Глава 14
18 июня 2025 г., 22:20
С тех пор как Гермиона причинила боль Монтегю, прошло два дня. Эти дни были для неё мучительными: она не могла ни спать, ни нормально есть. Никто не говорил ей о состоянии Монтегю, а она не осмеливалась спрашивать. Однако Гермиона знала, что наказание за её поступок неминуемо, и её нервы были на пределе.
Гермиона не видела Монтегю ни в коридорах, ни в других местах, где он мог бы искать её для секса, поэтому она предположила, что он всё ещё в лазарете или, по крайней мере, чувствует себя недостаточно хорошо, чтобы посещать занятия. Гермиона сама подумывала о том, чтобы пропустить занятия, особенно по зельеварению, но заставила себя пойти, чтобы ничего не заподозрили. Она много раз лгала своим друзьям и старалась избегать лжи, когда это возможно.
После обеда Гермиона набиралась смелости, чтобы подойти к Дафне и спросить её о Монтегю и, возможно, даже о своём наказании, но так и не решилась. Какой-то парень, чьё лицо она узнала, но чьего имени не знала, потянул её за руку, и они зашли в пустой класс. Она подумала, что он на год старше и довольно красив со светлыми волосами и голубыми глазами.
Он прижал её к стене и поцеловал, прижимаясь к ней всем телом, отчего она сразу ощутила его растущую эрекцию. Он был немного не в себе, когда целовался: его язык двигался слишком быстро, а движения рук были беспорядочными. Он просунул их под её юбку, стянул трусики и начал ласкать её.
Он не сразу перешёл к клитору, сначала ласкал её везде, кроме этого места. Его пальцы скользили по её влажным складочкам, но останавливались перед тем, как коснуться клитора. Один палец на мгновение проник внутрь, а затем он быстро отдёрнул его. Он ласкал её половые губы, пока она не начала извиваться в его руках.
— Знаешь, я никогда раньше не занимался анальным сексом. — Прошептал он ей в ухо, отчего по её шее побежали мурашки.
Он схватил её за бёдра, развернул и прижал лицом к стене. Анальный секс по-прежнему не был любимым видом секса Гермионы, но она определённо научилась его ценить, поскольку в последнее время он неизменно доводил её до оргазма.
Парень прокрутил пару раз пробку, пока она не выскользнула из дырки. Прижав ладонь к спине, он нагнул её, быстро спустил штаны и приставил кончик члена к её заднице. Он был не очень большим, поэтому полностью вошёл в неё всего за пару толчков, и они оба не смогли сдержать стоны.
Размер он с лихвой компенсировал быстрыми и жёсткими толчками. Гермиона кончила почти сразу.
— Боже, да! — Её крики и стоны побуждали его двигаться ещё быстрее и жёстче. Ей пришлось упереться обеими руками в стену, чтобы не биться головой. Не прошло и минуты, как он схватил её за бёдра и вошёл так глубоко, как только мог, кончая внутрь.
Переведя дух, парень довольно быстро ушёл, оставив её одну. После очищающего заклинания пробка вернулась на место, и она надела нижнее бельё.
Гермиона попыталась найти Дафну после урока, но не смогла. Тогда ей пришла в голову новая, пугающая идея: она решила зайти в лазарет. У неё не было уверенности, что это хороший план, ведь Монтегю вполне мог разозлиться, если бы увидел её — человека, который причинил ему боль. Однако она надеялась, что он может оценить её смелость извиниться перед ним лично, и даже подумала, что у неё есть шанс на прощение.
В лазарете было тихо, и Гермиона обрадовалась, что мадам Помфри нигде не видно. Занавеска была задёрнута только около одной кровати, а все остальные оказались пусты. С колотящимся сердцем Гермиона подошла к кровати и быстро проскользнула за занавеску, пока не потеряла самообладание.
Гермиона глубоко вздохнула, увидев, что Монтегю спит. Она колебалась, не зная, что делать. Ей казалось, что лучше уйти и вернуться к этому разговору позже, но тревога, мучившая её в последние дни, стала невыносимой.
Она осторожно подошла ближе. Во сне Монтегю выглядел совершенно иначе: без насмешливого блеска в глазах и ухмылки на лице, он казался обычным парнем, даже несколько моложе. Глядя на него сейчас, никто бы не догадался, чем он занимается в перерывах между занятиями. Гермиона задумалась, как он стал таким жестоким. Возможно, жизнь с самого начала была к нему несправедлива.
— Моя маленькая подружка. — Гермиона чуть не подпрыгнула, услышав его голос. — Пришла навестить меня? — Его тон был резким и почти насмешливым, но взгляд не совсем соответствовал его язвительным словам.
Гермиона быстро села на стул рядом с кроватью и опустила голову.
— Мне очень жаль, господин. — Её голос звучал мягко, и она не смела встретиться с ним взглядом. — Я ни в коем случае не хотела причинить вам боль.
— Это же был случайный всплеск магии? Я не совсем помню. — Спросил он с неподдельным любопытством, что немного смягчило его обычно жёсткий тон. Гермиона была удивлена таким поворотом событий. Она никогда раньше не общалась с ним по-настоящему. В этот момент она почувствовала себя настоящим человеком.
— Да, это был случайный всплеск магии, — нерешительно ответила она.
— Почему? — Спросил он, по-прежнему спокойно смотря ей в глаза. Гермиона нахмурилась и решилась встретиться с его взглядом. — Ты бывала в гораздо более стрессовых ситуациях, чем эта, почему сейчас? — Продолжил он.
Она колебалась, но в конце концов ответила:
— Я... Я боялась, что люди узнают обо мне. Фред видел меня с вами.
— И что они узнают? Что ты шлюха? — Прямо спросил он. Она кивнула, и в глазах у неё заблестели слёзы.
— Но так и есть. Ты наша маленькая шлюшка. Это твоё место. И это нормально. Нормально любить секс. Нормально заниматься сексом с людьми. Это делает тебя шлюхой? Конечно, но что с того?
От его слов по лицу Гермионы потекли слёзы. Именно этого она так боялась. Она так долго пыталась бороться, но ей действительно нравится заниматься сексом с ними, со всеми. Она даже начала испытывать что-то к некоторым слизеринцам, которые её насиловали. Кем она стала? Неужели они действительно сломали её?
У неё перехватило дыхание, когда он протянул руку и приподнял её подбородок.
— Посмотри на меня, — скомандовал он, становясь похожим на себя прежнего. На того, с кем Гермиона была хорошо знакома. — Никто никогда не узнает, обещаю. Никто не узнает, что ты наша, наша слизеринская игрушка. Только мы.
Он отпустил её подбородок и протянул руку, которую она приняла. Его рука была тёплой и большой в сравнении с её.
— У меня не было секса уже несколько дней. Покажешь мне, как сильно тебе нравится быть нашей игрушкой? — Спросил он твёрдым тоном, но без обычной резкости. Никогда раньше Монтегю ничего у неё не просил, только требовал. Это была другая его сторона, и она предпочитала её более жестокой части его души.
Гермиона кивнула и встала со стула, отодвинув его в сторону. Она произнесла заклинание, чтобы заглушить звук, а затем положила палочку на стул. Встретившись взглядом с Монтегю, она медленно потянулась под юбку и стянула трусики, позволив им упасть на пол. И стянула свитер через голову, когда её уже трясло от возбуждения. От мысли о сексе с Монтегю на больничной койке, она возбудилась.
Монтегю молча наблюдал, как она стянула с него одеяло и забралась на кровать, устроившись коленями по обе стороны от него. Она не была уверена, серьёзно ли он пострадал или устал, чтобы взять её, как обычно, но всё равно немного нервничала.
Гермиона опустилась на его промежность и начала тереться о член, чтобы возбудить. Двигаясь вперёд-назад, она расстёгивала пуговицу за пуговицей, пока её грудь не показалась из-под белой блузки. Монтегю по-прежнему ничего не говорил, но его дыхание участилось, а член определённо встал.
— Покажи мне. — Его голос был мягким, а взгляд — довольно мрачным. — Покажи мне, какая ты шлюха.
Он застонал, когда Гермиона схватила его член рукой и опустилась на него своей тёплой, истекающей влагой киской.
— Покажи мне, как сильно тебе нравится секс, — потребовал он, когда она начала скакать на нём. — Используй меня для своего удовольствия. Используй меня так же, как мы использовали тебя.
— О Боже. — Простонала она.
Она запрокинула голову от удовольствия, опираясь руками на его бёдра для поддержки. Она скакала на нём так быстро, как только могла. Его член попадал точно в то место, от которого она получала больше всего удовольствия.
Монтегю схватился за голову, его губы слегка приоткрылись, а глаза наполнились болью. Гермиона замерла.
— Не останавливайся. Бери меня. — Он несколько раз двинул бёдрами вверх-вниз, подбадривая её. — Получи удовольствие.
Её ноги начали затекать, но Гермиона была уже так близко. Но всё-таки больше не могла находиться в такой позе. Она опустилась, опираясь на локти рядом с его головой и уткнулась лицом в его шею. Она слышала его тихие стоны от удовольствия каждый раз, когда её влагалище обхватывало его член. Её собственные стоны тоже доносились до его уха. Они были особенно громкими, когда она достигала пика удовольствия. Монтегю схватил её за волосы и резко запрокинул голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Когда толчки начали стихать, он приподнял бёдра и спустя несколько движений излился в неё.
Они оба раскраснелись и тяжело дышали. Гермиона почувствовала себя неловко, сидя у него на коленях. Атмосфера изменилась, и между ними снова возник барьер. Она больше не могла говорить с ним открыто, как раньше, и отчасти ей было грустно. Как будто он наконец доказал, что не является монстром. Что даже он может быть искренним.
Монтегю закрыл глаза и приложил руку ко лбу.
— Увидимся позже, маленькая игрушка. — Его голос прозвучал устало. Гермиона слезла с него, привела себя в порядок и потянулась за нижним бельём. — Оставь это. — Потребовал он, и это стало безошибочным доказательством того, что он снова стал самим собой.
