Волан-де-Клаус

Как Волан-де-Морт слышал, люди любят употреблять такое выражение: "Пять секунд! Полёт нормальный!" И теперь, летя на санях, запряжённых упряжкой пожирателей ягеля, он тоже решил это употребить. Полёт был нормальный ровно пять секунд. А после захотелось употребить эту фразу и злоупотребить алкоголем... К счастью, сани и олени в полёте оказались противоударными. Приятный бонус от рождественской магии Санты. Реддлу очень повезло, что инструкция от саней пригодилась не после того, как всё сломано. Олень с тростью в зубах плакал. Вообще, многие после столкновения с дымоходом плачут. Но он плакал не от боли во лбу и не от счастья, что остался жив. Отчего обычно плачут Малфои? Верно, от обиды и жадности. Так, упавшая кирпичами на землю труба была щедро полита слезами хозяина мэнора. Вёл упряжку икающий красноносый олень Рудольфус. Вёл или не вёл - вот в чём вопрос... Тем временем центр управления полётами не управлял. И вообще не догадывался, что он центр... Точнее так: центр себя центром считал, но про управление полётами слыхом не слыхивал. Иными словами, Белла делала маникюр, посматривала на небо и то ругалась, то молилась, то причитала: "Низко летит. К дождю". В итоге с помощью магии, опыта, поводьев и "чьей-то матери" Волан-де-Клаусу удалось заставить сани повиноваться и лететь туда, куда ему нужно. Да, лететь в тартарары весело, легко, но регулярные рейсы никто не отменял. Снег искрился на солнце, ветер дул в лицо, и Реддл заставил сани снизиться, с улыбкой свесился через борт и набрал в ладонь пригоршню того самого белого сокровища. Ладоням стало холодно. Презрительно фыркнув, Тёмный лорд вернулся на своё место. Эксперименты были отложены до худших времён. Хотя чем была вся эта затея? Экспериментом. Над собой. И миром. Резкий поворот и удар о колонну привели Тома в чувство. Чувство гнева. И голода. Два главных чувства в его жизни. А вы "любовь", фи. Снижение. Подъём. Поворот. Змейка. Мёртвая петля. Мат. Падение назад в сани. Смех. Робкий смех с земли. А потом де-Клаус с улыбкой наблюдал, как его "супруга" закрывает себе рот и пытается притвориться песцом. - Писец... худой... песец... да... - протянул он. А затем все порадовались мягкой посадке. А не будь она мягкой, по традиции пожалели бы все.