Волчий Мейстер

Хостер Блэквуд был настоящим мастером по работе с воронами, и даже Волгрейв, безумный архимейстер, ухаживающий за воронами в Цитадели, мог бы им восхититься. Хостер взял на себя заботу о двадцати птицах, взятых во Древороне, и ещё о восьми в Риверране. Днём и ночью высокий долговязый юноша уговаривал птиц слетать в ближние и дальние замки. И птицы быстро возвращались, радостно щебеча и усаживаясь на Хостера, будто на Чардрево в древнем лесу Богов. Каждый ворон был нужен для того, чтобы нести сообщения: объявление о Великой Победе Севера, приглашения на трёхдневный турнир, посвящённый жизни лорда Талли, и списки заключённых, которые должны были быть выкуплены. Однако птицы не могли решить проблему, обсуждавшуюся на совещании в Риверране: как отправить сообщение Тайвину Ланнистеру. — Лорд Старк. Без знания расположения лагеря Ланнистеров любой ворон из замка полетит вслепую над Речными Землями, — сказал Хостер Блэквуд. О варгах ходили легенды, что могли вселятся в воронов, а также других животных, могли разговаривать и летать в разные замки, но это знание было утрачено давным-давно вместе с Детьми Леса. — Разведчики заметили войско? — Армия спустилась по Зелёному Зубцу к постоялому двору на развилке, но мы не знаем, где они могут расположиться. Харренхолл — самый лучший оборонительный пункт, но Тайвин мог бы также установить баррикаду на Речной дороге у Рубинового брода. Есть, по крайней мере, несколько различных групп, у каждой из которых есть лидер — сир Марбранд, Клиган, Лорд Леффорд и Тайвин Ланнистер. Разведчики не могут сказать, куда направится Старый Лев, — ответил Черная Рыба. — Разве отправить ворона в Харренхолл не был бы лучшим решением? — задала вопрос Леди Старк. — Там расположились наемники и Амори Лорх. Все как один подонки. Сообщение может не попасть к Тайвину Ланнистеру. Его могут украсть. Этим наемникам нельзя доверять. Они могли бы проигнорировать письмо, заявив, что сбили ворона. Они могли бы продать информацию другим в Королевской Гавани. И даже если они перешлют сообщение, письмо может дойти до него через несколько дней. — Если есть хоть какой-то способ освободить моего отца из черных камер, это должно быть сделано быстро. Мы могли бы послать войска под флагом переговоров на восток по Речному тракту, — предложил Робб. — Ты не можешь уйти. Тайвин Ланнистер может захватить тебя! — Я знаю это, мама. Я не дурак. Я хочу послать кого-нибудь, кому доверяю. — Я могу пойти, Робб. Лорд Ланнистер не арестует меня, — горячо произнесла женщина. Леди Старк, казалось, забыла, что арестовала Тириона Ланнистера и что ее переговоры с Уолдером Фреем не произвели впечатления. Робб покачал головой. — Человек, которого мы пошлем, доставит только послание. Мы проведем здесь переговоры об обмене Джейме Ланнистера на моего отца, — объяснил он. — Тайвин Ланнистер не приедет в Риверран, — сказала Кейтилин. — И я не пойду к нему. У меня одиннадцать ценных пленников, его сын и брат. Не Тайвин держит отца а Железный Трон. Если он хочет, чтобы они были свободны, он может послать кого-нибудь договориться за него. — Может быть, лорду Болтону или Лорду Карстарку лучше пойти? Лорд Амбер слишком горяч, чтобы представлять Север. — Мне нужен посыльный, а не переговорщик. И мне не нужны ни Русе Болтон, ни Рикард Карстарк, чтобы говорить за меня. Я наследник Винтерфелла, и армия следует за мной. С отцом в тюрьме я действую как Верховный Лорд Севера. Джон... — сказал Робб. — Ты не можешь послать бастарда к Тайвину Ланнистеру, — встревоженно вскинулась Леди Кейтилин. Старк закатил глаза. — Я бы не стал посылать Джона. Он слишком ценен для меня в Риверране. И сир Бринден тоже. Джон, как ты думаешь, кого нам послать? — Я могу пойти, лорд Старк, — предложил свою кандидатуру Эдмур Талли. — Я с радостью сообщу Лорду Ланнистеру, что его сын у вас в плену. Робб повернулся к Эдмуру. — Благодарю вас за предложение, но ваш отец болен. Если он умрет, вы станете Лордом Риверрана и Верховным Лордом Трезубца. У них может возникнуть искушение проигнорировать переговоры и захватить вас. — Лорд Эдмур, вы также хозяин этого турнира. Знаменосцы Талли пришли почтить память вашего отца. И как Верховный Лорд, вы должны выслушать их жалобы и поклясться защищать их, — сказал Джон в ответ на благодарный кивок Эдмура. — Я предлагаю кандидатуру Джейсона Маллистера. Он известен как храбростью, так и честью. Он сражался вместе с Ланнистерами во время восстания Грейджоя, убив старшего сына Бейлона Грейджоя. А если его схватят, то его наследник сражается в нашей армии, так что лояльность Сигарда очевидна. — Это хорошее предложение. Серебряные орлы пользуются большим уважением, — закивал Черная Рыба. — Лорд Маллистер мог бы привести с собой и других речников. Они могут быть вашими глазами и ушами в том, что происходит в Дарри и на Речном тракте. И они были бы рады ущипнуть Льва за нос, — предложил Джон. — Да. Многие из моих спутников с радостью принесли бы Ланнистерам неприятные новости. Марк Пайпер, Лаймонд Гудбрук, Хьюго Вэнс. Они все будут счастливы сопровождать Лорда Джейсона, — отметил Эдмур Талли. Оливар Фрей вошел в Красную дубовую дверь и что-то быстро шепнул на ухо Джону. Сноу встал. — У мейстера Вимана есть время ответить на мои вопросы. Разрешите удалиться, лорд Старк. — Хорошо, Джон. Сегодня же предложу Лорду Маллистеру отправиться в путь.

***

Когда дверь закрылась, Кейтилин Старк зашипела на сына. — Робб, ты уверен, что стоит позволить ему заниматься пленными? Я слышала истории о том, как плохо обращаются с пленными в подземельях. А он требует выкуп! Из-за его действий может сложиться дурная репутация. — Да, люди страдают. В Риверране нет места для того, чтобы разместить две тысячи заключённых. Это не большой замок. Джон старается получить от них как можно больше золота и информации, — объяснил Старк. — Но золото... Северу не нужно золото. Только бастарды жадные до денег и роскоши, — сказала Кейтилин. — Денежные выкупы нужны не для того, чтобы покупать ковры, кружева или модные наряды. Деньги пойдут на продовольствие, железо и припасы для армии. Мы не Ланнистеры, которые грабят и воруют у простолюдинов. Крестьянам будут платить справедливую цену за любое зерно и мясо, в которых мы нуждаемся. Мне не нужна армия воров и разбойников. — Сноу все равно не добьется успеха. Этот бастард позволяет заключенным сбежать, если они подпишут бумагу, обещающую заплатить. Как он вообще будет собирать деньги? Они просто убегут и, может быть, снова сразятся с нами, — фыркнул Теон. — Мужчины ценят свою честь. Если они поклянутся Семерым не сражаться, многие поверят, что они прокляты, если нарушат свою клятву. А в Вольных Городах люди подписывают пергамент и платят пошлины. У Железного Банка нет проблем со сбором долгов, и заключенные боятся Джона Сноу, — отметил Черная Рыба. — Ходит много темных историй. Как этот бастард оторвал человеку руки и ноги конем и смеялся, когда рыцарей сжигали заживо на поле боя. Слуги говорят, что он консультируется с ведьмами по поводу пророчеств и магических снадобий, и что он использует кровь пациентов для получения признаний, — "обличила" его Леди Старк. — Признания в чем? В том, что они пленники? Я доверяю своему брату. Джон будет справедлив. Если он суров, значит, на то есть причина. Когда пленники вернутся на Запад, лорды и мелкие жители узнают, что северян следует опасаться. И мы получим золото, чтобы заплатить за еду. Когда заключенные уйдут, темницы будут менее переполнены, — сказал Робб.

***

Джон стоял у водных ворот вместе с мейстером Виманом и Утеридесом Уэйном, главным управляющим Риверрана. Оба слуги дома Талли были стариками, изможденными и угрюмыми, и неохотно согласились на его просьбу. Атлас, Герри и Четт плелись на почтительном расстоянии, пока Джон смотрел на стремительное бело-голубое течение на северной стороне. Он с интересом отметил, что камень тек быстрее, чем мутный красно-коричневый поток широкой красной развилки. Красная грязь была очень близка к цветам дома Талли. Когда Трезубец двинулся на юг, земля стала опускаться, и поэтому был пологий склон. — А это водяное колесо, — показал Виман. Огромное деревянное колесо, увитое плющом, располагалось рядом с широкой аркой и решеткой Водяных врат. Почти треть вертикального колеса была погружена под проточную воду кувалды, а большая горизонтальная ось соединялась через щель в стенах замка. Лопасти колеса были плоскими и узловатыми, что добавляло ему определенного сопротивления. — Для чего вы его используете? — поинтересовался Джон, хотя Четт уже узнал об этом от слуг замка. Стюард Уэйн проводил их до маленькой хижины, примыкавшей к зданию. Было еще одно колесо ямы, хотя и меньшего размера, соединенное с осью. К нему были присоединены другие грубые колеса, которые в конце концов привели к меньшему колесу, известному как каменная гайка. Там было два жернова, неподвижный лежачий камень, служивший основанием, и слегка вогнутый бегун над ним, который перемалывал зерно и подталкивал его к краям колеса. Это была мельница для переработки пшеницы, ячменя и овса в муку. — Мы используем его для измельчения зерна, — ответил Утеридес. — Но для чего же еще? За последние три дня мы не видели, чтобы мельница была пущена в ход, — недоуменно вскинул бровь Джон. — Мельница нужна только во время сбора урожая. Я подумал, что мы могли бы использовать её для измельчения винограда, но её будет сложно очищать. Для чего ещё можно использовать водяную мельницу? — спросил мейстер. «Так много всего можно придумать», — подумал Джон. Виман, возможно, и знал, как помочь Хостеру Талли, но мало что понимал в силе механизмов. Он внимательно осмотрел винтики, пытаясь понять, можно ли там разместить дополнительные рычаги и механизмы. — Мельница может быть использована для многих вещей. Семена можно измельчить, чтобы получить растительное масло. Вы также можете сделать лесопилку, где древесина будет разрезана на доски или руда может быть измельчена. Я думаю, что мельница могла бы помочь в прядении пряжи или чесании шерсти, — рассказал он. — Использовать энергию воды, чтобы рубить дерево или прясть пряжу? Это звучит также невероятно, как и возрождение драконов, — пошутил стюард. — Если не считать того, что драконы летали над нашими землями сто пятьдесят лет назад, — усмехнулся Джон и отошёл от колеса. Конструкция оказалась довольно грубой. Талли использовали всю мощь камня, чтобы перемолоть небольшое количество зерна. Колесо потока, погружённое в реку, было почти так же плохо, как горизонтальное колесо, и требовало больших усилий для выработки небольшого количества энергии. Шестерни и механизмы на другой стороне тоже были спроектированы не лучшим образом. — У вас есть еще запасные части или колеса? — У нас есть еще одно колесо, но оно меньше. Оно не было бы достаточно большим, чтобы его как-то использовать, — сообщил Виман. Большие машины работали лучше, чем маленькие, но только если они были хорошо спроектированы. Водяного колеса на камне не было. — А насколько глубок Западный ров, соединяющий Камнегонку и Красный Зубец? — спросил Джон. — Около десяти футов, и она спускается вниз, глубже Трезубца. Это было прекрасно. С такой рекой, как Белый Нож, Джону пришлось бы построить плотину и водохранилище, чтобы направлять воду к колесу и обратно. Но здесь вода могла просто течь от Камнегонки к Красном Зубцу по уже готовому каналу. Все, что ему сейчас было нужно — это отверстие для горизонтальной оси, и перед ним открылся целый мир возможностей. Так много способов доказать, что мейстеры ошибаются. — Вы мне очень помогли. Могу ли я использовать меньшее колесо и какие-нибудь оси или шестерни, лежащие вокруг? — решил уточнить Сноу. — Конечно. Лорд Хостер предоставил дому Старк полную свободу действий, — елейным тоном произнес стюард Уэйн. Джон взглянул на мощные потоки воды, текущие с севера. Он предположил, что до прихода рабства древние валирийцы использовали силу воды для строительства башен и дорог. Однако после захвата сотен тысяч рабов из Гискарской империи наука и открытия перестали развиваться, а использование машин было сведено на нет. «Валирия была великой, когда она была бедной», — подумал Джон. И он решил вернуть её былое величие, восстанавливая водяные мельницы одну за другой.

***

— Не понимаю, почему тебе так нужна моя компания, Сноу, — пошутил Джейме Ланнистер. — Я не знаю, как ведут себя в Цитадели, но королевская гвардия не берет ни жен, ни мужей. — Ну, поскольку у меня нет светлых волос, зеленых глаз или больших сисек, думаю я не в вашем вкусе, сир Джейме. Мне нужно кое-что от вас. Лев Ланнистер шел со свободными руками и ногами, но за ним наблюдали Эддард Карстарк и несколько стражей Мормонтов. — А зачем мне помогать тебе? С какой стати мне делать что-то, что может принести пользу дому Старк? Джон вышел из западных ворот, и стражники приказали Джейме следовать за ним. Это был необычный замок, построенный Акселем Талли. Риверран был окружён водой с трёх сторон, но до северных ворот можно было добраться только по воде. Когда вода поднималась в Красной развилке, подъёмный мост на южных воротах затапливало. Здесь, далеко на западе, Трезубец неторопливо извивался. Однако Джон не хотел вести фургон по южному мосту во время шторма, не говоря уже о том, чтобы отправлять туда армию для сражения. Только западными воротами можно было пользоваться круглый год. — Мне нужно, чтобы вы убедили нескольких пленников согласиться на выкуп. Их семьи уже предложили приемлемую цену, — объяснил Джон. Джейме Ланнистер нахмурился. — Это плохая шутка, Сноу. Может быть, я и нарушил клятву, но я не предам свой дом. Мой отец казнит всех выкупленных пленников. Он лишит их земель и отправит их семьи в изгнание, если сначала не повесит их. Пройдя по мосту, они повернули направо, туда, где каменная скала примыкала к западным стенам из песчаника. Здесь уже находился лорд Крейкхолл с пятнадцатью сотнями солдат. Когда Джон вошёл в небольшой павильон, стражники Старка окликнули его. Грубые, деревянные столбы образовывали частокол, за которым находились около дюжины мальчиков с золотисто-каштановыми волосами — жители Западных Земель. Они не были связаны, но тяжёлые цепи были прикреплены к столбам забора, готовые к использованию. Жители Перешейка с короткими луками и копьями охраняли реку, чтобы предотвратить любой побег по воде. Большинство мальчиков лежали на земле, но один парень с длинными золотистыми кудрями гордо стоял. — Дядя Джейме, — поприветствовал его мальчик, обратив изумрудно-зеленые глаза на Цареубийцу. Он был высоким и долговязым, но все еще мальчиком в свои одиннадцать лет. — Тибольт, — сказал Джейме, улыбаясь. — Ты не ранен. — Нет, я прыгнул в Камнегонку после того, как осадная башня рухнула. Это убило дюжину рыцарей, стоявших рядом со мной, и сожгло много лошадей, — сказал мальчик. — Я так понимаю, вы знакомы, — подметил Джон. — Ты уже знаешь, кто он, Сноу, — фыркнул Джейме. — Тибольт Марбранд, старший сын Лорента Марбранда и Касселлы Леффорд. Паж в течение нескольких лет в Утесе Кастерли, а позже сквайр в Крейкхолле. — Они показали мне письмо моей матери. Она обещает северянам большой выкуп за мое возвращение. Но я не знаю, стоит ли. Неужели меня сочтут слабаком, дядя Джейме? Я не хочу опозорить ни отца, ни деда. Я предпочел бы умереть в Риверране, чем быть заклейменным трусом, но моя мать умоляет о моем благополучном возвращении, — выпалил Тибольт. — Какие подвиги ты намерен совершить в подземелье? — съязвил Джон. — Я… Думаю, тебе лучше вернуться домой, в Эшмарк. Нет ничего постыдного в том, чтобы быть схваченным или выкупленным. Даже принц Эймон, Рыцарь-Дракон, был пленником в Дорне, — выдавил Джейме. — Лорд Крейкхолл так не думает. Он сопротивлялся, хотя мы были в меньшинстве и окружены. Он хотел, чтобы северяне дорого заплатили за наши жизни, — поджал губы мальчик. — Единственное за что заплатили северяне — это смола, необходимая для того, чтобы сжечь осадную башню. Пятнистый кабан может быть свирепым, но не очень грозным. Грядут войны. Тебе еще нет двенадцати лет. У тебя будут другие шансы умереть. В смерти в темнице мало чести. Поклянись не воевать с северянами, и ты можешь быть свободен, — произнес Джон. Марбранд неохотно кивнул и обнял своего дядю. Несколько слуг из замка вошли с хлебом и сыром для пленников. Охранники загнали их в угол, где их накормили скудным обедом и напоили водой из реки.

***

Джон Сноу вернулся через западные ворота, ведя за собой сира Джейме. Во дворе находилось грубое рабочее место, где среди инструментов и гвоздей лежало деревянное колесо. Мальчики из зимнего городка шлифовали доски колеса, пока другие мастерили оси и шестерни. Атлас прикреплял кожаную шкуру между двумя гигантскими, деревянными лопастями, соединёнными шарниром. Весла были длиной в три фута. На вершине устройства находилась железная насадка. — Что это такое, седьмое пекло? — в шоке воскликнул блондин. — Это конструкция для кузни, — сказал Джон, доставая пергамент и перо. — У вас есть великаны? Даже огромный человек устал бы качать эти меха через несколько минут, — недоверчиво спросил Джейме. — Я покажу вам, как это работает, когда мы закончим. Вот, — Джон протянул бумагу мужчине. — Напиши письмо в Золотой Зуб. Попросите их прислать людей, чтобы сопроводить Тибольта и остальных обратно в Западные Земли. Позже я запишу их имена и замки. Джейме сердито сжал перо в правой руке. — Ты ублюдок. Ты использовал меня. Ты знал, что я велю Тибольту возвращаться домой. — Конечно, я так и сделал. Этим сквайрам всего десять-четырнадцать лет. Вы хотите, чтобы они умерли в темнице? — Мне было четырнадцать, когда я сражался в своей первой битве, — заметил Ланнистер. — Вы были посвящены в рыцари за то, что помогли победить Братство Королевского Леса. Разбойники, которых поддерживал простой народ, — сказал Джон. — Это были злобные бандиты. Улыбающийся Рыцарь был Горой того времени. Он был так же жесток, и меч у него был лучше, — произнес Джейме. — Теперь вы сражаетесь на той же стороне, что и Гора этого времени, — сказал Сноу. — Что это значит для вас, сир Джейме? — спросил он. Рыцарь молча писал письмо Леди Миранде Леффорд. — Вы знаете, почему было основано Братство Королевского Леса? — спросил Сноу. — Обычная история, — ответил Цареубийца. — Бороться с тиранами. Быть группой братьев. Защищать невинных. Я уверен, что Братство Королевского леса убило столько же невинных людей, сколько и любая другая банда бандитов. — Не сомневаюсь, но их вел Саймон Тойн, — отметил Джон. — Я его помню. Каштановые волосы, большие висячие уши. Он был похож на обезьяну. Но он был искусен в обращении с мечом — сир Барристан убил его. — Дом Тойн был родом из Штормовых земель близ мыса Гнева и острова Эстермонт. Сир Терренс Тойн был членом Королевской Гвардии, и Эйгон Недостойный застал его в постели со своей двадцатилетней любовницей Бетани Бракен, — начал Джон. — А другой девушки Бракен не было? — Барба Бракен была пятой из любовниц короля Эйгона. Она готовила свою младшую сестру Бетани к тому, чтобы та заменила Мелиссу Блэквуд в качестве любовницы короля. Однако через год после того, как Бетани стала любовницей жестокого короля, её поймали на измене. Бетани и сир Терренс объявили о своей любви друг к другу. Король Эйгон заставил Бетани смотреть на то, как её возлюбленного расчленяют заживо. Они отрубили ему половой орган, переломали все кости рук и ног, а затем стали ещё более жестокими. Сир Терренс умирал несколько часов. После этого они убили Бетани и её отца, лорда Бракена. Два брата сира Терренса попытались отомстить за него, попытавшись убить короля Эйгона, но Эймон, Рыцарь-Дракон, погиб, защищая своего брата. Король Эйгон продержался на Железном Троне ещё шесть лет, — рассказал Джон. — И в чем смысл твоей истории? — Вы гордитесь тем, что воевали против Братства Королевского Леса, и, возможно, у вас есть на это основания. Несмотря на то, что о них поют песни, они были разбойниками и ворами. Однако как насчёт Эйгона Недостойного? Он принёс больше вреда, чем все бандиты, которые жили до него. Если бы он погиб от рук Тойнов, его брат и его возлюбленная королева Нейрис могли бы руководить следующим поколением. — Эйгон был королем. Недостойным, но его брат поклялся служить ему. Принц Эймон был человеком чести. — Да, и Семь Королевств пострадали за это. Если бы Эйгон Недостойный погиб от мечей братьев Тойн, он никогда не узаконил бы своих бастардов. Восстаний Блэкфайров не было бы. Никаких проблем с преемственностью. Принц Эймон, и королева Нейрис могли бы жить долго и счастливо, — сказал Джон. — Ты позволил бы убить законного короля Семи Королевств. Я думал, что Старки — это символ долга и чести. Нед Старк известен своей добродетелью. Он носит ее как доспехи, — почти пропел Джейме. — Семья, долг, честь — девиз дома Талли. Я — Сноу, а не Старк. У бастардов нет девизов и нет такой роскоши под названием честь. Мы заботимся только о том, чтобы уничтожить наших врагов, кем бы они ни были.

***

Джон ждал в тени, пока потрепанная группа речных лордов не покинула солярий. В тот вечер Эдмур Талли наслаждался праздничным ужином в Большом зале с приятелями — Марком Пайпером, Карилом Вэнсом, Патреком Маллистером, Лаймондом Гудбруком. Они пили летнее вино и рассказывали истории о юношеских приключениях, но те, кто пытался поговорить с Роббом, не выказывали такой радости. Они не съежились, но устало побрели прочь, словно война в Речных Землях преследовала их на каждом шагу. Они были ходячими ранеными, их солдаты были уничтожены атаками Ланнистеров, и их впалые лица не были похожи на веселых друзей Эдмура. Лорды и леди представляли собой группу с мешаниной различных символов. Там была старая элегантная женщина с искаженным от горя лицом и девятью летучими мышами на желтом поле — Леди Шелла Уэнт. Мрачный мальчик с тяжестью мира на узких плечах и озабоченным лицом носил камзол с черным пахарем на коричневом поле — Лиман Дарри. Он был последним из некогда великой семьи и не мог быть старше Тибольта. На разноцветном поле стоял печальный человек с черным когтем. Лорд Личестер когда-то был храбрым рыцарем, но все его четверо сыновей погибли во время восстания Роберта, по двое с каждой стороны. Были и другие символы — серебряное дерево на зеленом поле, красный лосось на белом, три красные утки на белой полоске на синем поле, три белых ежа на желтом. Они были живыми жертвами войны и, если ничего не изменится, скоро умрут. И они пришли к Роббу Старку, а не к Эдмуру Талли, чтобы высказать свои обиды. — Давай, Шелла, — сказала грациозная брюнетка в черно-белом платье, предлагая Леди Уэнт свой локоть. Женщина была немного моложе Леди Старк и носила на платье лебедей и желуди. Джон задумался, выглядит ли его давно потерянная мать такой же — спокойной, красивой и заботливой. Затем он стряхнул с себя мысли о прошлом и пошел к брату. Робб сидел за столом, уставившись в кружку с элем. Он кивнул брату и отставил чашку в сторону, уступив место кувшину с холодной речной водой. — Насколько все плохо? — спросил Джон, садясь и наполняя кубок водой. — Тайвин Ланнистер сжег все Речные земли, от Божьего Ока до Красного Зубца. Он повсюду оставлял следы разрушения и нищеты, грабил замки и уничтожал целые деревни. Они даже разрушили септы, разграбили сокровища и насиловали септ. — Это печально, Робб, но ты уже знал об этом. То, что они тебе рассказали, не меняет того, что произошло. — Речники хотят освободить свои замки от контроля Ланнистеров. Они останутся на турнир, но многие хотят уехать после. Они недовольны Талли, — вздохнул Старк. Это не очень хорошая новость. Рассредоточение их сил сыграло бы на руку Тайвину Ланнистеру, а Григор Клиган и наемники использовали бы свою мобильность, чтобы поодиночке уничтожать капризных речных лордов. — У них достаточно людей, чтобы отвоевать эти территории? — нахмурился Сноу. — Речные лорды спорят, но они также часто создают брачные союзы между собой. Ну, не дом Мутон и не дом Дарри. Эти двое всегда стремились к чему-то большему и вступали в брак с Простором и Штормовыми Землями. Есть много связей через Уэнтов, Личестеров и Греллов. Другие речники захотят помочь и защитить свою землю. Пайперы и Вэнсы тоже хотят вернуться на свою землю и очистить ее от захватчиков, — вздохнул Робб. — Значит, если ты не начнешь сбор войск. Ты действительно потеряешь их. — Да. Эдмур Талли не может помешать своим знаменосцам защищать свою землю. И у него нет сил, чтобы защитить их. В некоторых домах войск больше, чем в доме Талли, — отметил Робб. — Есть ли какой-нибудь способ удержать людей здесь? — Проводить еще турниры? Раздавать призы? Нам нужна стратегия, а не ждать письма Тайвина, — Старк заметил блеск в глазах брата. — В чем дело? У тебя есть что-то, что вдохновит их? — Возможно. Но мне нужно время, чтобы убедиться, что это сработает. Мы закончили письма для освобождения оруженосцев. Мы получили пять тысяч золотых драконов за семьдесят оруженосцев. — И сколько из этого — реальные деньги, а не обещания? — Совсем немного. Но семьи очень хотят, чтобы их вернули. Что касается остальных людей, то двести пятьдесят согласились на выкуп в размере двадцати тысяч драконов, но большая часть из них — обещания. Многие ждут, не обменяем ли мы сира Джейме Ланнистера. Они ожидают, что цена выкупа упадет, если лорд Старк, и наши сестры будут возвращены, — объяснил Джон. — Так ли это? Джон пожал плечами. — Все зависит от того, как поведут себя Ланнистеры. Если они покинут Речные Земли, чтобы разобраться со Станнисом или Ренли Баратеоном, тогда да. Если они будут продолжать грабить и мародерствовать, то останутся пленниками. Что еще важнее, они начали говорить, даже те, кто не ведет переговоров о выкупе. Они раскрыли мне информацию о Ланнистерах. — Что-нибудь интересное? — Тайвин Ланнистер давно планировал войну. За последние несколько лет он увеличил войска, улучшил их броню и построил осадные орудия. Он дал больше людей Клигану и установил контакт с наемниками. Он ожидал схватки за трон. — Интересно, почему? Его внуки уже сидят на этой уродливой штуке, — заинтересовался Робб. — Ходят слухи о возвращении Таргариенов. Говорят, также, что Джоффри безрассуден и жесток. Возможно, Тайвин думал, что Роберт Баратеон может отстранить наследного принца или что Джоффри спровоцирует гражданскую войну. — Даже если Джоффри лишат наследства, королем станет Томмен, а он все еще внук Тайвина, — заметил Робб. — Но если вопрос о престолонаследии встанет перед тобой, ты тоже захочешь иметь как можно большую армию, — сказал Джон. — И Тайвин все еще нанимает наемников. Один рыцарь Браксов говорит, что его кузен отправился из Девичьего Пруда в спорные земли, чтобы нанять отряд мирийских арбалетчиков. — Еще наемники, — с отвращением произнес Робб. — Да, и они опасны. Мир известен своими арбалетами. У них есть такие, которые могут стрелять несколькими болтами. Более того, нам нужна пластина для защиты от арбалета. Болты могут легко пробить кожу и кольчугу. — Значит, ты думаешь, что эти наемники нацелены на нас, потому что северные воины хуже вооружены, чем южные рыцари, — сказал Старк. Джон кивнул. — Тайвин укрепляет свою армию, а мы сидим и гадаем, в какие игры играть на турнире. Эдмур Талли напрашивается на рукопашную схватку. Я боюсь, что мои лучшие бойцы будут убивать друг друга, а не Ланнистеров. — Я могу усилить нашу армию, но мне нужно знать, если я построю что-нибудь в Риверране, будут ли Талли претендовать на это? Будет ли Эдмур вести себя так же, как Фреи с мостом? — Эдмур Талли, может, и не лучший защитник своих знаменосцев, но он не сир Райман. Я объясню Эдмуру, что все, что ты построишь, принадлежит Северу. Мой дядя — разумный человек, и Черная Рыба тоже заставит его понять. Ты уже много чего построил, и все это помогло дому Старк, — ответил Робб. — А я еще даже не начал пользоваться требушетами и катапультами. Мне придется потратить золото на железную руду, и мне потребуется довольно много места у западной стены. — Внутри или снаружи замка? — Внутри. Во дворе. Я хотел бы сохранить это в тайне, пока оно не будет закончено. — Хорошо. Любые люди или золото, которые тебе понадобятся, будут доставлены. Я разберусь с Талли. Братья подняли тосты с чашками воды. — За Север.

***

На следующее утро Джон проснулся рано и быстро позавтракал свежеиспеченным хлебом с маслом. Он почувствовал дрожь возбуждения, когда созерцал новый проект, порыв сделать что-то оригинальное и необычное. Он пристрастился к этому чувству — быть на краю нового открытия, готовым исследовать неоткрытую землю. Если бы только Цитадель была такой всегда, опираясь на открытия прошлого, чтобы заглянуть дальше и глубже. Вместо этого многие мейстеры занимались политикой или расхаживали с важным видом, как павлин Тирелл. Однажды Джон создаст место, где люди смогут развиваться, экспериментировать и учиться, чтобы расширить границы человеческого знания. Сноу подождал, пока почетный караул войдет в Большой зал. Робб внушал верность как речникам, так и северянам, и многие лорды и рыцари ели вместе с наследником Винтерфелла. Джон не любил привлекать к себе внимание, но мост был делом всей армии, и было бы скупо не позволить тем, у кого есть интерес, помочь. Робб доел толстый кусок бекона, вытер рот и повысил голос: — Мой брат хочет кое-что объявить. — У меня есть кое-что, что я хочу построить, и мне нужна помощь. Это большая задача, и моя команда не сможет справиться со всеми усилиями. Мне понадобятся сильные мужчины и женщины на несколько дней, — сказал он. — Мейстер Сноу, мы строим новый мост? — поинтересовался Вилис Мандерли. — Возможно, более могущественное оружие смерти. В конце концов, меня зовут Катапульта Амбер по весьма веской причине, — похвастался Маленький Джон перед закатившими глаза многих других северян. — Мейстер Сноу, моих братьев здесь нет, но солдаты дома Карстарк будут рады помочь, — сказал Эддард Карстарк. — Это не одна вещь, а скорее группа машин, работающих вместе. Это займет около четырех-пяти дней. Тогда я все объясню. — Сноу, дом Мормонт обещает полную поддержку, — кивнула Мейдж. — Джон, дом Старк поддержит тебя. Я с нетерпением жду того, что вы построите, — произнес Робб, обращаясь к северянам. Речники были немного более сдержанны, а Фреи сердито ворчали, в то время как Четт, и мальчики из зимнего городка сияли.

***

Сначала Джон закрыл ворота шлюза. В течение ближайших двадцати минут вода стекала с западной части Риверрана в Трезубец, заполняя ров. При осаде эта сторона замка всегда затапливалась, но поскольку сир Джейме был в их руках, а Киван Ланнистер скоро должен был прибыть в крепость, ворота шлюза можно было закрыть. Джон спустился по верёвке и приступил к измерениям. Утром он уже начертил план, согласно которому ворота следовало запечатать так, чтобы вода из Камнегонки попадала только в верхнюю часть канала и затем падала на водяное колесо сверху. В стенах замка он нашёл щель, достаточно большую, чтобы туда можно было вставить горизонтальную ось. Из-за угла падения и небольшого размера колеса ось должна была пройти всего в полуметре над землёй. Джон приказал солдатам из отрядов Мормонтов и Карстарков взять заготовленные людьми Хорнвуда и Форрестера дрова, чтобы закрыть дно шлюза. С помощью нескольких деревянных столбов они могли бы создать более высокое русло реки, чтобы камень мог двигаться, когда ворота снова откроются. Это была одна часть операции. Другой частью было строительство кузницы. Для этого Джон использовал людей из зимнего городка. Он собрал их вместе, чтобы показать, как делать огнеупорные кирпичи. Они могли использовать глину, смешанную с песчаником, но кирпичи нужно было обжигать в печи до тех пор, пока они не превратятся в стеклоподобное вещество. Им понадобится огромное количество кирпичей, поэтому Джон сразу же отправил их собирать или покупать красную глину. С помощью маленького замка Четт и Клайдас оттащили с поля боя две оставшиеся осадные башни. Одну раму можно было использовать для строительства пандуса для материалов, и Джон набросал систему шкивов, которая могла сбрасывать эти материалы в верхнее отверстие печи. Второй будет простой эшафот, чтобы люди могли сложить кирпичи повыше. Ему не нужны были все тридцать футов башни, но большая высота была лучше, чем меньше. Последней частью проекта было создание инструментов. Атлас и девочки уже начали делать первый из нескольких двухкамерных мехов. Несколько инструментов могут быть грубыми — большие ходовые молотки, которые будут стучать вниз. Но кулачки и кривошипы для преобразования вращательного движения оси в вертикальное движение потребовали бы филигранной точности. Джон также построил оборудование для гашения горячего металла, но не в воде, а в растительном масле. Он знал, что слишком быстрое охлаждение металла ничего не дает, но закалка в масле может сделать металл твердым, острым и податливым. Правильной стали необходимое равновесие. Если она слишком твердая, она не будет податливой. Броня была бы более жесткой с меньшей твердостью, потому что металл не был бы хрупким. Наконец, ему понадобятся полировальные камни, прикрепленные к мельнице, чтобы предотвратить ржавчину. — Мейстер Сноу, чем я могу вам помочь? — спросил Герри. — Вообще-то у меня есть для тебя важное задание. Ты знаешь местных торговцев? — Конечно, многие покупают травы у моей матери, — кивнул Герри. — Мне нужно купить как можно больше железной руды и известняка. И угля тоже. Существует особый тип камня, который особенно хорошо горит в горных полях, — произнес Джон. — Возможно, я смогу вам помочь, — выступил вперед высокий седовласый мужчина. — Сир Бринден? — удивленно спросил Сноу. — Что вы здесь делаете? Черная Рыба фыркнул. — Даже для слепого очевидно, что вы строите что-то связанное с оружием. Вам нужна железная руда, и вы обжигаете кирпичи, чтобы сделать печь. Это, очевидно, так же важно, как и любая разведывательная миссия. Я мог бы тебе помочь. Джон повернулся к Герри с широко раскрытыми глазами. — Сир Бринден пользуется большим уважением в Речных Землях. Если он попросит, то торговцы предоставят только все самое лучшее. Почему бы вам не пойти вместе? Собери всю железную руду, известняк, которые вы можете купить. И скажи им, что если они смогут получить еще немного с севера, юга или запада, мы купим еще. И еще растительное масло, — объявил Сноу. — Давай, парень. У нас есть важная миссия, — сказал Черная Рыба. Джон все еще слышал их голоса, когда они уходили. — Вы хоть представляете, сколько это стоит? — спросил Герри. — Понятия не имею, но все, что может помочь убить Ланнистеров, стоит построить, — ответил Черная Рыба.

***

Через два дня водяная мельница была готова. Большая горизонтальная ось соединяла внешнее колесо с меньшей шестерней внутри стен замка. Канал был построен, и колесо имело несколько ведер, чтобы ловить и сбрасывать воду, чтобы течь в Красный Зубец. Утром собралась небольшая толпа, чтобы посмотреть на новое водяное колесо. Джон скомандовал открыть ворота шлюза. Вода цвета голубовато-белого льда устремилась вниз по каналу и попала на колесо. Оно начало вращаться, и вода стала стекать на дно рва. Колесо вращалось быстро и плавно. Джон оценил скорость внутреннего колеса. Она была значительно выше, чем у гигантского колеса на камне. — Ладно, пока закройте ворота шлюза. Мы откроем их, когда будем готовы, — распорядился он. — Мейстер, почему колесо движется гораздо быстрее, чем мельница? — полюбопытствовал Четт. — Ваши варианты? — Потому что большая часть энергии тратится на большое колесо, так как дно волочится по реке, — сказал Герри самодовольно. — Что является главной причиной. Это также помогает нам использовать ведра, которые удерживают и выпускают воду быстрее. Ребята, это заднее колесо тоннажа. Даже с меньшим количеством воды он более эффективен. Он меньше, чем колесо на камне, но дает в два-три раза больше мощности. Мы можем преобразовать эту силу для выполнения множества задач, — кивнул Джон. — Например, надувать меха? — сделал предположение Атлас. — Именно. Есть много вещей, которые может сделать вода. Гораздо больше, чем простой помол муки, — подтвердил Джон. Здание возвышалось над ним, а пандус казался ещё более высоким. За последние два дня была построена десятифутовая печь, но высота пандуса и блока достигала более двадцати футов. Здание напоминало дно гигантского яйца, сделанного из красного кирпича. В углу стояло множество фургонов, наполненных железной рудой, известняком, углём и нефтью. — Это выглядит довольно странно, брат, — произнес Робб, оглядывая странное кирпичное здание. — "Это" сделано только наполовину. Когда она будет закончена, ты увидишь истинную цель, — сказал Джон. — До меня доходили дикие слухи. Септа утверждает, что это какая-то бесовщина из Цитадели. И ходят слухи, что ты собираешься сжечь пленников заживо в каком-то колдовском ритуале! — усмехнулся Старк. — Пусть так и говорят. Возможно, это повысит выкуп, который люди заплатят, — сказал Сноу, и братья рассмеялись.

***

Еще через три дня печь была закончена, как раз, когда в поле зрения наконец появилась пехота северян. Можно было увидеть десятки знамен — и освежеванного человека Болтонов, и водяного Мандерли, и белое солнце Карстарков, а также множество различных горных кланов. Харрион и Торрхен Карстарки ехали впереди с пятью пленниками, некоторые из которых были одеты в цвета Ланнистеров, погруженные в повозку. В то утро лорды и рыцари, речники и северяне собрались, когда Джон показал свое творение. В замке собралась большая толпа, и слуги и дамы украдкой поглядывали на огромное кирпичное яйцо высотой в двадцать футов, торчащее в небо. Стюард Уэйн открыл ворота шлюза. Вода рванулась вперед, и колесо завертелось. Движение колеса было связано с двумя большими мехами, которые равномерно нагнетали горячий нагретый воздух в нижнюю часть здания. Джон уже набил топку горящими углями. Кирпичи излучали жар, а сверху виднелось горячее красное пламя. Вчера вечером он тщательно отмерил точные пропорции для первой пробежки. Маленький и Большой Джоны высыпали мешки с железной рудой и известняком в рампу, сбрасывая сотни фунтов металла и камней через отверстие в верхней части. С Амберов капал пот, когда груз за грузом поднимали с помощью крюка и шкива. Печь полыхала жаром, а выпуклые в середине кирпичи раскалились добела, словно солнце. Джон подал знак правой рукой, что погрузка закончена, и Амберы поспешили прочь. — Мы закончили, — гордо сказал Джон под восторженные возгласы толпы. Они ждали, ждали и ждали несколько минут, но ничего не происходило. — Что должно произойти? — неловко поинтересовался Робб. — Ему нужно время, чтобы работать. Это первый прогон, так что, возможно, шесть часов, — объяснил Джон. — Он взорвется и выстрелит гигантским пламенем в наших врагов? — предположил маленький мальчик. — Нет, он просто сжигает руду… — начал он объяснять. — Пожар? Ты привел нас сюда, чтобы посмотреть, как горят камни. От волнения я подумал, что ты вот-вот родишь дракона, — фыркнул Теон Грейджой, в то время как многие лорды недовольно ворчали. — Это усовершенствованный процесс плавки. Температура и использование энергии сильно отличаются от нынешних кузниц. Известняк связывает примеси из железа, — продолжил Сноу. — Э-э-э, Джон. Возможно, лордам следует вернуться… Через сколько это сработает? — спросил Робб. — Через шесть часов, лорд Старк.

***

В то утро и во второй половине дня Джон занимался своими повседневными делами — обеспечивал безопасность тысяч заключенных. Пятерых рыцарей предстояло поместить в башню, а еще двести — в подземелья Риверрана. Он закончил переговоры о еще тридцати выкупах и допросил десятки пленных, жаждущих обменять информацию на свою свободу. Джон подумал, не поискать ли Айшу. Она продолжала поставлять постоянный запас трав и лекарств, но поблизости от замка ее нигде не было. Согласно родословной и истории Великих домов Семи Королевств, Герион Ланнистер был дядей Джейме и младшим братом Тайвина. Ему было тридцать лет, когда родился Герри, но Герион исчез три года спустя в поисках фамильного меча. Львы не забрали его, и Джон сомневался, что какой-нибудь Ланнистер позволит матери их ребенка сбежать в Речные Земли. Он съел полый кусок хлеба, начиненный кусочками соленой рыбы, обжаренной в беконном жире. Талли приготовили более вкусные блюда, но у него не было времени на неторопливую трапезу. Робб был вынужден смеяться и улыбаться за обедом с северными лордами. Джон предпочел проверить водяное колесо и отмерить известняк. Он заставил себя не навещать свое новое творение слишком часто. Печь не работала бы быстрее, если бы он наблюдал. К тому же было чертовски жарко. Жара стояла такая, что воздух во дворе мерцал. Его это не очень беспокоило, но Призраку было не по себе. — Подумать только, я наслаждался рассказами дяди о войне, когда ты меня оттащил, — проворчал Джейме Ланнистер, когда они вышли из башни. — Военные рассказы — как он был обманут двумя зелеными Карстарками и был захвачен? Вы хотели посмотреть, что я построил. Поэтому я и веду вас туда, — сказал Джон. — Ах да, даже в башне мы слышали о великом утреннем представлении. Глупость Сноу. Ошибка бастарда. — Избавьте меня от ваших оскорблений, сир Джейме. Вы должны быть умнее Грейджоя. Теперь идемте. Толпа была еще больше, чем утром. Появились девушки Мормонт и все Талли. Бесстрастный Русе Болтон стоял рядом с насмешливым Рикардом Карстарком. Появились речники — от молодого Лимана Дарри до угрюмого Уильяма Мутона. Робб шагнул вперед в сопровождении Первина Фрея и Большого Амбера. Старк бросил на Цареубийцу странный взгляд и повернулся к брату. — Джон, теперь мы все здесь. — Да, Сноу, давай посмотрим еще на несколько камней, — ухнул Теон. Джон схватил тяжелые железные щипцы, а ребята из зимнего городка положили несколько больших каменных форм, блок размером с человеческую ногу, на слои кирпича рядом с печью. Деревянные колеса были прикреплены к доске из затвердевшей глины, чтобы быстро перемещать формы. Очень осторожно Джон ухватился за крюк на печи и отодвинул панель, сделав небольшое отверстие. Хлынул горячий воздух, и толпа в страхе попятилась. И тут они увидели это. Поток расплавленной стали, раскаленной добела, как полуденное солнце, хлынул в форму. Через несколько минут ребята перенесли слой кирпича с драгоценным стальным слитком в бассейн. Они осторожно опустили слиток в горячую масляную ванну и вернули каменную форму Джону. Пока толпа молчала, Сноу наблюдал за еще двумя слитками с тем же процессом — заливкой, а затем закалкой в печи. — Джон, сколько это может стоить? — удивленно спросил Робб, глядя на бесконечный поток расплавленного металла. Джон повернулся лицом к толпе, в то время как Четт, Клайдас и остальные продолжали свою работу. — Это доменная печь. Она использует железную руду и известняк для производства стали. Кузнецы делают железо в ямах высотой в несколько футов, потому что они не могут выдувать достаточно воздуха вручную. Это — решает эту проблему, — он указал на три массивных меха, которые непрерывно качались вверх и вниз от деревянных молотков, прикрепленных к кулачкам на прялке. — Водяное колесо генерирует энергию для питания этих мехов. Они вдувают горячий воздух из печи в печь и повышают температуру в течение шести часов, необходимых для расплавления железной руды. — Но сколько стали она может сделать? — снова спросил Робб, пока расплавленная сталь продолжала заполнять формы. — Шестьсот фунтов, — ответил Джон. Толпа разразилась возбужденной болтовней. — Эта штука может делать шестьсот фунтов стали в день? — уточнил Черная Рыба. — Нет. Можно сделать тысячу восемьсот фунтов. Я могу запустить три партии в день. Я бы предпочел только две. — Но даже со сталью вам нужны люди, чтобы растереть ее в пластины, а затем подогнать и отполировать доспехи, — прошептал Русе Болтон. — И именно поэтому я буду делать только две партии в день, — восемь слитков уже были вылиты. Джон окликнул Четта, и они соскользнули на большой молот, слишком большой для человека. Сноу соединил его кулачком с колесом, а затем схватил слиток и положил его на наковальню. Молоток был поднят кулачком, а затем обрушился вниз. Джон манипулировал слитком с помощью щипцов, пока молоток колотил слитком по плоской пластине. — Этот молот тоже действует за счет водяного колеса. Он может легко расплющить слиток. Пластина действительно должна быть установлена, а затем должны быть сделаны пряжки. Но его также можно отполировать с помощью этой машины. Сила воды может расплавить железную руду, расплющить пластины и отполировать броню. Только несколько функций нуждаются в человеческой руке. — Как ты думаешь, сколько доспехов ты сможешь сделать? — спросил Робб. — С достаточным количеством помощников, более сорока стальных нагрудников в день. И я могу использовать остальную сталь для других частей. Щиты, шлемы, наплечники, наручи и перчатки, — ответил Джон. — Сорок в день. Джон, за одну луну ты мог бы снарядить тысячу человек! — воскликнул Старк. — Ба, откуда мы вообще знаем, что это железо крепкое? Оно может быть хрупким, — ухмыльнулся Теон. — Это не железо. Это сталь, — Джон повесил расплющенную пластину на шкив пандуса рядом с кузницей. Команда из зимнего городка унесла последний слиток, чтобы погасить его в луже горячего масла. Он закрыл доменную печь, задвинув щипцами кирпичную панель. — Эддард Карстарк, не окажете ли вы мне честь? Самый молодой Карстарк шагнул вперед и с громким криком вонзил боевой топор обеими руками в сталь. Он ударил несколько раз, прежде чем отступить. Изумленные зрители не заметили никаких изменений в металлической пластине. Старк внимательно осмотрел сталь. — Здесь даже вмятины нет. Эта пластина может принять удар меча без затруднений. — Или арбалетный болт. Улучшенная броня может спасти жизнь тем, кто рвется в бой. Мы еще не закончили. Необходимо изготовить формы для шлемов, щитов и поножей. Я должен научиться делать мечи, наконечники стрел и копья из слитка. И мне понадобится больше рабочих, чтобы помочь производить оружие и подгонять доспехи, — предупредил Джон. — У тебя будет все, что нужно, — сказал Робб, с нескрываемым восхищением глядя на огромное кирпичное чудовище, выплавившее огромное количество железа. Джон усмехнулся. — Вы не печью должны восхищаться. Это водяное колесо. Колесо может делать так много вещей. Если бы у меня было время, сила воды изменила бы Семь Королевств, от Севера до самого Дорна.

______________________________

Заметки Автора: К 1086 году в одной только Англии насчитывалось 5624 водяные мельницы. Промышленные мельницы начали появляться в XII–XIII веках и использовались для различных целей. Среди них были мельницы для дробления руды в шахтах, лесопильные заводы, предприятия по дублению кожи и даже по производству бумаги. Первое задокументированное использование водяной мельницы для работы доменной печи было зафиксировано во Франции в 1384 году. Однако это событие может быть не совсем точным. Несомненно, средневековые кузнецы, которые создавали доспехи и оружие для королей, использовали силу воды в своей работе. Описание водяного колеса в «Риверране» взято из «Википедии» по миру «Игры престолов». Очевидно, что колесо погружено в реку. Эти водяные колёса довольно неэффективны, поскольку требуют большого количества воды и преобразуют лишь около 20% энергии. Колесо, которое направляет воду в канал, немного лучше, но самый эффективный способ построить водяное колесо — это создать конструкцию, в которой вода попадает в колесо сверху, как при промахе и откате. Римляне поняли это ещё во времена Империи, а возможно, и гораздо раньше. Один из рецензентов упомянул цистерцианских монахов, религиозный орден, основанный в 1098 году в Дижоне, Франция. Эти монахи были выдающимися в своей способности адаптировать и применять технологии. Святой Бернард (1090–1153), который стал главой ордена, использовал водные пути для обеспечения финансовой независимости монастыря. Это было удивительно, учитывая, что в те времена социальная свобода была редкостью. Цистерцианцы строили монастыри на искусственных каналах, которые проходили через всё здание. Они активно использовали энергию воды для различных нужд, включая сельское хозяйство, фрезерование, резку древесины, прессование оливкового масла и ковку металлов. Более того, они даже использовали проточную воду для удаления сточных вод. Цистерцианцы были настолько известны, что даже короли приносили в монастырь железную руду для переплавки в железо. Монахи оставляли излишки, что было взаимовыгодным сотрудничеством. Этот пример показывает, что Темные века не были такими мрачными, как мы их себе представляем. Доменная печь стала настоящим прорывом в металлургии. Она могла достигать температуры расплавленного металла, а известняк помогал удалить из него примеси. Впервые доменные печи появились в Китае. Уже в 31 году нашей эры в них получали литую сталь с помощью водяных колёс и поршневых сильфонов. Китайцы использовали для этого кокс вместо древесного угля ещё в IV веке. Историки считают, что кокс попал в Европу благодаря Шелковому пути примерно к 1200 году. К 1830 году доменная печь, без использования таких новшеств, как бессемеровский процесс, могла производить 4 тонны стали в сутки. Существует множество источников информации о массовом производстве брони. Один из лучших — книга Алана Уильямса «Рыцарь и доменная печь». В Европе действительно было несколько мест, где массово производили броню. Самым известным из них был Милан. В 1427 году, после крупного сражения, миланские оружейники смогли за несколько дней изготовить 6000 комплектов доспехов. Для производства брони использовались специальные технологии. Например, были печи для выплавки железной руды, молотки и валки для сплющивания слитка, а также полировщики, работавшие с использованием энергии воды. История США показывает, что сначала сборочный конвейер использовался для производства оружия. Однако в Милане существовало разделение труда: каждый человек работал только над одним аспектом производства. Идеи Джона Сноу могут показаться радикальными, но они вполне достижимы, особенно для вундеркинда в металлургии, у которого есть целая армия за спиной. И наконец, различие между железом и сталью заключается в том, что сталь — это сплав железа и углерода. Есть много способов добавить углерод в металл, но если его будет слишком много, это тоже не сработает. Я изучал этот вопрос, но это слишком сложно объяснить, и, возможно, я не до конца понимаю химию. Проще говоря, представьте, что Джон нашёл правильные пропорции известняка, древесного угля и способ вдувать горячий воздух в печь. Об этом он сделал доклад в Цитадели в первой главе.