Призрачная музыка

Неделя пролетела быстро, учитывая, что всю неделю я сидела на диване с гитарой в руках. Написала еще один текст и теперь работаю над новой мелодией. Руки начинали уже болеть, но желание дописать хотя бы куплет — было сильнее. Телефон издал звук. Пришлось отложить инструмент, чтобы посмотреть на то, что же пришло. Сообщение из нашей общей группы, где не было Макса. Меня только что туда добавили, Рос написал, что сегодня вечером идем в бар, отметить какое-то событие, но заметив мое присутствие удалил сообщение, а после меня. Все еще ненавидит меня. Извинения не принял. Даже плакать не хочется. Это ведь бесполезно. Да и толку в этом не вижу. Подумаешь, ненавидит. В голове на секунду всплыла фраза «от ненависти до любви один шаг». Скорчила рожу, представив, что это про нас с Ройсом. Это ведь смешно! Мне удалось сдружиться со всеми, но только не с ним. И я все равно не понимаю за что он так со мной. Ребята общались со мной так как положено общаться тем, кто поёт в одной группе. Мы можем шутить или просто разговаривать на самые разные темы. Просто потому что нам этого хочется. Ройс настраивает ребят против меня. Над музыкой я работаю совершенно одна. Правда, когда парень уезжает куда-то, они приходят и сидят со мной, пытаются помочь и сделать все вместе. Мне тогда начало казаться, что и им не нравится такое поведение Ройса. — У тебя хорошо получается, — Макс садиться рядом, — не пробовала ребят подключить? Рос сказал, что ты работаешь совсем одна, да и не собираешься с ними репетировать. Соврал ему. Да ещё и делает из меня плохую девочку. Тут мне, конечно же, стало обидно и я не выдержала. — Нет, — говорю я, откладывая гитару, — Ройс сам настроил ребят против меня, поэтому я работаю одна. Он меня ненавидит. А мне тяжело работать одной. Но если бы не ребята, точнее то, что Ройс куда-то уезжает, ребята бы и не приходили. — Говорила с ним? Киваю. Если бы не ребята. Я бы от такого сошла бы с ума. Вспахивать за всех. Только вот зачем настраивать ребят против меня? Знаю, что они очень давно знакомы, а я появилась, как снег в начале ноября, так неожиданно. Только какой идиот в это поверит? — Знаю, это всего лишь отговорка. Им просто не хочется терять дружбу с эгоистом вроде Ройса. — Они давно дружат, еще до того, как им предложили стать частью этой группы. Знаешь же. Максим рассказал, что они и раньше были группой. Солистом был другой человек. Ушел он потому что не был готов отдать свою жизнь за свою мечту. Тогда солистом стал Ростислав, но Михаилу Эдуардовичу это не совсем понравилось и тогда нашли меня. — Почему ты согласилась? — Потому что хотела помочь своей сестре. Он ничего больше не спросил, но у меня возникло чувство, будто бы он что-то знает, но говорить об этом не хочет. Не стала расспрашивать, может, он смотрел на мое досье, прежде чем пригласить. К вечеру я закончила работать с текстом, заканчивала работу с музыкой и нужно лишь помощь парней, чтобы записать полноценную мелодию. Знаю, что они все время тусуются в одном месте. Меня никогда не приглашали, но это сейчас не важно. Мы ведь разные, да и знакомы от силу чуть больше недели. — Может, не стоило так делать? — Иначе бы не поверили. Не могу разобрать, кто говорит с Максом, думаю, что это Михаил Эдуардович. О чем они говорят так и не понятно. Да и нужно ли мне подслушивать? — Пришлось убить нескольких людей, чтобы получить солиста, — мужчина замолчал, сделал глоток, — но оно того стоило. Она прекрасный солист, еще и сочиняет превосходную музыку. Убил людей, чтобы я пела? Он псих! Это слишком жестоко, слишком эгоистично. — Ее голос расслабляет, не замечал этого? — Да, но такие жертвы… — Были не напрасны, поверь. Через год о группе будут говорить постоянно, вот увидишь. Слушать дальше этот разговор мне не хочется. Скольких же он убил, чтобы все поверили в мою смерть? А главное зачем? Стоят ли все эти жертвы того, чтобы я пела? Думать о музыке не получаются. В голове всплывает момент, где показывали фотографии жертв. Пять, десять… и девушка, которую приняли за меня… Это худшее, что я могла себе представить, хотя до этого дня думала, что это подставное видео. Подставное… Выхожу на улицу. Дождь капает. Стою под козырьком и закуриваю. Хочется стукнуть себя по башке и не знать того, что узнала. Не мучает ли их совесть? — Я думал, ты не куришь, — говорит парень, подходя ко мне. — Я тоже. Стас весь промок. Вода капает с волос. Достаёт из кормана пачку и забуривает вместе со мной. — Что грустишь? Вдохновенье потеряла? Выдыхаю дым, слегка прокашлявшись. Я не знаю, знают ли ребята про жертв, а если и знают, то почему ничего не говорят? — Нужно отрепетировать, а иначе мы зря собрались. — В смысле? — Вы сидите пока Ройс рядом, толку никакого нет! Вы не сможете почувствовать смысл песен, если не поймёте. Почему нельзя плюнуть на его мнение? Просто быть людьми! У нас свободная страна, да и он вам не папочка. Парень удивленно уставился на меня, ничего не ответил, а я начала ощущать, как камень с души падает с плеч. — Тише. Чувствую, что еще чуть-чуть и разревусь. Стас подходит ближе, обнимает. Мне становится спокойно, но не так как хотелось бы. Я просто устала делать все сама. Им же не достаточно двух часов в три дня, когда Ройс не видит их, пока не следит за их каждым шагом. Ведёт он себя странно, я бы сказала слишком. — Извини, — говорит он, а я даю волю эмоциям. Слёзы вырываются и падают на плечо парня. Хочется что-то сказать, но в тоже время мне этого совершенно не хочется. Я больше не хочу что либо говорить. Я устала. Дождь начал усиливаться. Сигарета выпала из руки. А слезы продолжали бежать по щекам, падая на футболку парня. — Нужно идти внутрь или заболеем. С трудом смогла успокоиться. Не знаю, как и не знаю, кто сказал, но сегодня Макс собрал всех, сказал, если мы не будем работать вместе, то можем попрощаться с ролью в группе. Краем глаза увидела улыбку Стаса. Это все он. Даже не знаю, что и сказать. Улыбнулась в ответ. Но чувствую, что после этого разговора кто-то начнёт орать. Даже не буду тыквам в Ройса пальцем. После собрания пошли в студию. Я пару раз сыграла две песни, которые есть на данный момент. Оценили все, кроме Ройса, не знаю, почему я его так называю, но иногда он даже бесился. Не думаю, что это из-за моей роли, но и просто от того, как я это произношу. Я знаю, что ребятам понравилось то, что я написала за две недели, они мне ещё тогда сказали. Но так притворяться, будто бы они слышат не впервые. С одной стороны ладно, но с другой. Я все ещё не могу понять, зачем они стараются угодить ему. Начала игру на гитаре, слыша, как тихо застучали барабаны, пытаясь попасть и ничего не испортить, позже подключились клавиши и бас гитара. Но мне для полноты не хватало этого идиота. Вторую песню мы начали играть без Стаса и клавиш, самый настоящий дуэт. Начинаю петь. Слова даются тяжело. Стараюсь держать голову в холоде, но я начинаю путаться. Вставляю слова не там, где хотела и где планировала. — Узнаю, что вы сразу же ушли — прощайтесь, — с этими словами Макс ушел из зала, оставив меня с парнями. Только хотела сыграть одну из песнь, как Ройс остановил всю игру. — Не справилась с ролью солиста и пожаловалась, как ребенок? — Что? Стас хотел вступиться за меня, но его перебили. — Это было не красиво с твоей стороны, — продолжил наш обижена, — настучала и думаешь тебя все полюбят? Теперь в разговор вмешался Стас, который сказал, что репетировал вместе со мной, конечно же, ребят он не сдал. Но то что он сделал меня порадовало. Не все потеряно, как говорится. — А ты что за неё заступаешься? Ещё и помогал ей! — Да! — крикнула я, — я ему сказала, доволен? Даже не смей что-то ещё мне тут тявкать! Думаешь сможешь своих собственных друзей настроить против меня? Ошибаешься! Они-то хоть умнее тебя! Парень удивленно посмотрел. — Думал, что тебе это с рук сойдет? Я не собираюсь впахивать за каждого, чтобы потом вы же и получали всю славу: «ах, какие молодцы» уроды. Сейчас я говорю лишнее. Если бы не Стас, мы бы тут не стояли. — Базар фильтруй. — А то что? — Плохо будет. — Если только тебе. Вижу, как он бесится. Это прям, поднимает мне настроение. Ах, если бы знала раньше, то делала бы так каждый день. Победно улыбаюсь и прежде чем уйти показываю ему язык, что вызывает у меня приступ смеха. — Тук-тук, — говорит Стас, открывая дверь, — можно? — Заходи. Стоило захотеть мне пойти в душ, как этот момент портят. Так было всегда, даже в старой жизни. — Спасибо, что не сдала, — вдруг говорит парень, — просто мы так давно и много обещали друг други, типо быть всегда на одной стороне. Правда, то что было мне не понравилось, да и ребятам тоже. — Да, ладно, — говорю, но в душе остался какой-то осадок, даже не знаю, как с ним бороться. — Он этого никогда не приветствовал, но в этот раз это было не обходимо, — говорит он. Это нужно было для группы. Стас, как и я думает о группе. Но и о дружбе он не забывает. Мы проболтали еще часа два, после чего я выпнула парня из своей комнаты, сказав, что уже слишком поздно. Сама же отправилась в душ. Это было необходимо. Просто хочется побыть одной, в привычной среде. За еще одну неделю мы написали две песни. Теперь идет пиар наших песен. Рейтинг поднимается, нас начинают любить и слушать. Мы достигли первой точки. Достигли того, что хотели. Через месяц нас уже можно было услышать по радио. Группа поднималась в рейтинге еще выше. Выпустили еще пару песен. Я чувствовала радость и облегчение. У нас получилось. Мы сделали то, ради чего пожертвовали. На аккаунте нашей группы в инстаграм уже более миллиона подписчиков, в группе чуть больше или меньше. Много подписалось на аккаунты во вконтакте. Каждый день кто-то мне пишет, но я даже не знаю, что ответить на: «будь моим парнем» или даже мужем. Большинство людей решило, что я парень. Поначалу было обидно, что никто ничего и не заметил. Позже даже начала радоваться. Информации о нас было слишком мало. Постоянно спрашивали о личной жизни. Часто приходили сообщения, чтобы я показала лицо (или показал?) Отвечала я в неопределенном роде, потому что так было удобно, да и звучало красиво. Я старалась немного подыгрывать людям. Хотя по мне и не скажешь что я девушка, пока не пообщаешься. Одежда слишком широкая, волосы короткие, трудно понять кем я являюсь. Будь это не со мной — не верила, что такое может быть.