У всех есть личный интерес

Смотреть на раненого мальчишку у Кэссиди не было никаких сил. На пару с Рози они отмыли его от грязи и крови, подлатали раны и вторые сутки боролись с несбивающейся температурой. Утром снова приходил лекарь. Осмотрел поврежденную ногу, увеличил дозу лекарства и сказал, что ничем больше не может помочь. Велел ждать и молиться, чтобы инфекция не развилась настолько, чтобы им всё же пришлось ампутировать ногу до колена. Этого Кэссиди боялся больше всего — позволить сделать из мальчика калеку, не имея другого выхода. — Всё будет хорошо, — Рози накрыла его напряжённую руку своей. Её улыбка излучала лишь скрытую боль и не внушала ни капли спокойствия, которое им обоим сейчас было нужно. — Я посижу с ним. Тебе нужно поспать. — Я в порядке. — Ты не сомкнул глаз с тех пор, как вы вернулись. Думаешь, я поверю, что ты в порядке? Иди хотя бы пройдись. Свежий воздух поможет разгрузить голову и избавит от кошмаров. Кэссиди отвёл взгляд. Он не понимал, как Рози узнала про кошмары. Те пару дней, которые он буквально тащил бредящего мальчишку на себе, были самыми тяжёлыми. Он не мог бодрствовать, потому что уставал так сильно, что к вечеру и сам терял сознание. Рана в ноге Говарда выглядела ужасно, и он понятия не имел, что с этим делать. Ночью ему снилось, как отравленная стрела пробивает им обоим головы. После того, как Говард безрассудно выскочил из укрытия и помчался к индейцам, охотники за головами воодушевились. Мальчишка стал отличным отвлекающим манёвром и то, что его никто не прибил, сыграло на руку притаившимся неподалёку военным. Кэссиди не успел понять, что именно произошло, но было уже слишком поздно. Ещё с десяток людей появились словно из ниоткуда. Они выскочили с разных сторон и порубили не ожидающих этого индейцев со спины. Кэссиди сразу же прорвался к Говарду. Схватил его на руки и из последних сил бросился бежать. То ли благодаря невероятному везению, то ли тому, что индейцы были слишком шокированы подоспевшими всадниками — ни одна стрела не полетела ему в спину. — Вот, заодно принеси немного воды, — попросила Рози, вручая ему полупустое ведро. — Эта уже нагрелась, нужна холодная. Не нужно было гадать, чтобы понять, что женщина выгоняет его любыми способами. Кэссиди и сам понимал, что не сможет сидеть на одном месте всё время, пока Говард страдает в горячке. Это может продлиться ещё несколько дней, а ему необходимо отвлечься. — Я скоро вернусь, — слова были обращены Говарду. Кэссиди в очередной раз приложил ладонь к его накрытому мокрой тряпкой лбу. Та уже начинала теплеть. — Потерпи, птенчик, скоро тебе станет лучше. — Обязательно станет, — повторила Рози. Они не знали, понимает ли мальчик хоть что-то из того, что они ему говорят. Его состояние казалось настолько тяжёлым, что они не отличали, когда он в сознании. — Иди. Мы тут тоже пока отдохнём. Кэссиди кивнул. Взяв ведро, он направился к выходу из салуна.

***

День выдался холодный. Небо заволокло тёмными тучами. Время от времени шёл дождь. Кэссиди слонялся по округе не без дела. Узнать, что же стало с индейцами, ему за эти дни не удавалось. В салуне, конечно, шли разговоры, но то были байки местных пьянчуг, которые выдумывали истории одна другой краше. — … а потом на них выскочил медведь! Сожрал одного из охотников, пока его не пристрелили. Говорят, мёртвый он выглядел совсем, как человек! Отмахнувшись от очередного сумасшедшего, Кэссиди пошёл дальше. Виксберг не был достаточно большим городом, чтобы встретить здесь кого-то, кто знал бы о новостях точно. Насколько ему удалось понять, Билл и его дружки отправились в сторону Монро. — Свежие газеты! Только сегодня, рассказ о битве с индейцами из первых уст! Свежие газеты! Кэссиди выхватил из рук тощего паренька свёрнутую газету и только потом опомнился и протянул ему монету. Отойдя чуть подальше, он развернул бумагу и пробежался глазами по заголовкам.

«ОХОТНИКИ ЗА ГОЛОВАМИ ОСВОБОДИЛИ ДОЛИНУ»

Первые строки восхваляли охотников за невероятный подвиг и помощь гордящейся ими стране. Кэссиди не мог вспомнить, чтобы в газетах когда-либо так открыто писалось о деятельности подобных отрядов. Обычно всю славу приписывали законникам. «Битва была тяжёлой. В какой-то момент мы думали, что умрём, но мой младший братишка не растерялся и спас наши жизни. Дикари испугались его, как огня. Кричали от страха и даже называли его Белым ястребом, что по их легенде значит «несущий смерть». Кэссиди фыркнул. Билл нёс полную чушь, да ещё и впутал в это Говарда. Свалил всё на него. «Будьте уверены, ни одного дикаря больше не встретится вам вблизи наших городов. Сейчас наш вольный отряд отправляется на север. Надеемся, что и там мы сможем установить такой же порядок». Бросив газету первому попавшемуся нищему, Кэссиди поспешил к колодцу.

***

— Кит, тут… — взволнованная Рози встретила его возле стойки. И не только она. Мужчина в длинном плаще с капюшоном обернулся и приветственно кивнул. — Мокки? — Кэссиди опешил. Он был уверен, что никто из индейцев не остался в живых. Их порубили беспощадно и быстро. — Как ты меня нашёл? — Твоя лошадь… Нам нужна помощь, — в отличие от Вихо, Мокки плохо говорил по-английски, что могло привлечь внимание сидящей за дальним столиком компании. — Подожди, не здесь. Пойдём на второй этаж. Кивнув Рози, Кэссиди поставил ведро с водой на пол, ухватил Мокки за плечо и направил в сторону лестницы. Они поднялись в гостевую комнату, в которой когда-то давно Кэссиди ютился с Говардом и Муэтой. Казалось, что это было в прошлой жизни. Индеец выглядел взволнованным. Даже находясь в закрытой комнате, где кроме них никого больше не было, он продолжал нервно оглядываться и теребить край плаща. — Сколько выжило? — сходу поинтересовался Кэссиди. Тратить время на пустые разговоры не было смысла. — Мало. Мы в лесу. Нам нужна помощь. — Это я уже понял. Конкретнее. Какая помощь, и что вы собираетесь делать? Мокки ответил не сразу. Кэссиди с сожалением отметил, что индеец не доверял ему так, как раньше. Кажется, тот скорее был в отчаянии. — Уйти обратно. Незаметно. Это было очевидно с самого начала. Если кто-то и выжил, то оставаться здесь и продолжать сражаться за собственную жизнь было бы безрассудством. Кэссиди только надеялся, что возвращаться индейцы будут самостоятельно. Он не готов снова проделать такой огромный путь. Не сейчас и не с раненым Говардом. — Я не могу оставить мальчика, — сказал он прямо. Мокки это не обрадовало. — Если хотите моей помощи, придётся подождать. — У нас нет возможности ждать. Нас выследят и убьют. Охотники рыщут по окрестностям — они знают, что мы выжили. — Один из ваших подстрелил Говарда. Теперь вам придётся подождать, хотите вы этого или нет. На эмоциях ответ прозвучал грубо. Мокки нахмурился, что на его молодом лице смотрелось скорее комично. Вихо был куда более грозным. Интересно, выжил ли он? Только Кэссиди собирался это спросить, Мокки выплюнул: — Не зря Вихо говорил, что белому человеку доверия нет. С этими словами индеец покинул комнату. Кэссиди смотрел ему вслед и не собирался останавливать. Как бы ему не было жаль уцелевших индейцев, рисковать жизнью Говарда или оставлять его одного на такой долгий срок он не собирался. — Чего он хотел? — тут же спросила Рози, стоило ему войти. Говард всё так же спал на широкой кровати. — Помощи. Я отказал. — Возможно, оно и к лучшему. Женщина кивнула. Кэссиди был рад её поддержке. — Ты отказал? Слышать хриплый голос Говарда было неожиданно и больно. Мальчишка уставился на Кэссиди пронзительным взглядом, будто не он все эти дни хранил молчание. — Говард! — Рози первая пришла в себя и обрадовалась внезапной поправке. — Как ты себя чувствуешь? Что болит? — Ты отказал им? — повторил мальчишка громче. — Почему?! — Ты всё это время притворялся спящим? — парировал Кэссиди. Ему не нравился тон, которым с ним разговаривали. — Я отказал, потому что сейчас они способны справиться сами. Мы помогли им, чем смогли. Они сами решили дать бой вместо того, чтобы уйти сразу, и к чему это привело? Говард сердито нахмурился. В точности так, как несколько минут назад хмурился молодой Мокки. — Мы обязаны помочь им. — Мы ничем им не обязаны. — Ты не можешь просто взять и бросить их! — Это не наше дело, сколько тебе это говорить?! Сейчас твоя задача — поправиться. И думать забудь о чём-то другом. Ты хоть представляешь, как ты нас напугал? Теперь упрямца хотелось придушить. Кэссиди поверить не мог, что первое, что с ними случится по пробуждении — ссора. Говард хотел было что-то сказать. Судя по выражению — что-то особенно колкое. Если бы Рози вовремя не вмешалась, они бы рассорились только больше. — Прекратите сейчас же. Кит! — женщина посмотрела на него с осуждением. — Мальчик только очнулся, а ты уже кричишь на него. — Он по-другому не умеет, — тут же вставил Говард, но осёкся, стоило Рози строго взглянуть на него. — А ты помолчал бы, юноша, — отчитала она. — Тебе сейчас и правда не стоит думать ни о чём, кроме выздоровления. Вдруг опять станет плохо? — Мне не плохо. Я вообще-то вставать собирался. — Ещё чего. У тебя нога в таком состоянии, что ещё несколько дней вставать нельзя. Нет уж, будешь лежать. В комнате повисло молчание. Говард и Кэссиди буравили друг друга взглядами, но говорить вслух никто из них не решался. — Кит, тебе всё же нужно поспать, — нарушила тишину Рози. — Видишь? Он идёт на поправку. Можешь отдохнуть, я присмотрю. Как бы Кэссиди не хотелось уходить, но это было лучшим решением. Ссориться с только что очнувшимся Говардом ему и правда не стоило. Мальчику нужен покой. — Да, поговорим позже.