У всех есть личный интерес

Когда через пару часов они наткнулись на зовущих их Кэссиди и Мэйэру, Говард на полном серьёзе предложил спрятаться. Муэта чуть было не согласился, но здравый смысл и стучащие от холода зубы заставили его побороть глупые страхи. — Вон они! — прокричала заметившая их девушка. Кэссиди приподнял фонарь, пытаясь разглядеть, куда она смотрит. — Слава богу, — первым делом мужчина, конечно же, осмотрел их с ног до головы. Муэта поморщился от яркого света, послушно рассказал, что немного поцарапался и очень сильно вымок. — Дурни! Чья была идея охотиться на медведя?! Они оба молчали, но прежде, чем Кэссиди сказал бы что-то ещё, Говард тихо пробормотал: — Не охотиться, а выслеживать… — Твоя? — сразу догадался мужчина, на что Говард лишь обречённо вздохнул. — Мы вместе! — вмешался Муэта, но смутился, стоило остальным посмотреть на него. — Вместе придумали… Какое-то время они все молчали. Говард без интереса разглядывал землю под ногами и яро оправдываться, как делал обычно, явно не собирался. Муэта не мог вспомнить случай, когда друг не мог поднять взгляда во время ссоры с наставником. Кажется, всё дело было в присутствии Мэй — Муэте и самому было неловко, что их отчитывают прямо при ней. — То есть оба придумали? — задумчиво переспросил Кэссиди. — Зачем? — Чтобы Муэту зауважали, — без труда выдал Говард и вдруг вскинулся, глядя то на девушку, то на наставника. — Мы почти его нашли! Мы нашли его следы. — Не следы, — тихо поправил Муэта. Страх вперемешку со стыдом постепенно ушли на второй план, уступая место раздражению. Говард всегда пытался всё переврать. — Ну, дерьмо. Медвежье дерьмо. — Оно было лосиное. — Почему ты так уверен? Похоже на медвежье! — На нас напала лосиха, тупица! — Сам тупица! Это был лось! — У неё был детёныш! — Там было целое стадо — это был лось-отец! Не заметил, какой он огромный? Лосихи поменьше, у них нет рогов и уж тем более… яиц! Муэта фыркнул, услышал тихий смешок сестры и, не придумав ничего лучше, ехидно поинтересовался: — А ты зачем их разглядывал? — Так, хватит! — Кэссиди, непонятно как терпевший их перепалку до этого, выдал каждому из них обидный подзатыльник. Муэта тут же притих, Говард нахмурился, но вновь потупился. — Рано я вас пороть перестал! — Ну, Кэссиди! — Говард посмотрел на наставника с такой обидой, что Муэта даже растрогался. — Что «Кэссиди»? Думаешь ты вообще, что творишь, или нет?! — Думаю! — Не вижу я, как ты думаешь. Сунулись в лес, ничего никому не сказав, выслеживали… вот что бы вы делали, если бы нарвались на медведя?! — Мы бы к нему не подходили! — А он бы, конечно, любезно согласился не подходить к вам в ответ?! Так что ли?! Ну-ка развернулись. Оба. Муэта нервно сглотнул, стоило увидеть, как Кэссиди достаёт ремень, который на его памяти не носил уже целую вечность, предпочитая подтяжки. Говард, судя по пропавшей с лица гримасе, тоже испугался, но протеста в нём явно было побольше. — Хватит, не смешно, — буркнул он, но под строгим взглядом притих. — Кто сказал, что я шучу? Поворачивайся. — Ну, Кэссиди! Мэй, так и не проронившая ни звука, не выглядела особенно удивлённой, но всё же переживала. Муэта переглянулся с ней, не нашёл, что сказать, и вновь стыдливо отвернулся. Что-то подсказывало, что Кэссиди с ними не шутил. — Нарываться на медведя — это уже за гранью! — объяснил Кэссиди спорящему с ним Говарду. — Там был лось… — Да хоть ручной суслик! Муэта даже перестал дрожать от холода. Внутренности сжались, стоило только вспомнить давно забытые ощущения. Снова получать ремня совсем не хотелось. — Мы замёрзли, — пожаловался Говард, не зная, что ещё можно сказать. — И спать хотим. И есть. Кэссиди ещё долго играл с ним в гляделки и так и сжимал ремень в свободной руке. — И правда холодно, — вдруг подала голос Мэйэра. Говард на неё даже не посмотрел. — Может пойдём уже? Нужно сообщить остальным, что мы их нашли. Кэссиди ответил не сразу, но когда ответил, и Муэта, и Говард одновременно выдохнули. — Да, точно, — мужчина достал из-за пояса охотничий рог и несколько раз протрубил в него. — Другие тоже вас ищут, — объяснил он, поймав на себе два вопросительных взгляда. — Почти пять часов за вами таскаемся! — И нас, конечно, нашёл именно ты, — едва слышно буркнул Говард. Муэта нервно прыснул со смеху. — Именно я, — подтвердил Кэссиди. — Шагай давай, следопыт… не в ту сторону!

***

На утро выходить из вигвама не хотелось. Кэссиди настоял, чтобы Муэта остался с ними на случай, если всё-таки заболеет. Пришлось выпить несколько кружек каких-то вонючих отваров, которые остались ещё от Рози, выслушать не одну лекцию о том, что при малейшем ухудшении состояния нужно срочно всех разбудить. Впервые за долгое время он почувствовал себя защищённым, но не мог понять, радует его это или, наоборот, раздражает. — … ничего же не случилось! Мы в порядке, — приглушённый голос Говарда доносился снаружи. Муэта перевернулся на другой бок, в попытках высмотреть что-то через небольшую щель между шкурами. — Чего ты так распереживалась? — Почему я распереживалась? — Мэйэра явно сдерживала себя, но, как и ожидалось, после небольшой паузы всё же сорвалась. — Ты в своём уме?! Ты сказал, что вы пойдёте искать медведя, а потом пропал на полночи! Что мне нужно было делать? Идти искать вас в одиночку?! — Нет! — Тогда почему ты меня обвиняешь? Если бы я ничего никому не сказала, вас бы здесь не было! — Ты не можешь этого знать и… Мэй. Мэй, ну не уходи! Муэта ничуть не удивился реакции сестры — вытерпеть убеждённого в своей правоте Говарда не смог бы даже мертвец. Друг частенько перебарщивал с упрямством, когда знал, что точно виноват в том, что случилось. — Ты проснулся? — Рид вернулся в вигвам и плюхнулся на свою лежанку, не заметив удивлённого взгляда. — Притворись больным, кажется, Кэссиди и правда собрался нас… ну, ты понял. — Я не умею притворяться. — Научись. Это же просто. Говард довольно шумно и страшно откашлялся, демонстрируя «актёрский» талант. Муэта смотрел на него без малейших признаков восхищения. — Ну и ладно, — Говард чуть повозился с одеялами и обиженно отвернулся. Муэта долго смотрел на его спину, но в конце концов заскучал. Вновь накатившее волнение не давало думать о чём-то, кроме предстоящего разговора с Кэссиди. — Проснулись? — Кэссиди вернулся как раз вовремя. Говард только-только решил повернуться и завести разговор. — Есть пойдёте или сразу поговорим? — Ну, Кэссиди, — совсем по-детски заныл Говард. Муэта бы посмеялся, но конкретно в этот момент ему было совсем не смешно, — ты не можешь с нами так поступать. Мы же с тобой договаривались… Мне уже шестнадцать! — Мы ни о чём с тобой не договаривались, и вчера я тебе всё объяснил. — Вихо говорил… — Ещё одно слово про Вихо, — Кэссиди наставил на Говарда указательный палец, и тот сразу притих. Обиделся, разозлился, но притих. — Вы могли погибнуть. Ничего не сказали, ушли туда, куда я, между прочим, уходить запрещал. Было такое? Говард отвёл взгляд, но явно не стыдился. — Было такое?! — громче вопросил Кэссиди. — Ну, было… — А книжку про опасных хищников я вам читать давал? — Давал. — И? Вы ничего оттуда не вынесли? На медведя они пошли… как только мозгов хватило?! То, как он разодрал того старика, вас ничему не научило?! — У нас было оружие… — И не было мозгов. Что вы там вчера про лося говорили? Нарвались всё-таки? Говард промолчал. Муэта испугался, что Кэссиди теперь начнёт прожигать взглядом его, но этого не случилось. — Ещё раз я вас дальше очерченной линии увижу, розгами сечь буду. Чтобы по-взрослому. Это понятно? В ответ снова было одно лишь молчание. Кэссиди кивнул сам себе и принялся вытаскивать ремень из штанов. — Кто первый? — легко спросил он, и Муэта остолбенел от одного лишь вопроса. — Или опять вместе? Ну? Говард посмотрел на него исподлобья. Муэта даже не шелохнулся. — Значит, вместе, — решил за них Кэссиди. — Встаём. Ты же не заболел? Муэта нехотя поднялся и отрицательно покачал головой в ответ на вопрос. Говард же так и остался лежать и будто не мог решиться, но, увидев, что все ждут его одного, медленно поднялся. — Сюда идите, — Кэссиди хлопнул рукой по столу, собранному из пустых ящиков, в которых индейцы перевозили вещи. — Подальше друг от друга становитесь. Говард недовольно упёрся локтями в скатерть. Муэта повторил за ним гораздо неувереннее. Кэссиди остановился возле него, чуть надавил на плечи, заставляя больше наклониться вперёд. — Штаны, — напомнил он. — Может не надо? — попробовал Говард, но Кэссиди ему так и не ответил. Краем глаза Муэта заметил, как друг принялся расстёгивать пуговицу, и ему ничего не оставалось, кроме как сделать то же самое. Как только они снова приняли нужное положение, Кэссиди предупредил, что начинает. — Ай! — Муэта подскочил скорее от неожиданности. Было не так уж и больно, но место удара всё равно немного пекло. Он неосознанно прикрылся руками, зажмурился и зачем-то объяснил: — Больно. — А если бы медведь покусал, было бы не больно? — уточнил Кэссиди. Муэта залился краской, убрал руки и вновь наклонился. Удары почти сразу же посыпались без остановки и уже после третьего или четвёртого ему действительно стало больно. — Он бы разодрал вас в два счёта. Думаете, вы успели бы в него выстрелить? Один или два раза — это максимум. Он бы рванул прямо на вас, и вы бы не успели даже пискнуть. Муэта громко замычал от особенно жгучего удара. Кэссиди явно решил выдать ему всё и сразу и не прекратил опускать руку даже после пятнадцатого. Ремень ударял точно по низу ягодиц, иногда щёлкал громче, от чего Муэта подскакивал только сильнее. Стоять на одном месте у него никак не получалось — руки то и дело тянулись назад, но прикрыть пострадавшее место он так и не решался. Кэссиди отстал от него только спустя целую вечность. Муэта шумно выдохнул и полностью упал на стол, изо всех сил стараясь не разрыдаться. Предыдущая порка теперь казалась ерундой по сравнению с тем, как сейчас горела ничем не прикрытая кожа. Сесть на твёрдую скамейку за обедом он точно не сможет. Говард вытерпел то, что ему полагалось, в основном молча и лишь изредка болезненно шипел и шмыгал носом. Муэта был слишком занят собственным несчастьем, чтобы вслушиваться, но мысленно жалел друга, прекрасно понимая, как тому нелегко. — Одевайтесь, — скомандовал Кэссиди одновременно с последним щелчком. Говард на это предложение болезненно взвыл, Муэта же мгновенно потянулся за упавшими на землю штанами. — Чтобы я вас рядом с лесом в ближайшее время не видел. — Ближайшее время — это сколько? — кое-как выговорил Говард, пытаясь натянуть штаны. — Это много. Займитесь лучше чем-то полезным: помогите разобрать вещи новоприбывшим или помойте посуду. Через пару часов мне нужна будет помощь с фургоном — с тем, у которого скрипит колесо. Придёте? — Угу, — Муэта еле разогнулся и покосился на друга, который изо всех сил пытался унять боль какими-то странными выпадами. Сам он так делать постеснялся. — В следующий раз напомни мне заглянуть в книжный, — обратился Кэссиди к Говарду. — Есть одна книжка — там и про медведей, и про лосей, и про всех, кого лучше обходить стороной. Наизусть мне её выучите и будете перед сном рассказывать. — Мы поняли! — вздохнул Говард. — Надеюсь. Всё, отдыхайте и через десять минут на обед. Как только Кэссиди вышел, они сразу же рухнули обратно на свои лежанки. Говард демонстративно громко завыл, Муэта же молча уткнулся лицом в одеяло, прислушиваясь к ощущениям. Если лежать неподвижно, было не так уж и больно. — Всё равно в лес пойдём, он завтра уже и не вспомнит, — заявил Говард спустя какое-то время. — Я больше никуда не пойду. — Но нам нужно хотя бы поймать кролика! Вихо от тебя не отстанет. — Отстанет, если я ничего не буду делать. Говард промолчал. Муэта почувствовал, что невыплаканные слёзы всё же просятся наружу. Он и сам понимал, что ему нужно исправиться — что нужно хоть что-нибудь сделать, чтобы быть полезным и не разочаровывать дядю. Если он продолжит косячить, все старания были впустую. — Я пока тебя искал, знаешь, о чём подумал? — снова заговорил Говард.— Мы и правда можем стать следопытами. Сама охота — это ведь не главное. Вихо говорил, что его главная проблема сейчас — это бандиты. Они прячутся на окраинах леса, мы могли бы выслеживать их и прогонять. — Я не хочу убивать людей. — А ты и не будешь. Я же говорил про усыпляющие дротики, помнишь? Вихо разрешил нам разобраться с теми идиотами. Сказал, они безобидные. — Не знаю… — Нужно сначала потренироваться в стрельбе. Ты же лучше стреляешь, спрячешься где-нибудь, а я их отвлеку. — Кэссиди только что… он точно не одобрит. Я не хочу рисковать. — Мы же не прямо сейчас пойдём! Он успокоится, потеряет бдительность… если бы Мэй ему сейчас не сказала, он бы вообще ничего не узнал. Нам просто не повезло. — Он узнал бы. Нас не было слишком долго. Если что-то пойдёт не так… — В следующий раз мы его предупредим. Скажем, что поедем на вечернюю прогулку — он не узнает. Муэта вздохнул. Соглашаться на такое безумие он не очень хотел, но понимал, что друг не отстанет. К медведям и бизонам он точно больше не сунется. Оставались только люди. — План дурацкий, — честно сказал он. — Ты всегда сомневаешься. — И не зря. Ты всегда загоняешь нас в неприятности. — Я ведь тебе помочь пытаюсь. Ты сам хоть раз что-то придумал? Нет. Так почему я виноват в том, что хоть что-то делаю? — Прости… Говард не ответил. Он полежал ещё немного, затем поднялся, слишком уж быстро сбегая. — Я обедать.