела на подругу. Она никогда не видела, чтобы бывшая бармен выглядела такой подавленной, а сейчас ощутила свою ответственность за это. — Этот глупый человек не подозревает и половины того, что он сделал, чтобы защитить её! Чем он пожертвовал ради неё! Что это должно было означать? Очевидно, Люцифер спас ей жизнь: если бы не он, она и её дочь были бы сейчас мертвы. Она знала, что он пошёл на жертвы, чтобы проводить с ней больше времени и участвовать в расследовании преступлений вместо того, чтобы заниматься делами ночного клуба, что уводило его всё дальше от избранной им развратной жизни. Но было… что-то ещё? Вещи, о которых она не знала? — Я знаю, Мейз, я была там из-за этого, помнишь? Трудно забыть первый раз, когда помогаешь убить кого-то. Мысли Хлои остановились. Единственное, на чём она могла сосредоточиться, был звук её собственного сердца, стучащего в висках, когда она изо всех сил пыталась понять то, что только что услышала. Из всех вещей, что она ожидала услышать… Доктор Мартин, признающаяся в убийстве, определенно не была в их числе. Она помогла убить кого-то… с Мейз… и Люцифером? Чтобы защитить её? От кого? От чего? У неё закружилась голова, и ей показалось, что она вот-вот задохнётся. Успокойся, Хлоя. Она заставила себя сделать один глубокий вдох. Потом ещё один. Должно же быть какое-то объяснение. Просто должно было быть. Она не могла представить Линду убивающей кого-то. Мейз, ну-у-у… но и Люцифер тоже? Она думала, что знает его! Постепенно она пришла в себя, её руки инстинктивно потянулись к пистолету и значку, несмотря даже на то, что их не было на месте. Так. Подожди-ка секунду. Она не следила за подозреваемым и, конечно же, не собиралась никого арестовывать. Ей просто нужно было сначала услышать всю историю, вот и всё. Еще один вдох — и она заставила себя вернуться к происходящему. Очевидно, Мейз всё ещё не перестала разглагольствовать: — …аин, Хлоя… кажется, он готов вернуться в ад ради кого угодно, кроме меня. Так что я заставлю его вернуться. — И как ты собираешься это сделать? — спросила Линда. В её словах была какая-то профессиональная отстраненность, Хлоя видела такое раньше, когда им пару раз приходилось привлекать психиатра в участке. Осознавала она это или нет, но Мейзикин Смит сейчас находилась на сеансе психотерапии. — Легко. Всё, что мне нужно сделать, это убрать то единственное, что удерживает его здесь. Мэйз снова встала со своего места, расхаживая взад и вперед по маленькому пространству, как зверь в клетке. — Хлоя, — Линда кивнула, сосредоточившись на своем «клиенте», пока её пальцы рефлекторно постукивали воображаемой ручкой по невидимому блокноту. — Все достаточно просто. Убедись, что она пойдет к алтарю. Мейз вытащила свои ножи, казалось бы, из ниоткуда, и начала крутить их пальцами, двигаясь по периметру и дрожа всем телом от нерастраченной энергии. Линда следила за её движениями по комнате, продолжая задавать вопросы. — Так ты играешь в купидона? Толкаешь её к Пирсу? — Или держу подальше от Люцифера. Думай как хочешь. Хлое стало плохо. Она считала, что в последнее время дела с Мейз пошли на лад. Она была рядом, старалась поддержать, с ней было легко разговаривать и она одобряла её новые отношения… Всё это была ложью. Ей следовало бы догадаться. Линда перестала стучать, когда беспокойство отразилось на её лице. — Ты мучаешь его? Мэйз застыла на секунду и, вскинув руки вверх, изображая торжество, провозгласила: — Алле-чёрт возьми-луйя! Наконец-то до тебя начинает доходить! — Но мучить самого дьявола. Это… смело. Психотерапевт, казалось, на мгновение задумалась, наклонила голову вбок, и спросила: — Почему бы просто не убить Хлою? Ни фига себе. Глаза детектива расширились от шока. Возможно, ей следует пересмотреть своё мнение касательно доктора и убийств. Линда продолжила задавать свои профессиональные вопросы. — Ты хочешь забрать её у Люцифера, не так ли? Разве не проще убить её? Мэйз остановилась и посмотрела на неё в замешательстве. — Это из-за Трикси, не так ли? Я знаю, ты сожалеешь о том, что сделала ей больно. Должно быть, это было слишком, потому что Хлоя не успела и глазом моргнуть, как внезапно к горлу Линды прижалось лезвие. — Я ни о чем не жалею. Прежде чем детектив успела подумать о том, чтобы что-то предпринять, охотница за головами отступила назад, по-прежнему вертя нож в руках. Линда медленно выдохнула, пряча вспышку ужаса, отразившуюся на её лице. Мейз, казалось, ничего не заметила. — Слушай, дело сделано, понятно? Теперь пути назад нет. Он получает то, что он хочет, я получаю то, что я хочу. Таков план, и я его придерживаюсь, несмотря ни на что. Хлоя нахмурилась. Во всём этом был замешан кто-то ещё? Кто именно? Она не знала никого, кто бы хотел причинить Люциферу такую боль. Может быть, старый партнёр? Сделка сорвалась и… Его отец? Последнее казалось более вероятным, учитывая то немногое, что она знала об их отношениях. Его брат когда-то рассказывал об их тяжелом детстве, но эти шрамы… это было больше, чем обычная жестокость. Люцифер утверждал, что это дело рук Мейз, что он сам попросил её сделать это, и все же он сказал, что его отец имеет к этому отношение. Может быть, они работают вместе? Неужели она опустится так низко, чтобы поступить так с ним? Она ожидала, что доктор попросит Мейз рассказать подробнее, чтобы прояснить, кто был второй частью уравнении. Но, к её удивлению, казалось, что она уже знала. — Ах, так. Ты теперь работаешь на него? Чем это отличается от того, когда ты работала на Люцифера? Хлоя должна была отдать должное, Линда была храброй. В Мейз словно щёлкнул выключатель, ярость овладела ею, и она вонзила клинок в столешницу. — Я больше ни на кого не работаю, — прорычала она сквозь стиснутые зубы. Линда даже не моргнула. — Так почему ты так уверена, что он вернётся в ад? — спросила она как можно более непринуждённо. Мейз отпрянула, сбитая с толку резкой сменой темы разговора. Однако вопрос возымел желаемый эффект, и её гнев сменился смехом. — Ты шутишь, да? Как только на её пальце появится второе кольцо, у него не останется другого выбора, кроме как уйти. Хлоя посмотрела на свою руку, на кольцо, которое казалось ей таким неправильным раньше, которое всё ещё казалось неправильным. Несмотря на то, что происходило: планировка свадьбы, девичник, выбор места для медового месяца… она не представляла себе второе кольцо рядом с этим. Почему-то она не могла себе этого представить. Линда продолжала говорить с небрежным любопытством. Ничего особенного, просто дружеская беседа между женщиной, которая думает, что она демон, и психотерапевтом, который ведёт себя так, будто может ей поверить. — Но почему он выбрал ад? Неужели он не может просто… переехать? — Поверь мне, моя дорогая доктор. Возвращение домой — ничто по сравнению с адом пребывания здесь, на земле, зная, что женщина, которую ты любишь, с кем-то другим. Вот оно. Подтверждение, которого она ждала всё это время. То, что именно Мейз произнесла эти слова, было, возможно, неожиданно, но в этот момент стало очевидно, что буквально каждый мог говорить о его чувствах, только не сам Люцифер. Не осознавая, что она делает, Хлое схватила цепочку в кармане, подарок, который она больше не могла носить, но с которым по-прежнему не желала расставаться. Держа его в руке, она почувствовала тепло внутри, которое распространилось по всему телу и обхватило её сердце. Он любил её. Конечно же, он любил её. — Люцифер — твой друг, Мейз. Неужели тебе всё равно, как всё это отражается на его чувствах? — Голос Линды заставил Хлою неохотно оторваться от своих мыслей и вернуться к сцене, разыгрывающейся перед ней. — Он не был моим другом очень долгое время. Почему я должна заботиться о нём, когда он не заботится обо мне? Единственное, что его действительно волнует — это он сам. Даже она стоит на втором месте. Мейз снова принялась расхаживать по комнате, явно теряя терпение. — Его чувства? А как ты думаешь, кто заставил его так себя чувствовать? Это я придумала этот план, и он это знает. Его состояние в настоящий момент — это просто вишенка на торте. — И как же он себя чувствует? Любопытство исчезло из голоса Линды, и Хлоя подозревала, что это потому, что она уже знала ответ, она просто хотела услышать, как Мейз произнесет это вслух. — Полностью растоптанным. Мэйз повернулась лицом к задней части комнаты, и на мгновение Хлоя могла поклясться, что она смотрит прямо на неё. Её ухмылка была почти нечеловеческой: ядовитый оскал. Она наслаждалась этим, наслаждалась болью, которую причиняла Люциферу. Сердце Хлои сжалось при мысли о том, через что ему пришлось пройти. По её вине, осознавала она того или нет. Линда замолчала, глубоко задумавшись. Мейз воспринял это как конец их разговора. — Боюсь, это всё, на что у нас есть время на этой неделе, док. В конце концов, у меня есть невеста, за которой надо присматривать, и я не могу допустить, чтобы она передумала! Она уже повернулась, чтобы уйти, когда Линда наконец заговорила: — Мейз! Охотница за головами снова посмотрела на неё. — Твой план отстой. Отказавшись от намерения уйти, Мейз бросилась к ней, и Линда впервые встала у неё на пути, не желая отступать, даже когда она прорычала в ответ: — Что ты сказала? Доктор была настроена решительно. — Объясни мне ещё раз, почему Люцифер заберёт тебя домой? Ты отнимаешь у него то, что ему дороже всего на свете. Как ты себе это представляешь? Что потом он просто даст тебе то, что ты хочешь? Он — король Ада. Мейз! Вся его сущность состоит в том, чтобы наказывать тех, кто этого заслуживает. Ты говоришь, что застрять здесь, на земле — это настоящая пытка. Что мешает ему просто оставить тебя здесь? Где гарантии, что он действительно возьмёт тебя с собой? Линда подошла ближе, глядя на подругу без тени страха. — Вопрос, который ты должна задать себе… чего ты заслуживаешь? Мейз застыла, краска полностью сошла с её лица. Было очевидно, что ей даже в голову не приходила мысль о том, что когда-нибудь Люцифер оставит её, что бы она ни говорила и ни делала. Она нервно сглотнула, прежде чем ответить. — Хватит. Это сработает. Это должно сработать. Она отодвинула гардину, и на этот раз Линда последовала за ней. — Это плохо закончится для тебя, Мейз. Умоляю, остановись сейчас, пока ещё можешь. Охотница за головами не оглянулась, даже не остановилась ни на секунду. Хлоя больше не видела её, но слышала её смех, когда она, уходя, издевалась над единственным человеком, который пытался ей помочь. — В это же время на следующей неделе, да? Пока Линда отвлеклась, Хлоя воспользовалась возможностью и покинула своё укрытие, разминая затёкшее тело. Она с облегчением отметила, что ниша была пуста: предыдущие гости, по-видимому, закончили свои дела и отправились на поиски других удовольствий, которые мог предложить Люкс. Кабинка, за которой она наблюдала, после ухода Мейз осталась открытой, и она видела, как Линда сидит за столом, обхватив голову руками, погружённая в свои мысли. Она тихо вошла, придвинув к себе стул. Это движение вывело психотерапевта из задумчивости, и она в шоке посмотрела на неё. Хлоя почти видела, как крутятся шестерёнки в её голове, когда она задалась вопросом, как долго детектив была здесь и как много она слышала. У самой Хлои был миллион вопросов, но она точно знала, с чего начать. Потому что сейчас важно было только одно. — Он любит меня?