Сливочный горячий шоколад

      Когда Илар уходил из кофейни, была уже половина десятого. Ему нужно было дождаться уборщика, и только после этого он мог уйти. Марина убегала раньше — ей нужно было забрать ребёнка от соседки, которая приводила её сына из садика.       Илар запрокинул голову и посмотрел на тёмное небо, выдохнув облачко пара. Дождь закончился, но было холодно.       Пора домой.       Илар сунул замёрзшие ладони в карманы куртки и быстро зашагал по тротуару. Он жил недалеко, за рекой, и предпочитал добираться домой по освещённым улицам. Это занимало больше времени, чем дорога через дворы, но гораздо безопаснее.       Переходя по длинному мосту, он посмотрел на водную гладь реки. Лунный свет отражался в ней, ветер поднимал рябь на поверхности, и отражение расплывалось. Возле реки было сыро, а холодный ветер пронизывал до костей.       Вдалеке мерцали жёлтые огни никогда не спящего большого города. Чем занимались люди там прямо сейчас? Пили горячий кофе, покачиваясь в кресле возле искусственного камина? Тратили деньги в клубах и казино? А что сейчас делал тот недружелюбный темноволосый парень? Где был он?       Илару вдруг подумалось, что грубость незнакомца могла быть напускной. Тот выглядел жалко, прождав кого-то целый час впустую. Кого он ждал?       Тревога вдруг поднялась в душе Илара. С тем парнем же всё нормально? К ним же приходил не отчаявшийся человек, как его брат в прошлом?       «Как же глупо», — подумал Илар. Он выдохнул, бесцельно проследив, как рассеялось облачко пара, и поспешил домой.       Он вошёл в неприглядную пятиэтажку, поднялся в квартиру, разделся в прихожей и, тихо ступая по полу мокрыми из-за протекающих старых кроссовок носками, прошёл в гостиную. В большом потрёпанном кресле спала мама, на её коленях лежал старенький планшет, который ей выдали в школе. Мама работала учительницей младших классов, а папа преподавал в старших классах в той же самой школе. Илар подошёл к креслу и присел на корточки.       — Мама, — тихо позвал он, положив подбородок рядом с её рукой.       Спустя несколько секунд та подняла светловолосую голову и открыла глаза. Илар взял от мамы тонкие черты лица, светло-зелёный цвет глаз и волосы пшеничного цвета. Он имел средний рост, а вот младший брат Виктор был выше его на полголовы. Тот больше пошёл в папу, как считалось в их семье.       — Привет, Илар, — ласково прошептала мама и, обняв его голову руками, поцеловала в лоб.       Тот довольно жмурился и вдыхал родной приятный запах.       — Пойдёшь спать? — спросил он.       — Да, так устала, пока проверяла работы учеников, что случайно заснула…       Он помог матери подняться и подал трость, с помощью которой она передвигалась. Придерживая, он довёл её до спальни.       Год назад случилось несчастье. Они втроём, Виктор, мама и Илар, ехали поздним вечером в машине. Автомобиль шёл на автопилоте, но Виктор сидел на месте водителя, чтобы в случае чего взять управление машиной на себя. Он был младше Илара на год и очень гордился тем, что первым научился водить.       Всё произошло в считанные секунды: из-за поворота на красный свет вылетел старенький джип, за рулём которого был вдребезги пьяный мужчина. Ни искусственный интеллект, ни Виктор не смогли избежать столкновения.       Больше всех пострадала мама — у неё была серьёзная травма ног, которая могла оставить её на всю жизнь инвалидом-колясочником, но этого можно было избежать, сделав дорогостоящую операцию в южном районе города.       Первое время после аварии было очень тяжело — брат и мама лежали в больнице, и Илар остался с отцом один. Отец искал деньги, а Илар готовился поступать в престижный университет в южном районе города. Он мог вырваться из бедности в лучшую жизнь. Говорят, такой шанс выпадает лишь однажды, но Илар не использовал его.       Он отослал документы в институт прямо в больнице, когда ухаживал за мамой и братом. Но жизнь стремительно катилась под откос: маме становилось хуже, на её ноги было страшно смотреть, а брат потихоньку сходил с ума из-за терзающего его чувства вины. Тот считал себя виноватым, потому что ничего не сделал, чтобы предотвратить столкновение, ведь именно он нёс ответственность за аварию, а не искусственный интеллект.       И, как снег на голову, свалилась новость — Илара приняли в институт при таком огромном конкурсе!       Он хорошо помнил этот момент: он стоял посреди своей комнаты, и перед ним на полу лежал раскрытый пустой чемодан. В руке у него был зажат включённый телефон.       Он представлял, как побросает свои вещи в этот большой чемодан и уедет в большой сияющий огнями город. Как будет каждое утро входить в величественное здание, гордо называя его своим университетом. Возможно, он больше никогда не пересечёт черту, за которой начинается бедность.       Разве мог Илар бросить семью в ужасном положении, укатив в лучшую жизнь? Илар видел, что отец не справляется, а брата терзают суицидальные мысли. Разве он мог?..       «Я решил погулять ещё годик, — сообщил он о своём решении родителям и брату. — Я обязательно поступлю потом».       Они потратили все свои сбережения и влезли в огромные долги, и маме сделали операцию. Реабилитация проходила долго, но всё обошлось, и сейчас она могла ходить, пусть и с помощью этих палок.       Илар так и не поступил в университет. Всё, что он мог — слушать бесплатные курсы в Интернете. Долг, многократно увеличенный капающими процентами, тянулся за ними, поэтому Илар продолжил работать.       Брат тоже много работал, пытаясь подавить чувство вины, которое действовало на него как яд. И родители, и Илар много раз пытались поговорить с Виктором на эту тему, но тот только сильнее закрывался от них. Илар до жути боялся за него.       По пути в спальню он заглянул в комнату брата. Тот спал, громко сопя. Пусть у них была небольшая разница в возрасте, Илар всё-таки был старшим и всегда чувствовал ответственность за брата. В детстве именно на него полагался Виктор, когда родители были на работе. Именно с ним Виктор делился секретами и просил у него совета. Илар улыбнулся и тихо вышел из комнаты.       Добравшись до своей комнаты, он бросил сумку на пол, лениво стянул одежду и, упав на кровать, забылся крепким сном.

* * *

      Рутинная неделя медлительно тянулась, каждый день на работе перед глазами мелькали десятки лиц, Марина непринуждённо болтала с утренними лисами, справляясь о здоровье их домашних и рабочих делах, которые её даже не касались, и всё это ужасно надоело Илару.       Пятница, вечер, ещё часик, и можно закрываться. Илар вздохнул и, подперев щёку кулаком, скучающим взглядом обвёл немногочисленных посетителей.       Прозвенел колокольчик, висящий на входной двери, оповещая о новом посетителе кофейни, и Илар перевёл взгляд на вход. На пороге стоял тот самый темноволосый парень, который был здесь ровно неделю назад. Илар пихнул Марину, смотрящую в наушниках какой-то сериал, и проговорил:       — Смотри, разве это не тот придурок, который решил покомандовать здесь неделю назад?       — Это он, — с удивлением ответила Марина.       Он снова был одет в одежду чёрного цвета: рубашку и брюки. Выбрав тот же самый столик у окна, первым делом он достал упаковку влажных салфеток и оглянулся на кассу.       — Чего опять растерялся? — шикнула Марина.       Илар поправил фартук кофейного цвета, взял в руки меню и направился к столику.       — Добрый вечер, — вежливо сказал он, чувствую иррациональный трепет сердца. — Знаете, эти столы на самом деле чистые…       — Ага, — перебил его тот. — На этот раз вы даже не удосужились погладить свою рубашку.       Илар разозлился и подавил в себе желание одёрнуть рукав белой рубашки. Он был в форме на протяжении всего рабочего дня, разумеется, рубашка немного помялась. Но откуда этому богачу знать, что такое рабочий день?       — Впрочем, меня это абсолютно не интересует, — сказал незнакомец. — Принесите мне сливочный горячий шоколад.       Он посмотрел на Илара так, словно тот должен вытащить напиток из-за пазухи, как великий фокусник.       — Что-то ещё? — сквозь зубы спросил Илар.       — Пока нет, — протянул парень.       Сдерживая клокочущую внутри злость, Илар ушёл к кассе.       — Ну, что он заказал? — поинтересовалась Марина.       — То же самое — чёртов сливочный горячий шоколад, — бросив меню на стол, ответил Илар и язвительно добавил: — Пока что.       Дабы не усугублять ситуацию, Марина больше ничего не стала спрашивать.       Взяв готовый напиток, Илар с негодованием подумал: «Даже в стакан ему не плюнуть — ещё пристанет, зараза».       Парень, видимо, решил ещё попить кровушки Илара и, когда тот поставил перед ним горячий шоколад, указал на второй стул и спросил:       — У вас есть свободная минутка?       — Зачем это?       — Хочу задать вам пару вопросов, Илар.       Тот плюхнулся на стул напротив и выпалил:       — Откуда вы знаете моё имя?       Парень нахмурился и, положив руки на стол, медленно проговорил:       — Вы, кажется, не совсем правильно поняли ситуацию. Я задаю вопросы, а вы отвечаете. Доступно?       Жёсткий взгляд карих глаз подавлял, но Илар смело смотрел в ответ и ухмылялся. Для него было принципиально важно дать отпор зазнавшемуся богачу и доказать самому себе, что он способен контролировать свои чувства.       — Доступно, — сказал он и упрямо продолжил: — Но я тоже хочу знать ваше имя, ясно?       Парень пару секунду буравил его тяжёлым взглядом.       — Стейн, — сказал он и перевёл тему: — Как себя чувствует ваша мама?       — Прекрасно, — помрачнев, буркнул Илар.       — Рад слышать, — Стейн вежливо улыбнулся, но карие глаза при этом остались холодны. — У вашей семьи такой большой долг, трудно вам приходится, да?       — К чему вы клоните? — напрягся Илар.       — Не беспокойтесь, просто проявляю сочувствие, — Стейн откинулся на спинку стула, и выражение его лица стало ещё более надменным.       Илар с досадой почувствовал, как вспотели ладони от волнения, и опустил руки на колени.       — Месяца два назад, в августе, вы внесли крупную сумму в уплату долга. Припоминаете? — продолжил Стейн. — Откуда вы взяли эти деньги?       — Какая вам разница? Может, я проституцией занялся!       Стейн недовольно нахмурился.       — Будьте благоразумны. Если вы честно ответите на несложные вопросы, то я могу помочь вам решить эту проблему. Как вам такое предложение?