Сливочный горячий шоколад

      В половину десятого Илар вышел из маленькой кофейни.       На улице было немноголюдно — быстро шагали по тротуарам возвращавшиеся с работы люди, а уличные бродяги или пьяные искатели приключений на свою пятую точку топтались в тёмных маленьких проулках, примыкающих к главной широкой улице, и исподлобья поглядывали на прохожих. Илар знал, что происходило там, в этих узких полутёмных проулках, и поэтому шёл строго по главным улицам, присоединившись к группе честных работяг.       Холодный ветер пробирал до костей. Илар натянул капюшон на голову и спрятал руки в карманы куртки. В ладонь попала маленькая бумажка, которую ему дал Стейн. Тот, даже получив категоричный отказ, не собирался сдаваться и уговорил Илара взять номер, по которому можно позвонить, если он изменит своё решение. Илар был уверен, что точно ничего не расскажет этому Стейну, но бумажку решил придержать. Он получил его номер… или это не считается?       «Глупое сердце, не бейся…» — сказал Илар про себя, скользнув взглядом по тёмной воде реки.       Он перешёл по мосту реку, возле которой всегда было холодно и сыро, и благополучно добрался домой. Навстречу ему в прихожую вышел отец, и по его встревоженным глазам Илар понял: что-то не так…       — Привет, пап, — проговорил Илар, стягивая кроссовок, наступив носком на задник. — Что-то случилось?       — Звонил Виктор. Сказал, что уехал на несколько дней по рабочим делам. На самом деле, он не знает, как долго пробудет там, и не сможет выйти на связь. Кто-то проник к нам в дом и искал что-то у Виктора в комнате…       Илар крепко сжал в ладонях лямки рюкзака.       — Сынок, что это всё означает? — отчаянно спросил отец. — Во что ввязался Виктор?       — Я ничего не знаю, — глухо сказал Илар, опустив глаза. — Идите спать, уже поздно.       Он прошёл мимо матери в комнату брата и заперся изнутри.       Ведущая на балкон стеклянная дверь была распахнута, и тонкий тюль надувался, как парус. Комнату освещали жёлтые полоски света, исходящего от уличных фонарей. Потоки холодного ветра проникали внутрь и перебрасывали тонкие листы бумаги с места на место.       В комнате всё было перевёрнуто вверх дном. Книги и тетради валились на полу, раскрытые и порванные, шкафы были распахнуты, одежда свисала с полок, даже постельное бельё валялось где-то у ножек кровати.       Ещё вчера всё было хорошо и брат был здесь, а сегодня…       Илар опустился на колени и судорожно зашарил руками по полу, перебирая тетради и бумажки. «Только бы не нашли», — повторял он про себя, как мантру. Когда в куче показался небольшой блокнот с тёмно-коричневой обложкой, Илар схватил его и раскрыл.       Зашелестели страницы блокнота, в котором любил рисовать Виктор. Перед глазами Илара мелькали изображения улиц, растений, домов и машин, но он останавливался только на тех рисунках, где были изображены люди. Общие знакомые и друзья, неизвестные, родители и даже сам Илар — это всё не то.       Он постарался успокоиться и внимательнее просмотрел блокнот. Терпение было вознаграждено — он заметил две аккуратно склеенные странички. Осторожно поддев, он разорвал их.       С белого листа на него смотрела молодая девушка с солнечной улыбкой.       — Это из-за тебя, — прошептал Илар, вглядываясь в нарисованные графитом глаза девушки.

* * *

      Три месяца назад, конец июля       Через распахнутые окна в комнату проникал прохладный летний ветерок. На улицы опустилась глубокая ночь, стрекотали сверчки, по дороге проезжали редкие автомобили, и жёлтый свет фонарей заливал безлюдные улицы. Было тихо и спокойно.       Блаженную ночную тишину нарушила вибрация мобильного. Проснувшись, Илар схватил телефон с прикроватной тумбочки, попутно шепча ругательства.       — Слушаю, — прохрипел он, приложив телефон к уху.       Ответа не последовало.       Илар выставил перед собой руку с телефоном и, сощурившись, прочитал имя ночного абонента.       — Чёрт тебя бери, Виктор, три часа ночи, — недовольно прошипел он.       — Прости, — раздалось в ответ.       Голос у брата был расстроенный. Сев на кровати, Илар спросил:       — Что, вечеринка была настолько скучной, что ты решил позвонить мне?       Он ожидал услышать ответную шутку, но Виктор сказал:       — Я не был ни на какой вечеринке. Я соврал. Снова… Я так устал от всего этого.       Илар соскочил с кровати.       — Ничего страшного, давай устроим собственную вечеринку, только скажи мне, где ты, и я приеду, — протараторил он.       — Илар, — перебил его брат и после недолгой паузы добавил: — Прости меня, я столько всего натворил… И в шаге от того, чтобы всё окончательно разрушить. Если бы можно было покончить со всем раз и навсегда…       Тот испугался не на шутку.       — Так, слушай сюда, Виктор, — срывающимся голосом произнёс Илар. — Я никогда тебя не прощу, если ты не скажешь мне, где находишься сейчас. Ты должен дождаться меня, а потом мы поговорим, понял?       После недолгого размышления Виктор назвал адрес, который Илар повторял все время, пока быстро одевался. Он вызвал такси и выскочил из дома.       Северная вышка. Кто вообще додумался назвать «вышкой» здание в тридцать этажей, где находились бар и отель? Но по дороге туда Илар уже знал, что брата следует искать вовсе не в баре и не в номерах, а на крыше.       Поднявшись на крышу, он сразу заметил большие ящики, к которым спиной прислонился его брат. Выдохнув, Илар подошёл ближе, стараясь не сорваться на бег.       Взгляд Виктора был устремлён в сияющую ночными огнями даль, и в одной руке он держал наполовину пустую бутылку спиртного. Илар опустился рядом с братом на тёплый бетон.       — Какая хорошая ночь, да? — сказал он. — Тихая и спокойная. Хочется сидеть тут и просто смотреть на ночной город…       — Не надо разговаривать со мной как с психом, — перебил Виктор и, скривившись, сделал долгий глоток из бутылки. — Я чертовски устал.       — Не надо пить.       Он забрал алкоголь, швырнув бутылку куда-то в темноту.       Послышался пронзительный звон стекла.       — Расскажи мне, что случилось, — попросил Илар через время, заглянув в глаза брату.       Тот некоторое время молчал, и Илар не торопил его. Но потом Виктор вздохнул и, опустив голову, глухо сказал:       — Меня могут убить.       Илар вздрогнул, но силой воли заставил себя молчать.       — Я работаю на «Перст судьбы». Раньше был на испытательном сроке, а три месяца назад меня взяли на постоянную работу. Сначала всё было хорошо: следишь за тем, чтобы богачи соблюдали сценарии жизни, предписанные Книгами, получаешь хорошие деньги и ни о чём не задумываешься. А ты думал, что делают с теми, кто нарушает правила? Куда исчезают те, кто может быть опасен для «Перста судьбы»?       — Их убивают? — севшим голосом спросил Илар, желая получить отрицательный ответ.       Виктор нервно кивнул головой.       — Чаще просто наказывают, запугивают, но на самом деле для «Перста» человеческая жизнь ничего не значит. Какая ирония, — он тряхнул головой с нервной улыбкой. — Мне и ещё одному агенту поручили цель, которая, как сказали они, не только нарушает правила игры, но и опасна для всей корпорации. Вот она, цель.       Он протянул раскрытый блокнот.       На странице была нарисована молодая девушка с длинными волосами, лежащими на плечах, и широкой солнечной улыбкой.       — И ты должен… убить её? — тихо спросил Илар, нервно дёргая фенечку на запястье.       — Нет! Я же не убийца! У нас есть план… Но мы ни в чём не уверены. Однако как бы дело ни пошло, я не стану убивать невинную! Я клянусь тебе, что лучше сам приму смерть, чем сделаю это! Ты веришь мне?       Илар с ужасом посмотрел на сияющие отчаянной решительностью глаза брата. Всё это было дико и слишком неожиданно.       — Зачем ты ввязался в это?! — выкрикнул он, сжав в руках блокнот. — Ты должен уволиться оттуда, бросить эту страшную работу!       Виктор молчал, низко опустив голову.       — Если это из-за денег, то не стоит переживать об этом! — смягчился Илар. — Это всё пустяк! Мы почти выплатили все долги, тебе вообще не нужно работать. Пожалуйста, прекрати это.       — Я не могу. Я подписал контракт… Они убьют меня или вас, если я попробую сбежать.       «Неужели выхода действительно нет?» — подумал Илар, опустив взгляд на чёрно-белый рисунок.       Девушка с рисунка была никем, одной из тысяч незнакомок, и её смерть никак не затронула бы Илара. А Виктор был родным человеком, младшим братом, которого он знал всю жизнь, который рос у него на глазах. Выбирая между незнакомкой и братом, Илар без раздумий выбрал бы первую, чтобы сохранить жизнь Виктора.       — Значит, выбора нет? — надломленно спросил он, почувствовав, как в горле встал комок слёз.       — Есть! Я не убью её! Мы представим всё так, словно задание выполнено, но на самом деле она будет жива… И тогда через несколько месяцев мне, возможно, позволят уйти.       Илар понимал чувства брата и уважал его за этот непростой выбор, даже восхищался его силой где-то в глубине души, но сердце сдавливал страх.       «Ты такой же добрый, как я, — с грустью подумал Илар. — Тобой воспользовались. Заставляют делать такие вещи».       — Я верю в тебя, — выдавил Илар. — Мне трудно говорить это, но я знаю, что ты не убийца. Только, пожалуйста, останься живым…       Виктор крепко обнял его и пообещал, что будет бороться за свою жизнь.       Когда они вернулись домой, Виктор предупредил Илара, что вся эта информация строго секретна. Никому нельзя было рассказывать о той девушке и о причастности Виктора к «Персту судьбы», иначе они все поплатятся жизнью.       «Ничего не рассказывай, даже если я неожиданно пропаду! — сказал Виктор. — Это угробит тебя, а если ещё и родители будут в этом замешаны, то и их тоже!»