Стратегический союз

Следующей ночью Джеффри заперся в своем кабинете и изучал бумаги. Кроме того, ему нужно было подумать. Глаза слипались. Сегодня он не выкроил на сон и часа. А все из-за чертового Зверя. Днем разведчики донесли о новых трупах на складе, расположенном на другом конце города от первого места убийств. Джеффри побывал там. Пять свежих тел с развороченными грудными клетками, изувеченные так, что на них не осталось и живого места. Все вокруг было забрызгано кровью. У него сложилось впечатление, будто Зверь вымещал ярость на этих людях. Джеффри хотел было привлечь Рида к изучению нового убежища монстра. Но до разведчиков Привена дошли слухи, что полицию уже оповестили о странных делах, творящихся на этом складе. Поэтому он отдал приказ зачистить помещение и тихо убраться оттуда. Внимание копов привлекать не следовало. Джеффри значительно усилил патрули еще с момента обнаружения первого склада с трупами. И распорядился сообщать даже о самых мелких изменениях и странностях на улицах. Теперь он с особым вниманием изучал последние отчеты патрульных и разведчиков. Вроде ничего необычного: никаких примечательных досужих разговорчиков местных, никаких новых зловещих рассказов. Кроме того, что увеличилась активность вулкодов. Раньше патрули сталкивались с одной или двумя тварями за ночь, а в последнее время фиксировалось по три, а то и четыре таких столкновения. Связано ли это? Джеффри в который раз за последние сутки задумался о Риде и его словах. Он казался искренним, но стоит ли хоть на толику верить такой лживой твари как экон? Вдруг Рид играет с ним? Ходит кругами, как хищник вокруг жертвы, кормит ничего не значащими историями, втирается в доверие, а сам проворачивает темные дела за его спиной. Вдруг Зверь – это сам Рид? Или он знает, кто это, и покрывает его. Запутывает следы, уводит охотников подальше. Мог ли Рид загипнотизировать его, соблазнить? Нет, вряд ли. Джеффри выстроил серьезную ментальную защиту. Даже у такого сильного экона как Рид не хватит сил пробить ее. А может Рид не врет? Точнее, думает, что не врет. Может его темная сущность обрела собственную волю и творит жуткие вещи, а он сам даже и не подозревает? В голове почти бессвязно роились мысли, отчего она стала будто чугунной и разболелась. «Надо было усилить слежку за Ридом еще пару ночей назад» – подумал Джеффри. Нет, этот упырь точно плохо влияет на него, раз он не может эффективно делать свою работу. Он с силой потер глаза и откинулся на стуле. Нужно развеяться или, еще лучше, поспать. Неплотно прикрытое окно распахнулось, и вместе с холодным сырым воздухом в кабинет Джеффри залетел большой сгусток черных теней. Экон. Джеффри схватил револьвер, лежащий на краю стола, и подобрался. В самом темном углу комнаты, не затронутом светом настольной лампы, материализовался силуэт. Охотник направил на него оружие и уже почти выстрелил, когда осознал, что это Рид. Только ему бы хватило наглости вот так просто прийти в главный штаб Стражи Привена. Джеффри даже не было интересно, как он узнал, где находится их штаб, и, уж тем более, где расположен его собственный кабинет. Чертов упырь! Рид не спешил выходить из тени, а Джеффри не спешил убирать револьвер. Что-то было не так. – Какого черта ты здесь забыл, Рид? – раздраженно спросил Джеффри. – Ты не рад меня видеть, охотник? – глубокий бархатистый голос гипнотизировал даже без магии. – А вчера, когда я чуть не трахнул тебя на своем столе, ты был совершенно не против моей компании. Рид, наконец, плавно выступил из тени. Он часто дышал, его ноздри раздувались будто бы от гнева, под глазами запали почти черные круги, а не заметить удлиненные клыки мог только слепой. Взгляд Рида был чересчур внимательным и настороженным. Он ухмыльнулся и сделал шаг по направлению к Джеффри, потом еще шаг… пока не уперся грудью в дуло револьвера. Вампир не спешил нападать, просто стоял и смотрел. Чтобы не попасть во власть опасно блестящих глаз, Джеффри слегка опустил взгляд и осмотрел своего противника. Он заметил, что его сжатые в кулаки руки были покрыты кровью. Густая темно-красная жидкость просачивалась между пальцев и стекала вниз, на пол. – Чья это кровь, Рид? – прошипел Джеффри. Рид опустил взгляд на свои руки и разжал кулаки. Пелена будто спала с его глаз, и он растерянно произнес: – Моя. Он немного отошел назад и показал Джеффри свои ладони. Похоже, его собственные когти оставили на них глубокие раны, которые уже постепенно начинали затягиваться. – Зачем ты пришел? – спросил Джеффри. Рид выглядел будто бы только что проснувшимся. Он сбивчиво заговорил: – Я слышу его. Оно зовет меня. Хочет разделить со мной охоту, хочет меня к себе. Показывает мне такие…привлекательные картинки. Перед глазами будто стоит кровавая пелена. Мне так трудно сопротивляться…ему, – Рид зажмурился и поморщился, будто ему было больно. Он помотал головой. – Мне и так сложно далась человечность. Я не хочу, не так. Он серьезно посмотрел на Джеффри. – Если я не справлюсь, привяжи меня, закуй меня в цепи, убей меня – делай что угодно. Только ты на это способен. – Твое… настроение было несколько иным, когда ты только пришел сюда. Я чуть не исполнил твою просьбу, даже еще не зная о ней, – с сарказмом произнес Джеффри. – Я прошу прощения за это, Джеффри. Я плохо спал – опять этот кошмар. Но с закатом лучше не стало. Зов… он накатывал волнами, как морской прилив, пока не накрыл меня с головой. И тогда я понял, что могу не справиться самостоятельно… Не справлюсь. Пока я шел к тебе, я вспомнил вчерашнее, и перед глазами будто потемнело. Я перестал себя контролировать. В горле у Джеффри запершило, он хрипло спросил: – Почему я? Почему бы тебе не обратиться к своему потомку Суонси и его драгоценному Братству? – Я уже ответил тебе. Думаю, только ты сможешь остановить меня, каким бы способом ты это ни сделал. Я верю тебе, – вампир серьезно на него посмотрел. Джеффри задумался на несколько секунд. Нельзя отпускать сильного экона гулять по улицам в таком виде. Если… когда в нем проснется жажда крови, а в таком нестабильном состоянии это дело времени, он может превратить улицы Лондона в кровавый хаос. Ничего, Джеффри не привыкать стоять на линии огня. Он кивнул на диван: – Садись. Ночь будет долгой. Рид осторожно опустился на диван и выжидающе посмотрел на Джеффри. Тот, не делая резких движений и не выпуская из виду вампира, развернул к дивану свой стул и сел на него, пристроив заряженный револьвер на коленях. Рид заметил это и слегка улыбнулся. Улыбка получилась вымученной. – Ну, рассказывай, пиявка, где тебя носило целый месяц? – начал Джеффри. Тот непонимающе уставился на охотника. – Сидеть в тишине – не лучшее решение. – Я был в Шотландии, а затем посетил Париж. Джеффри присвистнул и хмыкнул: – Тебе не кажется, что сейчас не лучшее время для отпуска? Вампир покачал головой и тихо ответил: – Это была скорее деловая поездка, нежели что-то другое. В Шотландии… там было неоконченное, но очень важное дело. А в Париж я поехал в надежде найти там своего коллегу-гематолога, чтобы тот помог мне разобраться в некоторых вопросах, касающихся моего… состояния. – Что, известный доктор Рид не всеведущ? – подколол Джеффри. Рид хмыкнул. – Не нужно недооценивать пользу коллегиального решения особо важных вопросов. Я один могу быть слишком предвзятым в том или ином случае, особенно если.. кхм… слишком вовлечен. Иногда мне требуется свежий профессиональный взгляд. – Так что, ты нашел своего коллегу? – Нет. В послевоенном хаосе люди часто теряются, и теряются очень надежно. Вампир вдруг побледнел. Его кожа стала почти прозрачной, проявив сетку темных сосудов. Он зажмурился и быстро задышал, будто увидел что-то отвратительное… или желанное? Когти вспороли обивку дивана. Рид замотал головой. – Это не помогает, охотник, – прошептал он. Джеффри понял, что нужно менять тактику, и решительно заговорил: – После… потери своей семьи я стал неуправляемым. Пропускал занятия, ввязывался в любую драку, игнорируя количество и комплекцию противников. Пару раз меня избивали так, что я несколько дней не мог подняться с кровати. Но я залечивал раны и переломы, и снова лез в драку. Меня поглотила агрессия и ярость, я не мог мыслить рационально. Джеффри перевел дыхание и продолжил: – Однажды Карл позвал меня к себе в кабинет. Я думал, что он, как обычно, проведет воспитательную беседу с помощью тумаков и ремня, – он горько усмехнулся. – Но он посадил меня в кресло и заставил в подробностях вспоминать все яркие моменты, касающиеся моей семьи. Я не понимал, зачем все это, но говорил и говорил всю ночь. Меня как прорвало. А под утро Карл сказал мне: «Хочешь бесславно умереть в грязной подворотне, парень? Хорошо, но запомни, что тем самым ты предашь память о своей семье». Стало ли во мне меньше ярости с тех пор? Не думаю, но я научился ее контролировать и выпускать в нужные моменты, а не бездумно поддаваться ей. Рид внимательно слушал, его лицо разгладилось. – Я понимаю, к чему ты ведешь, – он вздохнул и кивнул. – Хорошо. И Рид начал говорить. Он рассказал о матери – строгой внешне, но мягкой внутри. О том, как она сидела у его постели без сна и отдыха, когда он болел. Как после ужина разрешала ему взять лишнее печенье с подноса. Как мягко улыбалась из-за холста, рисуя очередной пейзаж, пока Джонатан играл неподалеку со щенком. Рассказал и об отце. О том, как тот смотрел с гордостью в ответ на любое, даже самое мизерное достижение сына. Как устраивал настоящий поиск сокровищ с подсказками, загадками и обязательной наградой в конце. О тихих семейных вечерах в кругу семьи. Но больше всего Рид говорил о сестре. О ее звонком смехе, который было слышно в любом уголке их большого дома. О том, что они легко могли проговорить всю ночь, даже не заметив, что наступило утро. Как они ссорились из-за какой-нибудь чепухи, но в тот же день мирились. Как письма Мэри поддерживали Джонатана на войне – в самые темные минуты он доставал их и перечитывал, обретая спокойствие и надежду. В дверь кабинета несколько раз стучались, но Джеффри всех отсылал к Моргану. И надеялся, что тому не придет в голову заявиться самому, чтобы проверить, все ли в порядке с их лидером. Моргана вряд ли бы остановила пустая отговорка Джеффри, и он бы попытался сломать дверь. Рид вздрагивал от каждого стука. Но потом брал себя в руки и продолжал рассказ. Тело Джеффри затекло от неудобной позы, глаза слипались, хотелось курить. Но Рид был по-настоящему хорошим рассказчиком, и Джеффри почти не ощущал дискомфорта. Ему подумалось, что на вечера авторского чтения книг доктора Джонатана Рида, если такие устраивались, наверняка приходило очень много народа. И вовсе не потому, что им была интересна тема книги. И еще подумалось, что если Риду придет в голову читать сказки вот таким вот голосом, те волей неволей окрасятся в мрачные темные тона. Этот голос идеально подходил созданию тьмы. Джеффри потер глаза. Какие мысли только не приходят в голову под утро бессонной ночи. Небо постепенно теряло глубину и насыщенность оттенка, из темно-синего превращаясь в сумрачно-серое. Наступало очередное пасмурное зимнее утро. Тем временем Рид продолжал свои рассказы, будто не замечая, что речь становится более медленной, а голос – все более хриплым. – Однажды родители привели нас с сестрой в цирк. Это одно из самых ярких воспоминаний моего детства. Сначала я был поражен обилием красок и пышностью представления, но потом увидел тигров. Гордые, грациозные хищники послушно выполняли команды своего пленителя. Они прыгали через горящие огнем обручи, танцевали на постаментах, открывали зубастые пасти и даже не пытались укусить. Я посмотрел в глаза одного тигра – там было столько боли и отчаянья, а еще полное смирение. Хорошо, что тот цирк потом переоборудовали под мюзик-холл. Все-таки музыка лучше… Рид внезапно замолчал, и на его лице появилось ошеломленное выражение, будто бы он что-то осознал. – Что такое, Рид? – взволнованно спросил Джеффри. Он подобрался как гончая, напавшая на след, хоть еще и не был уверен, в чем дело. Но интуиция подсказывала – вот она, зацепка. – Оно показало мне множество картинок, в том числе и один примечательный зал. Это же цирк, точнее уже мюзик-холл на Лейчестер-стрит. Я нечасто там бывал, поэтому сразу и не понял. Мне кажется, оно там, и оно ждет, – его голос звучал взволнованно. Рид встал и поспешно сделал шаг к окну. – Я должен добраться туда. Я должен остановить это. – И куда ты пойдешь? Если ты не заметил, уже утро, пиявка. Джеффри, неожиданно даже для себя, резко поднялся со стула и схватил Рида за рукав пальто. «Странный жест, ведь пытаться удержать вампира таким способом – это как пробовать собрать воду открытой ладонью» – подумал он. Но Рид послушно остановился и повернулся к нему. – Уже? – Рид посмотрел в окно, будто хотел убедиться, что Джеффри не врет. – Тогда я пойду туда завтра ночью. – Один ты никуда не пойдешь, – удивившись себе второй раз за минуту, заявил Джеффри. – У Привена тоже есть счеты к этому Зверю. Я соберу лучший отряд, выдвинемся после заката. Подходи сюда, как будешь готов. Рид посмотрел на Джеффри и тепло улыбнулся. В его глазах охотник увидел благодарность, и на миг смутился. – Тогда до встречи, Джеффри. И спасибо тебе. За все, – мягко поблагодарил Рид, а затем взметнулся тенями к окну и исчез, будто бы его и не было, а Джеффри на самом деле приснился очень странный сон.