Призрачная музыка

В семь часов вечера должна состояться пресс-конференция, где будет много журналистов. Честно я даже немного переживаю. Больше всего не за то что меня спросят или ребят, за то что перед важным мероприятием мне предстоит встретится с той самой Марией, с которой Ройс встречался года три назад. Что ей нужно от меня? Честно не знаю, да и думать об этом мне не хочется совсем. В шесть часов как и договаривались я зашла в кафе на первом этаже, напротив здания, где через час буду отвечать на вопросы журналистов и нервничать. За все время, что существует группа я так и не смогла привыкнуть к вопросам от журналистов. Помню был случай, когда я спокойно выйти не могла из отеля, потому что была на прицеле нескольких журналюг, которые так и хотели узнать все мои секретики. А что было, когда все думали, что я сестра Меино и девушка Стаса. С одной стороны все мы смеялись над этим фактом, а с другой я ничего не понимала. — Здравствуй, — слышу я голос рядом. — Привет, — отвечаю я, когда девушка присаживается напротив. Выглядела она все так же прекрасно, как и тогда. За три года, кажется, стала лучше. О чем сейчас пойдет наш разговор — не знаю. Но могу лишь догадаться и то не факт. Девушка положила конверт на стол и начала говорить о том, что я должна сделать за то, что лежит в белом конверте. — Мне не нужны деньги, — холодно отвечаю я, прекрасно поняв, что будет потом. — Там не деньги, — отвечает она и приоткрывает конверт. Сердце сжалось. Да так, что я не смогла сделать вдох или выдох. Так плохо мне давно не бывало. Кое-как сглатываю ком в горле. Марию забавляет моя реакция, видимо это то, что она хотела увидеть. Давит на больное. — Ты представляешь, что будет если все об этом узнают? Что будет дальше? Я уже все прекрасно вижу, — говорит она так, будто бы давит. Узнают обо мне — узнают и о других. — Не боишься, что все всплывет? — Нет. — А то, что могут пострадать другие люди? — Никто не пострадает, если ты сделаешь правильный выбор, — ее улыбка столь ядовита, что с непривычки я скорчилась, будто бы пару капель попали ко мне в рот, начиная действовать так, что все тело немеет. *** В зал, где состоится пресс-конференция, я заходила под ручку с Ройсом. Так захотел он. И пусть сейчас в голове у меня столько мыслей, от чего она вот-вот лопнет. Да и как-то настроения у меня сейчас нет, что уже было заметно. Мы с ребятами сели в самой середине, чтобы нас было видно. Множество камер и глаз были направлены на нас. Тяжело вздыхаю, боясь что-то делать, что-то говорить. — Скажите, ваша группа прославилась благодаря таланту участников или же деньгам вашего спонсора? — спросила девушка лет двадцати пяти, с темными волосами, сидя прямо передо мной. — Конечно же, таланту каждого из ребят, — ответил Макс, так уверено, от чего становится не по себе, от слова совсем. — Совсем недавно в сети появились фотографии с дня рождения солистки, где она целуется с гитаристом Ростиславом. Скажите, это все для пиара? — Нет, — сказал вместо меня парень, видно как его это разозлило, — с Мей мы встречаемся. Это я говорю уже официально. — А что скажет Меино? — Вы уже все слышали, — ответила я совсем не своим голосом. — А что по поводу будущего вашей группы? Вопрос явно был адресован мне и все только и ждали моего ответа. Взгляд падает на Марию, что стоит в самом конце зала и смотрит на меня, перевожу взгляд на свои руки, которые уже начали трястись то ли от того что я слабая то ли от того, что я сейчас разрушу все, что построилось с большим трудом. — Я не знаю, что ждет группу, — послышались вздохи, недовольство, — потому что… потому что я покидаю группу! Сказала я это как можно уверено в себе. Парни посмотрели на меня большими от удивления глазами, ничего не понимаю. Журналисты тоже ничего не поняла, начали задавать сразу вопросы, в один голос. Резко встаю и покидаю зал. Слыша от Марии «молодец» и исчезаю. *** Новость о уходе солистки взорвала соц сети. Многие стали возмущаться, единицы только радовались. Кадры с пресс-конференции говорят только о том, что солистка решила это сама, ведь никто об этом не знал. — Скажите, вы знали об этом? — голос журналиста, где-то за кадром. — Нет! Парень вскакивает со своего места и выбегает. Что сейчас происходит, никто понять не может. Вопросов возникает много, ответов же — нет. Самый главный вопрос: что произошло с Меино и почему она решила покинуть группу. Конференция закончилась так, будто бы ее и не было. Минут за десять зал покинула солистка, после нее и гитарист, который был назван парнем юной девушки. Сейчас атмосфера в помещение начинает накалываться, будто бы взорвался вулкан. В инстаграмме уже появились фотографии, где было замазано лицо девушки. Это фото сделал один из тех людей, что не любил присутствие девушки на сцене, думал, что группа могла бы достичь большего успеха, будь солистом Ростислав. — Думаю, можно вообще вырезать ее с фотографии, — сказал парень. — Думаю можно, — ответила Мария, нежно целуя своего собеседника, — так будет лучше. *** — Черт, — ругаюсь я, когда в десятый раз слышу автоответчика. — Дозвонился? — спрашивает меня Макс. — Догадайся! Так зол я не был давно. Мне хочется знать, что произошло, что за фигню она сказал! Что значит уходит? Где она? Меня волнует больше всего. Продолжаю названивать, понимая, что сейчас ее телефон вне зоне действия. Я должен с ней поговорить. Это ведь полнейшая шутка. Когда в очередной раз женский голос говорит «абонент выключен или находится вне зоне действия сети» рука замахивается, чтобы швырнуть телефон в стену, только рука Стаса не дает это сделать. — Успокойся, — говорит парень. Легко сказать «успокойся» легко. Меня все начинает злить еще больше. Сейчас я просто в бешенстве. Ребята начали обговаривать дальнейшие действия. Сейчас же нам нужно ехать в аэропорт. Без Мей. Моей Мей, которая травит мне душу, даже сейчас. Нет, всегда. Когда я хотел узнать, будем ли ждать появление Мей, Макс наорал, сказав, что из-за ее глупости все идет *нецензурная лексика*, которую повторять в сторону моей Мей не хотелось. Через три часа я был своем номере. Закрылся сразу, прямо перед Стасом, который хотел со мной поговорить. Только мне об этом не хотелось. Мне тошно только от мысли, что она вот так вот решила уйти из моей жизни, из жизни нашей группы. Беру бутылку виски и открываю, затем начинаю пить прямо из горла. Сейчас я не знаю, что делать и как быть. Внутри что-то сломалось, будто бы что-то вырвали из моей груди и, кажется, это было сердце, которое любило одну единственную девушку, которой сейчас нет рядом. Я даже не знаю, что с ней и где она. *** Неделя прошла медленно, может для меня. Я даже не помню что я делал, кроме как пил. Новости о поступке Мей все никак не умолкаю. На душе все так же противно. В дверь позвонили. На вялых или ватных, честно не знаю, каких ногах я поперся к двери. Но в душе все надеюсь, что это она. Моя родная. Моя любимая. Правда, я ошибся. На пороге стоит Мария, которая с ужасом просто смотрит на меня. — Что тебе нужно? — грубо говорил я, зная, что все это не правильно. — Я пришла тебе помочь, — тихо говорит она. — Уходи, — не меняя тона отвечаю я и ухожу в комнату. Девушка меня не слушается и заходит в мое логово. Так нагло, все как она любит. — Я же сказал… — Ройс, я не могу тебя бросить, — говорит она, присаживаясь рядом со мной, — я люблю тебя. Все еще люблю, как тогда. Не могу без тебя, но ты решил выбрать другу, сделав мне больно! Ройс, подумай, чтобы было, если б ты не бросил меня. Ведь мы могли быть лучшей парой. *** Дни продолжали пролетать все так же не заметно и все так же быстро. А эта женщина все никак не уходит из моей квартиры, не дает мне больше пить и делать то, что я хочу. Контролирует меня, будто бы она мне мама. В первый день, когда она пришла ко мне, пока сидела молча на диване, а я продолжал заглатывать одну бутылку за другой. В жизни так никогда не нажырался, как в этот раз. Будь здесь Мей, мне бы было стыдно за свое поведение, за все чтобы я сказал ей, не соображая и не контролировав себя. Но сейчас чувство стыда нет. Звонить Мей все так же — бесполезно. Мне так хочется ее обнять, поцеловать и просто побыть рядом. Я так люблю ее.