Подари мне красивую смерть

Дни проносились быстро, не позволяя толком их распробовать. Проблемы не решались, лишь становились более очевидными и обозначенными. В ожидании неопределенности проходят два дня. Все это время я просто сидел дома, иногда курил, иногда смотрел дебильные телепередачи по тв попутно хавая рамен, а иногда даже удавалось поспать, правда, совсем недолго. Кошмары больше не снились, была лишь звенящая пустота. Чувства притупились, не было никаких желаний, никаких проблем, и наверное так бы все и продолжалось, если бы не настырный новый знакомый которой так сильно жаждал встречи со мной. Ума не приложу где этот Кан Су Ен мог раздобыть мой номер, но начиная со следующего дня когда я не явился в клуб, он начал написывать и просить встречи. Конечно же я старался его игнорировать, но лишь до тех пор пока в дверь не позвонили. — Как ты меня нашел? — раздражённо говорю, открывая входную дверь. — И тебе привет, Техун, — его ухоженные темные волосы блестели и струились по плечам. На нем была вызывающая прозрачная блузка с черным кружевом, а сверху легкая розовая джинсовка. Белые узкие штаны обтягивали худые ноги, а грубые ботинки сильно контрастировали на фоне его милого образа. — у меня свои связи. — Бля, ты в курсе, что сейчас чертовски похож на сталкера. — складываю руки на груди попутно облокачиваясь на дверной косяк. — Это не важно, собирайся. — он подошел чуть ближе, и посмотрел прямо в глаза. — Послушай чувак, — поднимаю брови. — может перестанешь уже херней маяться, найди себе там, хобби какое нибудь? а то как-то меня напрягает твое внимание.. — устало вздыхаю и потираю переносицу от внезапной боли. — Может, я действительно хочу подружиться? — улыбнулся он. — всего разок, удели мне немного времени. — Если соглашусь, ты отстанешь? — равнодушно заявляю я. — Угу, — тот развернулся и зашагал в сторону выхода, — тогда жду тебя на улице, — он обернулся, чтобы взглянуть на меня. — и не забудь надеть плавки. — Нахуя? Собираться долго не пришлось, напялил первое попавшееся. Синие джинсы, бежевую футболку, длинную клетчатую рубашку и дешёвые поношенные кеды. К слову, плавки я так и не надел, так как просто не нашел, но пожалуй я не сильно расстроился. Когда вышел на улицу, первым делом в глаза бросился черный Майбах, который явно выделялся на фоне унылых потрепанных домов. Рядом стоял Су Ен, и еще какой то незнакомый человек в черном костюме. — Какой же ты долгий. — устало зевнул он. — Ух ты, я и не знал, что ты из мажоров. — подхожу к машине и тихо присвистываю.-классная тачка. — Спасибо, но она не моя - отца. — сконфуженно проговорил тот, открывая дверь автомобиля. — Запрыгивай. — А этот, — демонстративно тыкаю пальцем на чувака в темном деловом костюме, еще и в очках. — че, твой песик? — Так, безопаснее. — коротко отвечает он и садится в салон автомобиля. Внутри так же роскошно как и снаружи. Просторно, светлые кожаные сидения, приятный запах масла и много разных непонятных кнопок, как на космическом корабле. Мы с Су Еном сидели сзади как и полагается. Спереди на пассажирском находились двое мужчин. Оказывается второй просто сидел в машине и наблюдал. Искося бросив взгляд на того кто остался в машине, я с трудом вспомнил в нем чувака с которым мы однажды встречались с Ю Хобином, у него еще есть сестра, припизднутая такая, на всю голову. Хан Ван-Гук кажется. Он явно не ожидал меня сжечь увидеть, уже минут пять просто озадаченно пялится на меня уже через зеркало. — Ну и, куда мы едем? — спросил я переводя взгляд на длинноволосого юношу. — надеюсь, ты везешь меня не на реку Хонган, в такую то холодрыгу. — Лучше, ко мне домой. — четко отвечает он и доставая из мини бара бутылку вина и два бокала. — Бля, — протягивает мне бокал, но я делаю вид что не замечаю. — ты гонишь? — Расслабься, — невозмутимо ответил он. — это просто закрытая вечеринка, хочу познакомить тебя со своими друзьями. Откидываюсь на сидение и уже стараюсь не думать о том врет он, или нет. Если бы я не хотел ехать с ним с самого начала, то просто отказался. А так, сижу в дорогой машине с двумя телохранителями и еду бог знает куда. — Не хочешь? — переспрашивает тот все еще протягивая бокал. — Chateau Lafite. — искусно произносит на французском. — Бутылка принадлежала самому Томасу Джефферсону, на ней даже выгравированы его инициалы. Мой отец, ценитель всякого старья поэтому купил ее на аукционе где-то два года назад. — Пизды тебе не даст, за то что такое дорогое вино открыл? — задумчиво спросил я. — Я тебя умоляю, у него в погребе и не такое есть, он даже не заметит. — Ну если так, то отказываться не буду. — принимаю полу наполненный бокал и немного отпиваю. — Ебать, кислятина. — меня слегка передергивает от чего я морщусь. — И в правду, — отпивает следом за мной и сразу же высовывает язык и щурится. — та еще дрянь. Вечер. Огромный загородный дом. Нет. Я бы даже сказал коттедж, с не менее огромным земельным участком. Во дворе стоят дорогие спортивные автомобили, а по середине не большой, но не менее роскошный фонтан. Как только машина остановилась, мы сразу же вышли наружу, и Су Ен потащил меня в дом. Боковым зрением я сумел заметить что Ван-Гук по прежнему на меня как то странно смотрит. Но не придавая этому должного значения, я послушно шел за парнем. Сегодня я совершенно точно собирался пропусти пару стаканчиков дорогого пойла. Воздух слишком спертый. Внутри полно места, огромные окна, минимум мебели, и максимум пространства. Но почему то, у меня нет особого желания оставаться в этом доме дольше позволенного, невооруженным взглядом заметно что тут, нет и никогда не было жизни. Первый этаж выглядит очень светлым, за счёт огромных панорамных окон. Из холла вела белоснежная лестница на второй этаж. А возле той самой лестницы стоит худощавая женщина, лет сорока пяти, с короткой стрижкой и в костюме горничной. Как только она увидела нас то покорно склонила голову. Охрана осталась снаружи. — Молодой господин, ваши друзья ожидают вас на втором этаже. — она проговорила это настолько тихо что я с трудом смог расслышать последние два слова. полностью проигнорировав ее присутствие Су Ен просто прошел мимо, словно ее тут и вовсе не было. Когда она подняла чуть голову, я ненароком заметил что на ее лице были свежие темные подтеки. Похоже день у нее не задался, но какое мне дело до чужих проблем, своих хватает. Второй этаж полон незнакомых людей. Все они что то бурно обсуждали и слишком звонко смеялись, отчего становилось немного жутко. Я поправляю по пути бежевую футболку, а заодно и клетчатую рубашку, накинутую сверху, закатываю рукава. — А вот и мы. — радостно крикнул Су Ен привлекая внимание. — Бля, че так долго, придурок. — обозвался парень что был чуть ниже меня. — ты где был, мы тебя уже два часа ждем, сам позвал и сам свалил. Меня словно не замечали, от чего становилось еще более некомфортно. — Хочу представить вам Сон Техуна, мы познакомились с ним в клубе. — задорно улыбался парень и слегка ухватил меня за руку. — Так это он продинамил тебя два дня назад. — послышался издевательский голос темнокожей девушки с длинными тоненькими косами. — Заткнись, Шерил. — рявкнул тот и нахмурил брови. — Молчу, молчу. — она подняла руки, мол я тут не причем и двинулась в сторону бассейна, который располагался чуть дальше и который я заметил только сейчас. — Так ты и есть новая игрушка Су Енчика? — из-за угла показалась девушка что контрастировала с так называемой Шерил, ее кожа была белоснежно а лицо кукольным с идеальными чертами, она была похожа на айдола. — Блять, и ты туда же Ынху, заканчивайте уже со своими шуточками. — он был явно раздражен. — не слушай их Техун, они просто бухие. — Насрать, ни чьей игрушкой я становиться не собираюсь. — спокойно ответил я. — Шутка, дружище. — подошел ко мне тот самый парень, у него были крашенные светлые волосы и пирсинг в брови, еще я смог разглядеть его большие зрачки и красные глаза которые выдавали его с потрохами. — Знакомься, это Хамин. — послышался знакомый голос что принадлежал девушке с кукольным лицом. — Редкостный зануда. Не представляю, как можно общаться с ним на трезвую голову, — явно в шутку говорит она. — И это говори та, кто только что дотошно выясняла, не вчерашний ли силлабаб ей привезли. — смеётся парень, делая глоток пива из своей бутылки. — У вас тут всегда так весело? — развернувшись спрашиваю у Су Ена. — Ага, — улыбается одними глазами. — ребята, погнали купаться. — внезапно заорал Су Ен скидывая джинсовку и остальные вещи. Остальные последовали его примеру и направились к бассейну. Остался лишь я и парень что сидел на диване, пропуская стаканчик дорого виски. — Вы ребятки, я смотрю любите баловаться незаконными вещами. — выпалил я попутно рассматривая на столе свернутые купюры и банковские карты. — Ну так, иногда бывает, хочется расслабится, — заторможенно произнес темноволосый парень в очках с золотой оправой. — а что, имеешь что то против? — Вовсе нет. — сажусь напротив него, мои плечи расслаблены, руки сложены в замок, а грудь еле заметно приподнимается от размеренного дыхания. — Мне как то все равно. Я никого из вас и не думаю осуждать за пагубные привычки, будь они врождённые или приобретённые, сам состою из них, но, скажи, — делаю паузу. — неужели эта дрянь и вправду помогает? — Смотря в чём, — вздыхает тот. — Знаешь, боль творит с людьми странные вещи: они упускают возможности, усложняют все до запредельного идиотизма, это делает нас очень слабыми и зависимыми. Наркотики же, дают легкий путь эскапизма и бегства от реальности. Делают разум бесполезным, но воля продолжает жить в полную силу. Вообще, я хотел сказать что, это сугубо твоё решение, – его янтарные глаза неотрывно смотрели на меня. — Никто тебя не заставляет, однако, если выберешь легкий путь, то он, обязательно принесет тебе много горя, гораздо больше, чем ты можешь себе даже представить. — Как сложно. — выдыхаю в ответ. — Да вроде нет, это с какой стороны посмотреть. — отводит взгляд и смотрит на бассейн. — Если честно, то ничего хорошего не стоит ждать от этих знакомств. Кан Су Ен очень сложный человек. Даже я, до сих пор не могу понять, что творится у него в голове. — Давно с ним знаком? — С детства. — грустно улыбается и отпивает из бокала. — Будешь? — кивнув, он наливает мне в пустой стакан алкоголь. — Так ты друг детства получается. — беру стакан и с наслаждение делаю большой глоток. — Почти. Мне было семь когда наши родители начали развивать общее дело. Су Ен тогда только родился, поэтому я частенько бывал у него, можно сказать мы росли вместе, для меня он как младший брат. Однако когда ему стукнуло десять его мать ушла, и дальше он рос исключительно на попечение отца и няни. Не могу сказать что его отец плохой человек, но когда выпивает даже совсем немного, становится неуправляемым и прибегает к физическому насилию. Знаешь, на мероприятии в честь скорого рождения первенца, этот человек позволил себе избить беременную женщину в каких то кустах за домом, она должна была вот вот родить Су Ена. Думаю, Ен Джинха просто не сумела вынести подобного, я не могу осуждать ее, однако Су Ен презирает и ненавидит ее всеми фибрами души. — Зачем, ты мне все это говоришь?. — поинтересовался я. — Недавно Су Ену исполнилось двадцать, но он так и не научился нормально завязывать шнурки, поэтому у него почти вся обувь на липучках или на молнии. — он улыбался но его голос был печальным. — Ли Санги. — приподнимает перед собой руку и смотрит на часы. — До встречи, Сон Техун. Он встал и забрал с сбой на половину пустую бутылку виски, медленно покачиваясь он на секунду задержал свой взгляд на нем, а после сразу же удалился. — Санги, уже ушел? — из-за спины послышался голос Су Ена, он сел рядом со мной в одних плавках, мокрые волосы прилипали к белоснежной коже. — Да. — Как обычно, в тихушку, вот же придурок. — он чуть наклонился к своим вещам которые были разбросаны по полу, и достал из кармана розовой джинсовой куртки прозрачный пакетик. — Будешь? Да, я знаю, мой бог слишком суров, и грех падёт на мою голову, я заплачу всё, до последнего вздоха, хотя и не знаю ещё, когда и где эта кара обрушится на меня. Совсем недавно я понял одно-человек может годами глушить внутри боль, терпеть её, придумывать различные оправдания, но в какой то момент ему все равно снесет крышу. Он сделает что угодно лишь бы избавиться от давления эмоций и обид, чтобы более не провести в глубинах подсознания лишние пару минут. Я прекрасно осознанию, что испытав это чувство однажды, буду желать его всю оставшуюся жизнь. Знаю, что несколько минут эйфории не стоят того отходняка, который придёт через пару часов. Что на смену радости будет сводящая с ума печаль и тоска, что желание жить, плавно перерастёт в желание медленно удавится. Что вслед за ощущением подъёма сил наступит поглощающая и непробудная тьма. Я всё прекрасно знаю. Но, видит мой суровый бог, я так долго был заперт внутри себя, в этой тесной, душной двушке на окраине Сеула и я так сильно от этого устал, что мне уже всё равно на последствия. Может, так, я наконец смогу забыть тебя, пусть даже ненамеренно, пусть даже потом будет больно столкнуться лицом к лицу с реальностью и останется лишь одно: вспоминать о том как сильно ты мне был дорог. Су Ен берет кредитку и высыпает небольшое количество порошка на стол, начиная разминать его картой. Дорожки, пропадают в свернутой в трубочку купюре. Парень, закрыв глаза, растирает нос до покраснения, морщит лоб и тотчас откидывается на спинку дивана, медленно водит головой по кругу. тебе это не нужно, не делай этого, тебе это не нужно, не делай этого, звучит в моей больной голове. Я беру купюру, которую тот ранее использовал, и наклоняюсь над столом, стараясь мысленно унять злую дрожь в руках. Не знаю почему но кажется что порошок кристально чистый, без единой примеси. Такие, как он, могут позволить себе самое качественное удовольствие. Медленно наклоняюсь ещё ниже, быстро снюхиваю обе дорожки, которые тот любезно заготовил заранее, и отбросив пять тысяч вон на стол, задираю голову вверх. Я буквально чувствую, как наркотик постепенно подавляет области мозга. Меня начинает переполнять эмоции, только не могу понять какие именно, и откуда они вообще могли взяться. Хочется соскочить с дивана, начать делать что-то, неважно что, да что угодно, лишь бы только не сидеть на месте. Но самое главное-уже не больно. Всё, что болело, вчера или сегодня будто проходит, за секунду и растворяется в той самой купюре. — Первый раз-всегда так, главное не загоняйся, просто расслабься и получай удовольствие. — послышался сбоку хриплый голос Су Ена. — Почему думаешь что это мой первый раз? — язык слишком ватный и непослушный, однако мне удается выговорить все до последнего слова. — А оно по тебе видно. Невооружённым глазом. Вон, как ручонки тряслись. — хмыкнул он. Я переместил свой взгляд сначала на свои руки, а после на него. Он сидит всё так же; его плечи расслабленные, а грудь заметно приподнимается от частого дыхания. Не могу понять, почему за какие то пять минут мое мнение о нем так сильно поменялось. Почему, я не могу оторвать взгляд, от его оголённых плеч и рук, от его грудной клетки, огромных зрачков, которые по всей видимости были у меня такими же. Меня кроет небывалое возбуждение. Опускаю взгляд на его губы, зависаю на них на какое-то время, а потом ловлю с ним зрительный контакт. Сексуально желание настолько сильное, что за один момент я буквально отключаюсь, разворачиваю его к себе и целую. Грубо. Но с небывалым наслаждением. Парень вздрагивает, но не отстраняется. Стоит только дотронуться до его поясницы ладонями, как тот покрывается мурашками. Он по пояс совершенно голый и слегка влажный, я медленно веду кончиками пальцев по его спине вверх. Хочется трогать, сжимать руками его узкую талию. Хочется взять его прямо здесь плевать на друзей которые находится в пару метров от нас. Я не способен держать это под контролем. Пока он жадно целует мои губы, шею, потом опять губы. Потом спускается к груди. Я отвел назад плечи и запрокинул голову, отвечая на его ласки. Кажется, за один короткий момент, будто по щелчку, у меня уже не получается бороться. — Ты когда-нибудь трахался под коксом? — тяжело дышит в губы Су Ен, томно смотря не из под опущенных век. — Так ты все спланировал, ублюдок. — возбужденно шепчу в ответ. В темной комнате очень жарко. А может просто жарко мне. Тяжёлое дыхание прямо в губы, слишком оглушает в этой звенящей тишине. Мурашки которые бегут по его коже, стоит только ненароком прикоснуться к его затвердевшему паху. Хочется схватить, прижать к себе и сдавить с такой силой что бы он просто умолял дать ещё. Поднимаю руку выше, к шее, вплетаю пальцы в его волосы, стягивая длинные темные пряди в кулаках, а затем, наконец, накрываю его губы своими. И сразу меня обожгло изнутри невыносимым бешеным желанием, таким яростным и мучительным, что перехватило дыхание, заставляя вспыхивать. Никогда в жизни я не испытывал подобного. Он целует напористо, с невыносимой для нас обоих тяжестью. Я терзаю его губы до боли, точно самый оголодавший по поцелуям человек на этой земле. Мне больно, но эта боль чертовски, приятная. Я бы даже сказал желанная. Я отстраняюсь на пару секунд и фокусирую свой взгляд на его расширенных зрачках, вижу его. Всё было словно в тумане. Только эти глаза. Тёмные, глубокие, невероятно тёплые. Они наконец смотрели на меня. Видели только меня. Быть может, это не любовь, но чувство достаточно сильное для того, чтобы я смог потерять рассудок. Стаскиваю с себя ненужную одежду, остаюсь только в штанах. После слишком грубо снимаю с него мокрые плавки и начинаю раздвигать пальцы внутри него. Меня кроет ещё сильнее, когда чувству, как тесно в Хобине, слышу, как тот мычит и мотает головой, будто ведёт с самим собой беседу в бреду. Наконец вынимаю из него пальцы, и изо всех сил стараясь не посмотреть на парня что лежит подо мной, боюсь разрушить свой идеальный образ. — Здесь нет презервативов. — шепчет он, из-за чего я невольно цокаю языком. — Мне плевать... — напрягаюсь всем телом, приспускаю штаны, и начинаю аккуратно проталкивать в него головку. Он лишь закрывает ладонями лицо и тихо поскуливает, не сопротивляясь. Мне вновь срывает крышу. Я вжимаюсь в него всем своим весом, начинаю постепенно набирать нужный темп. При этом не открывая глаз, просто с наслаждением глотаю каждый его вздох, все его чувства, эмоции, и это ощущение в близости необъятного, несказанного, долгожданного.

Ты действительно подумал, что у тебя получиться овладеть мной, без всяких последствий? Мне тебя жалко. Ты жалкий и никчёмный. Сон Техун.

Звучит в моей голове настолько четко, что в ту же секунду я раскрываю глаза, и наконец осознаю что все это время наслаждался мнимой надеждой. Гнев-не самое благородное чувство, признаю, но в этот момент кровь сильно ударяет мне в голову. Я стискиваю свои руки на шее у парня и начинаю с каждым разом надавливать все сильнее, а в голове лишь эхом звучит: жалкий и никчёмный. Су Ен сильно извивается, его лицо краснеет с каждой секундой, но я не прекращаю, наоборот душу его еще сильнее с небывалым наслаждением попутно толкаясь в нем и тихо шепчу-Это ты сделал меня таким, Ю Хобин. Прихожу в себя и сразу же отпускаю его. Мне доставляет удовольствие смотреть, как тот скулит и хнычет, как пытается откашляться, а я уже не могу держать себя в руках. Нависаю сверху, зажимаю его толкаюсь короткими рывками всё глубже, глубже и глубже. Чтобы тот ещё больше выгибался, ещё больше царапался, больше задыхался. Сердце норовит остановиться. Мне буквально нечем дышать. Голова кружится настолько сильно и четко, и в следующее мгновение мы оба заканчиваем. Уже и не помню, когда я ощущал себя таким удовлетворённым в последний раз. Ноги становятся совсем ватными, руки заметно трясутся, я медленно выхожу из парня, падаю рядом на спину и, плотно прикрываю веки. Завтра вряд ли удастся вспомнить, сколько раз я забывал о том что вижу – терялся и не мог точно определить, кто передо мной ты или же мое вымученное воображение. — Техун. — неразборчиво мычит парень, пытается отдышаться. — Это было ахуенно. — в его глазах читался детский восторг с еле слышным вскриком. — У тебя есть сигареты? — сухо бросаю, вставая на ноги, и поднимаю на него взгляд. — На подоконнике. — как-то слишком тихо произносит он. — Не знаю куришь ли такие. — Пойдет. — направляюсь к окну, и беру синюю пачку Mevius. Не люблю их, но мои еще вчера закончились, придётся довольствоваться тем что есть. Как я до этого дошел? Как мне теперь смотреть тебе в глаза? — Хен, — слышится голос сзади, я оборачиваюсь и вижу что Су Ен совсем близко. —обними меня. Смотрю на него, медленно поднося сигарету к губам, у меня выравнивается дыхание, и я наконец-то произношу. — Не называй меня так, звучит отвратительно...