Маньяк, убийства и два ствола

      Черный мерседес во всю гнал по ночной дороге, обгоняя на своем пути всех и вся. Арсений крепко держал руль в своих руках, обдумывая дальнейшие развития событий. Он был сильным мужчиной, не проявлял слабостей, всегда выбирал по совести, даже если это означало убийство человека ради сохранения закона и порядка. Но ведь он тоже был живым, разумным существом, имеющим чувства и эмпатию. Проблема была в том, что их он не хотел показывать даже самым близким. Переживания, проблемы, эмоции — все это могло накапливаться внутри мужчины месяцами, а в один момент, происходил взрыв в виде истерики, панических атак, теряния самоконтроля. Но сейчас, на его лице, как и внутри, было абсолютное, холодное спокойствие. Именно это он считал в себе самым главным талантом — умение мастерски притворяться. Он понимал, что выбор между двумя этими людьми для него просто невозможен.       Машина остановилась возле, огороженной проволокой, территории, охраняемой кучей людей в формах, вооружённых автоматами. Арсений вышел из своего автомобиля и направился к двери. Оказавшись внутри здания, он направился к мужчине, сидящим за столом. — Прошу прощения, но сейчас навещать запрещено. — начал один из охранников, подходя к следователю. Арсений ловким движением руки достал свой документ, открывавший ему проход практически куда угодно. Охранник сразу же отступил, пропуская его к мужчине. — Попов Олег в допросной. Сейчас же. — коротко сказал следователь, оперевшись руками на стол.       Через пару минут, Арсений уже сидел в тёмной комнате, которую освещала всего одна лампа. Маленькое окно, закрытое решёткой, пропускало небольшое количество воздуха. Старший сидел за столом, играя со своими пальцами на нервной почве. Спустя несколько секунд, тяжёлая дверь позади него распахнулась. В комнату вошел охранник, держа за руку заключённого. Парня посадили на стул напротив следователя, заставив положить скованные наручниками руки на стол. После того как охранник покинул допросную, в комнате продолжала висеть тишина. Арсений внимательно смотрел на своего сына, которого ему не удавалось увидеть целый год. Парень явно повзрослел: стал выше, шире, однако нельзя было сказать того же самого про его внутреннее состояние, ведь за целый год человек может измениться до неузнаваемости. — Ты так и будешь молчать? — наконец начал Попов-младший, смотря в глаза своего отца. — Кто разрешал тебе разговаривать со мной в таком тоне? — серьёзно спросил Арсений, не выдавая ни капли сострадания или волнения. — А что? Как с родственниками разговаривают? Ты уж прости, я два года тут сижу, понятия не имею, что там на воле происходит. — подавшись вперёд, ответил парень. — Сейчас, я для тебя следователь, а не родственник. — резко ответил старший, не отрывая своих внимательных глаз от своего мальчика. — И зачем вы пожаловали к нам? — Мне доложили, что ты избил своего сокамерника. Это правда?       Парень ухмыльнулся и откинулся на спинку стула. Арсению было больно и обидно, что когда-то замечательный, умный парень превратился в безжалостного человека, готового навредить другому, даже не подумав о совести. — Ну было дело. И что дальше? — без доли раскаяния сказал Олег. — Ты ведь понимаешь, что это добавляет к твоему сроку? Неужели, ты действительно хочешь просидеть здесь до старости? — уже смягчившись, спросил Попов. — Меня там никто не ждёт. Ты сказал, что я самое лучшее, что случалось с тобой в жизни, но не помог мне. — сквозь зубы, процедил парень. — Ты убил человека, тем самым, нарушил закон. Я — слуга этого самого закона. И ты прекрасно знаешь, что я пытался… — Но не смог. — договорил Олег. — Значит, ты пришел сказать, что не заберёшь меня отсюда. — Ты сам этому поспособствовал. Здесь я бессилен. — опустив глаза, сказал Арсений. — Я очень тебя люблю. Ты даже не можешь себе представить как сильно, но я не могу управлять этим миром, как бы ты этого не хотел. — сдерживая эмоции, сказал старший. Парень отвернулся и вздохнул. — Мне все равно… — прошептал парень. Арсений сглотнул, пытаясь не расплакаться прямо в допросной. — Я понял…но я не пришел только за этим… — неожиданно сказал Попов-старший. Олег поднял на отца удивлённый взгляд. — Я пришел сказать…что больше ты меня не увидишь… — Попрощаться? — непонимающе, спросил парень. Арсений встал из-за стола и, открыв дверь, позвал охранника. Тот подошёл к парню и поднял его за локоть. — Стой, что ты имеешь в виду? — Просто прощай…и не жалей меня… — тихо произнес следователь прежде чем покинуть допросную. — Что…что это значит? Стой, стой! Что бы ты не задумал, не делай этого! — кричал парень вслед мужчине. — Нет! Не надо! Пап!       Арсений остановился. Он очень скучал по этому слову, но к сожалению, вернуться в прошлое невозможно. Подавив свои чувства, мужчина продолжил двигаться по направлению к выходу, все также сохраняя каменное спокойствие. Оказавшись на улице, он сделал глубокий вдох, наполнив свои легкие свежим воздухом. Посмотрев по сторонам, Арсений достал телефон и набрал номер друга. — Дим? Скажи им, что их требования выполнены. Когда заложников отпустят, убедись, чтобы Антону оказали медицинскую помощь. — Что? Какие требования? Куда ты уехал? — начал засыпать вопросами собеседник на том конце линии. — Ты все понял. И еще… — сделал паузу Арсений. Его голос не дрожал, тем самым не выдавал испуг и панику, царившие у мужчины внутри. — Скажи Антону…хотя, нет…не говори ничего… — В смысле? Арс, если я думаю правильно, то не смей этого делать, слышишь?! — уже взволнованно говорил Дмитрий. Попов скинул трубку и прошел к своему автомобилю. Сев в салон, он завел мерседес и выехал с огороженной территории. — Сука, Арс! — крикнул Дима и побежал в сторону свободного полицейского автомобиля. Включив мигалку, он покинул окруженное здание, так и не передав своим коллегам сообщение Попова.       Доехав до моста, Арсений остановился и вышел из своего автомобиля. Сняв с себя пальто и бросив его на землю, Попов прошел по холму вниз, оказавшись под огромным строением. Река была покрыта толстым слоем льда, на котором были видны следы от коньков. Мужчина выпустил в воздух пар изо рта и закрыл глаза. Пройдя чуть дальше под мост, аккуратные руки достали пистолет. Арсений посмотрел прямо и приложил дуло своего пистолета к виску. Он не хотел видеть у себя такой конец, но видимо жизнь решила за него. Палец медленно лег на курок.