Решение судьбы омеги.

Он столько раз проделывал это перед Сэнди, что смущение даже не ощущается, более того, Леону нравится его тело, он так же готов похвастаться им перед Миллером — и не напрасно: омега спиной чувствует прожигающий взгляд фиолетовых глаз, как будто осязаемый на тронутой загаром коже, а после усмехается, аккуратно укладывая на землю одежду, и перевоплощается сам. Как и всегда, после долгого перерыва, обращение непривычно. Создаётся впечатление, что сами кости, вместе с мышцами вытягиваются (ну так оно, впрочем, и есть), и волна жара проходит по телу, ощутимо перестраивая его. Кажется, что все это длится вечность, но на самом деле, проходит всего лишь пара секунд, и на лесной поляне стоит уже не Леон, а небольшого размера, светло-коричневого цвета волк с явным отливом в рыжину. Омега чувствует, как мир вокруг поразительно меняется: все вокруг становится в разы ярче, интенсивней, уши заполняют звуки леса, а в ноздри врывается огромное количество самых разных ароматов, среди которых отчетливо выбивается один-единственный запах Сэнди, заставляющий Леон сдержать вой, рвущийся из груди. Волк вновь почувствовал свободу, почувствовал собрата, друга, желанного альфу, которому хочется подчиниться и отдаться. Но Литтлфут сдерживает внутреннего омегу и только шевелит ушами, украшенными белыми пятнышками, а после видит, как черный волк оказывается рядом с ним. Сэн глядит ему в глаза сверху вниз, возвышаясь над Леоном, как какой-то великан, и Литтлфут фыркает, подозревая, что из-за его крошечного роста, друг наверняка сейчас, как обычно, мысленно над ним смеётся. — Кто последний, тот потом отдаёт свою порцию ужина! Восклицает вдруг Леон, используя мысленную связь, с помощью которой члены стаи общаются между собой в обличии зверей. Он без всяких предупреждений срывается с места, оставляя замёревшего от неожиданности Сэна только и смотреть ему вслед. Пусть Леон маленький, но он один из самых быстрых членов стаи. Многие альфы не могут за ним угнаться, что уж и говорить об омегах, однако Литтлфут не уверен, что в честной он смог бы хоть немного оторваться от Сэнди. Потому что Миллер — второй сильнейший альфа в стае, молодой, здоровенный волк, который займёт место вожака клана после своего отца, Кольта. Леон чувствует, как уровень адреналина резко подскакивает в крови и дрожат чуть лапы, когда за спиной он слышит громкий возмущённый рык волка Сэна и голос его самого у себя в голове, полный яростного восторга, вызванного принятым вызовом. — Берегись, Леон, потому что, если я догоню тебя, тебе не сдобровать. Сэнди и представить себе не может, насколько эти слова подстегивают его, заставляют омегу внутри включить свои инстинкты на полную, потому что сейчас он для Сэнди — жертва, добыча, которую тому так сильно хочется поймать. Лапы едва касаются земли, как будто бы и вовсе паря над ней, Леон бежит, не оглядываясь, только вперёд, не щадя своих лёгких, с легкостью перепрыгивая через кусты, камни, ручейки, оббегая деревья, прижав уши к голове и чувствуя, как страх, восторг, радость и возбуждение буквально затапливают с головой, отключая все остальное. Он отчетливо слышит за спиной чужое дыхание и шелест листьев под тяжелыми лапами, которые с каждой секундой нагоняют его, сокращая расстояние. Леону не хочется проигрывать, так легко сдаваться, он жаждет показать Сэнди, что он сильный, что он способен на большее, а потому, Литтлфут из последних сил заставляет свои ноги двигаться быстрей, выжимая из своего тела все. Пещера уже совсем близко, он чувствует запах воды и шум журчащего водопада, вот-вот, совсем рядом, Леон старается быть быстрей, но все же замедляется от недостатка сил, хотя знает, что ещё чуть-чуть, и… — Попался. Слышит Леон хриплый голос, а затем чужие лапы настигают его, мягко сдерживая и опрокидывая на землю. Литтлфут дезориентирован, он вдруг ощущает, как сильный терпкий запах окутывает со всех сторон, а острые клыки легонько смыкаются на его загривке, заставляя понять, что Леон проиграл. Омега лежит на земле, придавленный чужим телом волка Сэнди, который, кажется, и не запыхался совсем, в отличие от самого Леона, который задыхается от жжения в легких. Он трепыхается под другом, который крепко держит его под собой, прижимая маленького Леона к земле, но, как ни странно, довольно бережно, поэтому Литтлфут боли не чувствует совсем, только легкую обиду из-за проигрыша и разочарования в самом себе. Сэнди дышит ему на ухо, горячо, почему-то вдруг странно затихнув и ничего не делая. И Леон вдруг ощущает дрожь возбуждения, накатывающую на тело. Друг к нему так близко, что волна жара застилает сознание, заставляя всякие мысли вылететь из головы. Он сейчас впервые вот так под альфой. Под сильным, молодым альфой, которого он любит больше всего на свете. Волк Леона тихо скулит, и этот звук, кажется, выводит Сэнди из своего странного состояния. Он, напоследок чуть сильнее прикусив Леона за загривок и рыкнув, поднимается с него, заставляя омегу выдохнуть с облегчением —И каково тебе проигрывать, малыш-омега? Издевательский голос в голове Леона так и сочится нескрываемым превосходством, и Литтлфут, клацнув зубами, поворачивает голову, поднимая глаза на чёрного волка, возвышающегося перед ним и сверкающего сейчас отчего-то очень, очень тёмными глазами, в которых почти не видно зрачков. Литтлфут ничего не говорит в ответ, а только вдруг замечает, что они ещё не в пещере — она находится в нескольких метрах от них. И это означает, что… — И кто ещё проиграл, Сэнди-а! Победно восклицает Леон, в одну секунду оказываясь на полу пещеры. Теперь уже в его взгляде видно превосходство. — Ах ты, мелкий… — Я хоть и младше тебя, но все же прояви-ка уважение, альфа Специально выделяет голосом обращение Леон, и в следующую же секунду видит, что радужка Сэнди на секунду, но все же окрашивается красным. Леон, конечно же, как и обычно, не упускает возможности подтрунить над возрастом друга, а потому, когда тот начинает предупреждающе рычать, Литтлфут отбегает вглубь пещеры, прямо к небольшому озеру с кристально-чистой водой. Омега обращается обратно в человека, не видя смысла поддерживать свой звериный облик и дальше, а после заходит за ближайший валун, находя там оставленную ещё давным-давно запасную одежду на такие вот случаи. Когда льняная свободная рубаха и короткие, до колен, тёмные штаны на шнуровке, надеты, а сам Литтлфут приведён в порядок и уже не дышит, словно загнанная лошадь, он выходит в свет, замечая, что Сэнди также сменил облик, одевшись и уже разжигая костёр из сухих веток на каменном полу пещеры. —Чего так долго? — спрашивает Миллер с улыбкой на лице, кажется, уже забыв про свой проигрыш. — Победителям позволено, — показывает ему язык Леон, прищуривая глаза и скрещивая руки на груди. — С тебя сегодня ужин. — А не потолстеешь? — издевается Сэнди, на что получает довольно сильный удар по плечу от внезапно прилетевшего кулачка Леона. — Да как ты смеешь! — наигранно возмущается Литтлфут, бурча себе под нос что-то про бестактного мужлана, у которого совершенно нет совести. — Да у меня идеальная фигура! — Ну да, ну да… — хихикает Сэнди, видимо, не уяснив прошлого опыта, поскольку ещё один удар теперь испытывает его макушка. — Ну и иди ты, Сэнди, — дует пухлые губы Леон, демонстративно отсаживаясь от альфы дальше, чем нужно и устремляя взор вперёд, туда, где открывается невероятный вид из пещеры на окружающую природу. Пещера расположена на возвышении, а потому глаза охватывают все пространство, раскинувшееся внизу. Леон давно здесь не бывал: в последний раз они с Сэнди приходили сюда до начала зимы, а потому омега сильно успел соскучиться по знакомым, но все же захватывающим дух пейзажам. — Ты что, дуешься? — наконец, нарушает установившуюся тишину Сэнди, который все же умудрился разжечь костёр, который, издавая шипящие звуки, теперь приятно грел кожу, освещая полумрак неглубокой пещеры. В воздухе пахнет смолой и хвоей, которые сливаются с запахом полевых цветов и мёда. Их с Сэнди ароматы смешались в один, заполняя все окружающее пространство и странно успокаивая. — А что если да? — отчего-то тихо произносит Леон, не отрывая глаз от картины напротив ни на секунду. Он подтягивает к себе босые ноги, укладывая подбородок на колени, а после выдыхает, ощущая, как грусть затапливает сознание. –Да ладно тебе, Леон, — омега слышит шум шагов, а после Сэнди садится прямо за ним, обхватывая его тонкую талию руками и заставляя облокотиться на себя. — Ты же знаешь, что я никогда тебя не обижу. Леон прикрывает глаза, позволяя себе оказаться ещё сильней укутанным невероятным запахом друга, а после откидывает голову ему на плечо и выдыхает. Он со всех сторон окружён теплом, которое сейчас источает горячее тело Сэнди. Его руки, сильные, увитые венами, лежат на его животе, сцепленные в замок и держащие крепко, уверенно. А ещё Литтлфут чувствует спокойное биение сердца альфы. Размеренное, четкое, вибрацией отдающееся в его собственном теле. Только с Сэнди он ощущает такую защиту. Только с этим альфой готов отправиться хоть на край света, лишь бы он был рядом и вот так нежно обнимал его, не отпуская ни на секунду. Хоть Леон и знает, что в этих прикосновениях нет ничего большего, чем просто дружеской поддержки и заботы, он не может избавиться от мысли, что сейчас они с Сэнди, словно пара. Потому что все внутри него ликует, когда Сэнди легко гладит кожу сквозь тонкую ткань рубашки, когда он сохраняет тишину, слушая то, как потрескивает огонь, журчит вода и поют снаружи птицы.... :-------) Ждите Новую Часть