Инверсия

Гермиона, будучи прилежной студенткой, знала Армандо Диппета и вклад, сделанный им в историю Хогвартса. На его директорскую долю выпало немало приключений, связанных, в том числе, и с убийством студентки. Конечно, фигура Дипетта как директора глобально разнилась с личностью его заместителя — Альбуса Дамблдора. Невооруженным взглядом было видно, что директор Диппет проигрывает профессору трансфигурации, в том числе в умении общаться со студентами. Было неудивительно, что роль переговорщика сейчас играл Дамблдор. Выходя из камина, девушка оглянулась и сразу отметила, как отличается интерьер кабинета директора от того, к которому она привыкла. В будущем кабинет руководителя Хогвартса напоминал склад всего, о чем только можно было подумать. Здесь всегда что-то шумело, готовилось, гремело. Странные приборы шипели, словно добрые змейки в ожидании, когда с ними заговорят. Единственное, что общего было с нынешним кабинетом — стол и трон директора. Они остались неизменными. Также на стенах по-прежнему висели портреты предыдущих директоров школы. В очевидном порядке расположились Бэзил Фронсак, Евпраксия Моу, Финеус Найджела Блек. Гермиона поджала губы, увидев портрет «старого» знакомого, но быстро отвела глаза. Сам же портрет смотрел на нее не мигая, в глазах читался интерес. Не каждый раз к директору приезжают новые студенты, да еще и из другой школы. Переводя взгляд на Армандо Диппета, Гермиона откинула волосы назад, кокетливо улыбнулась пошла в сторону директора, протягивая руку для знакомства. — Директор Диппет, какая честь. Я — Гермиона Голдштейн, студентка Ильверморни. Внимательно оглядывая ученицу, мужчина протянул руку в ответ и заговорил: — Мисс Голдштейн, очень приятно. Альбус очень тепло отзывался о Вас и вашей семье. Добро пожаловать. Указывая на несколько стульев напротив директорского стола, он пригласил Гермиону и Тину присесть. Дамблдор любезно пододвинул стулья и встал позади директорского стола. Гермиона, криво улыбнувшись, подумала «какой контраст» и осторожно присела на стул. Тина присела рядом, взяв девушку за руку, всем своим видом говоря: «Не переживай, я с тобой». Диппет потер ладони и, наклоняя голову, обратился к Тине: — Мисс Голдштейн, или, простите, теперь уже мисс Скамандер, Альбус рассказал о Вашей деятельности, направленной на борьбу с последователями Геллерта Грид-де-Вальда и с ним самим. Позвольте от лица магического сообщества выказать Вам, и Вашему супругу благодарность. В такое тяжелое время объединение магии разных стран важно. Также Альбус мне сообщил, что с некоторых пор Вы являетесь руководителем американского Аврората. Достойная должность. Желаю Вам успехов на этом непростом поприще. Тина непринужденно слушала директора, вежливо улыбаясь. Ни одна мышца на ее лице не дрогнула при упоминании Грин-де-Вальда. Диппет продолжал: — Также, мой заместитель мне сообщил, что Вы хотите произвести перевод вашей сестры в нашу школу. Прошу меня простить за мою дотошность, но с чем это связано? Не поймите меня приватно, но обучение в Ильверморни безусловно достойное, и решение перевести Гермиону, да еще и спустя месяц начала учебы, выглядит странно, — Тина покачала головой в знак согласия и поспешила ответить: — Директор Диппет, я благодарю Вас за столь теплый прием. Благодарю за все комплименты. Постараюсь и в дальнейшем работать на благо магического мира. Что же касается моей сестры Гермионы, то поверьте, я нахожусь в затруднительном положении, и Хогвартс — единственное решение. Как вы знаете, я вышла замуж, и мой супруг теперь будет служить в министерстве магии Британии, и я естественно последовала за ним. Хоть моя основная работа в Америке, но известные вам обстоятельства вынуждают меня постоянно перемещаться из страны в страну. Но мой новый дом — Британия. И местом, куда я буду возвращаться домой после долгосрочных рейдов и командировок, будет Британия. И я бы хотела, чтобы моя сестра была рядом со мной. В Америке Грин-де-Вальд и его теории не слишком популярны, но все может поменяться, и мне доподлинно известно, что его последователи по всему миру и в штатах, в частности. Оставить Гермиону одну на другом конце света было бы крайне неблагоразумно, ведь в магическом мире знают, какую должность я занимаю и с кем борюсь. Последователи Грин-де Вальда могут навредить моей сестре. Я опасаюсь этого. Диппет продолжал невозмутимо смотреть на Тину, но в глазах были заметны оттенки понимания. — На днях я приезжала с Ньютом в гости к мистеру Дамблдору. Я поделилась с ним своими переживаниями, и он любезно предложил перевести Гермиону в вашу школу. Я очень надеюсь, что в такое трудное время Вы пойдете нам на встречу и разрешите моей сестре обучаться здесь. Хогвартс волшебное место, старейшее образовательное учреждение с безупречными педагогами, — отмеряя поклон в сторону Альбуса, сказала Тина, — все это мне хочется дать сестре. У нас никого нет, наши родители рано умерли. Хогвартс — это действительно шанс дать Гермионе спокойно обучаться, тем более Альбус обещал за ней присмотреть. А ему я доверяю. Диппет нахмурился. Было заметно, что мужчина сопротивляется. Гермиона вспомнила, что читала об этом директоре в «Истории Хогвартса». Там говорилось, что он неукоснительно следовал правилам, и никогда их не нарушал. Перевод девушки прямо нарушал его привычные устои. Дамблдор заметив замешательство директора, решил внести свою лепту в уговоры своего предшественника: — Директор, мне кажется, нам стоит пойти на уступки в этой ситуации. Мир не стабилен сегодня, и помогать нашим иностранным коллегам — наш практически первозданный долг. Уверен, мисс Голдштейн не принесет нам много хлопот. Диппет поднял голову на Дамблдора, смотря на него продолжительное время, и наконец произнес: — Мисс Скамандер, я сторонник неукоснительного исполнения правил. И такие переводы, да еще и не в начале года, недопустимы и, честно признаюсь, меня терзают сомнения. Но, беря во внимание Вашу ситуацию, и Ваш вклад в борьбу за будущее магического мира, я не могу не Вам отказать. Я приму вашу сестру в Хогвартс. Но, дорогая леди, — повернув голову в сторону Гермионы, произнес Диппет, — Вам будет непросто, знания, дающиеся в Хогвартсе, не так просты. Вам придется много трудиться и догонять материал. Прочистив горло Гермиона, растягивая в американской манере слова, произнесла: — Директор Диппет, я благодарна за Вашу доброту. Уверяю, Вы не будете разочарованы. Я люблю учиться, обожаю точные науки, и буду достойно нести звание студентки Хогвартса. Диппет одобрительно махнул, и посмотрев на Тину, спросил: — Мисс Скамандер, для зачисления мисс Голдштейн необходим табель успеваемости. Мы проведем сравнительный анализ предметов, чтобы составить индивидуальный план обучения вашей сестры. У нее будет несколько дополнительных занятий в этом семестре, чтобы догнать учебный план Хогвартса. Тина серьезно махнула головой и ответила: — Да, профессор, конечно. Табель будет у вас на столе в среду. К сожалению, мы слишком быстро покинули Америку и не успели забрать соответствующие документы. Но, можете поверить мне на слова, в среду все будет у вас. Диппет осторожно поджал губы, быстро махнув головой, достал из кармана мантии палочку и направил ее на шкаф сзади девушек. Гермиона проследила за его движениями, и у нее перехватило дыхание. В руки директора летела Распределяющая шляпа. Мягко опустившись в руки директора, у шляпы показались посередине разрезы вместо рта. Она была готова произвести распределение Гермионы. Девушка стала лихорадочно размышлять о том, что обман, который так хорошо удавался ей все это время, сейчас раскроется. — Мисс Голдштейн, на каком факультете в Ильверморни вы учились? — Рогатый змей, директор. Дамблдор усмехнулся. В его глазах горел озорной огонек. Было очевидно — он наслаждается, смакует эту ситуацию. Диппет, не замечая скромный триумф в глазах своего заместителя, бросил снисходительный взгляд, намекая, что осведомлен о факультетах Ильверморни и произнес: — Просто отлично, мисс Голдштейн. В Хогвартсе система распределения несколько разнится с той, к которой вы привыкли. На факультеты нашей школы студентов распределяет шляпа. Она принадлежит нашему доблестному основателю — Годрику Гриффиндору. Один из факультетов носит его имя. Прошу Вас, встаньте, сейчас на Вашу голову я водружу этот старинный артефакт, и он даст ответ, на каком факультете вы будете учиться. Гермиона на ватных ногах поднялась одновременно с Диппетом, ожидая, как сейчас Шляпа начнет кричать, что перед ней обманщица, вовсе не студентка Ильверморни, а студентка Гриффиндора, только в будущем. Диппет невозмутимо поместил девушке Шляпу на голову и, складывая руки за спиной, внимательно рассматривал студентку. Дамблдор продолжал улыбаться. Тина же сохраняла невозмутимое спокойствие. — Путешественница во времени. Никогда с таким не встречалась. Сколько мыслей в голове. Девушка, успокойтесь, — заговорил голос в голове Гермионы. Она узнала гнусавый тон. — Прошу, отправьте меня куда угодно. Только не говорите, что я пришла из будущего. Умоляю, — жалостливым голосом про себя шептала Гермиона. — Сложно. Очень сложно. Безусловно, Ваша душа принадлежит Гриффиндору, но Вам не стоит отправляться туда. Слишком много знакомых фамилий будет окружать Вас и это может стать в дальнейшем для истории большой проблемой. Нужно отправиться туда, где Вы точно не привлечете внимания к своей персоне. Если только у Вас это получится. Ваш мозг это целая кладезь знаний. — Может быть Когтевран? В моем будущем Вы предлагали мне этот факультет, но я отказалась в пользу Гриффиндора. — Именно поэтому туда я Вас и не отправлю. Необходимо что-то диаметрально противоположное. Ничто не должно связывать Вас с той девушкой из будущего. В Пуффендуе же Вы будете чересчур выделяться. Что ж, выбор очевиден. — О нет! — Гермиона догадалась, к чему клонит Шляпа и поспешила с ней поспорить. Но было поздно. — Слизерин! — громко произнесла Шляпа. Глаза Дамблдора округлились от удивления, но он быстро сменил выражение лица на невозмутимое. Диппет криво усмехнулся. Он был явно удовлетворен таким исходом. Сам директор, будучи слизеринцем не мог не выказать свое удовольствие происходящим. Сама же Гермиона в голове пыталась добиться от Шляпы ответов. — Но как, дорогая Шляпа. Моя родословная явно не подходит для этого факультета. Зачем же вы это сделали? — Недовольный фырк шляпы раздался в голове Гермионы, а за ним последовал скептический ответ. — Моя дорогая, как студентка Ильверморни Вы идеально подходите на факультет Слизерин. Абстрагируйтесь от происходящего и помните кто Вы теперь. Ваша легенда получилась весьма складной, не испортите все. Прорези на Шляпе исчезли, и она обмякла на голове новоиспеченной слизеринки. Осторожно снимая ее с головы и передавая Диппету, Гермиона невольно вспомнила парня в совятне с пергаментом в руках. Она выдохнула и улыбнулась. Шляпа права, необходимо придерживаться легенды. Тина, поднимаясь со стула, обнимая за плечи Гермиону, произнесла: — Ты молодец! Диппет одобрительно усмехнувшись вторил Тине. — Добро пожаловать на Слизерин, мисс Голдштейн. Самое время познакомить Вас руководителем дома Слизерин. Его зовут профессор Слизнорт. Он преподавать Зельеварения. Хогвартс теперь Ваш новый дом. Наслаждайтесь. Гермиона нервно улыбнулась и посмотрела на Дамблдора. Тот усмехнулся и украткой ей подмигнул. Спустя минут двадцать дверь директорского кабинета распахнулась, и в кабинет, припрыгивая, зашел Гораций Слизнорт. Гермиона не смогла сдержать волнительного вдоха. Слизнорт выглядел моложе и заметно худее, чем в недалеком будущем. Недоумевая поклонившись присутствующим, он вопросительно посмотрел на директора. Диппет резко встал со своего директорского трона, обошел стол и подошел к Гермионе. Кладя руку ей на, плечо он воодушевляюще произнес: — Профессор Слизнорт, позвольте Вас познакомить с Вашей новой студенткой. Мисс Голдштейн, ех-студентка Ильверморни, а ныне студентка дома Слизерин. Быстро взглянув на новоиспеченную слизеринку, он произнес: — Перевод? В середине семестра? Диппет нахмурил брови и резко произнес: — Да, Гораций. Будь добр, проводи мисс Голдштейн в подземелья. Покажи и расскажи ей все. Тина, заволновавшись, произнесла: — В подземелья? Диппет открыл было рот, но Гермиона произнесла: — Тина, в подземельях находится общежитие Слизерин. Диппет удивленно убрал руку с плеча девушки, явно удивленный ее познаниями о жизни в Хогвартсе. Гермиона, испугавшись, поспешила добавить: — В книге «Хогвартс. История» упоминается данная информация. Я читала об этом, готовясь к семинару по теме «Развитие магического образования в Европе». Диппет удовлетворительно кивнул и, повернувшись к Дамблдору, сказал: — Кажется, Слизерин только что обзавелся еще одним талантливым студентом. Это как никогда кстати. Дамблдор удовлетворительно кивнул, не сводя взгляда с Гермионы. Диппет, обращаясь к Слизнорту, продолжил: — Гораций, думаю, Гермиону стоит поселить с однокурсницами, чтобы они могли ей более подробно рассказать о жизни в общежитии, правилах обучения. Также в среду пришлют табель ее успеваемости, будет необходимо сообщить преподавателям, чтобы подготовили краткий курс предметов, чтобы девушка могла адаптироваться и догнать материал. Гораций махнул, жестом приглашая девушку следовать за ним. Гермиона осмотрела Диппета, Дамблдора и повернулась к Тине. В ее глазах играло отчаяние. Было заметно, что она очень волнуется. Тина, подойдя к Гермионе ближе, обняла ее и прошептала: — Дорогая, ты со всем справишься. Пиши в любое время. Мы с Ньютом по возможности будем приезжать в Хогвартс и навещать тебя. Все получится. В глазах у Гермионы появились слезы. За какие-то несколько дней Тина стала для нее близким человеком. Той самой старшей сестрой, которой у нее никогда не было. Гермиона крепко обняла Тину, чмокнув ее в щеку, она направилась за Слизнортом, который уже открыл дверь и нетерпеливо ждал, когда момент прощания «сестер» закончится. — Не переживайте, мисс Голдштейн. Вы здесь в безопасности, — усмехнувшись, отметил Дамблдор, — За багаж не беспокойтесь, его отправят за Вами, в Вашу новую комнату. Гермиона еще раз обернулась к Тине, махнув рукой на прощание, последовала за Слизнортом.

***

Ступая за своим руководителем, Гермиона размышляла о том, что ее ждет в подземельях. Честно говоря, она не особо знала особенности проживания там. Единственный раз, когда она могла посетить подземелья, не удался, и Грейнджер пролежала почти месяц в обличье кошки в лазарете. На самом деле «История Хогвартса» не давала исчерпывающего ответа об особенностях жизни в общежитиях. Только общую информацию. Она старалась сохранять невозмутимый вид и опустила голову. Ее галстук приобрел зеленый оттенок, усмехнувшись, она стала прислушиваться к болтовне Слизнорта. — На самом деле, я уверен, что Вам придется много догонять, мисс Голдштейн. Я уверен, что Вы многое изучали в Ильверморни, но образование в Хогвартсе более углубленное, и Вам придется многое осваивать с нуля. Но, не переживайте, на Вашем курсе много достойных студентов, которые будут рады помочь. Хмурая Гермиона молча шла рядом, изредка кивая. — Ваша сестра показалась мне знакомой. Мне кажется, мы встречались с ней, но вот где — я не припомню. Напомните ее имя, пожалуйста. После этих слов Гермиона мысленно усмехнулась, вспомнив открытку, полученную в начале года, с приглашением в «Клуб Слизней». Старый лис не изменял себе. И Грейнджер решила играть по его правилам. Скромно улыбаясь, она ответила: — Я попытаюсь соответствовать столь уважаемому факультету, профессор, и постараюсь не подвести вас. Что касается моей сестры, то ее имя — Тина Скамандер. Совсем недавно она связала себя узами брака с зоологом Ньютом Скамандером. Теперь он служит в Министерстве магии Британии. К сожалению, никак не могу вспомнить его должность, но если это столь необходимо, я могу ему написать и уточнить. Тина же буквально как месяц возглавляет американский Аврорат. Для нее это в новинку, но она прекрасно справляется, и госпожа Пиквери ее очень ценит. Надеюсь, что не подведу свою сестру и стану таким же замечательным мракоборцем, как и она. Слушая Гермиону, Слизнорт менялся в лице. Девушка с трудом сдерживалась, чтобы громко не захохотать, наблюдая за тем, как меняется выражение лица профессора. — Мисс Голдштейн, какая достойная семья. Вот почему Ваша сестра показалась мне знакомой. Недавно ее портрет вместе с Ньютом напечатали на обложке «Пророка». Какая удача, какая удача! — разговаривая, они спустились в подземелье. Оказавшись около темно-зеленой стены, Слизнорт произнес: — Это проход в гостиную Слизерина. Для входа необходимо знать пароль. Он меняется один раз в неделю. Сейчас это «капкан». Стена отъехала, открывая возможность лицезреть гостиную слизеринцев во всей красе — темно-зеленые стены, черные диваны, ковры с изображением змей. Все здесь было пропитано величием и неприступностью. Гермиона вошла в гостиную следом за Слизнортом, оглядываясь вокруг. Студентов в гостиной было немного, в основном студенты младших курсов. Профессор оглядывался в поисках кого-то. В небольшом кресле, расположенном вблизи камина, сидела симпатичная девушка со смуглой кожей. Ее волосы были собраны в высокий пучок на макушке. Она читала книгу, покусывая губу. Видимо ее мысли были далеки от сюжета, так как взгляд слизеринки оставался неподвижным. — Забини! Иди сюда! Девушка, тряхнув головой, повернулась на голос Слизнорта. Глядя на него удивленными глазами, она отложила книгу, встала и направилась к гостям. — Почему ты не на занятиях по квиддичу? Забини, поднимая вверх рукав мантии и показывая свежую рану профессору, негодуя, произнесла: — Потому что, в очередной раз, я поняла, что данные занятия мне не нужны. Я уже пожалела, что взяла этот курс, как дополнительный. Можно же перезаписаться, например, на историю магии? — усмехаясь, спросила девушка. — Думаю, можно рассмотреть такой вариант, Элиза. Ты была в больничном крыле? — Нет, рана не смертельная. Я сама справлюсь, профессор. Слизнорт покачал головой и произнес: — Если станет хуже, отправляйся к мадам Помфри. Не хватало, чтобы с тобой что-то случилось. Девушка нахмурилась, но кивнула в ответ. Повернувшись к Гермионе, она еще больше нахмурилась и недовольно стала ее рассматривать. — Мисс Забини, познакомьтесь, это Ваша новая соседка — Гермиона Голдштейн. Прибыла прямиком из Ильверморни. Теперь она будет учиться с Вами. Забини скривила улыбку. По взгляду было не понятно, как именно Элиза отнеслась к Гермионе. — Гермиона, это Элиза Забини. Она возглавляет Женский клуб Слизерина, также она твоя однокурсница и по совместительству теперь соседка. Гермиона пыталась найти в чертах ее лица, хоть что-то связанное с Блейзом Забини — ее однокурсником из будущего. Пока, кроме высокомерного взгляда, сходств она не наблюдала. Девушка решила, что стоит показать себя максимально приветливо и широко улыбнулась Элизе Забини и, протягивая слова, изображая насколько возможно американский акцент, произнесла: — Очень приятно, Элиза. Я рада знакомству. А что за Женский клуб? Элиза подняла брови вверх и сразу ответила: — Ну, если ты не хочешь, всю жизнь жить среди павлинов и фламинго, в компании нелюбимого мужа и руководить эльфами, то тебе стоит к нам вступить. Видишь ли, мы что-то вроде организации борющихся за права женщин. Как тебе? В Америке, насколько мне известно, с этим проблем нет, и женщина имеет право заниматься карьерой, а не сломя голову вступать в брак. Гермиона широко улыбнулась и ответила: — Конечно же, да! Наш министр Серафина Пиквери — женщина и возглавляет МАКУС, а моя сестра Тина Скамандер — глава американского Аврората. Элиза захлопала в ладоши, ее глаза заискрили. — Голдштейн, ты будешь украшением нашего Клуба. Профессор Слизнорт, она будет жить со мной в комнате, да? Слизнорт обреченно осмотрел девушек и кивнул: — Ведя мисс Голдштейн сюда, я сразу понял, что вы подружитесь. Да, Элиза, Вы будете жить вместе. А сейчас, проводи Гермиону в Вашу комнату, расскажи про особенности проживания, и не забудь проводить ее на ужин. Возможно, также стоит провести экскурсию по школе. А завтра, мисс, — обращаясь к Гермионе, произнес Слизнорт, — Вы приступаете к занятиям. Во время ужина я передам Вам список предметов на выбор и заявления. Заполните и передайте старосте. Есть ли какие-то вопросы, мисс? Гермиона нервно улыбнулась и отрицательно покачала головой. Довольный Слизнорт вышел из гостиной. Элиза, тем временем, не теряя времени, взяла Гермиону под руку и повела к спальням. — Тебе здесь понравится. У нас замечательный факультет. Мы все здесь как одна семья. Мы не даем друг друга в обиду. Все будет хорошо. И, черт, как мне нравится твой акцент. Гермиона улыбнулась, входя в комнату. Она была абсолютно такой же, как и в Гриффиндоре в будущем, за единственным исключением — комната вся была в зеленых оттенках. Три кровати стояли вдоль стены. Две из которых были заправлены, а сверху лежали вещи, а рядом с пустой, явно ее, стоял ее чемодан. Девушка подошла к кровати и медленно на нее опустилась. Нужно было разложить вещи. Элиза решила не мешать Гермионе, спокойно присев на свою кровать и достав из кармана волшебную палочку. Призвав ей из шкафа средство для полировки волшебных палочек, она стала аккуратно ее обрабатывать. Гермиона пару минут понаблюдала за ней и, выдохнув, открыла чемодан. Спустя полтора часа все вещи Гермионы были разложены. Элиза все это время сидела на краю своей кровати, ожидая, что новая соседка попросит помощи с разбором вещей, но Гермиона четко решила, что справится сама. Поставив книги на полку около кровати и убрав дневник Ньюта под подушку, Гермиона наконец повернулась к соседке и, широко улыбнувшись, произнесла: — Элиза, расскажи мне о школе, пожалуйста. Та, будто и ждала этого вопроса. Она вскочила с кровати, подходя к девушке и беря ее за руку, произнесла: — Итак, ты в Хогвартсе. Это школа магии. Тут учится много ребят, и все они абсолютно разные. Мы на Слизерине. Змеи — так нас называют. Но, что поделать, животное на гербе обязывает. Есть еще и другие факультеты. Когтевран — они чересчур умные, Пуффендуй — неплохие ребята но, как по мне, чересчур добродушные, и конечно Гриффиндор — наши доблестные львы. Ты увидишь их и сразу все поймешь. Они что-то вроде наших негласных конкурентов. Их декан — Дамблдор. По мне, классный мужик. Но, опять же, негласно. Он хорошо преподает. Кстати, Трансфиругацию. Раньше вел ЗОТИ, но потом что-то пошло не так. Но, это не важно. Он даже на Трансфигурации умудряется преподавать защиту. Все довольны, мы подавно. Наш декан — Слизнорт, преподает зелья. Хорош в своей сфере. Но обожает заводить любимчиков. Сама увидишь. Знаешь, так не интересно. Сейчас начнется ужин, там будут все преподаватели, и я тебе всех покажу. Идем. Гермиона надела мантию поверх школьной юбки и серого кардигана и последовала за соседкой. Она еще не решила, нравится ли ей Элиза. Но негатива она к ней не испытывала, это точно. Она решила уточнить, кто их третья соседка. Забини скривила гримасу и произнесла: — Вальбурга. Блэк. Гермиону бросило в холодный пот, когда она вспомнила страшную женщину на портрете в доме на улице Гриммо. Безумные глаза, пена изо рта, жесткие черты лица. Вот кого-кого, а ее Гермиона точно не ожидала тут увидеть. Но, одернув себя, вспоминая, что это прошлое и это ожидаемо — успокоилась. — Хм, интересное имя. — А то, эти Блэки помешаны на звездных именах. Орионы, Вальбурги. — Сириусы, — грустно произнесла Гермиона — Точно! — усмехнувшись, ответила Элиза, — А, ты быстро смекаешь, Голдштейн. Это хорошее качество, особенно у нас на факультете. Они вышли из подземелий и двигались в направлении Большого зала. Элиза что-то рассказывала о размещении кабинетов, портретов и факультетов. Гермиона шла молча, изредка кивая. Голова ее были наполнена мыслями о том, как сейчас она войдет в Большой Зал и все будет иначе. Она не подойдет к Гриффиндору. За столом не будет Гарри, Рона и Джинни. Никто не будет ее спрашивать, почему она задержалась и почему она вновь принесла в столовую столько книг, ведь это не библиотека. Из собственных мыслей ее вновь вывела Элиза. К ним подошла высокая девушка с такой же как у Элизы прической. Ее глаза были точь-в-точь как у… Сириуса. Это была Вальбурга. Но, она не выглядела как та, сумасшедшая женщина с полотна на Гриммо. Она выглядела немного уставшей и …обычной. — Забини, как рука? Я де говорила тебе, за коим чертом тебе понадобился квиддич, как дополнительное занятие. Твой женский клуб не доведет тебя до добра. А это кто — уставившись на девушку, спросила Вальбурга. — Эм, я Гермиона Голдштейн. Новенькая. Буду жить и учиться с вами. Вальбурга подняла брови и с очевидным скептицизмом в голосе спросила: — Американка? В Хогвартсе? Где ты училась? В Ильверморни? — Да-да, факультет Рогатый змей. Вальбурга скривила лицо и протянула руку: — Вальбурга Блэк. Добро пожаловать! Просто необходимо поработать над твоим акцентом. Он просто ужасен. Изображая отвращение, она улыбнулась и направилась с ними в Большой Зал. Проходя мимо столов разных факультетов, до Гермионы доносились голоса «Кто это?», «Что у нее на голове?», «Посмотри на обувь!». Не обращая на замечания внимания, она шла прямо, не отвлекаясь на комментарии. Садясь напротив новых соседок, Грейнджер оглядела стол. Студентов за столом было еще не так много, многие места пустовали. Гермиона положила себе на тарелку кусок рыбы, овощи и потянулась к кувшину с соком. Ставя его на место, девушка еще раз посмотрела на Зал. Он постепенно стал заполняться студентами. Многие недоверчиво смотрели в ее сторону. И тут она заметила заинтересованный взгляд темных глаз напротив. Парень смотрел на девушку не отрываясь. Он был одет в мантию Хогвартса, явно с иголочки. На груди был приколот значок старосты. Гермиона не могла отвести взгляд. Было в нем что-то привлекательное и, в то же время, пугающее, волнующее. Они продолжали смотреть друг на друга. Парень сложил губы в улыбке и сделал головой полупоклон в ее сторону. Она по-доброму улыбнулась и повернулась к соседкам, чтобы узнать кто это. По их взглядам, она поняла, что те заметили «гляделки» между парнем и девушкой. Элиза смотрела спокойным взглядом, будто происходящее ее ничуть не удивило, Вальбурга явно наслаждаясь ситуацией произнесла: — Никто не может устоять при виде нашего старосты. Гермиона покраснела и поспешила опустить взгляд в тарелку. Элиза решила исправить ситуацию и произнесла: — Хватит, Вальбурга! На Тома все так смотрят, даже педагоги. Не смущай Гермиону. Соседка усмехнулась и сказала: — И не собиралась. Том есть Том. К горлу Гермионы подкатила тошнота, волосы на макушке встали дыбом, было ощущение, что ее только что окатили ледяной водой. В ее голове зазвучал голос Гарри: «В школе его звали Томом Реддлом, потом он сменил имя на Волан-де-Морт». Она подняла глаза полные ужаса на соседок и дрожащим голосом произнесла: — Как вы сказали, его зовут? — с трудом проговорила Грейнджер, переводя взгляд в сторону парня. Вальбурга насупившись, посмотрела на Гермиону и произнесла: — Говорю же, Том. Том Реддл. Староста Слизерина. В этот момент парень поднял взгляд на Гермиону, и она четко осознала, что все интересное только начинается.