Второй сборник мини-рассказов. Перерождение

Григорию было плохо. Всем было плохо. Система выдавала Ошибки с завидной частотой. Проснувшийся субъект так и не был найден. Нетрудно было сложить два и два. Все паниковали и пытались что-то предпринять. Григорий тоже не валял дурака. Он прятал Эми. Прятал и пытался наблюдать. Но ничего не происходило. Ничего. Система буквально рушилась на глазах, а Эми просто сидела и ничего не делала. А Система рушилась. Григорий быстро пришёл к выводу, что субъект каким-то образом остаётся связанным с ней, но как именно — было непонятно. Эми молчала, отказываясь что-либо пояснять, так и что и Григорий молчал. Он рассчитывал, что рано или поздно она сдастся и всё выдаст. Эми оказалась умнее. Она пошла в атаку. Пришлось бежать. Григорий впервые в жизни поддался панике. Все думали, что это просто сильное волнение, ведь теперь Спящие могли проснуться в любой момент. Но причины были куда серьёзнее. Пока Григорий паниковал, ничего не происходило. И стоило ему только успокоиться, как поводов для паники стало больше. Система содрогнулась. Нет, ведь мир содрогнулся. И пока все спешно проверяли мониторы и показатели, Григорий бежал к Эми. К Эми, которая давным-давно сбежала. Одного короткого взгляда в сторону двери хватило, чтобы это понять. Хорошо, что у Григория всегда был запасной план на случай провала основного плана. И запасной план на случай провала запасного плана. И так до бесконечности. И вот пока он шёл в сторону хранилища, мир пел. Ему хотелось вычеркнуть из головы эти пафосные слова, но он не мог. Мир действительно пел — в буквальном смысле. Григорий не слышал этой песни, но он её чувствовал. Всё, как в легенде, которую Система несла на себе, как один-единственный небольшой шрам, который так уродливо смотрелся на её идеально-прекрасном лице. Григорий помнил эту легенду. Точнее, правду, которая стала легендой. Чарли и Чарли. Их короткая, но такая яркая история. Любовь, страх, смерть. Полный комплект, как положено. Их чувства друг к другу были такими искренними, такими чистыми, что Система не смогла взять их под контроль. И двое людей очнулись ото Сна. Настоящий мир встретил их не слишком дружелюбно, и они вернулись назад. Бежали по обломкам своих надежд навстречу пропасти и улыбались. Там, в мире цифр и букв их никто не ждал, но они всё же выбрали его. А потом их уничтожили. Пульт властен везде и всюду. Григорий был тем, кто нажал на кнопку остановки сердца, и двоих Чарли больше не существовало. Система быстро залатала дыру в сюжете, исправила все ошибки и снова работала в своём режиме. Сначала все шептались, потом перестали. В конце концов, Чарли больше не могли навредить Системе. Никто не мог. И Сон будет длиться вечно. Григорий был в безопасности, его план был в безопасности. А теперь Эмилия Пирс очнулась ото Сна, как и Чарли очень-очень давно. И она шла вперёд, к своей цели, хотя вряд ли могла даже в самых смелых мечтах представить, что это за цель. Но что-то вело её вперёд: подсознание, судьба, мёртвые Чарли… Григорий не знал. Он знал только, что ему снова нужно взять в руки Пульт и остановить «Эми». В конце концов, нажимание кнопок — это его работа. Например, набор пароля на полупрозрачном экране, который бесшумно отполз в сторону, открыв небольшую выемку в стене. На слабо святящемся пьедестале лежало то, что было нужно Григорию. Сердце Эмилии Пирс стучало. Маленький метроном внутри Пульта тоже стучал. Тук-тук. Щёлк-щёлк. Остановится одно — остановится другое. Григорий взял Пульт с пьедестала. Дело оставалось за малым.