Один день нашей жизни

На подъездной дорожке у дома Сэма стояло целых три машины и Кайл, оставив мотоцикл у обочины, подошел к калитке. Дом был по старинке окружен глухим высоким забором, со двора доносились громкие голоса и смех. «Похоже у них гости, — нахмурился он. — И я еще нарисовался. Но попытка не пытка, может найдется место в гостиной на диванчике». И немного постояв в нерешительности, он все-таки нажал на кнопку звонка. Через минут улыбнулся, услышав глубокий баритон Сэма — «Эльза, я посмотрю!» Сэм что-то бурчал под нос про поздних визитеров, подходя к калитке. Дверь открылась и из нее шагнул навстречу Кайлу высокий, жилистый, и такой же шустрый как раньше, хоть и порядком полысевший здоровяк, которого он не видел уже несколько лет. — Иисусе! Кайл! — Сэм тут же схватил его в охапку, и они крепко обнялись. — Вот это сюрприз! — Ты бы, наверное, меньше удивился, если бы Он сам стоял у ворот, — засмеялся Кайл. — Вот уж правда! Сколько же лет то мы не виделись? Какими судьбами занесло? Уставший ты какой-то! И осунулся! Где мотоцикл? Вопросы сыпались один за одним. Кайл только улыбался и кивал, не успевая вставить ни слова. Сэма он знал со времен своей шальной юности, они познакомились в Сан- Франциско, куролесили и гоняли на мотоциклах. Сейчас Сэму было уже за шестьдесят, семья, дети, внуки, дом, заботы. Но в душе он так и остался байкером, веселым, заводным и легким на подъем. Морщинки лучились вокруг хитрых глаз, а руки не потеряли силу и ловкость. — Ты же останешься? Конечно, останешься, о чем я говорю! Давай загоним мот в гараж. Подъезжай, я ворота открою! И Сэм скрылся за забором. Кайл, не заводя мотоцикл, подкатил его к воротам. Они медленно поднялись, в гараже оказалось еще две машины, и в глубине… мотоцикл. Знакомый Харлей стоял в дальнем углу, на зеркале привычно висел белый шлем. Сердце трепыхнулось в груди птицей. — Эй, ты чего там застрял? — крикнул Сэм из глубины, глядя на оторопевшего Кайла. — Заезжай! Очнувшись, он закатил свой Дукати, и как завороженный, подошел к ее мотоциклу. Медленно провел пальцами по шлему, взял лежавшие на сиденье перчатки и поднеся к лицу, вдохнул знакомый тонкий запах парфюма, кожи и масла. — Он чист, накормлен и вовремя ляжет спать, — усмехаясь, проговорил он. — Какого хрена тут происходит? — опешил Сэм, нахмурившись. — Ты спрашивал, какими судьбами меня к тебе занесло? Благодаря одной неугомонной рыжей иностранке. — Так это был ты?! Света сказала, что один добрый человек ей помог, но... Чудеса прямо! Воистину, пути господни неисповедимы… — Я и не знал, что ты отремонтировал Харлея, — Кайл похлопал рукой по кожаному сиденью. — Да, это все она. Она вдохновила. Да, и считай для нее делали. Ну да ладно, потом все расскажу по порядку! — Сэм махнул рукой. — Давай, пошли уже, помоешься, да отдохнешь. Вижу, устал. С порога Сэм уже гремел на весь дом: — Эльза! Смотри кто к нам приехал! Из кухни вышла худенькая высокая женщина, вытирая на ходу руки полотенцем. — Что ты раскричался то? Детей напугаешь! Обычно строгая и чопорная, Эльза, увидев гостя, на этот раз расчувствовалась и всплеснула руками. — Кайл! Как же я рада тебя видеть! Мы беспокоились о тебе! Совсем нас забыл! И, Бог мой, ты седой почти! Она подошла и расцеловала его в обе щеки и, качая головой, провела рукой по его волосам. — У тебя все хорошо? — она с беспокойством смотрела на Кайла, держа его за руку. — Уже да, — он улыбнулся и обнял ее, чмокнув в щеку. — Ты лучше спроси, почему он здесь! — хитро проговорил Сэм. — И почему же? — Эльза удивленно посмотрела на мужа. — Это он Свете помог, катал тут ее по округе, красоты наши показывал и до города проводил. — Ох! — опять всплеснула руками Эльза. — Спасибо тебе большое! Я же так ругала Сэма, что он отпустил ее одну! Как чувствовала! Все-таки женщина, в чужой стране, да и в ее состоянии! — В смысле? — насторожился Кайл. Сэм закашлялся, они переглянулись с Эльзой и она, резко сменив тему разговора, потянула его за рукав, направляясь к лестнице. — Знаю, ты не любишь шумные компании. Но у нас вся семья гостит! И дети, и внуки здесь! Так что ты как раз вовремя, познакомишься кое с кем! Ужинать скоро будем. Пойдем, комнату тебе покажу. В душ сходишь, переоденешься и спускайся. Знаю я вас байкеров! Где вас только нелегкая носит? Угваздаетесь всегда, как черти! Уже седые, а все туда же! И она, вдоволь поругавшись на заядлых романтиков дорог, поспешила наверх. Сэм, смеясь, махнул рукой, и Кайл, качая головой и улыбаясь во весь рот, покорно последовал за хозяйкой дома. Эльза остановилась на втором этаже у шкафа и достала большое махровое полотенце. — Осталась маленькая комната в мансарде, зато будешь один. Голову только береги! — Она указала на узкую лестницу в конце коридора. — Душ здесь, помнишь надеюсь? Вот полотенце, держи. Сейчас постельное достану, погоди. И она вновь нырнула головой в шкаф. Внезапно сзади послышался звук открывшейся двери и вслед за ним грохот. Кайл обернулся и увидел ее. Шорты, рубашка, мокрые после душа волосы. Света замерла в проёме двери с широко распахнутыми глазами. На полу валялся контейнер с мокрым бельем. Он подошел, собрал рассыпавшиеся вещи. — Привет. Она медленно подняла голову, и он снова утонул в ее глазах. Так знакомо и так тепло. — Как ты здесь оказался? — спросила она тихо. — Ты же сама меня просила остаться у друзей на ночь. Она, будто не веря, отрицательно качала головой. — Ты знал? — она бросила взгляд на Эльзу. — Нет! Нет! Ну что ты! Мы очень давно не общались с Сэмом. Она закрыла глаза на секунду, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя, и глубоко вздохнула. Потом улыбнулась и вновь посмотрела на него. — Я рада, что ты здесь! Теперь хоть душа на месте! — А раньше где была? — Кайл, облокотился о дверной косяк и ухмыляясь, приподнял одну бровь. — С тобой в дороге, конечно! — и она в шутку сердясь, толкнула его в плечо. Рука Кайла соскользнула с гладкого дерева, и он покачнулся назад, сделав вид, что падает. Света попыталась его схватить за полу куртки и опять опрокинула злополучный контейнер. Они смеялись, собирали вещи и подкалывали друг друга. — Ну, раз теперь все у всех на месте, пойду-ка я все-таки в душ! И резко развернувшись, он выхватил у Эльзы постельное белье, полотенце и перескакивая через несколько ступенек, взлетел вверх по лестнице. — Порой он таким мальчишкой бывает! Совсем как раньше. — Эльза подошла к Свете, которая смотрела вслед убежавшему Кайлу. — Мы знаем его очень давно. Лет с двадцати, примерно. Но, к сожалению, давно не виделись. В последние несколько лет, он даже звонить стал редко. Он очень хороший, очень добрый, но очень замкнутый, такой — сам в себе. И то, как вы познакомились и то, как он с тобой общается, совершенно на него не похоже! Я бы сказала, что это просто чудо! Значит он доверяет тебе. Эльза внимательно посмотрела на Свету и обняла ее. — Хотя, зная тебя, чему я удивляюсь, — улыбнувшись, она поцеловала ее, — пойдем вниз. Он скоро придет. Кайл стоял, запрокинув голову, подставляя лицо под струи горячей воды. В голове быстро кружился разноцветный калейдоскоп из обрывков мыслей, картинок, воспоминаний, разговоров. Состояние было странным, будто под кислотой, но, сейчас все было осознанным и четким. Постепенно приходило непонятное, но приятное ощущение того, что теперь все будет хорошо, что он все делает правильно. Чувство тревоги, с которым он жил последние несколько лет, понемногу отпускало. Только сейчас он понял, насколько оно угнетало его. Давило. Мешало двигаться вперед. Боже, какой кайф! Выйдя из душа, он обнаружил на кровати заботливо приготовленные простые хлопковые брюки и футболку, на полу стояли сандалии. Эльза знала, что он никогда не берет с собой ничего лишнего. Улыбнулся, вспоминая, как она вечно воевала с Сэмом, собирая его в дорогу. Он ругался и выбрасывал из багажника кучу, по его мнению, ненужных вещей, как например пять пар носков, полотенце, пару футболок и сменное белье. Она в ответ загружала их обратно. Это продолжалось несколько раз, пока они не приходили к компромиссу — все делилось напополам и все-таки упаковывалось с собой. И Эльза, хитро посмеиваясь, отпускала мужа в путь. Эти запасы не раз их выручали. Быстро одевшись, он двинулся к выходу, но вдруг заметил свое отражение в зеркале и остановился, удивленно себя разглядывая. Короткий ежик волос, седые виски. И когда он, черт подери, умудрился так постричься и о чем только думал? Надо вернуть длину. Он пригладил рукой аккуратную короткую бороду и усы. Ну хоть здесь то, что надо! А ведь и правда похудел и лицо осунулось. Как он этого не замечал? Кайл смотрел на обожженные на костре пальцы, едва заживший шрам на запястье от ножа, что соскочил с твердого ствола дерева в заповеднике. Хорошо, что вену не распорол тогда. Снял футболку и увидел заметно торчащие ребра. Грудь и руки оставались мускулистыми, но набрать килограмм пять не помешало бы. Кайл быстро спустился вниз по лестнице. Он хорошо помнил этот дом. Сколько всего произошло в его стенах! Здесь он всегда был желанным гостем. Когда-то и жил здесь, оставшись без работы, а Сэм взял его помощником в свою мотомастерскую. Потом уехал в Лос-Анджелес и закрутилась совсем другая жизнь. Дом был старый, большой и уютный. Эльза отделала его по своему вкусу и здесь всегда чувствовались ее немецкие корни. Простота, минимализм, светлые тона, натуральные материалы и идеальный порядок. Многое она делала своими руками. И сад был таким красивым. А уж как готовила! Жили они с Сэмом душа в душу. Понимали друг друга без слов. Но была одна заковыка! Эльза ни разу не села на мотоцикл! Даже будучи уверенной, что Сэм отличный водитель, отпуская его одного в сомнительные путешествия и сейшены, говорила — или четыре колеса или пешком. Как отрезала! В этом была вся она. Спустившись в просторную, светлую гостиную, Кайл увидел действительно большую компанию. Многих из присутствующих он не знал. Стол был уже накрыт. Видимо ждали только его. Он подошел к Эльзе и поблагодарил ее за одежду и извинился за то, что задержался. Она махнула рукой — пустяки! Сэм сидел в глубоком кресле, держа на коленях черноволосую, кудрявую девчушку лет двух и играл с ней в ладушки. Лицо его светилось от счастья. Картина была совершенно прелестной. Крохотная фея с фарфоровым личиком заразительно смеялась и хлопала маленькими ладошками по его огромным, покрытыми татуировками рукам. Молодежь расположилась на диванчике тесным кружком, что-то разглядывая в ноутбуке и увлеченно обсуждая. Свету он увидел в дальнем углу. Одета она была в легкое длинное платье, сидела с мальчиком лет восьми и общалась с ним жестами. Заметив его, она улыбнулась и помахала рукой. Сэм легко поднялся, держа девочку на руках и положа руку на плечо Кайла, громко сказал: — Так, народ! Прошу внимания! Представляю вам нашего гостя, моего старого друга — Кайл Нортман. И она подошли ближе к молодежной тусовке. — Брендона ты знаешь, — указал Сэм на своего сына. — Вот сейчас бы точно не узнал! — удивился Кайл, пожимая руку, вставшему ему навстречу юноше. — Да ладно! — засмеялся тот, — всего лишь короткая стрижка и десять килограмм мышц. Повзрослев, он стал очень похож на отца, выглядел свежим и счастливым. — Кэтрин, жена Брена. Миловидная девушка с копной черных кудрявых волос и большими темно-карими глазами, немного смущенно улыбнувшись, кивнула головой. — Это их дочь — Лори, — Сэм чмокнул малышку в щеку, тут же в ответ получив пару шлепков маленькой ладошкой по лысой голове. — Алекс, сын Светы. Молодой человек, которого представил Сэм, был одного с ним роста, со светлыми волосами и такими же как у матери большими серыми глазами. Он крепко пожал руку Кайлу, бросив на него внимательный и цепкий взгляд. Хорошо, что он уже привык к этому со Светой. Парень смотрел так же, только ощущения от этого были другими. Энергия была спокойной и прохладной, чисто мужской. Кайл почувствовал, что Алекс, заботясь о матери, хочет понять, что за человек провел с ней весь день и открыто посмотрел ему в глаза. Это длилось не больше двух трех секунд, со стороны, наверное, никто и не заметил их диалога. Потом Алекс почти незаметно улыбнулся одними уголками губ и, кивнув головой, сел обратно. — Альфреда помнишь? — Сэм кивнул головой на мальчика рядом со Светой. — Да, вырос как! А Френсис? — У нее все хорошо! Уехала вчера вот только, работу хорошую нашла по своей специальности. И замуж вышла год назад. Хороший парень, и Альф с ним ладит. Теперь он здесь часто гостит. И на выходные и в праздники. И если Света здесь, то всегда. Альфред, внук Сэма от его дочери Френсис, был аутистом и практически ни с кем не мог контактировать, кроме самых близких. Кайл смотрел, как Света общается с мальчиком жестами и негромкими отдельными словами. Он отвечал ей так же, но медленнее. Его взгляд, сфокусированный на ее лице, был внимательным, холодным и немигающим. Честно говоря, от этих будто неживых, голубых глаз всегда становилось немного не по себе. Внезапно, ребенок подался вперед и обнял ее. Она принялась гладить его по волосам, уложив его голову к себе на плечо и тихо запела что- то ласковое. Кайл смотрел на них, не отрывая глаз. — По началу жутко было, — тихо проговорил Сэм. — Они могли просто молча смотреть друг на друга, а потом встать и уйти, будто разговаривали вот так, у себя в голове. Она стала учить его языку глухонемых. Он быстро схватил. И мы тоже научились, больше Эльза, конечно. Поет он с ней. А теперь выучил азбуку Морзе. Вот это тема! Я то ее хорошо знаю, так что мы теперь с ним вот так общаемся, стучим. — Сэм засмеялся. — И он стал более спокойным, без припадков. Какие-то таблетки она еще посоветовала для мозга. Пьет. Мы ей благодарны по гроб жизни. Она… Просто спасла его. И Френсис тоже от сумасшедшего дома. Сэм глубоко вздохнул. — Давайте ужинать! — пригласила Эльза всех к столу. Кэтрин заспешила с Эльзой на кухню за горячим. Лори перекочевала в детский стульчик рядом с Бреном. Сэм занимался вином. — От моего домашнего, надеюсь не откажешься? — Не откажусь! — Белое? Розовое? — О, ты расширил ассортимент? — Новый сорт сажал, плодоносить стал не так давно, белый. Это просто чудо! — Тогда давай новое пробовать! — согласился Кайл. На столе было множество веганских штучек. Кэтрин, как оказалось, знала тысячу и один рецепт таких блюд. Жаркое готовил Алекс на открытом огне. Хлеб пекла Кэтрин. Сладкие штрудели традиционно Эльза. Шутки, смех, разговоры, большая дружная компания, любящая семья. Было очень уютно и спокойно. Кайл и сам не заметил, как втянулся в общую беседу, с удовольствием слушал, рассказывал и отвечал на вопросы. Молодежь была образованной и разносторонне развитой, что безмерно радовало. Время летело быстро и легко. Вскоре Кэтрин и Света ушли укладывать детей. Брен и Алекс помогали убирать Эльзе со стола. Сэм и Кайл сидели на диване. — Я помню Брена совсем мальчишкой. — Кивнул в его сторону Кайл. — А тут такой мужчина — жена, ребенок. Время быстро летит. — Да, мы уже и не надеялись, что он возьмется за ум, найдет свою дорогу. А тут увлекся архитектурой, отучился на дизайнера. Работа сейчас хорошая, ему по душе. Но, музыку не бросил! Собираются своим бендом, рок-н-роллят. У меня даже записи есть, дам тебе послушать. Живут сейчас в Сан-Франциско. Лора чудо! — Я уж видел, как ты ее любишь! — Не то слово, Кайл, не то слово люблю! А Кэтрин, она русская — Катя она! Они вместе с Алексом вместе в одном университете учились. Так, погоди, нужно все по порядку рассказать! — засмеялся Сэм. — Года три назад, Брен был на Кубе по работе. — Где?! — опешил Кайл. — Не спрашивай, не знаю что там у них могли быть за дела, но вот так. На Кубе. Пошли они вечером с коллегами на пляж с при отеле, где жили. И увидели большую компанию, которая пела песни хором. Очень красивые песни, очень красиво пели на незнакомом языке. Естественно, Брену загорелось узнать, что по чем, все-таки музыкант. Подошли, познакомились. Оказалось, это была большая семья из Канады и с ними девушка из России. У нее был самый красивый голос, как он сказал. Ну это понятно! У кого ж еще! Там были Света, ее сестра, что живет в Канаде со своей семьей, Алекс, который Кэтрин и пригласил отдохнуть вместе. Так все и закрутилось у них. Через полгода он уже привез ее к нам знакомиться. Она нам сразу понравилась. Скромная, добрая, умная, образованная. У нее мама была оперной певицей, умерла рано только от рака. Дома всегда хлопочет, Эльзе помогает. Знаешь, все-таки русские, они другие. А в Кэтрин это еще больше заметно. Она химик по образованию, очень помогает Брену в работе, что касается материалов. На свадьбу приезжал отец ее, хоть у него другая семья давно. Он профессор, литературой занимается. Мы то народ простой, а тут такие люди! Но вовсе не зазнайкой оказался. Веселый, общительный. Сразу общий язык нашли. А уж от Эльзы он в восторге был. По-немецки говорили. Вот я думаю, Кайл, и что она во мне нашла тогда, а? Раздолбай и бестолочь. Эх, ладно! Проехали! Вот значит. Ну и Алекс, конечно, приехал. Так мы с ним и познакомились. Знаешь, есть в нем тоже что-то странное, как и в матери. — Глаза. — Может быть. Взгляд у него бывает такой, будто он в душе твоей копается так по- хозяйски. Но, это всего пару раз было. Так он очень добрый и открытый парень. Приезжал он пару раз еще вместе с ребятами. И вот года два назад звонит мне Брен и говорит, что они приедут на недельку потусить к нам. И спрашивает, можно с Алексом приедет его мама из России. Дело в том, что у нее погиб близкий человек, и Алекс очень надеется, что путешествие, перемена обстановки, общение с людьми и калифорнийское солнышко помогут ей прийти в себя. Ну, говорю, чего ж нет то? Пусть приезжает. Сэм замолчал, налил себе вина, сделал глоток. — Если бы ты видел ее тогда. Просто тень. Жуть берет, как вспомню. Худая! Прозрачная! Кожа, да кости! Одни огромные глаза на лице. Заходит она, значит, здоровается так тихо со всеми и на диванчик присаживается. Устала, само собой. Два перелета каких! Знакомимся мы все, она улыбается так вымученно. Эльза уже собиралась ее наверх отвести в кровать. И тут подходит к ней заспанный еще в пижаме Альф и смотрит как обычно долго и в упор, потом берет ее за руку и рядом садится. И начинают они общаться — где жестами какими то, где молча. Минут через пять он к ней прижался, положил голову на плечо и закрыл глаза. Эльзу тут как накрыло! Она в сад выбежала, рыдает. Я сказал ребятам, чтобы не подходили и не трогали их. Сам в сад за ней. Понял я тогда, что Света необычный человек, хороший, раз Альф так сразу к ней пошел. Сэм налил еще вина. — Френсис в ней души не чает. А Эльза опять рисовать начала! — Я видел картины наверху. Это ее? — Да! — Мне понравилось! — Да, прям второе дыхание открылось! А я, знаешь, в мастерскую вернулся. Беру интересные заказы, кожей в основном занимаюсь. — Вот это новость! Здорово! У тебя же руки золотые! Молодец, что вернулся! Ты правда, лучше выглядишь! И Эльза изменилась, как будто посветлела. — Света как появилась, и у нас у всех жизнь по-другому пошла. Да. Ну и дальше. Год назад было. Смотрю, стоит она в гараже у Харлея, сняла с него чехол, гладит рукой по сиденью, шепчет что-то. Я подхожу, а она мне — жалко, такая птица и не летает. Можно вылечить? Я тебе дословно передаю то, что она сказала. Можно, говорю. Оттащили мы его в мастерскую, вместе копались, ребята движок перебрали. Она много в него вложила, видел, как ей это в радость, как глаза горят. Зимой сиденье перешил, как она хотела. В этом году уже катается вовсю! Знаешь, почему она не может в темноте ездить? Сэм сделал большой глоток и тяжело вздохнув продолжил. — У нее на глазах подруга разбилась, ночью дело было. Она пыталась ее спасти, делала все что надо, она же доктор. Но не смогла. Та на руках у нее и умерла до приезда медиков. Света до сих пор себя в этом винит. Что поехали вдвоем далеко на озеро, что задержались и пришлось возвращаться по темноте. Вот такие дела. Повисла тишина. Кайл пытался как мог унять дрожь, восстановить дыхание, но картина так четко стояла перед глазами, будто он сам видел все, что тогда произошло. Ночь. Разбитый мотоцикл. Света покачивается, сидя на асфальте, прижимая к груди тело мертвой подруги. По щекам, грязным от пыли и крови, текут слезы, а губы беззвучно шепчут — прости меня, прости! Вдали слышен вой приближающихся сирен машины скорой помощи, но уже слишком поздно. — Эй! Ты это, давай, выпей! — Сэм крепко тряхнул Кайла за плечо, заметив, что тот сидит неподвижно, крепко сжав бокал в руке. — Сейчас ей лучше уже. На человека стала похожа. Хотя иногда я слышу, как она ночью встает, чай пьет на кухне или по саду бродит. А утром глаза красные. Иногда с ней Алекс сидит. Он может ее быстро успокоить. Уговаривает переехать к нему. Все-таки он рядом будет и друзья и родственники здесь. Но она не хочет — работа. Не может без дела, да и на чужой шее сидеть как? Мы бы и у себя ее приняли с радостью, она нам как родная стала! Я ей даже работу в мастерской предлагал. Ну, правда! Вот что ты смеешься, паршивец? Я ж от чистого сердца! — Да, не смеюсь я, Сэм! — Кайл похлопал его по руке. — Просто зная ее характер, уверен, что не сможет она в мастерской сидеть. — Много ты про нее знаешь! — пробурчал Сэм. — Она правда любит свою работу и пока не захочет все менять. — Ну, поживем, увидим. А мы и правда будем рады, если она будет здесь. — Верю. — Ты давай про себя расскажи. Что происходит-то? Вот хочешь честно? Ты что-то совсем на себя не похож стал, даже внешне. Глаза потухшие и как будто высох, постарел. Сердце кровью обливается, как посмотрю на тебя. Слышал, врешь мне по телефону, что все хорошо у тебя. Но знаю, что пока сам не захочешь, не расскажешь, а то бы нагрянул бы давно в гости, да всю душу бы из тебя вытряс! Ты как сын мне, Кайл! Сколько вместе пройдено. И Сэм махнув рукой, отвернулся, пряча выступившие слезы. И Кайл, сам не понимая почему, заговорил. Рассказал Сэму все, что происходило в последнее время. Все свои тревоги и проблемы, страхи, в которых боялся признаться даже самому себе. Рассказал про Френка, про работу в Нью Йорке и о путешествии с Хью. — А ты знаешь, где я ее встретил? — он опустил голову и заговорил тихим, срывающимся голосом. — В том самом месте, где врезался в дерево в прошлый раз. Она прямо под ним стояла и голосовала. — Бог ты мой! Нет! На хрена ты туда поехал?! — Сам не знаю. Не помню, как свернул с шоссе. Очнулся уже в повороте, увидел дерево это чертово и оцепенел от страха. Кайл задумчиво крутил в руках зажигалку. — Я бы разбился сегодня, Сэм. Она спасла меня. Какое-то время они сидели молча. Потом Кайл ударил себя по колену и поднялся. — Пойду я. Перекурю. И зашагал в сторону выхода в гараж. Сэм сидел неподвижно, с ужасом представляя, что могло бы сегодня случиться. Сзади легкими шагами подошла Эльза и обняла мужа. — Ты все слышала? — Да. Я уверена, у них все будет хорошо. У них обоих.