Инверсия

- Добрый день, студенты! Давайте, начнем! Итак, трансфиругация человека. Весь прошлый месяц мы с вами говорили об этом только в теоретическом плане, и наконец, настало время перейти и к практике. Данное магическое действо, как вы уже могли понять, достаточно сложное, и трансфигурировать человека вот так просто, по взмаху палочки, невозможно. Нужно начинать с малого. Предположим, с одной из частей вашего тела. Мистер Розье, позвольте позаимствовать Ваши глаза? — весело произнес Дамблдор. Гермиона удивленно улыбаясь, перевела глаза на Винсента Розье, расположившегося на соседнем ряду. Рядом с ним сидел Сигнус Блэк, который после слов профессора Трансфигурации похлопал соседа по плечу, даже не пытаясь сдерживать смех. Профессор Дамблдор усмехнулся — в его глазах горел озорной огонек, было видно, что он наслаждается работой преподавателя. В классе стоял небольшой приятный гул, который сопровождался уважительными взглядами, направленными на будущего директора. — Профессор, может быть, Вы воспользуетесь глазами Блэка? Он — добрая душа, будет рад поделиться с Вами, я уверен. Дамблдор по-доброму улыбнулся и ответил: — Нет, мистер Розье. Я хочу воспользоваться именно вашими. Прошу, не стесняйтесь, подойдите ко мне. Винсент встал и вытер несуществующий пот с ладоней о мантию. По глазам было заметно, что парень явно нервничает. Подойдя к профессору, он выпрямился и поднял на него взгляд. Дамблдор навел палочку на лицо шестикурсника, ухмыльнулся и отвел ее, готовясь к произнесению заклинания. Розье сжался в ужасе, представляя, что сейчас его лишат возможности видеть и зажмурился. Профессор, хихикнув, направил палочку на свои глаза и произнес: «Колорум грей». Закрыл глаза и с придыханием вторил: «Аэтернум». Открыв глаза и несколько раз моргнув, Дамблдор удовлетворенно опустил руку на плечо Винсента и тепло сказал: — Ну же, мистер Розье, откройте глаза. С опаской парень поднял веки и отпрыгнул назад. На него смотрел профессор Дамблдор, только вместо глаз, знакомых, бездонных, мудрых голубых глаз он смотрел…в свои собственные. Профессор точно повторил разрез и цвет глаз ученика, чем невольно стал походить на него самого. От волнения Розье, заикаясь произнес: — Проф…профессор, это великолепно. Как вам это удалось? В классе послышался заразительный смех, и Дамблдор, не убирая руки с плеча Винсента, направил его обратно за парту, при этом произнося: — Мистер Розье, если бы Вы более внимательно слушали меня весь минувший сентябрь, то сейчас этот вопрос не звучал бы. Только что я продемонстрировал Вам самый простой способ трансфигурации определенной части тела. Но заметьте, только части. Трансфигурировать все тело целиком очень трудно, и не каждый волшебник на это способен. Это требует определенной концентрации, навыков и, конечно, знания теории. Гермиона, изнемогая от любопытства, просто не могла усидеть на месте, и, подняв руку, произнесла: — Профессор, а Вы, можете трансфигурировать человека целиком? Все посмотрели на нее: во взглядах сокурсников читалась усмешка в купе с удивлением. Через долю секунды девушка поняла, что сморозила глупость. «Гермиона, это же Дамблдор!» — укоризненно сказала она себе и поспешно опустила глаза. Дамблдор, подойдя к ее парте, ласково на нее посмотрел и ответил: — Да, мисс Голдштейн, не без труда, конечно, но могу. И рассчитываю научить в этом семестре и вас тоже. Ну что-ж, предлагаю не откладывать столь занимательный процесс, а разделиться на пары и попробовать трансфигурировать друг другу разрез глаз и цвет оппонента, — По взмаху палочки парты разъехались вдоль стен, студенты быстро вскочили со своих мест, благодаря второму взмаху палочки директора их вещи были быстро собраны в сумки и отлевитированы в угол кабинета. Лавки вслед за столами разъехались к стене. — Нас ничто не должно стеснять. Гермиона была крайне удивлена поведению Дамблдора со студентами, но по их действиям она поняла, что делает профессор это достаточно часто. — Хотя, давайте сделаем немного по-другому. Каждый произведет трансфигурацию глаз своему однокурснику, и потом будет меняться, по кругу. Так будет, пожалуй, более целесообразно. Услышав гул одобрения, Гермиона подошла к Вальбурге. Та, уже стоявшая наготове, хитро ей улыбалась. Встав напротив, они стали внимательно рассматривать друг друга. Каждый старался запомнить размер глаз, их расположение на лице и, конечно, цвет. — Прошу вас, не забывайте, что обязательным условием заклинания является то, что вы в полной мере должны запомнить, как выглядят глаза вашего оппонента. Если вы не можете четко представить, то заклинание не получится, — требовательно произнес Дамблдор. Гермиона выпрямилась и хищно улыбнулась Вальбурге, которая внимательно рассматривала соседку. Не говоря друг другу ни слова, они навели палочки на свои лица и произнесли заклинание. Было ощущение, что в глаз девушке попала соринка, и они резко зачесались. Девушки открыли глаза и ахнув, ухмыльнулись. У них получилось. На Гермиону смотрели ее глаза. Точнее сказать, глаза ее мамы. Воспоминания нахлынули очень быстро, и отступив назад, она резко выдохнула. Вальбурга, почувствовав неладное, подошла к соседке и спросила: — Гермиона, что случилось? Я что-то сделала не так? Грустно улыбнувшись, Грейнджер подняла взгляд и произнесла: — Нет-нет, все в порядке. Вальбурга пристально смотрела на нее, не зная, что сказать. Она никак не ожидала такого. Словно почувствовал, что что-то идет не так, к ним подошел Дамблдор и внимательно на них посмотрел. — Все в порядке? Гермиона выпрямилась, откинула волосы назад и спокойно, с отработанным акцентом, произнесла: — Все в порядке, сэр, просто воспоминания. Мы можем продолжать. Она обошла профессора и присоединилась к девушке в круглых очках с челкой. Она показалась Гермионе подозрительно знакомой. Грейнджер, улыбнувшись ей, начала диалог: — Привет, я Гермиона. Ну, давай поменяемся? — Привет. Я Мирттл. Давай. Глаза Гермионы расширились в очередной раз, и девушка невольно посмотрела на стоящего неподалеку Тома Реддла. Тот был сосредоточен на создании заклинания. В паре с ним стоял Абраксас Малфой, который боязливо поглядывал на своего однокурсника. Было очевидно, что он не хотел обзаводиться глазами будущего Темного Лорда. — Ну, так мы будем выполнять заклинание? — Нетерпеливо спросила Мирттл. Она явно была недовольна, что в пару ей попалась новенькая. Гермиона посмотрела на девушку и проговорила: — Прости, ты показалась мне такой знакомой. — Вряд ли это возможно. Я маглорожденная родом из Лондона, а ты из Америки и явно чистокровная. Так что наша встреча никак не могла состояться ранее. Гермиона решила не отвечать на слова своей сокурсницы из Когтеврана, а просто подняла палочку и навела ее на себя. Через пару секунд у девушки снова защипало в глазах, и она поняла, что заклинание вновь ей удалось. Улыбнувшись краешком губ, она подошла к следующему оппоненту. Она рассчитывала, что ее напарником сейчас будет Винсент Розье, но оказалось, что Том Реддл быстро расправился с ним и уже ожидал, когда девушка окажется напротив. Бросив полный ненависти взгляд на сокурсника, она поджала губы. Ей не терпелось срочно покинуть этот кабинет и это время, лишь бы вновь не оказаться рядом с будущим темным волшебником. Девушке на секунду даже решила просто отказаться от выполнения этого заклинания, ведь сама мысль о том, что она хочет трансфигурировать взгляд Лорда, ее пугало. Тот хищно ей улыбнулся и сказал: — Похоже, Вы неплохо справляетесь, мисс Голдштейн. Я уж было подумал, что помощь Вам так и не понадобится. — Мистер Реддл, как показала практика, помощь здесь нужна Вам, а не мне. Не сговариваясь, они подняли друг на друга палочки, будто хотели вступить в дуэль, но медленно, не прерывая зрительного контакта, стали наводить их на себя. Прикрыв глаза, девушка четко представила надменный, хищный, темный взгляд парня. Внезапно в голове возникла картина: Лорд стоит над телом Гарри и резко поднимает взгляд на подходящих к нему Гермиону, Рона, Невилла и Полумну, сосредоточенно рассматривает их красными, змеиными глазами. Произнося заклинание, она не смогла до конца изгнать этот образ из головы. Глаза вновь защипало и закололо, но в этот раз сильнее, и она от удивления распахнула их. Перед ней стоял Том Реддл с ее шоколадными глазами, осторожно рассматривая напарницу. — Голдштейн, что ты… — Начал было он. — Акцио, зеркало, — волнительно произнесла девушка, и из ее сумки вылетело маленькое карманное зеркальце. Резко поймав его, она посмотрела в отражение. Увиденное ее поразило. Зрачок правого глаза был красного цвета, разрез больше походил на щелку. Левый же глаз совпадал с нынешним образом Тома Реддла. — Я, я не знаю что это и как это получилось. Реддл хотел было что-то спросить, но рядом материализовался Дамблдор, внимательно смотря на Гермиону. Ни говоря не слова, он взмахнул палочкой и ее глаза вернулись в обычную форму. — Мисс Голдштейн, я должен признать, такого рода трансфигурация требует определенных навыков. Двухуровневая трансфигурация, от студентки 6 курса, это достойно похвалы. Десять очков Слизерину, за отличную работу, или за потрясающее везение, — Весело подмигнул профессор. Гермиона ахнула от удовольствия. Реддл стоял за спиной профессора, размышляя. Почему у нее получился один глаз явно змеиным. Он хотел узнать, как это произошло. Прозвенел звонок, и Дамблдор произнес: — Отличный урок получился, мне кажется. Домашнее задание — практиковать сегодняшнюю трансфигурацию и прочитать в учебнике страницы с шестьдесят девятой по семьдесят четвертую о транфигурации глаз. Хорошего дня. Он помахал рукой студентам и вышел. Студенты удовлетворенно шептались, бросая заинтересованные взгляды на Гермиону и Тома, которые оставались на месте. Том продолжал рассматривать девушку, медленно подходя к ней. Гермиона обняла себя за плечи и думала, что ее невнимательность только что подарила ей десять баллов для факультета и подозрения будущего Темного Лорда. Посмотрев на приближающегося старосту, девушка выпрямилась и мысленно подготовилась к допросу. — Откуда ты взялась, такая умная-разумная, а, Голдштейн? Как у тебя получилась двухуровневая трансфигурация и эти, странные красные глаза? Мы же загадывали друг друга, разве нет? Закатив глаза, она недовольно ответила: — Почему я должна тебе что-то объяснять? Я просто подумала о нескольких вещах — невольно посмотрела на твой галстук и подумала о змее. В моем представлении глаза змеи выглядят так. — Как, так? С красными зрачками? Ты что, смеешься надо мной? — Даже если и так, то что? Просто не можешь простить себе, что уже второе занятие подряд я зарабатываю баллы для факультета, а ты нет. Смирись, Реддл. Теперь умный-разумный не только ты. Он схватил ее за руку, шипя: - Кем бы ты не была, я за тобой слежу, ясно тебе?! И я настоятельно рекомендую тебе не высовываться, а то для тебя это может закончиться плохо. Тебе может быть и благоволит наш заместитель директора, но поверь мне, я вижу тебя насквозь. Ты обычная, никчемная американская выскочка. И я поставлю тебя на место. Будь уверена. Взмахнув подолом мантии, он покинул кабинет. Гермиона так и осталась стоять в центре кабинета трансфигурации, дрожа от страха. Только что ей угрожал будущий Темный Лорд. Именно тот, кто в школьном возрасте убил студентку, прямо сейчас сказал Грейнджер, что поставит ее на место. Пытаясь собраться с мыслями, она подошла к столу, взяла свою сумку и вышла из кабинета. Следующий урок — чары, и по легенде она не знает, куда идти. Оглянувшись по сторонам, девушка решила, что паниковать смысла не имеет. Ей не раз угрожал Драко Малфой и его прихвостни. Она попадала в ситуации и похуже, но всегда выбиралась из них. И сейчас, она была уверена, что справится. Том Реддл сейчас студент, и вряд ли будет убивать ее на глазах у всей школы. Внутренний голос зашептал имя девочки в круглых очках, с кем она сегодня работа в паре на уроке. Пока она жива, а значит Реддл не перешел к активным действиям по уничтожению магглов, и она в какой-то степени в безопасности. Пригладив волосы, девушка поспешила вниз по лестнице на урок чар.

***

Том Реддл шел, не разбирая дороги. Его буквально колотило от гнева, и он с большим трудом заставлял себя двигаться как можно дальше от кабинета трансфигурации и выскочки, которую он там оставил. Ему хотелось вернуться и применить к Голдштейн легилименцию. Он был почти уверен, что именно в этой голове хранилось столько секретов, что хватит на всю школу и еще останется. Том не мог смириться с тем, что девушка, находившаяся в школе лишь сорок восемь часов, уже успела так наследить в его голове. Он вспомнил вдохновленный взгляд Слизнорта, когда она использовала «Протего», чтобы прикрыть себя и его от того недоразумения. Да-да, именно недоразумения. Слово «ошибка» он не хотел использовать, чтобы описать ситуацию в кабинете зельеварения. Просто недоразумение. Складывалось такое ощущение, что эта Голдштейн какая-то неземная, о как же она применила «Протего». Это заклинание знает любой третьекурсник, но в глазах Горация Слизнорта это смотрелось, будто она совершила что-то невероятное. Ему хотелось стереть себе память, чтобы только не видеть торжествующего лица куратора и озабоченное лицо этой американской выскочки. Подумать только, потомок Салазара Слизерина засматривается на локон американки и теряет концентрацию. А трансфигурация. Просто смешно. Том ударил кулаком по стене, вдоль которой шел и вспомнил глаза Гермионы Голдштейн, когда она их открыла. Он был впечатлен «своим» глазом, еще раз отметив, насколько они темные, отражающие его душу и мысли целиком. Но вот второй, красный, «змеиный» глаз заставил задуматься. Эта ее дурацкая отмазка со змеей шла в разрез с ее умениями. Двойная трансфигурация на шестом курсе, в начале семестра выглядела более чем впечатляюще. Он дал себе обещание прошерстить библиотеку и найти всю информацию об обучении в Ильверморни. До этого момента он даже и представить себе не мог, сколь разнятся знания студентов из разных школ. Ему не терпелось пойти в «храм науки» и узнать все о магических школах, их особенностях в системе подачи материала и знаний. Внезапно внутренний голос подкинул идею спросить Голдштейн об особенностях обучения в Америке. Остановившись как вкопанный, он осмотрелся вокруг и понял, что прошагал один лишний пролет, и теперь необходимо будет вернуться назад, чтобы попасть в кабинет чар. Разворачиваясь на носочках, парень прошептал: — Еще посмотрим, кто кого, Голдштейн. Лорд Слизерин просто так не сдается. Повернув назад, он отправился на занятие, не заметив за углом девушку в круглых очках с синим галстуком на шее. Ее лицо выражало полное недоверие. Подождав, когда парень скроется за поворотом, она последовала в противоположную от него сторону.

***

Гермиона еще раз посмотрела по сторонам, и не увидев знакомых лиц, направилась в сторону лестниц, ведущих в кабинет заклинаний. Она всеми силами пыталась отогнать от себя мысли о Томе Реддле. Не находя мысль в голове, за которую стоило бы зацепиться, чтобы отвлечься, она просто продолжала идти вперед, теребя ремешок сумки. Навстречу ей шли студенты других курсов и факультетов. Они рассматривали ее, но ничего не говорили, проходя мимо. Опустив голову и поправив сумку на плече, она ускорила шаг, понимая, что если не поспешит, то точно опоздает. Больше чем прокрастинацию, Гермиона не любила только опаздывать. Для нее это всегда казалось неприемлемым. В этом времени она также не могла пожертвовать своими принципами и ускорила шаг. Резко остановившись, она задумалась, что сейчас одна идет на занятие по заклинаниям, и знает куда идти, хотя, согласно собственной легенде, знать ей этого не положено. Покрутив головой и еще раз убедившись, что никого из знакомых рядом нет, она, слегка притопнув ногой, пошла дальше. В голове созрела идея, что если ее спросят, как она нашла кабинет, то сошлется на добрых первокурсников, которые любезно показали ей путь. Только подумав об этом, она врезалась в двух маленьких мальчишек пуффендуйцев, у которых в руках были заварные пирожные. Отпрыгнув от них, чтобы не испачкать мантию, Гермиона произнесла: — Мальчики, не могли бы вы подсказать мне, где находится кабинет заклинаний. Я тут, кажется, немного заблудилась. Пуффендуйцы с недоверием на нее посмотрели, но обменявшись друг с другом взглядами, покачали головой в знак согласия, обернулись и пошли вперед, предварительно поманив ее за собой. Девушка ухмыльнулась и последовала за ребятами. Те вовсе не выглядели смущенными тем, что провожают старшекурсницу, а наоборот наслаждались ситуацией, уплетая пирожные. Один из мальчиков обернулся к ней и произнес тонким голосом: — А я знаю, кто ты. Американка из другой школы волшебства. О тебе говорила наша староста. Сказала, у тебя смешной акцент. Она была права. И правда, смешной. Я Гарри Гарри Батчелор. А это, — показывая на своего товарища, идущего рядом, продолжил Гарри, — мой друг и сосед Себастьян Бродерик. Мы пуффендуйцы. Это такой факультет, ты знаешь? Ты я вижу слизеринка, но я и не удивлен. Многие красивые девочки учатся на Слизерине, взять даже Сьюзи Калвер, мою однокурсницу, слизеринка и такая красивая! -мечтательно произнес юный пуффендуец, — О, кстати, ты не хочешь пирожное? Мама говорит — я жуткий невежа. Провожаю даму и не угостил ее. Гермиона была удивлена таким потоком информации, но не подала виду. Другой мальчишка, Себастьян Бродерик, был менее разговорчив, поглядывал на Гермиону, немного краснея и изредка кивая словам друга. — Я Гермиона Голдштейн. И я из Ильверморни. Я прекрасно осведомлена о факультетах Хогвартса. В Пуффендуе учатся настоящие герои, насколько мне известно, — кокетливо улыбнувшись, сказала девушка, — и настоящие джентльмены. Мальчишки на секунду задохнулись от волнения и покраснели от самой макушки. Себастьян Бродерик опустил голову в поклоне и произнес: — Спасибо, мисс. Мы польщены такой оценкой нашего факультета. Если вам будет необходима помощь, мы с Гарри всегда готовы прийти на помощь. Гермиона не могла сдержать восторженного смеха, но постаралась быстро придать лицу серьезное выражение и проговорила: — Спасибо, я очень рада, что обзавелась таким полезным знакомством. Не успели ее провожатые что-то ответить, как они оказались в коридоре, ведущем в кабинет заклинаний. Гарри произнес: — Вот мы и на месте. Преподавателя зовут Минерва МакГонагалл. Она молодая, но очень строгая. По правде говоря, мы ее даже боимся немного. Глаза Гермионы в удивлении расширились от услышанного имени. Она никак не ожидала, что ее любимый преподаватель может учить заклинаниям. Видимо она часто будет удивляться в этом времени. Девушка поблагодарила своих новых друзей и неспешно направилась к двери кабинета. Повернувшись, она увидела двух пуффендуйцев, которые следили, как она зайдет в кабинет, будто в этом коридоре можно было потеряться. Они подняли большие пальцы вверх. Она помахала им в ответ и зашла в кабинет. Где-то за окном прозвенел колокол, сообщающий о начале занятий. Мальчишки ахнули и побежали по коридору, а Гермиона скривив губы в улыбке, зашла в кабинет. Кабинет чар сильно отличался от того, который она лицезрела с самого первого курса в Хогвартсе. Сейчас это был обычный класс с большими окнами-ставнями и стоящими в три ряда партами. Вдоль стены стояли шкафы, заставленные книгами. Впереди стоял учительский стол и стул, а за спиной импровизированный помост. К помосту явно было применено заклятие расширения, потому что такого размера этот кабинет никогда не был, она знала это наверняка. Ей было интересно, для каких целей это возвышение было необходимо. Осмотревшись, она заметила в кабинете представителей всех факультетов. Слизеринцы занимали ряд рядом с окном. Кажется, на данном предмете присутствовал весь 6 курс факультета Слизерин. Свободное место было одно, рядом с Элизой Забини. Она, заметив ее, замахала ей рукой, приглашая сесть рядом. — Мы уже было потеряли тебя, — обеспокоенно произнесла Элиза. Гермиона удовлетворенно кивнула и, доставая из сумки учебник «Стандартная книга заклинаний. 6 курс», пергамент и перо с чернилами, обыденно произнесла: — Меня задержали обстоятельства, но первокурсники-пуффендуйцы любезно согласились меня проводить. Очаровательные оказались мальчишки, кстати, все порывались угостить меня пирожными. — О, мисс Голдштейн, да вы тяготеете к сладкому. Я буду иметь это ввиду, когда буду в Хогсмиде. При случае, обязательно загляну в «Сладкое королевство» и куплю вам сладостей. Они там отменные, — улыбаясь, произнес Сигнус Блэк. — Спасибо, мистер Блэк. Но, мне прислали разрешение на походы в волшебную деревню, так что придется мне купить себе сладости самостоятельно. Сидящая рядом с ним Вальбурга засмеялась и подмигнула Гермионе. — Вальбурга, ну хоть ты не откажешься от моих сладостей? Будь милостивой, дорогая кузина. Мне не терпится одарить кого-то. — Всегда можешь угостить меня! — Смеясь, произнес сидящий за ним Винсент Розье. — Хватит, — произнес вкрадчивый голос сидящего за первой партой Тома Реддла. Повисла неловкая тишина. Гермиона исподлобья посмотрела на старосту своего факультета. Воспоминания о его словах в кабинете трансфигурации вернулись, и по спине пробежали мурашки. Его сосед — Абраксас Малфой поерзал и повернулся к преподавательскому столу. В класс вошла Минерва Макгонагалл. Гермиона проводила ее взглядом до преподавательского стола. На ней была изумрудная мантия, на голове причудливый пучок, из которого выбивались пряди, падающие ей на лицо. Выражение лица оставалось строгим, но глаза по-доброму смотрели на студентов, в том числе и на ряд, где сидели слизеринцы. Этот взгляд очень напомнил ей тот, каким обычно она одаривала Гарри на пятом курсе. Гермиона невольно улыбнулась своим воспоминаниям и еще раз осмотрела профессора. Та поймала ее взгляд, скривила губы в улыбке, и повернувшись к ряду слизеринцев, произнесла: — Мисс Голдштейн, добро пожаловать в Хогварстс. Мы рады приветствовать Вас в старейшем учебном заведении магической Англии. Надеюсь, наша школа и Ваш факультет станет для вас семьей. Успехов! Гермиона внимательно слушала профессора, и махнув в знак благодарности, откашлявшись произнесла: — Спасибо, профессор МакГонагалл. Я верю в это. Та, вкрадчиво кивнула ей и повернулась ко всему классу. Надев самую невозмутимую из всех своих масок, она произнесла: — Следуя нашей с вами договоренности, я приготовила «помост испытаний». Гермиона с недоверием перевела взгляд на Элизу, которая с благоговением смотрела на профессора. Кажется, та была ее кумиром. — Что за «помост»? — удивленно прошептала Гермиона. — МакГонагалл обожает устраивать что-то вроде испытаний. На этом помосте запрятаны всякие опасные штучки, которые необходимо побороть с помощью заклинаний, которые мы изучаем на уроках. Это позволяет нам учиться быстро ориентироваться в пространстве, и видеть свои слабые стороны. Скорость на помосте быстрая. Ты двигаешься вдоль сцены, и на тебя неожиданно может вылиться вода, а потом ты как будто резко умираешь от жажды. Необходимо применять заклинания, чтобы выполнить эти испытания. Усложняется это все тем, что делать это необходимо с использованием невербализации, т.е. невербальных заклинаний. Ты ведь знаешь что это? — Тихо тараторила Элиза. Гермиона слушая, в очередной раз поразилась фантазии любимого преподавателя и покачала головой в знак согласия. — Особенно важно, что ты не можешь увидеть, какие испытания тебя ждут, пока не вступишь на помост. Таковы чары. Том Реддл резко повернулся к Элизе и Гермионе с выражением полным ненависти и, почти шипя, произнес: — Если сейчас вы обе не закроете рот, вы даже не успеете подумать об этом помосте, потому что не дойдете до него. Гермиона, сжав под партой кулаки произнесла: — Иди к Моргане, Реддл. Парень сжал губы и приблизился к девушке, потянувшись к ней через парту произнес: — Ты меня верно не так поняла в кабинете трансфигурации, да, Голдштейн? Не мешай мне, и тогда твое обучение здесь не доставит тебе хлопот и проблем. Его лицо было чересчур близко, и она могла его рассмотреть. Стоило признать, что он обладал поистине приятной внешностью. Это была не просто красота, а темная, пугающая, даже волнительная. Его глаза были почти черными, и казалось, что за ними нет ничего, только всепоглощающая тьма, которая так и манила к себе. Девушка сглотнула и хотела было ему ответить, но за его спиной блеснуло что-то зеленое — это была мантия профессора Макгонагалл. Похлопав его по плечу, профессор произнесла: — Я без сомнения уверена, мистер Реддл, что вы обсуждали с мисс Голдштейн что-то важное, но позвольте вас прервать и попросить закончить ваш диалог или перенести его на внеурочное время. Реддл, мазнув глазами по лицу Гермионы, надел свою невозмутимо милую маску и виноватым голосом, поворачиваясь к Минерве МакГонагалл произнес: — Простите, профессор. Мисс Голдштейн еще не совсем знакома со всеми нашими правилами поведения, ей наверняка кажется, что она еще в Америке. — Тогда Ваш долг, мистер Реддл рассказать Гермионе Голдштейн, как Вы выразились наши правила и не дать ей возможности чувствовать себя здесь неуютно. МакГонагалл отошла от его стола, а Реддл еще раз повернувшись к Гермионе, произнес: — О, профессор не переживайте, я все ей поведаю. Гермиона сглотнула и перевела взгляд на профессора. Элиза, наблюдавшая со стороны за происходящим, быстро повернулась к Вальбурге, которую разговор Гермионы и Реддла ни капли не забавлял. Она озабоченно посмотрела на соседку и отрицательно покачала головой. Тем временем МакГонагалл предложила построиться всем в шеренгу и начать проходить «испытания» на импровизированной «полосе препятствий». Первым, конечно, вызвался Том Реддл. С легкостью справившись с летящими в него корнуэльскими пикси, погрузил их в сон, утолил жажду с помощью «Агуаменти» и применил оглушающие чары к звукам, очень похожим, как показалось Гермионе, на те, что издают русалки. С палочкой Реддл выглядел превосходно. Он перекидывал ее между пальцами, будто играя и лаская ее одновременно. По выражению лица было видно, что он не прикладывает для выполнения невербальных заклинаний никаких усилий. Что же касалось остальных ее одногруппников¸ то не все были столь успешными и удачливыми, как Том. Сигнус и Винсент не справились с щитовыми чарами, Элиза провалила «Агуаменти», а Вальбурга была близка к успеху, если бы не чары щекотки. Когда очередь дошла до Гермионы, только Реддл мог похвастаться десятью баллами от профессора заклинаний. Вальбурга же довольствовалась пятью, чему, судя по выражению лица, была крайне довольна. Гермиона подходила к помосту с легким чувством волнения, но с уверенностью в собственных силах. За сентябрь в своем времени она неплохо справлялась с невербальными заклинаниями, а теорию знала назубок. Элиза взглядом пожелала ей удачи, и Гермиона, взяв в руки свою палочку, подошла к помосту. Не успела девушка выдохнуть, как на нее полетела и закружила осенняя листва, от неожиданности девушка нанесла «Протего» невербально, за что сразу получила замечание от МакГонагалл: — Мисс Голдштейн, у нас урок заклинаний, а не защита от темных искусств. В данный момент необходимо продемонстрировать свой арсенал заклинаний. «Протего» здесь неуместно. Даю вам вторую попытку и то лишь по той причине, что Вы не осведомлены о правилах работы на занятиях Заклинаниями. Впредь прошу быть более изобретательной. Как поделился с нами профессор Слизнорт, Вы это можете. Вперед! Гермиона покраснела и поймала на себе довольный взгляд Реддла. Поспешив отвернуться, она удобнее обхватила пальцами палочку и приготовилась к очередному «испытанию». МакГонагалл махнула палочкой и воспламенила край помоста. Гермиона не без труда, но погасила огонь с помощью невербального «Агуаменти» как тут же в сторону Гермионы полетела черная шелковая ткань и стала окутывать ей ноги. Стоять Гермионе не представлялось возможным, так как при попытке вырваться из волшебной ткани она сжимала ее ноги гораздо сильнее, продолжая опоясывая талию. Невербальное заклинание не срабатывало, и Гермиона отчаялась, понимая, что не справляется. Она упала на пол, пытаясь вырваться из «лап» ткани. МакГонагалл взмахнула палочкой и произнесла: — Мисс Голдштейн, я рекомендую Вам более внимательно ознакомиться с невербальными заклинаниями и расширить арсенал заклинаний в целом. Подойдите ко мне после урока, я выдам вам названия нескольких книг из списка дополнительной литературы, чтобы Вы пополнили свой запас. Краснея, Гермиона махнула в знак согласия, и поплелась к своему месту. Как только она села, к ней сразу повернулся Реддл, с ехидной улыбкой проговорив: — Как я и сказал, ничего необычного в тебе нет, да и до звания «умной-разумной» тебе далековато. Гермиона зло посмотрела на него и прошептала: — Это только одно занятие. — Зато какое, а Голдштейн?! И не смей мне хвастаться своими результатами на зельеварении и трансфигурации. Это низко, даже для американки. Она ничего ему не ответила, а лишь придвинула к себе учебник Миранды Гуссокл. Парень ухмыльнулся и поспешил отвернуться от нее. Элиза присев на свое место рядом, по-дружески похлопала ее по плечу и проговорила: — Ну-ну, не расстраивайся. У МакГонагалл всегда так. Но у нее и правда есть чему научиться. Гермиона подняла взгляд на Элизу и произнесла до боли любимую фразу: — Мне надо в библиотеку. Прозвенел колокол, Гермиона наспех собрала вещи и подошла к профессорскому столу. МакГонагалл подала ей список книг, девушка махнула, и не смотря по сторонам, направилась по столь любимой дороге вниз. Она чувствовала себя ужасно. Ей еще никогда так не было неудобно перед профессором МакГонагалл, как сейчас. Она оказалась совершенно не готова к «испытаниям» от профессора, за что корила себя, идя по дороге. Нагнав ее, Элиза и Вальбурга взяли ее под руки по обе руки и сказали: — Мы проводим, Гермиона. Не отчаивайся, сегодня лишь твое первое занятие у МакГонагалл. Или ты так переживаешь насчет Реддла? Гермиона резко остановилась, выбралась из рук соседок и, повернувшись к ним лицом, произнесла: — Я сотру дурацкую ухмылку с этого напыщенного лица. Элиза хлопнула в ладоши. Вальбурга чопорно промолчала, но спустя пару секунд также улыбнулась и проговорила: — Такой подход мне не близок, но раз соперничество с ним так тебя веселит, то так и быть. Гермиона усмехнулась еще раз, проводя параллель с нынешней Вальбургой и женщиной на портрете. Контраст был чересчур очевиден. — Расскажите, как можно записаться на факультативы? — Проговорила Гермиона, беря соседок под руки. Для нее это был не совсем привычный жест, потому что ходить так с Роном и Гарри было бы, как минимум, странным. Но сделать это со своими новыми соседками почему-то захотелось. Да и они, вроде как, были не против. По дороге до библиотеки Элиза и Вальбурга наперебой рассказывали о том, какие факультативы посещают они, и на какие точно стоит пойти Гермионе. Элиза настаивала на дуэльном клубе, а Вальбурга на домоводстве. Обе поддержали идею кружка, посвященного колдомедецине. Решив поддержать обеих, она пообещала записаться на три. И также хоть раз, но сходить на факультатив по квиддичу. Он всегда проходил по понедельникам, поэтому времени было предостаточно, чтобы заставить себя сходить туда. А вот уже завтра собирался кружок колдомедиков, и Гермиону это очень заинтересовало. Она с нетерпением уже хотела там оказаться. Библиотека Хогвартса не поменялась, и девушка также приметила свое любимое местечко. Сейчас там сидели студентки-гриффиндорки. Гермиона увидела в этом определенный символизм, но прошла дальше к стеллажам, посвященным заклинаниям. Взяв необходимые книги и заполнив формуляр, она вышла из библиотеки, и с соседками направилась на ужин. Ее желудок явно требовал перекуса после таких насыщенных, послеобеденных приключений.

***

Ужин прошел в спокойной обстановке — когда девушки зашли в Большой зал, многие уже поели и разошлись по гостиным. Вспомнив о том, что необходимо ответить Тине, Гермиона поделилась этим с соседками. Элиза любезно согласилась одолжить сову и сходить с Гермионой в совятню. Вальбурга сослалась на неотложные дела и отправилась в неизвестном направлении. На вопросительное выражение лица Гермионы Элиза бросила короткое «Я потом тебе расскажу». Вдвоем они закончили трапезу и отправились в башню сов. Оперившись на подоконник и достав перо с чернилами, Гермиона вновь вспомнила парня с белоснежными волосами, который совсем недавно стоял ровно на этом же месте. Невольно теребя, как и Малфой, кончик пера, Гермиона написала ответ Тине, указав, что с таким предметом, как заклинания у нее пока туго, но она будет стараться исправить эту ситуацию. Решив быть девчонкой до самого конца, Гермиона рассказала и о противном старосте, с которым у нее разворачивается самая настоящая война. Девушка была уверена, что если она не расскажет, то это точно сделает Дамблдор, поэтому решила его опередить. Отправив письмо с совой по имени «Блейзи», девушки отправились в свою гостиную. По дороге Гермиона без умолку хохотала, пытаясь выведать, почему Элиза так назвала сову. — Мерлин, я обожаю это имя. Если когда-нибудь у меня будет сын, я назову его Блейз. Звучит просто отлично, тебе не кажется? Гермиона шла, негромко смеясь, понимая, что не сможет нормально смотреть в глаза Блейза Забини при встрече, понимая, что его зовут в честь совы. Заходя в гостиную, девушки увидели Вальбургу, сидящую за столом у камина вместе с Сингусом и Абраксасом. Не сговариваясь, девушки направились к ним. Однокурсники делали уроки, пытаясь тренировать задание Дамблдора. Отработка больше походила на вечер в приятной компании, отчего Гермиона расслабилась, и наслаждалась зрелищем. Сама она сменила «глаза» всех присутствующих за столом и даже немного помогла Абраксасу, который на уроке так и не смог обзавестись глазами Тома Реддла. В восемь вечера, не сговариваясь, парни встали из-за стола и молча, вышли из гостиной. Гермиона удивленно смотрела им вслед и потом повернулась к девушкам. Те с обычным выражением лица продолжали выписывать тезисы из учебника по трансфигурации по теме «трансфигурация глаз: основное». Вопросительно на них посмотрев, она ожидала, что соседки поделятся причиной резкого ухода парней. Но те не спешили. Оглядевшись по сторонам, она увидела, что также отсутствовал Винсент Розье и еще несколько парней их курса. Также в гостиной отсутствовал и Том Реддл. Для себя Гермиона поставила галочку обязательно выведать, куда ушли парни, а пока она пододвинула к себе стопку книг, рекомендованных профессором МакГонагалл для улучшения невербальных заклинаний. Ей показалось, что все как прежде, она читает книги, а рядом ее друзья. За исключением того, что за окном был тысяча девятьсот сорок третий год. Глубоко вздохнув, она открыла книгу и погрузилась в чтение.