Волчий Мейстер

В своих снах Джон путешествовал по удивительным местам. Он слышал рёв гигантского браавоского титана на рассвете, ощущал мощный поток воздуха, который вырывался из труб, ведущих от массивного бронзового нагрудника к огромной каменной голове, возвышавшейся на четыреста футов над уровнем моря. Голова была увенчана париком из окрашенных в зелёный цвет конопляных волос. Джон шёл по разрушенной Великой Пирамиде Гиса, которая была построена как мавзолей для Граздана Великого — царя царей, императора, провозгласившего себя более великим, чем сами боги. В этом месте жили летучие мыши и пауки. Отдалённый город превратился в пепел и прах от драконьего пламени, поля были засеяны солью, серой и черепами мастеров. Затем Джон проплыл через Нефритовые Врата, бросая вызов надушенным квартийцам. Бледные люди с посиневшими губами бормотали что-то на незнакомом языке и подпрыгивали на месте в жалкой пантомиме. Колдуны не обладали истинной силой — иначе они не служили бы жадным купеческим принцам и не прятались бы, как крысы, в Доме Бессмертных. Остров был мрачным и унылым, однако его согревал сернистый запах. Скалы имели тёмно-серый и чёрный цвет, с красными и фиолетовыми прожилками. «Обсидиан», — подумал Джон. Этот материал, рождённый в огне вулкана, одновременно твёрдый и хрупкий, а также аморфный, как стекло, с острыми краями. Дети Леса не знали металла и использовали клинки из обсидиана для охоты. Он почувствовал запах серы и сквозь серую дымку увидел очертания вулкана, из жерла которого поднимался пар. Он находился на Драконьем Камне. Замок стоял под Драконьей горой, мрачный и неприступный. Он был построен из тёмного камня у входа в залив Черноводной. Сотни горгулий украшали стены замка, были так же василиски, адских псы, минотавры и виверны. Но они меркли в сравнении с драконами. Башня Морского Дракона была выполнена в форме дракона, который безмятежно взирал на море. Ветрогон представлял собой башню, где дракон вызывающе кричал. Даже Большой зал Каменного Барабана был вырезан в виде дракона, а двери были установлены так, чтобы те, кто входил в замок, проходили через его пасть. Таргариены хорошо знали и горе, и славу своего дома. Но каменные драконы меркнут в сравнении с живыми зверями. А здесь, на Драконьем Камне, вылупилось так много яиц: Вхагар, Мераксес, Вермитор и Сереброкрылая. Даже дикие драконы находились в Драконьей горе. Джон заметил, как кто-то бежит к башне Ветрогон. Это был худой маленький человек, закутанный в серые и чёрные одежды. Он метался и уворачивался от теней драконов. Волосы его были спрятаны под серой шалью, а на груди поверх серой туники висел коричневый кожаный мешочек. Издалека он напоминал Арью, такую же дикую и быструю. Джон бросился за ним, когда тот начал подниматься по лестнице башни. Он почувствовал магию ещё до того, как услышал рёв. Это была огромная сила, которую невозможно сдержать и по-настоящему укротить. Крыша башни была покрыта тенью огромных чёрных крыльев. Тень дракона была такой большой, что почти весь замок погрузился во тьму. Чешуя дракона была чёрной, зубы — длиннее двуручного меча. Большие чёрные глаза смотрели на девушку сверху вниз, словно бог, наблюдающий за жертвоприношением. Девушка развернула шаль, и Джон увидел её серебристо-золотистые волосы и фиолетовые глаза. Лицо её было молодым, но встревоженным. Она могла быть старше Арьи, но ненамного. — Пожалуйста. Отвези меня домой, — взмолилась девушка, и Джон понял, кто она. Эйрея Таргариен была первой и единственной в своём роде. Архимейстеры описывали её как своенравную и дерзкую, но она страдала от одиночества и чувствовала себя пешкой в игре своей матери и предполагаемых друзей. Её отец, Эйгон Некоронованный, погиб в возрасте 17 лет от рук своего дяди Мейгора Жестокого, недалеко от Божьего Ока. После этого мать оставила её на восемь лет, а затем увезла из Королевской Гавани в знак своего презрения к королю Джейхерису и королеве Алисанне. Эйрея ненавидела Драконий Камень и мечтала только об одном — сесть на дракона и улететь. Она хотела бороздить моря, и у неё были большие планы на будущее. Однако она выбрала не того дракона. Балерион отправился домой в Старую Валирию. Целый год король и Малый Совет тщетно пытались отыскать дракона и его всадницу. Когда она наконец вернулась, то была на грани жизни и смерти. Она сильно исхудала, её плоть прилипала к костям. Её одежда была изодрана, волосы спутались, а глаза кровоточили. Под кожей у неё двигались странные опухоли, они пытались прорваться наружу, сжигая её плоть и кожу, словно поедая её заживо. Эйрея просто хотела быть свободной. Почему боги были так жестоки? За что они обрекли молодую девушку на такие мучения? — Помогите мне, пожалуйста. Спасите меня! — кричала она. Но никто не спас Эйрею Таргариен. Дракон погубил ее. История дома Таргариенов полна трагических событий и кровопролития. Эйгон I был известен как Завоеватель, но его сын Мейгор отличался жестокостью и жаждой власти. Он стремился к полному господству над своей семьёй. В роду Таргариенов было много убийц и злодеев. Безумие и жестокость скрывались за привлекательной внешностью, унаследованной от валирийцев. Некоторые жертвы были воспеты в песнях — это рыцари и короли, погибшие на поле боя, а также наследники мужского пола, которые становились жертвами предательства. Но о женщинах никто не складывал песен. Хотя они и не сидели на Железном троне, но всё же проливали кровь. Джон подумал о Хелейне, которая видела, как её шестилетнего сына зарезали в отместку за очередное убийство родственников. Убитым был и Люцерис Веларион, мальчишка четырнадцати лет, а его мать Рейнира пережила гибель трёх своих сыновей во время Танца. Даже у королевы Алисанны за всю её жизнь умерло десять детей. Последняя из них, простодушная девочка Гейль, покончила с собой после того, как была соблазнена и родила мёртвого ребёнка. Но ни одна смерть не была столь ужасной и бессмысленной, как смерть принцессы Эйрии. Она была диким драконом, который лишь хотел быть свободным, как его храбрая младшая сестра Арья. Как бы я хотел спасти тебя, — думал Джон. — Как бы я хотел отправиться в Валирию и спасти тебя от гибели. Он бы построил для Эйрии крепкий корабль с четырьмя мачтами: квадратными и косыми парусами, бизанями — подходящий для долгих плаваний. Корпус и балка корабля были бы лучше, чем у «Охотника за Солнцем». Он бы натирал железную иглу магнетитом, указывая на Север, чтобы корабль смог плыть на запад от Вестероса по неизведанным водам Закатного моря. — Как ты смог бы спасти ее? — прошипел насмешливый голос. — Джон Сноу не сможет улететь в Валирию. Он проигнорировал Кровавого Ворона. Он спасет их всех, желая, чтобы однажды молодые девушки перестали умирать за грехи своей семьи. Что такое честь, если она не может защитить невинных? А потом он проснулся.

***

Джон встал в темноте, единственным источником света была почти полная луна. Он потянулся к Призраку и почувствовал, что белый волк в дюжине миль от него воет вместе со своим братом Серым Ветром. Они пировали мясом маленького оленя, радуясь, что больше не едят форель. Джон открыл клетку и сосредоточился. Ворон пронзительно закричал, но тут же вылетел в окно. Птица была куда менее приветлива, чем Призрак, но Джон мог мысленно смотреть глазами ворона несколько минут. Внизу стояли тысячи палаток, а армия Севера и Речных Земель разбила лагерь со всех сторон замка. Рядом с замком, за вращающимся водяным колесом на Западных воротах, были установлены деревянные барьеры высотой по пояс. Плотники соорудили три ряда скамеек, смотровую площадку с красно-синим балдахином посередине, чтобы защитить лордов и леди от дождя. Было воздвигнуто несколько павильонов, но Джона больше интересовали десятки более грубых палаток, сгрудившихся возле камня. Это были виноторговцы, оружейники и зажиточные купцы, привлеченные перспективами торговли. Более бедные торговцы скоро откроют лавки, чтобы торговать жареными сосисками, свежим хлебом и вареными яйцами. Игры начнутся через три дня. Уже сейчас в город прибывают рыцари, оруженосцы и лорды. Дамы тоже могут путешествовать, но только в сопровождении небольшого количества стражников. Это возможно благодаря относительному затишью, которое установилось в Речных Землях. Ходят слухи о тысячах пленников, которых держат в темницах, чтобы принести в жертву Чардреву. Однако барды поют о подвигах Джейме Ланнистера в битве, где он убил десятки рыцарей. Они утверждают, что Лев Ланнистер был побеждён обманом, а не в честном бою. Есть и более дикие истории. Например, о гигантской башне, которая, как говорят, извергает сталь прямо из пламени ада. Или о том, что лорд Талли был отравлен. Но никто не может точно сказать, кто стоит за этим отвратительным поступком — речные лорды, львы или волки. Нельзя отрицать, что лютоволки сражаются за Север. Это может означать, что дом Старков либо благословлён кровавыми богами Севера, либо полон мерзких оборотней. Ворон вернулся в замок, готовый ко сну. Прежде чем птица влетела в окно, Джон увидел свет свечи через каменный балкон солярия. Он знал, что это не мог быть Хостер Талли, и сомневался, что Эдмур проснулся бы. Он пошел искать брата. Джон застал Робба за изучением карты Речных Земель, уделяя особое внимание тому месту, где три Зубца Трезубца сходились с Речной дорогой. Джон снова наполнил чашу брата водой и подождал, пока тот закончит делать пометки на пергаменте. — Я не могу уснуть. Сегодня я ожидал Ланнистеров. Но они, конечно, не торопятся, — сказал Робб. Прошло уже больше недели с тех пор, как Лорда Маллистера отправили на восток. — Возможно, они уже здесь. Появились новые павильоны и палатки, и я не удивлюсь, если стража Ланнистеров прибудет раньше, — отметил Джон. Его брат провел рукой по своим рыжим волосам. — Русе Болтон утверждает, что турнир будет опасным. Территория будет полна информаторов, докладывающих в Королевскую Гавань и другим лордам. Джон не сомневался, что у повелителя пиявок есть и свои собственные шпионы, рыщущие по территории турнира. — Он прав. Шпионы могут быть спрятаны среди рыцарей и простых людей, посещающих игры. Но у нас двадцать тысяч человек, и замок будет надежно запечатан. И толпы тоже работают в нашу пользу. Мы можем освободить заключенных из темниц и отправиться на юг или на запад. — Мы получили воронов из Староместа, выражающих интерес к турниру. Но ничего из Долины. Тетя молчит, — сообщил Робб. — Возможно, это влияние Петира Бейлиша. Если он взял ее девственность, он может склонить ее на сторону Ланнистеров. — Моя леди-мать не верит словам Цареубийцы. Она все еще думает о Петире как о друге детства. Она просила Бейлиша помочь отцу в Королевской Гавани. Она говорит, что тетя Лиза послала ворона в Винтерфелл, чтобы рассказать о своих подозрениях по поводу Ланнистеров. — Важны действия, а не слова. Кто-то, возможно, Бейлиш, помог отцу попасть в черные камеры. И если леди Аррен действительно ненавидит Ланнистеров, она пошлет рыцарей Долины сражаться, а не писать письмо. — Согласен. Матушка сердится на тебя, — произнес Робб. Кейтилин Старк часто выражала недовольство, но на этой неделе её особенно расстроила доменная печь. Леди Старк настаивала, чтобы он подарил доспехи каждому из влиятельных домов Севера, особенно лорду Болтону и лорду Карстарку. Вместо этого Джон решил почтить Мормонтов и вместо старой кольчуги и цепи подарил им настоящий комплект доспехов: нагрудник, наплечники, более толстые с правой стороны, рукавицы, кисточки, поножи и шлем без забрала с Y-образным отверстием для глаз и рта. Мейдж Мормонт теперь была похожа на бронированного медведя и стала ещё более опасной. — Я остаюсь при своем решении — Мормонты были самыми верными союзниками дома Старк на протяжении тысячи лет, — настоял Джон. — И теперь они — лучшие бронированные бойцы дома Старк. — Я выковал доспехи и оружие для твоих самых преданных людей. В бою проявляется настоящая верность. Те, кто отважно сражался, заслуживают награды, — произнёс Джон. Никто из них не упоминул о том, что Рикард Карстарк и Русе Болтон ещё не участвовали в битвах. — Моя леди-мать считает, что ты благоволишь к медведицам по другим причинам. Разве ты не спаррингуешь тайком с Дейси, Лирой и Джори? — спросил Старк. — Робб, ты хотел, чтобы я занимался с оружием. Дейси – прекрасный боец, и она с сёстрами с удовольствием проводит спарринги в конце дня. К сожалению, в отличие от некоторых, я не могу всё время уделять тому, чтобы хвастаться перед мужчинами во дворе. — В конце дня…. Есть ли помолвка, о которой я должен знать? Малышка-медведица, которую назовут наследницей Медвежьего острова? — усмехнулся наследник Винтерфелла. — Дейси каждый день жестоко меня избивает. Её сёстры тоже владеют булавой в совершенстве. У меня достаточно синяков, чтобы это доказать. Если только ритуал ухаживаний у Мормонтов не представляет собой рукопашный бой, то я не думаю, что в ближайшее время женюсь, — сердито сказал Джон. Робб рассмеялся и решил больше не дразнить его. — Мормонты — преданные бойцы, и я рад, что ты вооружил их. Ты правильно рассудил. Но Джон, мне сейчас как никогда нужен твой совет. Меня беспокоит эта встреча. Ланнистеры коварны и умны. Я не боюсь сразиться с Тайвином Ланнистером на поле боя, но стол переговоров — это совсем другое дело. — У тебя есть моя поддержка. Но Тайвин Ланнистер не приедет в Риверран. Мы договоримся с его посланником до того, как Старый Лев скажет свое последнее слово. — А если он не сделает приемлемого предложения? — спросил Робб, приподняв брови. — Тогда мы будем сражаться. Как ты и говорил, дом Старк хорош на войне. Наши предки преклонили колено только драконам, а лев — не дракон.

***

Джон закончил утро густым, сливочным рагу из морепродуктов. Это было не совсем знаменитое блюдо Трех Сестер, островов к югу от Белой Гавани и к северу от Лунных Гор, но оно согрело его до костей. Речные крабы были заменены красными крабами, но в рагу были треска и моллюски в густых сливках и масле с луком-пореем, морковью и репой. Джон наслаждался простой, но сытной едой. Он был уверен, что пиры, которые стюарды готовили к турниру, не принесут большего удовлетворения. На прошлой неделе Джон был занят напряжённой, но продуктивной работой. Он проснулся на рассвете, умылся, быстро позавтракал хлебом и сыром, а затем отмерил топливо, железную руду и известняк для доменной печи. Вместе с Атласом и Четтом они обсудили вчерашнюю работу. Десятки нетерпеливых людей — мальчиков и девочек, присоединились к команде зимнего городка и помощникам Атласа, чтобы работать у печи и кузницы. Джон платил хорошее жалованье, оставляя себе лишь небольшую часть выручки от продажи стали. Он мог бы продавать сталь по высокой цене, но предпочёл сначала вооружить тех, кто верен дому Старк. Возможно, это изменится, но только после того, как Мормонты, почётная гвардия Робба и речники, желающие вернуть свои замки, будут лучше экипированы. Джон распорядился насчёт печи и кузнечных горнов и отправился навестить заключённых в темницах. Он общался с пленниками три раза в день: в середине утра, после обеда и вечером. Большинство из них не могли рассказать ничего нового — это были истории, известные многим: например, неприязнь Тайвина Ланнистера к своему наследнику Тириону или жестокость Джоффри Баратеона в Утёсе Кастерли. Мальчик, который терроризировал младших братьев и сестёр, обещал стать ужасным человеком. Неужели Нед Старк ничего не знал подводных камнях в помолвке Сансы? Или его дружба с Робертом ослепила его, и он не видел недостатков наследного принца? А теперь этот порочный ребёнок стал королём. Из всех недостатков Роберта Баратеона, возможно, этот был самым худшим: жестокий и злой наследник. — Сноу, эта броня не подходит, — пожаловалась Джори Мормонт. Стальная пластина свисала до бедер, и девушка хлопнула себя по груди. — Она слишком тесная и узкая. — Это не твое. Это для Дейси, твоей старшей сестры, — ответил Джон. — Неудивительно, что он слишком мал для моей груди, — сказала Джори, смеясь. Сестра Лира помогла ей снять нагрудник с толстой кожаной майки. — Тебе нужно приспособиться к кольчуге. Ты не можешь просто носить то, что тебе нравится, — предупредил он. Джори многозначительно ухмыльнулась. — Ты собираешься сам измерить мою грудь для брони? Джон закатил глаза. — Ланни, — девушка с каштановыми волосами бросилась к нему. На ней был тяжелый фартук, а вьющиеся волосы она завязала под серой тряпкой. — Пожалуйста, помоги Джори. Теон Грейджой усмехнулся. — Сноу, у тебя в кузнице работают девушки. Такой красавице место где-то в другом месте. — Большая часть работы делается с помощью энергии воды, а также полировки камней. Ланни умеет мерить и подгонять доспехи, а также шить кожаные пряжки, — произнёс Джон. — Может быть, ты поможешь мне с бриджами? Они слишком тесные, — Теон ухмыльнулся девушке. Ланни замерла и посмотрела себе под ноги. — Отстань, Грейджой, — с вызовом произнесла Лира. — Женщины способны сражаться лучше вас. А теперь они могут создать более прочную броню, чем та, что вы, кракены, используете. — Мы лучшие моряки, чем кто-либо. Суровые люди правят суровыми местами. Железнорожденные — прирожденные воины и налетчики, — хвастался Теон. — Лучшие моряки в мире не только грабят деревни, — фыркнул Джон. Он подумал об Элиссе Фарман на "Охотнике за Солнцем" и об экспедициях Корлиса Велариона на "Морском Змее". Они были величайшими исследователями Вестероса. — И в следующий раз, когда железнорожденные совершат набег на Медвежий остров, они обнаружат, что Мормонты в стальных доспехах могут сокрушить людей в железных цепях.

***

Джон покинул зал и отправился в подземелья. Он хотел посетить башню и поговорить с Ланнистерами — Джейме и Киваном. У младшего брата Тайвина не было собственных земель, но он обеспечивал пищей двести рыцарей и командовал тысячами воинов. Возможно, Киван не был таким хитрым, как Тайвин, но на поле боя нельзя недооценивать надёжного и стойкого последователя. Джон играл с Цареубийцей в кайвассу. Джейме подходил к игре так, как и ожидалось: он проявлял безрассудную смелость, которая казалась выигрышной стратегией, но в итоге приводила к поражению. Джон пообещал Джейме бутылку золотого арборского вина, если тот сможет его победить. Однако он никогда не рисковал проиграть это пари и даже налил несколько бокалов прекрасного летнего вина для рыцаря Ланнистеров. Джон надеялся, что Ланнистеры пойдут на справедливый обмен заложниками, однако он не питал иллюзий относительно мира. Тайвин сжёг Речные земли после того, как арестовали его нелюбимого сына. Старый Лев не забудет и не простит заточения своего любимого ребёнка и трёх унизительных поражений. В будущем между Старком и Ланнистером обязательно произойдёт конфликт — вопрос лишь в том, случится ли это через несколько недель или лет. Знание того, как Киван и Джейме ведут себя в бою, сослужит хорошую службу дому Старк в грядущих войнах. В тот же день Джон вел переговоры о выкупе с шестью пленными, тщательно изучая секреты, которые они предлагали. На это требовалось время, и большинство мужчин мало что могли сказать. Тем не менее, пока они не лгали, Джон отдавал им должное за их попытки. В комнату вошел седьмой, с маленькими, острыми, близко посаженными, зелеными глазами и грязными, светлыми волосами на большом, широком лице. — Ваше имя? — спросил Джон. — Рей, милорд. Я не могу заплатить семьдесят пять золотых драконов. — Я не лорд. Вы всадник, но не рыцарь. Какому дому вы служите? — Никакому, сир. Я сын мельника. Джон поднял брови. — Откуда у вас Рыцарское снаряжение? И кто научил вас драться на коне? — Мой дед был рыцарем, сир. Он служил Роджеру Рейну, Красному Льву. Мой отец бежал, спасая свою жизнь, и вместо того, чтобы быть убитым, купил мельницу. Мы продаем зерно от Серебряного Холма до Золотого Зуба. — Ваш дед умер в Кастамере? — Да, сир. Дедушка, бабушка и мои дяди. В шахтах со своим сюзереном. Тайвин Ланнистер отводил воду из реки в шахты Кастамера, топя рыцарей, женщин, детей и слуг. Барды в Западных Землях пели эту песню бесконечно. — Итак, какой секрет вы хотите продать? — поинтересовался Джон. — Я знаю, как Ланнистеры посылают продовольствие в армию. Они привозят припасы в Золотой Зуб, чтобы транспортировать их по Речной дороге. — Зачем им это делать? Проще было бы воспользоваться Золотой Дорогой. Она начинается в Ланниспорте и поворачивает на юг, избегая крупных замков в Речных Землях. Фургоны могли быстро и безопасно добраться до Харренхолла. — Да, Сир. Но Лео Леффорд — Лорд Золотого Зуба. Он человек хитрый и хочет получить как можно больше прибыли. Он отвечает за запасы Ланнистеров. Поэтому все зерно отправляется в Золотой Зуб и перемещается на восток. — Интересно. Вас зовут Рей? Что это за сокращение? — Рейнард, сир. — А, младший брат Роджера Рейна — твой тезка. Твоя семья все еще верна Рейнам. — Мой отец говорит, что Красный Лев был величайшим человеком, которого он когда-либо знал. Но это в прошлом. Я просто хочу жить. Я не хочу умирать ни в каком подземелье. Никто не знает как они умрут, — подумал Джон. — Ваш секрет очень ценен. Я уменьшу выкуп до тридцати пяти золотых драконов. И я предложу вам еще одну награду. Я хочу знать, как и когда будут доставлены припасы в Золотой Зуб. Если вы хорошо послужите, выкуп будет полностью прощен. И я также заплачу десять золотых драконов за любую информацию, которую сочту достаточно ценной, чтобы перерезать пути снабжения. — Армия покупает наше зерно. Но как мне сообщить вам, сир? У меня нет ворона. — Я буду освобождать пленников каждую неделю в течение следующих нескольких лун. Фургоны будут перевозить людей туда и обратно в Западные Земли. Найди одного из возчиков и дай ему записку. Мужчина сглотнул. — Да, сир. Но я не хочу больше видеть убийств. — Тайвин Ланнистер начал все это, напав на Речные Земли. И я хочу, чтобы это все закончилось. Вы не единственный, кто хочет вернуться к своей семье, — ответил Джон.

***

Джон вышел из замка, одетый в простую коричневую тунику с серым капюшоном на темных волосах. Люди снаружи шептались и показывали на доменную печь, и не видели, как Белый Волк следовал за своим хозяином. Джон оставил охранников Робба позади, и, хотя он наслаждался обществом Мормонтов, Маленького Джона и братьев Карстарк, они были искусны в бою, а не в скрытности. На поясе у него висел кинжал, но меча не было. Призрак опаснее любого меча. Десятки торговцев поставили палатки на территории к западу от Риверрана. Они продавали жареное мясо, фрукты, эль, вино, плащи, шляпы, точильные камни, глиняные и оловянные горшки и всевозможные другие товары. Жонглеры и барды бродили среди толпы, занимаясь своим ремеслом, так же, как и наемные убийцы и шлюхи. Джон поискал глазами столик, где продавались травы и лекарства. Сначала Джон не узнал Айшу. Травница была одета в простую коричневую домотканую шерсть, открывая стройную и привлекательную фигуру. Ее длинные прямые черные волосы были перевязаны не серой шалью, а черной лентой. Он следовал за ней на некотором расстоянии, пока она не вошла в большую палатку. Снаружи над дымящимся костром шипели сосиски, но внутри большая толпа наблюдала за труппой кукольников, сражающихся на мечах с двумя деревянными рыцарями — сир Дункан высокий против Лорда Лионеля Баратеона. Сир Дункан выиграл испытание боем. Джон улыбнулся. В песне рыцарь Блошиного Конца выигрывал все поединки. Джон купил несколько сосисок за медную монету. Руководитель труппы, крупный, толстый дорниец, поклонился толпе. Он совсем не походил на двух других, темноволосого веселого парнишку и высокую, стройную, черноволосую девушку. Женщина средних лет с каштановыми волосами попеременно то продавала коричневый эль в рогах, то усаживала платящих клиентов на стулья у входа. — Теперь, господа, мы расскажем великую историю войны между Волком и Львом, — торжественно объявил директор манежа. Три куклы Льва расхаживали по сцене, рыча и топча других животных. Высокомерные Львы объявили себя самыми могущественными из всех зверей и потребовали дани, пожирая тех, кто отказывался платить. Олень возразил, но благородного зверя повалили на землю и убили. Все было потеряно, пока величественный Серый Волк не напал на Львов, а большие кошки в страхе разбежались. Серый Волк торжествующе восседал посреди сцены. — А это был Серый Король, Повелитель Зимы, которого звали Старк, — произнес дорниец под охи и ахи восхищенной толпы. — Серый Король победил? — выкрикнул чей-то голос. — Увы, нет! — воскликнул директор манежа. — Львы согласились на переговоры. Куклы Волка и Льва сели за стол, но два другие Львы внезапно напали сзади, кусая и разрывая спину Волка. Толпа с ужасом смотрела на внезапный поворот. Раненый Серый Король пополз обратно на Север, оставив торжествующий львиный прайд праздновать победу над мертвым оленем. — Но на этом история не заканчивается, — продолжил дорниец. Высокая, стройная, темноволосая девушка принесла еще одну куклу — Белого Волка. — Был еще один, незаконнорожденный зверь, рожденный самим Неведомым. Одни говорят, что это существо звали Белый Клык, другие — что только колдуны и ведьмы Кварта осмеливаются произносить его истинное имя, чтобы их не утащили гореть в огненной печи. Но Белый Клык напал на Львов, когда они пировали, и убил их всех. Девушка-кукловод с готовностью манипулировала струнами, и Белый Волк заставил Львов подчиниться. Джон был впечатлен ее ловкостью и мастерством, но не куклой-волком, которая совсем не походила на Призрака. Глаза и зубы — все было не так. — Что же дальше? — спросил мальчик. — Белый Клык узурпировал права своего брата? — Серый Король умер? — А другие Львы хотели отомстить? — Белый Клык станет королем? Или олени убьют его? — Вам придется узнать об этом позже, на следующих представлениях, — сказал дорниец с загадочной улыбкой, когда они с женщиной убирали палатку для следующего представления. Джон остался в тени, когда толпа ушла, гудя о том, что они увидели. Айша тоже осталась и помогла директору манежа упаковать кукол, пока пожилая женщина собирала монеты. Джон подошел к худощавому, темноволосому кукловоду. Даже стоя на коленях, она казалась выше большинства девушек. — Милорд? — спросила она с полуулыбкой. — Ты прекрасно управляешь с куклами. Как тебя зовут? — поинтересовался Сноу. — Ансель, милорд, — сказала она с легким реверансом. — А женщина, которая разговаривает с директором манежа — вы знаете ее имя? — спросил он. — Тиша, милорд. Мой отец знал ее десять лет назад. После восстания Роберта он совершил большое путешествие со своей труппой, проделав весь путь от Дорна до Западных Земель. Я тогда была совсем крошкой, но она заботилась обо мне какое-то время. — Прошу прощения, сир, но нам нужно убрать палатку для следующего представления, — сказал толстяк. Белый лютоволк просунул голову в палатку, жадно принюхиваясь. Джон вздохнул, купил еще дюжину сосисок на несколько монет и скормил их счастливому Призраку. — Прошу прощения, милорд. Мы не хотели вас обидеть, — дорниец запнулся, его оливковая кожа стала бледнее, чем у Сансы. Остальные члены труппы уставились в землю, а Айша встала, защищая мужчину и женщину. — Незаконнорожденный зверь, рождённый Неведомым? — улыбнулся Джон. — Не обижайся, но волк моего брата — Серый Ветер, а не Король. А это Призрак, — белый волк взглянул на своего подопечного и, заскучав, снова повернулся к сосискам. — М'лорд, мы простые артисты. Рассказы о вашей ненависти к Ланнистерам и огненной печи рока были распространены другими, — мужчина сглотнул. — Мне любопытно. Когда вы путешествуете в другие королевства, что вы показываете? — спросил Джон. Толстяк выглядел виноватым. — Ну, в Западных Землях Львы побеждают. В Просторе они любят сказки о рыцарстве и рыцарях — Флориан Дурак и его возлюбленная Жонкиль. В Штормовых Землях мы поем о победе на Рубиновом броде. В Дорне Солнце торжествует над всеми. — А на Севере? — Север такой далекий и холодный, и у них нет ни турниров, ни ярмарок, — поежился мужчина. — Да, мы просто идем на Юг убивать Львов. Возможно, однажды вы придете на Север, — произнес Джон. Он достал из кошелька двадцать серебряных монет и протянул пожилой женщине. — Это было великолепное представление, и ваши куклы хорошо вырезаны. Хотя у Призрака красные глаза, и с его зубов не капает кровь. Если вы это исправите… — Благодарю вас, м'лорд, — сказал мужчина. — Я смогу нарисовать его лучше, сир. Теперь, когда я увидела лютоволка, это будет легко, — закивала Ансель. Призрак понюхал воздух, но Джон не мог сказать, нюхал ли он ее руку или искал еще сосисок. — Мейстер Сноу, вы не обиделись? Они могут продолжать играть эту пьесу? — с надеждой спросила Айша. — Слова не имеют значения. Нет, меня это не беспокоит. Удачи вам всем, и я надеюсь, что толпы во время турнира будут в изобилии. Я пожалуй возьму еще порцию сосисок — уверен, что Серый Ветер с удовольствием съест их, — сказал Джон, выуживая еще несколько медных монет.

***

Джон направился в замок с угрюмым мрачным волком. Джон завернул две дюжины сосисок, намереваясь, чтобы Призрак поделился ими со своим напарником в замке. Запах мясного сока просочился сквозь ткань, и Призрак облизнул зубы в нетерпеливом предвкушении. — У тебя их уже больше дюжины, — проворчал Джон, потирая голову белого волка. Айша выбежала из палатки и догнала его. — Мейстер Сноу. Спасибо за понимание. Мои друзья не хотели ничего плохого. — Неважно. Лучше быть пугающим, чем испуганным. Хотя я не знаю ни колдунов, ни ведьм, но полагаю, что большинство людей из Речных Земель не смогли бы отличить Дорн от Кварта, — пошутил он. — Вы же меня знаете. Я — травница, — сказала Айша. С длинными, черными волосами и в коричневом платье она была похожа на молодую крестьянку на ярмарке. — Когда я впервые встретил тебя, я подумал, что тебе, должно быть, лет сорок, с серой шалью и сутулой спиной. Но ведь ты не так уж стара, правда, Тиша? Она замерла и задрожала, как лань, готовая убежать от охотников. Ее руки обхватили грудь, как будто тонкие руки могли каким-то образом защитить ее от жестокого мира. — Что вы знаете? — Немного. Ты пришла из Западных Земель. Ты молода, и даже если у тебя есть сын двенадцати лет, тебе не может быть больше тридцати. Кто-то очень богатый дал тебе книгу о травах. Но кое-что я могу предположить. — И что же вы думаете, мейстер? Джон огляделся, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. Они подошли к воде, где шум течения был слишком громким, чтобы их можно было услышать. Река охраняла Север, и Призрак мог отогнать любого незваного гостя с юга. — Герион — Ланнистер, не так ли? Вот почему ты сбежала в Речные Земли. Ты — простолюдинка. Они угрожали убить тебя? — предположил Джон. Глаза Тиши похолодели, и она уставилась поверх бело-голубой воды камня. — Они сделали гораздо больше. Лучше бы они меня убили. Но я жила ради своего ребенка, — женщина остановилась, и на какое-то мгновение Джон испугался, что она бросится в реку, но Айша или Тиша была сделана из более прочного материала. — Что вы будете делать, сир? Расскажете Герри? — Это твой секрет. Ты хочешь отомстить Ланнистерам? — Я хочу быть в безопасности, знать, что Герри не причинят вреда и не заберут у меня. Джон почесал в затылке правой рукой. — Конечно, Ланнистеры не причинят вреда своей собственной крови. Даже они не причинят вреда бастарду. — Герион не бастард, — сказала она, ее глаза были одновременно злыми и печальными. — Пожалуйста, вы не знаете, на что способны Ланнистеры, на что способен Тайвин Ланнистер. Он чудовище, и я не хочу, чтобы он приближался к моему сыну. — Клянусь честью моей семьи хранить твою тайну, Айша. Я никому не скажу, — произнес Джон. — Спасибо, мейстер. Вы хороший человек. Как я могу отплатить вам? Джон пожал плечами. Он сомневался, что он хороший, но не хотел обременять ее еще большим беспокойством. Она и так достаточно настрадалась. — Мне любопытно кое-что узнать. Как ты покинула Западные Земли? Разве за границей не следят внимательно? — Золотой Зуб охраняет Речную дорогу, а Глубокая Нора смотрит на Золотую дорогу, но есть несколько проходов через горы. Я могу показать вам, но пересечь этот путь нелегко. Небольшая труппа ряженых может сделать это, если они хотят избежать Зуба. Джон задумался, какой же путь ведет в Западные Земли. И Зуб, и Золотая дорога находились в ста пятидесяти милях к западу и югу соответственно. Дорога будет более удобной для лошадей и повозок, но Ланнистеры легко их заметят. Зуб был небольшим замком, но возвышался на границе. И это было достаточно близко к Эшмарку и Сарсфилду, чтобы любая осада столкнулась с опасностью со стороны других знаменосцев Ланнистеров.

***

В тот вечер Джон и Робб ужинали в солярии лорда Талли вместе со своими лютоволками, которые улеглись у камина. Серый Ветер съел больше, чем положено, но его брат не жаловался. Оба волка спокойно отдыхали, нормально для Призрака, но необычно для буйного серого волка. Робб ел форель, поджаренную с беконом, а Джон — густую ячменную похлебку с говядиной. Блюдо с намазанной маслом свеклой стояло на столе рядом со стопками писем и потрепанными незажженными свечами. Эдмур Талли пришел сегодня вечером, чтобы поговорить о турнире, который начнется через два дня. Теперь он улыбался еще шире, взволнованный предстоящим зрелищем. Эдмур отрастил огненно-рыжую бородку и в своем тонком шерстяном камзоле цвета Талли, украшенном прыгающей серебряной форелью, выглядел настоящим наследником Риверрана. Дверь в солярий была открыта, чтобы лорды и рыцари могли поговорить с двумя братьями. Эдмур назначил своего друга Марка Пайпера мастером игр. Джона больше интересовали новости от братьев Мандерли, которым Робб поручил следить за незнакомцами и неизвестными рыцарями. Речники вызвались патрулировать территорию, чтобы обеспечить строгую безопасность, хотя люди Блэквуда и Бракена были разделены. Оливар Фрей открыл дверь, сопровождая взволнованного молодого Маллистера. — Лорд Старк, люди на восточной стене заметили знамена моего отца всего в нескольких милях отсюда, — сообщил сир Патрек. — Хорошо, они вернулись. Это значит, что посланник Тайвина где-то рядом, — сказал Робб. Он был встревожен, но ему не терпелось начать переговоры. Бринден Талли вошел в комнату вместе с сестрой. — Лорд Старк, мы заметили приближающиеся знамена. С запада и юга. — С запада и юга? Кто приближается с Запада? — поинтересовался Робб. — Золотой лев на алом поле. И другие, которых мы не видим в сумерках, — ответила Леди Кейтилин. В покои ворвались Титос Блэквуд и трое его сыновей. — Милорд, с севера пришло множество людей. — Вы думаете, что на нас напали? — встревожился Бринден Блэквуд. Робб покачал головой. — У нас двадцать тысяч хорошо отдохнувших людей, а в замке полно еды и припасов. Даже дурак воздержался бы от нападения на нас. У Тайвина Ланнистера максимум тридцать тысяч человек. Здесь ему не победить, — он помолчал секунду. — узнайте больше у людей на стенах. Дядя Эдмур, ты должен встретиться с Лордом Маллистером, когда он вернется. Мама, нам нужно подготовиться к приему гостей. Робб подождал, пока солярий опустеет, оставив только двух братьев и их зверей. Он приказал Оливару стоять на страже у закрытой двери и следить, чтобы никто не подслушивал. — Джон… Джон Сноу кивнул. Он открыл клетку, висевшую в углу, и выпустил в окно черного ворона. Ворон летел неуклюжим кругом, пока Джон не сел и его глаза не стали молочно-белыми. Джон направил птицу на юг, пролетая над стенами из песчаника. Он увидел несколько дюжин всадников со знаменами из Простора — золотой рог изобилия, рассыпающий фрукты на белом поле, окаймленном желтым, белое солнце, шеврон и апельсин, и яблоки на желтом, как красные, так и зеленые. Интересно, был ли в группе Оуэн Фоссовей? Птица повернула на запад. Небольшой батальон вооруженных людей приблизился с белым флагом переговоров. Символ золотого льва был первым, но было также оранжевое горящее дерево на дымном поле и золотая куча на небесно-голубом поле с золотым солнцем слева. Он направился на север. Группа была наименьшей по численности, но состояла из крепких мужчин верхом на косматых пони. Все символы были вариациями на одну тему — серебряная коса на черном поле. Человек впереди был облачен в доспехи с огромными наплечниками и ехал под косой, украшенной павлином. Наконец ворон повернул на восток, к морю золотых львов с гордо развевающимися знаменами. Сотня солдат в кольчугах ехала под знаменами Ланнистеров, сопровождая рулевую рубку. Джон позволил ворону отдохнуть на вершине сосны. Сноу повернулся к брату. Два лютоволка беспокойно расхаживали по солярию. — Враги на западе, враги на востоке. Южане родом из домов Мерривезер, Эшфорд и Фоссовей. Люди с запада идут на переговоры — дом Марбранд, дом Леффорд и дом Ланнистер. Должно быть, они прибыли из Золотого Зуба. С севера — железнорожденный дом Харлоу, но несколько кадетских ветвей. А с востока — это все Ланнистеры. — Ты видишь посланника? — Солдаты сопровождают карету, — Джон расслабился и приказал ворону подлететь поближе. Там сидело несколько человек — пожилой мужчина в красном плаще поверх кольчужной рубашки, худой черноволосый мужчина с редкой щетиной и застенчивый тощий мальчик с редкими волосами. Взгляд Джона был прикован к карлику с короткими ногами, выступающим лбом и разноцветным глазами. Некоторые пряди были настолько светлыми, что казались почти белыми, но в сумерках волосы казались белокурыми и каштановыми. Низкорослый человек уставился на замок напряженным, неуютным взглядом. — Тирион Ланнистер. Он представитель Тайвина, — сказал Сноу.

______________________________

Заметки Автора: «Парабеллум» — это не просто третий фильм о Джоне Уике. Это ещё и латинское выражение — si vis pacem, para bellum, что означает «если хочешь мира, готовься к войне». Однако неясно, кто из римлян произнёс эти слова. Кроме того, «Парабеллум» — это также девиз немецкой оружейной компании, которая производит пистолет Люгер Парабеллум. История Эйреи Таргариен берёт своё начало в книге «Пламя и кровь». Это грустная история, но такова уж жизнь. «Охотник за Солнцем» — это корабль, построенный Элиссой Фарман. Она хотела отправиться на нём на юг и запад. Насколько мне известно, его конструкция основана на флагманском корабле Фердинанда Магеллана «Тринидад». К 1300 году нашей эры в Европе стали использовать компасы. Неизвестно, были ли они изобретены европейцами самостоятельно или же заимствованы у китайцев, которые, как известно, умели делать магнитные иглы из железа уже к 200 году нашей эры. Китайцы поначалу использовали компас для гадания, а не для навигации, и только к 1100 году нашей эры начали применять его для определения направления. Вероятно, точность компаса была недостаточной. Морской Змей — это прозвище Корлиса Велариона, а также название его флагмана. Он доплыл до И-Ти, и это очень интересная фигура. Однако у него не было дракона, так что его путешествие было не совсем удачным. Доспехи леди Мейдж Мормонт изготовлены из пластин, которые закрывают её тело до пояса. Однако ей не хватает защиты для ног, хотя кисточки на доспехах прикрывают верхнюю часть бёдер и ягодицы. Если правильно установить пластины, то можно свободно двигаться в них, так как вес хорошо распределён. Одним из главных преимуществ пластин перед кольчугой является то, что они поглощают силу удара на большей площади поверхности. Это позволяет снизить силу удара. Пластинчатая броня Джона также делает их неуязвимыми для всего, кроме удачных арбалетных выстрелов. Y-образный и Т-образный шлем также обеспечивают хорошую защиту, хотя глаза остаются открытыми. У Мормонтов и охраны Робба теперь есть стальные щиты, но Джон всё ещё находится в процессе увеличения производства в своей печи. Кукольный спектакль — это знак уважения «Рыцарю Семи Королевств». Сир Дункан Высокий спасает Тансель, дорнийскую девушку, от Эйриона, довольно неприятного принца, такого же плохого, как Джоффри. Ансель названа в честь своей прабабушки. В этой истории с куклами есть доля преувеличения, но репутация Джона страдает от его роли в тюремных выкупах. Тюремщики не пользуются популярностью в песнях. Молодой Волк остаётся смелым героем для масс. Хотя Робб всегда был более лихим лидером, чем Джон, его плохие стратегические решения начали ухудшать ситуацию.