Эльфийская кровь

      Все в племени Теневого Волка просыпались с восходом солнечного диска. Единственное племя, где вождём стала женщина. Первая Матриархат, которая пережила два поколения Орды. День начинался с того, что Матриархат читала молитву духам, чтобы её племя не трогали. После они выходили за пределы своих стен. Торговцы уходили в ближайшие города, охотники за дичью, а в стенах оставались старшие женщины и дети. Они могли и защитить в случае нападения.       Всех встревожил рёв дикой кошки, которая неслась в поселение. Перепрыгнув ворота, огромный кот со своим всадников остановился перед Дворцом Вождя. Всадник был в закрытых лёгких доспехах с луком на перевес, лицо скрывал плотный шлем. На порог Дворца вышла женская фигура. Матриарх Одета так, что её кожи не видно под платьями и деревянной маской. Только два ярко-красных глаза виделись. И эти глаза смотрели на всадника, которого окружили дети.       — Ир'Ва и Рей'Ожи, — сказала вождь.       Детишки отошли, позволяя всаднице спуститься на землю. Хозяйка гигантского кота стянула с головы шлем, и чёрными волнами упали волосы. Настолько длинные, что достигали колен. Ир'Ва дочь Матриархата, лучшая из молодых охотников и ловцов. Неся в себе кровь разных рас, она с таким же совершенство владел магией. Дар открылся ещё в детстве, но освоить всё и привести в контроль получилось лишь после лишения правого глаза. Веки скреплялись свежими тонкими швами. Знахари знали толк в лечебном деле.       Ир'Ва встала ударила кулаком в грудь, приветствуя лидера. Разделения не было в том, что перед ней мать. В племени они равны и обязаны соблюдать правила поведения. Матриархат провела ладонью по волосам дочери и с печалью посмотрела на неё. Пригласила пройти во Дворец Вождя, чтобы поговорить. Глава часто вела беседы с членами общины, всегда была добра. Поэтому во имя уважения к Матриарху рядом с Дворцом никто не ходил и не подслушивал.       В центре тёплого зала был низкий стол, напротив входа расположился большой трон с украшениями из когтей и черепов волков. На стенах множество гобеленов с хищниками и тенями. Ир'Ва села перед столом, наблюдая за матерью. Та прошла по круглому залу до трона, но осталась стоять. Сложенные в замок руки, опущенные плечи, отведённый в сторону взгляд. Всадницу это насторожило. С утра пораньше разговоры на серьёзные темы не были хорошей идеей. Значит, Матриархат не спала ночью. Причиной плохого сна могло быть и то, что Ир'Ва покидала дом на пару дней. Отправлялись вместе со своим Рей'Ожи в центральное племя орды, чтобы доложить о ситуации границ.       — Кураран*, что с тобой? — прервала тишину охотница.       — Ты давно не называла меня матерью, — глухо усмехнулась Матриархат.       — В чём дело? Говори прямо.       — То, что ты рождена от союза с эльфийским королём, ты знаешь. Тебе стоит знать, что он умер недавно, — тихим голосом говорила вождь.       — Говори прямо.       — Ты можешь претендовать на трон. И я боюсь последствий.       — Вот как.       Такой ответ был слишком спокойным. Если орку что-то не нравится, он говорит об этом громко. Раньше бы наследница начала бить кулаками в грудь, кричать, доказывать что-то. И смирение явно не в её характере. Будучи ребёнком она далась с парнями за первенство. Ради победы на одном празднике Ир'Ва сломала пальцы в процессе борьбы, но стала первой. Среди девочек выделялись громким даже для Орды смехом, который сочетался с манерами и грацией, что характерно для эльфов.       Женщина вспоминала, как её дочь легко общалась с окружающими. При первом посещении столичного племени Орды Ир'Ва не побоялась говорить с Красным вождём троллей, который был первым, кого духи приняли в свои ряды. Так маленькая наследница общалась с Красным так, словно знакома с ним. Они даже соревновались в магии, поедании мяса. Дочь Матриархата, конечно, проигрывала, но вождь успокаивал, что посоревнуется с ней, когда та станет старше.       Она не боялась. Когда на неё вышел одержимый сатир, Ир'Ва не испугалась. Но в то же время смогла призвать свою первую теневую сущность. Тени схожи с магией Вуду, но научиться кастовать её нельзя. Новости об этом быстро разлетелись по Орде. Многие хотели увидеть одарённого ребёнка. Дар магии может провести в запретные для смертных миры.       — Если это уготовила дат*, то я приму. Так велят предки.       Матриархат задумалась. Она внимательно смотрела на дочь, пытаясь понять в чём кроется истина такого спокойствия. Ир'Ва расправила плечи, подняла голову и взяла в руки шлем. Всадника встала и молча пошла наружу. Обе понимали, что наследница не желает продолжать разговор, поэтому бессмысленно держать её там.       По центру поселения скакали дети со свистками из резного дерева. По звучанию они напоминали маленьких птичек, на которых охотились большие летучие мыши. Настолько большие, что их седлали. И детишки ждали небесных охотников так же, как ждали дочь вождя. Убрав игрушки, они стали слушать. Воздух резали кожаные крылья, над лесом слышались хлопки и весёлые грубые песни троллей, по земле проходили топотом волчья стая. Дети обрадовались и помчались к воротам. Усмехнувшись, Ир'Ва подозвала Рей'Ожи, и ракшас подошёл к ней. Зверю пришлось пригнуться, чтобы всадница забралась ему на спину.       — Давай встретим их, — улыбнулась она.       Зверь качнул головой, припал к земле и в несколько прыжков оказался в лесу. Пусть и большой, но бесшумный кот чётко направлялся к патрулям. Мужские голоса с каждым шагом всё ближе и ближе, что только играло с любопытством всадницы. Ракшас замедлялся, скрываясь за густой листвой и толстыми деревьями. Ир'Ва прижалась к тёмному меху кота, прикрыла веки и дёрнула ушами. Патрульные возвращались с охоты с хорошим уловом мелких зверьёнок, поросят и рыбой. Запах сырой воды было легко узнать. Тому способствовал ветер.       Всадница открыла глаз и прижалась к Рей'Ожи. Тот приглядывался к волкам и в нужный момент должен был наброситься на самого юного. Ракшас издал внутреутробный рык и выпрягнул из-за деревьев на серого волка, позволив всаднице напасть на полуорка. Ир'Ва провалила его лицом в землю и скрутила руки за спиной, победно улыбаясь, пока старшие охотники заливались грубым смехом. Кот так же придавил волка к земле, чтобы тот не поднимался. Наследница ликовала, что её шалость удалась. Остальные охотники пошли дальше.       — Попался, вредный жан*!       — Слезь, ты не лёгкая.       Ир'Ва освободила его от своих рук и помогла встать. Стэн был младшим сыном погибшего старого вождя. Меньше ростом, но того же телосложения, что и дочь Матриархата. Отряхивая торс от пыли, полуорк сдержанно посмеялся на то, что упустил сводную сестру из поля зрения. Всадница похлопала брата по плечу, оба оседлали своих зверей и двинулись домой. Стэн восхищался ей. Ракшас есть дьявольски кот, которого могут приручить только связанные с духами. Для сына вождя самым близким была как раз обладательница королевской крови, а не братья и сёстры.       Путь по дороге проходил в молчании. Именно с ним Ир'Ва чувствовала себя спокойнее. Мать должна знать только то, что ей нужно знать. А брат всё, чтобы помог в случае беды. Это работало и в обратную сторону. Их уровню доверия могли позавидовать многие старожилы, которые повидали многое. Чужие по крови, но родные по духу, Ир'Ва и Стэн находили время друг на друга и на споры, кто же из них лучший. И их питомцы приходили к такому отношению, чтобы иметь с хозяевами максимальную близость и связь. По поверьям Орды, это звери выбирают наездника.       Пока Стэн юн, у власти Матриархат. На праве крови, полуорк жил во Дворце Вождей, как единственный оставшийся в племени сын. Его братья предпочли уйти в большие племена, а сестёр не пустят на роль вождя. Тяжёлые мысли о власти туманили светлые глаза Стэна. Он не хотел брать на себя такую ногу, понимая, что не готов. Признал превосходство Матриархата в этом плане. Сын вождя начал мужать. Его маленькие глазки приобрели искру решимости, чёрные волосы отрастали до традиционной длины, а из рта торчали нижние крупные клыки. Внешне Стэн выделялся на фоне орков сильными сходствами с людьми. Но главное не лицо, а сердце воина и стойкость духа.       Время медленно ушло за полдень, пока охотники разбирали добычу и уходили купать своих зверей на реку, чтобы отмыть от пыли и вытащить паразитов из шерсти. Сняв ещё в поселении с зверей доспехи и сёдла, наездники отмывали любимцев. Ир'Ва задумалась вновь о разговоре с матерью.       — Маленький рсакжан*, чего думаешь? — спросил гоблин, сидевший на берегу недалеко от ракшаса.       — Да так, Гриз... Неважно, — отмахнулась Ир'Ва.       Гоблин скептично повёл головой в стороны, осматривая других охотников. Гриз подпрыгнул и подбежал к дочери Матриархата, пристал на носки ботинков и заглянул в глаз особы. Всадница пыталась отвернуться, но ловкий зелёный карлик следовал за ней. Ему было любопытно, что такое скрывает Ир'Ва. Наследница не смогла долго молчать и предложила другу пройтись. Ракшас отряхнулся от влаги и забрызгал всех. Такой маленькой компанией они пошли вокруг поселения. Ир'Ва пересказала разговор с матерью о том, что за ней могут прийти. Гриз как-то поник от этих новостей.       Они остановились под раскидистым старым дубом на холме, сели у ствола и стали наблюдать за небом. Порой Гриз и Ир'Ва были там так долго, что возвращались в село под утро. Оба могли говорить обо всех пустых мелочах, бороться друг с другом, следить за животными, насекомыми, птицами. Гоблин рассказывал старые легенды и поверья в народах Орды.       — Маленький рсакжан, а ты будешь вспоминать Гриза, когда уйдёшь? — со слезящимися глазами спросил гоблин. Его тонкие губы дрожали, а от волнения он коготками рвал край своего плаща.       — Во имя Барат-рох-шарку*, Гриз, как ты мог такое подумать?       Ир'Ва в скинула бровями, широко открыла глаза и застыла с открытым ртом. Она перекатилась на коленях, села перед ним и аккуратно взяла круглое лицо в свои руки. Улыбнулась и попыталась подбодрить Гриза.       — Ты мой друг, даже брат. Как Стэн. Я не оставлю вас никогда, — уверенно говорила Ир'Ва. — Вы моя семья. А семью нельзя забывать. Её нужно защищать. О ней нужно заботиться. А я, как старшая сестра, забочусь о вас. Ведь так?       — Да, — поджав губу, Гриз кивнул.       Он прыгнул ей на шею и прижался к её щеке. Ир'Ва обняла его и похлопала ладонью по спине. Она улыбнулась и прислушалась, как быстро бьётся маленькое сердечко. Бастард была готова умереть за это сердечко, слишком важен наивный гоблин для неё. Рей'Ожи, до этого лежавший с другой стороны дерева, подошёл к хозяйке и лизнул огромным языком. Ир'Ва засмеялась, а Гриз улыбнулся.       Всадница помогла карлик забраться на ракшаса, и вместе они решили обойти владения племени. Рядом с рекой были пещеры, где в основном и жили гоблины из Теневого Волка. Рей'Ожи не мог пройти внутрь из-за своих размеров. Поэтому намеренно направился вверх по реке в поселение, выказывая свой характер. Ир'Ва обняла Гриза одной рукой, чтобы тот не свалился. Гоблин вжался в шерсть, визжал от того, как резко всё меняется перед глазами, как в лицо бьёт ветер и перехватывает дух. Ракшас тормозил, прыгал, чтобы оба всадника ощутили адреналин.       Под радостные возгласы они вернулись в поселение. Оставив Рей'Ожи, Ир'Ва повела Гриза в Дворец Вождей, где готовился ужин. Из всех хижин валил ароматный пар от варев, на костре в центре села жарили мясо. Во Дворце был Стэн и ещё пара женщин убирались, Матриархат скрылась в своих покоях. Это позволило дочери Матриарха подняться на крышу со своим другом. Гриз болтал ногами, пока они пробегали мимо всех, но Стэн поплёлся за ними хвостом. Втроём они засели на вершине Дворца, наблюдая за соплеменниками.       — Когда-то это всё станет твоим, Стэн.       — Нет, Ир'Ва, не станет. Матриархат и меня переживёт, — печально говорил он в ответ.       — Не дури. Моя мать уже не в том возрасте. В ней кровь химеры, делает её уязвимой.       — Мясо! Там мясо! Гриз хочет мясо! — жалобно заговорил гоблин, подпрыгивая.       Именно Гриз отвлёк их от ссоры и скандала. По лестнице долго было спускаться, легче вылезти через крышу и спуститься по дереву, что гоблин и сделал, опережая всех. Не успела Ир'Ва моргнуть, как зелёный карлик схватил зажаренную утку и поспешил укрыться под порогом склада, куда крупные орки не могли добраться. Качнув головой, наследница решила переодеться из доспехов в тунику на время ужина. Стэн же напрямик спустился к тому складу, чтобы спасти Гриза от вредных поваров. Сын вождя вытащил гоблина и встал рядом с ним, смотря на всех. Власть и всё, связанное с ней, не интересовало его. Ему было по душе идти за лидером, не руководить.       — Ты хороший, Гриз видит, — аппетитно чавкая, пробубнил гоблин.       Незаметно подкрался вечер, в центре собрались все соплеменники и гоблин из речной пещеры. Обычный праздник, где были все. Они ели, пили, танцевали. Главной звездой стала Ир'Ва, которая отплясывала вокруг костра. Они пели песни, восхваляли духов. За всем весельем наблюдала Матриархат, с крыши Дворца. Ей принесли выпивки и закусок, чтобы предводительница поела со всеми, пусть и в стороне. Она с гордостью следила за дочерью и Стэном. Прижав к сердцу деревянную маску, Матриархат железной вилкой перебирая разрезанные куски мяса и варёных овощей.       Хлопки крыльев приближались к Дворцу Вождей. Это был сизый голубой со свитком на лапках. Птица моментально упала на стол перед женщиной. Та раскрыла свиток и начала читать. Тонкие брови сошлись к переносице, она оскалила клыки, сжимая пальцами несчастный кусок бумаги.

«От имени эльфийского народа вам пишет главнокомандующий армией, Элрос из рода Древалин. По праву рождения Империя, ныне Ир'Ва, может претендендовать на трон. Принять участие в турнире за власть она сможет, если выступит кандидатом от армии. Просим вас пойти нам навстречу и помочь нашему народу, дабы предотвратить всевозможные мотивы для начала гражданской войны.»

      Матриархат позвонила колокольчиком, привлекая к себе внимание. Скрыв лицо за маской, она набрала воздуха в лёгкие и медленно выдохнул. Её подозрения подтвердились. Её первенца, единственного ребёнка хотят отнять.       — Племя Теневого Волка, готовьтесь принять гостей! — диктаторским тоном говорила Матриархат.       Данное заявление заставило всех встрепыхнуться. По своей необразованности, они зашептались. Первым понял Гриз и опечалился, опустив свои длинные уши вниз. Гоблин подошёл к дочери Матриархата и аккуратно потянул ту за тунику, пытаясь заглянуть в лицо. Ир'Ва застыла. Её тело напряглось, пальцы судорожно сжались, а зрячий глаз злобно сверкал на собственную мать. Всадница была зла на то, что Матриархат не предупреждала о таких последствиях своего рождения.       Чтобы успокоить сводную сестру, Стэн подошёл к ней со спины и обнял за плечи, уткнулся лбом в шею и закрыл глаза. Ир'Ва вздрогнула и начала часто моргать, переводя взгляд с полуорка на гоблина. Гриз шмыгал носом, сдерживая слёзы. Он не хотел, чтобы она нарушила свои слова о том, что будет защищать их. Стэн немного отступил и посмотрел на всадницу, внимательно и с беспокойством.       — Если ты покинешь племя, я пойду за тобой, — сказал полуорк, пока его голос приглушили другие.       — И Гриз пойдёт, и Гриз...