Волчий Мейстер

Робб приказал, чтобы на протяжении турнира посетители могли входить и выходить из Риверрана через одни ворота. Повозки с элем, припасы и слуги, привозившие животных для заклания, всё ещё двигались под присмотром стражи через водяные ворота на севере и южный мост через Красный Зубец. Однако посетителей пускали только через Западные ворота. В то утро, когда мост был забит людьми, большая толпа простого люда и знати наблюдала за суетой. Десятки лордов и рыцарей подали прошения о входе в Риверран, среди них были Тирион Ланнистер и другие жители западных земель. Со стороны замка Робб стоял рядом с Джоном, которого поддерживал почётный караул, Чёрная Рыба и Эдмур Талли. Меч Робба оставался в ножнах, но северные воины окружили стены замка с луками и копьями наготове. — Ты понимаешь, как работает право гостя, Ланнистер? — спросил Робб Старк нетерпеливо. — Но почему я должен клясться тебе в праве гостя, мальчик? Это замок Талли, — усмехался Тирион. Он тянул время, а Бес и его спутники, за исключением оруженосца, все были в кольчугах и с мечами в руках. Капитан Ланнистеров и меч Тириона стояли рядом с ним, перед другими вестеросцами и людьми из Простора и Железных островов. — Вы здесь, чтобы вести переговоры с лордом Старком. Его войска прорвали осаду и захватили пленных, поэтому, пока вы здесь, вашим господином будет лорд Старк, — сказал Черная Рыба. По его тону было ясно, что он предпочёл бы, чтобы его пребывание в Риверране было недолгим. — Лорд Робб также внук Хостера Талли. Дом Старк присоединился к дому Талли в спонсировании этого турнира, чтобы отпраздновать жизнь моего отца, — добавил Эдмур. — Ах, да. Великий Лорд Талли. Это так прекрасно, что мы чтим его великие достижения. Хорошо, клянусь исполнять право гостя, — протянул карлик. Слуги вышли вперед с тарелкой соли и хлеба. Тирион снял свои стальные перчатки, и пока он жевал хлеб, его оруженосец ослабил нагрудник и начал расстегивать позолоченные стальные доспехи. Ланнистер с облегчением вздохнул, сбрасывая наручи. Управляющий замком раздал еще тарелки с едой, и Джон не спускал глаз, чтобы убедиться, что все съели по кусочку хлеба. — Любой, кто хочет войти в Риверран, должен разоружиться. До тех пор, пока вы не нападете на моих людей или на кого-либо в замке, на вас никто не нападет, и я буду защищать вас от любой беды. В этом я клянусь честью моего дома перед Старыми и новыми Богами, — объявил Робб. Рыцарь с курносым носом и жёлтыми волосами, стоявший в нескольких шагах от Тириона, усмехнулся, но всё же передал своему оруженосцу шлем и меч с изображением льва на рукояти. Он начал снимать с себя позолоченную кольчугу, и остальные рыцари из Простора последовали его примеру. Мужчины снимали щиты и мечи. В то утро рыцари из Простора были одеты в хорошо подогнанные кольчуги с короткими рукавами, доходившими до середины бедра. Хотя кольчуга была доступнее пластинчатых доспехов, качественная кольчуга требовала значительных затрат на производство, как по количеству используемой железной проволоки, так и по уровню мастерства кузнеца. Это было, конечно, дороже, чем те некачественные доспехи, которые носили железнорождённые для защиты. Железнорождённые не занимались ни земледелием, ни кузнечным делом. У них было железо, но не было стали. Это объясняло, почему железнорождённые проигрывали войны с тех пор, как Харрен Чёрный был сожжён заживо. Единственным исключением был молодой рыцарь, который под чёрно-серебряным плащом носил доспехи. Он также отказался отдать свой меч. — Я не отдам свой фамильный клинок, — говоривший был высоким, черноволосым мужчиной с сильными руками и длинным, суровым лицом. Меч был вложен в ножны, но Джон видел навершие из лунного камня и искусную гарду, словно морские существа, извивающиеся на золотых волнах. — В Риверране нельзя носить оружие, — настаивал Робб. — Сумрак — это мой меч. Мой лорд-кузен подарил его мне, когда я был посвящен в рыцари, и клинок никогда не покидал моего поля зрения, ни когда я плавал, ни когда я спал. Джон никогда не видел валирийского меча, кроме Льда. Архимейстер Фаргуд утверждал, что в Вестеросе осталось двести двадцать семь клинков из валирийской стали, однако с тех пор прошло немало времени. Джон знал менее двадцати таких клинков, и половина из них была давно потеряна, такие как Черное Пламя и Темная Сестра. — Сумрак должен принадлежать дому Грейджоев. Далтон Грейджой был первым, кто завладел им, — заметил Теон. — И ваш дом потерял его, племянник, когда умер Красный Кракен, — ответил ему мужчина. — Как вас зовут? — спросил Робб. — Сир Харрас Харлоу из Серого Сада, — представился тот. — Как железнорожденный стал рыцарем? — поинтересовался Большой Джон. Железные острова были известны не рыцарством, а пиратскими набегами и жестокостью. Харрас Харлоу пристально посмотрел на Лорда Амбера, прежде чем ответить. — Меня отправили оруженосцем в семью моей матери, дом Серрет. Меня посвятили в рыцари после победы на турнире. И в наши дни можно встретить настоящих рыцарей, которые дорожат своей честью. Однако гораздо больше тех, кто получил этот статус благодаря своему богатству, связям или не совсем честным методам. Примером тому может служить сир Райман Фрей и его братья. Но получить рыцарское звание за боевые подвиги — совсем другое дело. Барристан Селми стал рыцарем, выбив из седла Дункана Высокого во время рыцарского поединка. Бринден Талли удостоился рыцарского звания за отвагу в войне Девятигрошовых королей. Джейме Ланнистера посвятил в рыцари сир Эртур Дейн за то, что он сразился с Улыбающимся Рыцарем. Рыцарь Серого Сада, вероятно, относился к последней группе. Обладая валирийским клинком, он был бы опасным противником в любой битве. — Можно взглянуть на ваш клинок? — спросил Джон. Сир Харрас кивнул и вытащил Сумрак из кожаных ножен, украшенных косами и павлинами. Сталь была темной и дымчатой, с волнистым рисунком, похожим на слезы или капли текущей воды. Сумрак был длинным мечом, не таким большим, как Лед, но это было прекрасное оружие, и оно привлекало множество восхищенных взглядов. — Я понимаю, почему вы хотите сохранить такое сокровище, — начал Робб. — Но… — Сир Харрас, вы следуете вере в Семерых? Я думал, Бейлон Грейджой запретил эту веру на Железных Островах, — полюбопытствовал Сноу. — Да, но до этого у моего кузена Лорда Харлоу были септоны в Десяти Башнях, которые заботились о его книгах, а моя мать боготворила Семерым. Я принял обет, помазанный семью маслами, и стоял на страже в септе, — сказал Харрас. — Поклянетесь ли вы богами, что не будете использовать оружие в замке, кроме как в целях самообороны? — Лорд Старк, я клянусь в этом верой в Семерых и домов моего отца и матери, что буду чтить ваше право, — согласился сир Харрас. — Я не надену доспехов и не раню человека, который не нападет на меня. — Тогда я согласен, сир Харрас. Коренастый Ланнистер с большим квадратным подбородком выглядел недовольным этим решением. — Когда мы сможем увидеть пленников? — А вы кто? — спросил Робб. Тирион Ланнистер шагнул вперед. — Лорд Старк, позвольте представить вам моих спутников... — Я не твой спутник, Тирион. Я сир Давен Ланнистер и вместе с моими кузенами я приехал с Запада чтобы увидеть пленников, — произнес высокий блондин. — Вы здесь из-за оруженосцев, — понял Джон. — Да, лорды Запада хотят убедиться, что они вернутся целыми и невредимыми. Мой кузен Джейме говорит, что они не пострадали. Я надеюсь, что это правда, — воинственным тоном произнес Давен, глядя на Джона ярко-карими глазами. — Приберегите свои угрозы для кого-нибудь, кому не все равно. Оруженосцев охраняют в доме у Северных врат. Они будут отданы вам, как только мы получим выкуп. Остальные заключенные в темницах, за исключением, конечно, ваших дядей и кузенов, — сказал Сноу. — А теперь о моих спутниках, — беззаботно произнес Тирион, словно его и не прерывали. — Это мой оруженосец, Подрик из дома Пейнов. Это капитан стражи, Виларр из дома Брум. Эти верные люди — преданные слуги дома Ланнистеров, — как торговец, он протянул правую руку большой компании хорошо вооруженных красных плащей, числом более восьмидесяти, а может быть, и сотни. Этот жест странно напоминал дорнийского смотрителя манежа. — А это Бронн из дома... — Вы не знаете этого дома, милорд. Дерьмовая дыра в деревне, — сказал черноволосый, волосатый мужчина. Его меч был уродлив, но Джон не сомневался, что поклявшийся щит Тириона хорошо сражается этим оружием. — Мы тоже хотели бы представиться, — шишковатый, носатый мужчина с растрепанными оранжевыми волосами и эмблемой рога изобилия, высыпающего виноград, яблоки, лук и репу. Джон подумал, возможно, это может быть Рыцарь Фруктов и Овощей. — Я Сир Оуэн Мерривезер. Это Сир Роберт и Сир Андро Эшфорд. А это Фоссовеи, Сир Брайан, Сир Эдвид и... — Мейстер Сноу, рад тебя видеть, — просиял Оуэн Фоссовей с широкой улыбкой на квадратном лице и курносом носу. На нем была коричневая туника с красным дублетом, подпоясанным высоко на талии. Его простая одежда выделялась среди изысканно одетых рыцарей, но его веселье было искренним по сравнению с другими просторцами. — Оуэн, что ты здесь делаешь? Почему ты не в Цитадели? — спросил Джон. — Лорд Фоссовей решил, что мне будет полезно вернуться в Сидрхолл. Кроме того, я взял с собой в дорогу нашего управляющего Арслана, — ответил Фоссовей. Красивый мужчина со светлыми, коричневыми волосами лет двадцати, улыбнулся и слегка поклонился. Он был довольно молод для такой ответственной должности. Сир Харрас откашлялся. — Мои люди — все они с Харлоу. — Добро пожаловать, господа. Завтра вечером турнир начнется с пира. Вы можете посетить замок, и я предложу вам мясо и питье. Я обещаю вам честное обращение и гостеприимство, клянусь честью Старка, — объявил Робб, и северяне расступились, пропуская их в замок. Тирион, за которым следовали Бронн, Подрик Пейн и Виларр с дюжиной Ланнистеров-охранников, шагнул вперед по мосту.

***

Посетители шатались от жара, исходившего от доменной печи. Горячее пламя, желто-оранжевое с белыми прожилками, вырывалось из вершины двадцатифутового сооружения. Кирпичи пылали адским светом, и целая команда мальчишек и девчонок носилась вокруг, собирая готовые слитки на склад, чтобы выколотить их молотками или отполировать камнями. Мормонтские воины меряли и одевали, примеряя стальные нагрудники, шлемы и перчатки. — Что это, во имя семи преисподних? — спросил разинувший рот Давен Ланнистер. — Это что, печь? Но как она может быть такой высокой? — задал вопрос Тирион. — Джон, ты разгадал загадку стали, как и сказал Конклаву, — Оуэн подошел поближе и показал стюарду и другим южным рыцарям водяное колесо и то, как оно связано с молотами и мехами. — Да, это доменная печь, и она производит расплавленную сталь. Архимейстер Норрен ошибался. Не нужна более высокая температура, нужно больше воздуха, — сказал Джон, махнув рукой трудолюбивой команде. Четт и Клайдас едва подняли головы, так поглощенные тем, чтобы производственная линия продолжала гудеть. — И когда же вы это построили, мейстер? — почтительно произнес Харрас Харлоу. — Мы закончили печь восемь дней назад. С тех пор мы производим сталь, — ответил Джон. — Мейстер Сноу дарует доспехи победителю поединка в рукопашной схватке, — объявил Эдмур Талли. — Доспехи? Не такой уж большой приз. Полагаю, дом Талли может позволить себе только оружие и рыбу, — усмехнулся Тирион. — Ты не видел доспехов, Ланнистер. И, может быть, он не позолочен сусальным золотом и не украшен маленькими кошечками на плечах. Но я могу заверить, что он может блокировать стрелы и мечи, а также все, что придет к нам из Утеса Кастерли, — уверенно произнес Черная Рыба. — Сомневаюсь. Мой отец нанял мастеров-оружейников из самого Квохора. Их мастерство в ковке не имеет себе равных в Семи Королевствах. Они знают тайны перековки валирийской стали. Они не куют доспехи, они делают произведения искусства. — Мы видели, как хорошо эти произведения искусства выдерживают в бою. Они не помогли вашим людям в последние три раза, — отметил Робб. — Три поражения — не конец войны. — Нет, но три победы лучше, чем три поражения, — парировал Старк. — Я хотел бы повидать своего брата Джейме, но также хотел бы встретиться с вашими советниками, возможно, за ужином, — сказал Тирион. — С моими советниками? Зачем тебе встречаться с ними, Ланнистер? — Ты — Молодой Волк. Конечно, ты прислушиваешься к советам более старых и мудрых людей. В конце концов, ты можешь знать, как размахивать мечом и дуть в боевой рог, но война это не только сражения и засады, — произнес Тирион с улыбкой. — Я веду переговоры от лица всего Севера. Как наследник Винтерфелла, я говорю от имени своего отца, Верховного Лорда, — сказал Робб, стиснув зубы. — Я не уверен, что Старки надолго останутся верховными лордами. Ведь измена — это серьезное преступление, — низкий рокот гнева пронесся по рядам северян. — И кроме того, я здесь представляю Железный Трон. Послание Железного Трона должно быть услышано вашими знаменосцами. — Ты представляешь Джоффри Уотерса, ублюдка, рожденного от кровосмешения, — рявкнул Старк. — Ваше единственное доказательство — обвинение Станниса Баратеона, едва ли заслуживающее доверия. Джоффри сидит на Троне. И я уверен, что лорды Севера хотели бы услышать, что корона предлагает дому Старк. В конце концов, вы обязаны своей властью своим лордам. — Лорд Винтерфелла правит Севером. Лорды присягнули Роббу как наследнику. По какому праву вы должны говорить от имени короны? — спросил Джон. — Мой отец, Тайвин Ланнистер, Десница короля и отец вдовствующей королевы. Король Джоффри последует его совету. — Джоффри Уотерс может подчиниться Тайвину, но не вам. Робб говорит от имени нашего дома. Но у вас нет полномочий вести переговоры, не так ли? — Мой отец прислушается к моим словам. — А он согласится? Я говорил с вашими знаменосцами. Говорят, что Тайвин хотел утопить вас при рождении. И что если бы он мог обменять твою голову на Джейме, то сделал бы это не задумываясь, — приподнял бровь Джон. — Возможно, это и так, но я здесь как его представитель. — Вы здесь в качестве посыльного. Вы выслушаете наши требования и передадите их Лорду Тайвину. Он примет или отвергнет наши предложения, а не вы. — Ланнистер, ты можешь поговорить за обедом, а потом мы обсудим наши условия наедине, чтобы ты мог передать их своему отцу, — сказал Робб. — Благодарю вас за доброту, — Тирион насмешливо поклонился.

***

Робб подождал, пока за ним закроется дверь, и повернул пылающее лицо к брату. — Маленький засранец. Кем он себя возомнил, чтобы издеваться надо мной? Он приехал сюда что бы заявить, что я зеленый мальчик, которому нужно бежать к моим лордам за их одобрением? — Тирион Ланнистер пытается проникнуть тебе под кожу. Он хочет разозлить тебя, — сказал Джон. — Что ж, он преуспевает, — с досадой сказал Старк. — Он умный человек, но, кроме ехидных замечаний, он мало что может сделать. На самом деле, я недоумеваю, почему он вообще здесь, — ответил Джон. — Что ты имеешь в виду? — В обмен на сына и брата Тайвин Ланнистер одобрит любой вариант. Он не явился сам, но ему нужен только посыльный. Зачем посылать сына с сотней стражников? — Причина в гордости Ланнистеров. Он хочет казаться сильным, даже если он проиграл битву. — Сила исходит из побед, а не из размера сил. В противном случае Простор был бы самым уважаемым королевством. А что касается просторцев и железнорожденных, я тоже недоумеваю, почему они здесь. — Ты не думаешь, что Харлоу, Мерривезеры и Фоссовеи приехали сюда на турнир? — Ты можешь восхищаться Хостером Талли как своим дедом, но какое дело железнорожденному или просторцу до Талли? Оуэн Фоссовей — хороший человек, и как друг, чтобы разделить кружку эля или сидра, нет ничего лучше. Но он не боец. Он должен быть в Цитадели. И почему его управляющий здесь? В Просторе стюарды следят за замками и фермами, а не за турнирами и оружием. — Меня тоже интересует этот рыцарь Харлоу. Как ты думаешь, он несет послание для Теона? — спросил Робб. — Возможно, хотя если это так, это было бы глупо. Если бы я был железнорожденным, пытающимся связаться с Грейджоем, я бы просто подкупил шлюху. Прогулка по замку в качестве единственного железнорожденного рыцаря привлекает внимание. Наверняка у этого Харраса Харлоу другие мотивы, иначе он просто дурак, — заметил Джон. — Ты всех подозреваешь, Джон. Я удивлен, что ты не следишь за мной, — пошутил Робб. — Может быть. У меня могут быть шпионы, присматривающие за тобой, — пошутил в ответ Сноу. — Что ж, Ланнистеры довольно скоро раскроют свои намерения. Что касается Харлоу и Простора, то мне надо узнать о их целях побольше.

***

Джон вышел из солярия и вернулся во двор. Снаружи, под любопытными взглядами посетителей и обывателей, его команда, обливаясь потом от жары, работала над стальными щитами и нагрудниками, чтобы экипировать Мормонтов. Трое Фоссовеев были там со своим управляющим, с интересом разглядывая печь. Другие солдаты наблюдали, в том числе и те, кто сражался с бронированными медведицами. Слуги из Риверрана носили свежие кувшины с водой для рабочих и бойцов. Джон особенно гордился своими щитами. Большинство северных воинов использовали большие деревянные щиты, сужающиеся книзу и с железным ободком. Щиты должны были защищать шею лошади и бёдра всадника во время боя верхом. Для некоторых из них Джон заказал стальные полосы, чтобы сделать ободки более прочными и укрепить полосы на спине. Однако щит, сделанный из чистой стали, был бы слишком тяжёлым. Поэтому Джон придумал новый дизайн щита — поменьше и в форме сердца, но не такой вытянутый. Такой щит мог быть уязвим для стрел массированных лучников, но отрядов, подобных Вороновым Зубам, уже не осталось. Для рукопашных схваток новая конструкция с её преимуществами в скорости и прочности станет неожиданностью для противников в бою. — Эй, Сноу! — Джон не мог понять, Лира это говорит или Джори. Обе девушки были в бацинетах — открытых шлемах с заострённым верхом, чтобы защитить голову от сильных ударов. Они прикрепили козырёк, который можно было откидывать в случае необходимости. Девушки Мормонт хотели выглядеть как символы своего дома, но Джону казалось, что шлем похож на птицу — стального ворона, готового к бою. Четт и Клайдас придумали хитрый план. Удлинённая лицевая защита отражала атаки, позволяла легче дышать и могла быть снята, если стрелы не представляли опасности. Лира подняла забрало и ухмыльнулась. — Спасибо за булаву! — Мейдж Мормонт вооружалась моргенштерном – это тяжёлая дубина с металлической головкой, покрытой шипами. Джон выковал новое оружие для неё и её дочерей. Деревянный стержень остался прежним, но теперь вся стальная головка имела форму шестиугольника с тремя шипами на каждой грани. Наверху находился острый стальной шип, который можно было использовать как копьё, чтобы наносить удары в голову или грудь противника. Булава напоминала разбрызгиватель святой воды, но Мормонты несли совсем иное благословение, не такое, как толстый септон. Тот, кто недооценит медведиц, может впоследствии пожалеть об этом. Джон подозвал команду, чтобы отправиться в путь. Он поручил своим лейтенантам нанять столько рабочих, сколько потребуется, что бы операции были значительно расширены. Десятки новых лиц неуверенно озирались по сторонам. Во время войны мало кто из мелких жителей мог рассчитывать на постоянную работу, щедрое жалованье и безопасное место в замке. Они беспокоились о том, чтобы их удача не обернулась к худшему. — Турнир начинается завтра. Вы проделали отличную работу и изготовили множество комплектов доспехов и оружия. Я знаю, что многие из вас работали на меня только последнюю неделю, но я доволен вашим трудом. Мне было бы очень приятно, если бы все вы получили удовольствие от турнира. Так что после этой партии я отпущу вас на игры и ярмарку, — объявил Джон. — Милорд, мы могли бы потом вернуться к вашим услугам? — спросила молодая девушка. — Вы не покинете мою службу, если сами этого не захотите. Я буду платить вам также — десять оленей в день. Мы сделали больше пластинчатой брони, чем я ожидал, но и после турнира у нас будет много работы. А пока я хочу, чтобы вы посмотрели поединки, выступления жонглёров и рукопашный бой, — сказал Сноу. Его управляющий, Атлас, уже принёс мешок звенящих монет, готовый раздать серебряные оленей. — Я слышал, что есть кукольный театр, который... — начал Герри. — Ах да, теперь я Белый Клык, незаконнорожденный зверь Севера, — он усмехнулся. — Слова — это ветер. Атлас, дай каждому по паре лишних медяков. Вы все должны пойти посмотреть на кукол. Дорнийцы славятся этими шоу, и пропускать это представление я бы не стал. — Милорд, нам еще что-нибудь нужно сделать? — спросил Атлас. Сноу ненадолго задумался, не попросить ли их понаблюдать за многочисленными посетителями. Герри был быстр, и умному проницательному мальчику было бы легко шпионить за приезжими рыцарями. Но его работники были молоды, и они еще не были взрослыми мужчинами или женщинами. Подвергать их опасности было бы глупо. — Да, я хочу, чтобы вы были осторожны. Во время турнира могут появиться воры и карманники, поэтому следите за своими вещами. Вы все очень важны для меня, и я хочу, чтобы через несколько дней вы вернулись сюда целыми и невредимыми. — Милорд, что еще мы можем сделать сегодня? — произнесла другая девушка. — Завершите эту партию стали. Отлейте слитки и доделайте доспехи или оружие, над которыми вы работаете. А после обеда можете смело идти отдыхать. Наслаждайтесь куклами, — улыбнулся он.

***

Джон сидел в комнате рядом с подземельями, когда мимо стражников протиснулся человек. Он оторвал взгляд от стопки подписанных бумаг и посмотрел на длинное лицо темноволосого железнорожденного. Сир Харрас Харлоу выставил руки вперед, показывая, что не держит оружия. — Они говорят, что вы отвечаете за заключенных, — сказал железнорожденный. — Да, чем я могу вам помочь? — Я хочу заплатить выкуп за нескольких ваших пленников, — нетерпеливо произнес Харрас. — Но... конечно, Дом Серрет. Вы хотите освободить людей из дома своей матери. Но я послал записку в Серебряный Холм, а вы пришли с севера. Вы даже не знаете, каких пленников я держу. Рыцарь мрачно улыбнулся. — Верно. Но я был бы рад заплатить за них выкуп. Джон соединил кончики пальцев. — Почему? — Дом Серретов всегда относился ко мне свысока. Мой дядя, лорд Серрет, любит мою мать, свою сестру, но мои кузены считают меня человеком недостойным и подлым. До островов дошли слухи о сражениях в Речных землях. Я хочу, чтобы мои родственники со стороны матери знали: именно её сын спас жизнь лорду Серрету. — Как познакомились ваши родители? Железнорожденный и Леди из Западных Земель? — Моя мать попала в плен во время набега. Другой железнорожденный собирался изнасиловать ее, но мой отец ударил его ножом в спину. — А потом они полюбили друг друга? — озадаченно спросил Джон. — Нет, — сухо произнёс Харрас. — В той суматохе моей матери удалось спастись и даже убить человека. Братья спасли её, но никто не хотел жениться на ней. Она была опозорена, и её отец, лорд Серрет, хотел отправить её в Молчаливые сёстры. Много лун спустя мой отец пришёл в Серебряный Холм и предложил ей стать его женой. Он не забыл маленькую леди, которая смогла убить человека и добраться до берега. Джон гадал, считают ли железнорожденные эту историю верхом романтики. — Я держу в плену сира Харвина и сира Харлана Серретта. Кроме того, есть еще восемь человек воинов. — У меня тысяча золотых драконов, мейстер. — Я бы взял по двести пятьдесят за каждого рыцаря и еще по пятьдесят за каждого воина. Но им придется поклясться, что они больше не нападут ни на армию Севера, ни на Речные Земли, — сказал Джон. — Харвин и Харлан — надоедливые маленькие засранцы. Им не понравится, что я их освобождаю, и они откажутся дать клятву. Дом Серрет — гордый род. Никто и никогда не подумает, что прихорашивающийся павлин скромничает. — Мне все равно, что им нравится. Тысяча драконов для меня дороже двух рыцарей. Они ждали, пока стражники вытащат Серреттов из темницы. Рыцарь Серого Сада был немногословен, поэтому Джон нарушил молчание. — Вы также здесь из-за Теона Грейджоя? Он все еще находится под опекой дома Старк, и мы не обрадуемся, если вы заберете его. Рыцарь забарабанил пальцами по столу. — Теон — Волк или Кракен? — Он всегда гордился тем, что является принцем Железных островов, — заметил Джон. — У Железнорожденных нет принцев, только капитаны и Лорд-Жнец. Каждый капитан — король на своем корабле, — сказал Харрас. — Если Теон — Кракен, то он может освободиться и вернуться в море. Если он Волк, то на Пайке ему не рады. На Железных Островах ценится только сила. Мы сильные люди, которые не следуют законам зеленых земель. — Но эти зеленые земли правят железнорожденными. Каждый раз, когда кракены восстают, они проигрывают. Далтон Грейджой, Дагон Грейджой, Бейлон Грейджой — все трое были раздавлены. Железнорожденный рыцарь печально улыбнулся. — Железнорождённые — сильные воины, но не отличаются особым умом. Мой кузен Родрик Харлоу говорит, что должен быть более эффективный способ, но Грейджои его не нашли. Главы Пайка предпочитает придерживаться старых традиций — соли, крови и железа. Дверь открылась, и в комнату ворвались двое темноволосых пленников с мечами за спиной. Они выглядели и пахли как дерьмо, но Джон был рад, что Халлис заставил Серреттов умыться. Синяки на их лицах были свежими, но было ли это от стражников или от ссор в подземелье, Джон не знал да и ему это было безразлично. — Харвин и Харлан. Я здесь, чтобы заплатить за вас выкуп, — Харрос ухмыльнулся. — Прежде чем вас освободят, вы и ваши люди должны дать клятву не нападать на Север и Речные Земли. Я запишу ваши имена на этом пергаменте, — предупредил Джон. — Никогда, ублюдок! — воскликнул старший Серрет. — Старый лев уничтожит дом Старк, и мы будем отомщены. Даже если мы умрем в этих жалких подземельях, певцы будут знать, что у дома Серретов нет соперников. Как и у многих рыцарей, у Серретов было больше гордости, чем здравого смысла. В конце концов, они были павлинами. — Сир Харрас хотел выкупить вас, чтобы вы знали, что он ваш спаситель. Но вместо этого я отдам вас и ваших людей железнорождённым. Вам придётся работать в полях и на шахтах Железных островов и есть солёную рыбу до конца своих дней. Я уверен, что дом Харлоу будет рад заполучить Серретта в качестве слуги. — Джон кивнул. — Ты продашь нас в невольники? Неужели у тебя нет чести? — спросил младший Серрет. — Невольник — это не раб. Ваши дети могут стать железнорожденными, если они у вас когда-нибудь появятся. И если свободный человек убьет вас, ему придется заплатить, — рассказывал Харрас с улыбкой. — Я с удовольствием побываю на Серебряном Холме и попрошу ваших сестер и жену навестить тебя в Харлоу. Грань между рабом, невольником и простолюдином была размыта. Рабов, по крайней мере, накормят и разместят. Некоторым лордам было все равно, голодает ли мелкий люд. Даже на Севере были земли, где жизнь крестьянина была скверной, грубой и короткой. Оба Серретта сменили гнев на покорность. — Мы дадим клятву, — с горечью сказал старший. — Все вы, включая боеспособных людей. И вам лучше вести себя прилично. Если вы нападете на северянина или речного жителя, вам отрубят руки, — сказал Джон.

***

Джон и Мейдж Мормонт терпеливо ждали, когда Ланнистеры закончат свой разговор с сиром Джейме и другими пленниками. Охраняя Ланнистеров, Джон мог положиться на Мормонтов — свирепых и преданных мужчин и женщин, которые патрулировали башню. Леди вслух размышляла, стоит ли позволить Тириону Ланнистеру и его брату Давену навестить их. При этом она предложила, чтобы их сопровождала охрана, которая будет стоять за дверью. Карлик Тирион купил себе свиту: оруженосца, присягнувшего ему меч, капитана стражи и десять красных плащей. Сир Давен пришёл один. — Без сомнения, они замышляют что-то против нас, — нахмурилась Мейдж. На ней был стальной нагрудник, а в руке она держала только что выкованную боевую булаву. — Конечно, это так. Но на нижнем этаже две дюжины охранников. И еще по три на каждом этаже замка. У нас есть наблюдатели и за пределами замка. Все стражники вооружены, а люди Ланнистеров — нет, — сказал Джон. — Мне будет спокойнее, когда эти Ланнистеры уйдут. Говорят, Бес — дьявольское создание, полное хитрости и коварства, — рассказала Мейдж. — Обо мне тоже так говорят, — отметил Сноу. Медведица усмехнулась. — Да, но ты-то на нашей стороне. — Если вы беспокоитесь, я отправлю Призрака с вашими дочерями в замок. Я обещал Роббу охранять пленников и не нарушу своего слова, — предложил он. — Мне не нравится вид Беса. Он ухмыляется, как будто знает что-то, чего не знаем мы. Карлик может думать, что он умен, пока мы ему это позволяем, — сказала Леди Мормонт. Бес умен, — подумал Джон, — но постоянная ухмылка — это уже чересчур. А человек может обманывать, не глядя на роль. Но более важно то, в какую игру играл Тирион Ланнистер?

***

На этот раз рыбы в меню не было. Талли подали жаркое из баранины с пикантным чесноком и козьим сыром. Основное блюдо сопровождалось зеленым салатом из репы и красного укропа и кремовым, каштановым супом. Даже просторцы восхищались сладкими каштанами, поджаренными на костре, а затем приготовленными с овощами в масле. Вино, приправленное гвоздикой и корицей, и эль в рогах были поданы лордам и рыцарям, которые слышали сплетни о словах Тириона Ланнистера этим утром. Наверное, это почти все, — подумал Джон, оглядывая переполненный большой зал. Во главе стола, откуда открывался вид на весь зал, сидел Робб. Рядом с ним расположились сир Бринден и сир Эдмур. Леди Старк заняла последнее место, объяснив это тем, что, будучи и Талли, и Старк, она должна уравновесить их. Джон сидел за вторым столом вместе с другими лордами Севера. Хотя некоторые из них возражали, Большой Джон, леди Мормонт и Мандерли настояли на своём, и Джон согласился. Тирион и Давен расположились за третьим столом, а их охрана — чуть поодаль. Ягненок был почти готов, когда Тирион Ланнистер встал, чтобы заговорить. Он был невысокого роста, но, когда он подошел к главному столу, стражники Риверрана бросились его перехватывать, прежде чем Робб отпустил их. В зале воцарилась тишина, в ожидании его слов. Он не разочаровал. — Милорды, я прибыл призвать вас преклонить колено, — начал Тирион. — Сделайте это сейчас, и Железный Трон дарует вам милость. В толпе раздался нервный смех. — Мы побеждаем, Ланнистер, — напомнил Робб. — На данный момент — да. Вы одержали несколько побед, но у моего отца все еще есть войско в тридцать тысяч человек. У нас есть люди в Королевской Гавани, и король Джоффри может собрать огромное войско, у нас есть Королевский флот и корабли в Ланниспорте. Север — это всего лишь одно королевство. Он проиграет, столкнувшись с мощью других, — сказал карлик. — Каких "других"? Лорды Королевских и Штормовых Земель не следуют за вами. Баратеоны утверждают, что Джоффри — чистый Ланнистер, — поинтересовался Старк. — Люди всегда готовы верить во что хотят. Пока они верят в эту ложь о моем дорогом племяннике. Но когда Станнис будет побежден, они поспешат присягнуть на верность Джоффри Баратеону. Так всегда вели себя люди, — пожал плечами Тирион. — Сколько успешных мятежей удалось поднять против Железного Трона? Всего один за триста лет. — Да, всего один, и в нем сражались Старки, — отметил сир Бринден. — Но тогда у Старков были союзники. С Севером были Речные земли, Долина и Штормовые Земли. А что у вас есть сейчас? Войско моего отца контролирует большую часть Речных земель. Долина молчит. Штормовые Земли разделены между двумя Баратеонами. — Даже в одиночку мы победили ваши армии, — упрямо повторил Робб. — На севере есть отважные воины, это правда. Однако вы столкнулись лишь с частью войска Ланнистеров. Западные земли — самый богатый регион Семи Королевств. У нас лучшие доспехи и много рыцарей. Мы можем позволить себе нанять компании наёмников, а Железный Трон найдёт больше союзников. С помощью браков и назначений другие королевства будут клясться в верности. Вы — всего лишь один регион из Семи Королевств, и даже Север может быть побеждён Железным Троном. Прислушайтесь к советам тех, кто мудрее вас, и склоните колено, пока не потеряли свои головы. Склоните колено ради спасения своей жизни. — Красивые слова, Ланнистер, но вы захватили в плен Неда. Мы хотим, чтобы он вернулся на должность Хранителя Севера, — сказал Большой Джон. — И мы вернем его. Но ему придется принять черное, — ответил Тирион. — Нет, мой отец не сделал ничего плохого. Он человек чести и не совершил бы измены. Вы вернете его невредимым, и он останется Лордом Винтерфелла, — возразил Робб. Тирион был явно удивлён, и Джон задумался о том, насколько происходящее было похоже на театральную постановку. Карлик знал, что Робб ни за что не позволит назвать их лорда-отца предателем. — Тогда мне действительно очень жаль. Потому что с богатством Утеса Кастерли и мощью Железного Трона восстание потерпит неудачу. Джон встал. — Это Лорд Тайвин послал вас показать нам, как сильно вы заботитесь о Севере? И как Ланнистеры хотят избавиться нас без какого-либо вреда? — Если вы мудры, то преклоните колено, прежде чем мой отец отрубит вам головы, — повторил Тирион. — В этой жизни нет ничего определенного, кроме того, что зима близко. Мы можем потерять голову, это правда... Но что, если мы победим? Что же тогда? — Джон заговорил во внезапно притихшем зале. — Мой брат прав. Мы выиграли три битвы — у Шепчущего леса, у Риверрана и у сломанного моста. Еще три, и мы увидим, насколько хорошо Джоффри Уотерс сможет удержать Железный Трон, — сказал Робб. — Ты поговорил со всеми лордами. А теперь пришло время поговорить наедине.

***

Именно речников больше всего волновала эта встреча. Они толпились вокруг Робба, умоляя, чтобы их услышали, в то время как сир Бринден пытался очистить комнату. — Лорд Старк, если вы вернётесь на Север, наши земли снова будут выжжены и разграблены, — с горечью сказал Лиман Дарри, девятилетний мальчик, который изо всех сил старался держаться, но был близок к тому, чтобы расплакаться. — Лорд Старк, без ваших солдат Львы сожрут нас, изнасилуют и убьют наших людей. Мы уже видели их действия, и они захотят отомстить за ваши победы, — мрачно произнесла Морва Блэквуд. Леди Уэнт только всхлипывала, пока Равелла Смоллвуд и Барбара Бракен поддерживали ее. Ощущение обреченности в воздухе было сильным, как будто тирания Ланнистеров, поддерживаемая короной, была неизбежна, если любые переговоры приведут к отступлению Волка. — Лорды и Леди, я понимаю ваши опасения. Армия Севера пришла, чтобы спасти моего отца, Лорда Старка. Но мы не забудем о Речных Землях. Последним действием моего отца в качестве Десницы был приказ захватить Гору. Мы предадим виновных суду, — объявил Робб. Джон подождал, пока ворчание речников не стихло вдали, и повернулся к брату. — Привлечь виновных к ответственности? Тайвин Ланнистер виновен в этих преступлениях, и ты вряд ли поймаешь его, если не свергнешь Железный Трон. — Я знаю. Но что еще я могу сказать? Что мы позволим виновным свободно разгуливать? — в отчаянии спросил Робб. — Мы не должны говорить пустых слов или давать обещания, которые не можем сдержать. — Где Тирион Ланнистер? Почему Бес так долго не приходит на встречу? — сменил тему Старк. — Он часто навещает брата. Охранники говорят, что он проводит много времени с Джейме наедине, — ответил Джон. — В Винтерфелле он сделал то же самое. Его сестра презирает его, но Цареубийца и племянники любят его. — Он хорошо ладит с Джоффри? — Никто не любит Джоффри, кроме королевы, — ответил Робб.

***

Леди Старк вошла в солярий вместе со своим дядей Бринденом. Позади них стоял ухмыляющийся Тирион Ланнистер с Бронном и Подриком Пейном. Тогда Джон понял, что собой представляет младший сын Тайвина. Может, он и был карликом, но гордость у него была. Вот почему он был так остер на язык — ему очень хотелось показать свое остроумие. Тирион, возможно, и был умен, но гордыня за свой интеллект могла оказаться слабостью. — Милорды, я надеюсь, что мой брат Джейме тоже сможет присутствовать на этих переговорах. Насколько я знаю, он — ваш самый ценный заложник, — сказал Тирион. Он говорил громко, так что все в зале слышали его слова. — Матушка, сир Бринден, вы собираетесь присутствовать на переговорах? — Я не хочу ничем навязываться, Лорд Старк, но если вы спросите моего совета ... — начал Черная Рыба. Робб обменялся с Джоном быстрым понимающим взглядом, прежде чем ответить. — Сир, добро пожаловать. Сядьте рядом с моим братом, а матушка — со мной, — наследник Винтерфелла проигнорировал гримасу Леди Старк. — Лорд Тирион, давайте начнем. — А как же моя просьба? Чтобы сир Джейме присоединился к нам в этих переговорах, — напомнил Ланнистер. — Скажите, если бы это была Королевская Гавань и мы разговаривали с Железным Троном, разрешили бы нашему лорду-отцу присутствовать или он оставался бы в черных камерах? — поинтересовался Джон. Тирион слегка побледнел, но потом пришел в себя. — Я не могу сказать, что сделал бы Король Джоффри, — даже зеленый мальчишка увидел бы, что он лжет. Карлик вразвалку подошел и сел рядом с Бронном и его оруженосцем Подриком Пейном. Джон удивился, что сир Давен не пришел. — Тогда Цареубийца может остаться в замке в качестве нашего гостя, — ответил Робб. — Вы позволите моим людям встретиться с ним и принести новости о Западе и наших переговорах? — Если они будут безоружны, то да, — сказал Робб с некоторой резкостью. — Хватит медлить. Мы хотим вести переговоры. Мы предлагаем вашего брата, сира Джейме, и вашего дядю, сира Кивана. — Мой отец хочет добиться мира в Речных Землях, — заявил Тирион. Старки и Талли были удивлены таким наглым пренебрежением к агрессии Ланнистеров. — Тайвин Ланнистер нарушил мир. Мы требуем вернуть нам лорда Старка и наших сестёр, освободить наших людей и стражников, находящихся в Королевской Гавани, а также вернуть Лед — фамильный меч дома Старк. Это наши условия, и армия Ланнистеров должна отступить и больше не нападать на жителей Речных Земель, — сказал Робб. — Боюсь, что кое-что из этого будет невозможно. Мужчины и женщины Старк в столице были убиты. Когда моя сестра приказала их арестовать, Золотые плащи не были мягкими, — начал Тирион. — Мужчины и женщины? Все? — в ужасе спросил Робб. — Джори Кассель? Септа Мордейн? — карлик кивнул. — Ты убил септу. Она была безобидной старухой, — с отвращением сказала Кейтилин Старк. — Это сделала моя милая сестра. Я хотел бы сказать, что она хотела предотвратить любой побег. Но я думаю, что она просто хотела насадить их головы на пики снаружи Красного Замка. Есть еще кое-что. У нас нет одной из сестер. — ВЫ ПОТЕРЯЛИ МОЮ СЕСТРУ?! — крикнул Робб. — Мы не можем найти младшую дочь лорда Старка, — признался Тирион. — О, мое милое дитя, — взвыла Леди Старк. — Что случилось с Арьей? На нее напали ваши люди? — спросил Джон со спокойствием, которого не чувствовал. — Этого я не знаю. Меня не было в Королевской Гавани. Мы слышали только, что она исчезла. — Ты утверждаешь, что говоришь от имени Железного Трона. Но этот трон убил хороших людей и потерял мою сестру, — выплюнул Робб. — Я понимаю твой гнев. Но меня не было в Королевской Гавани, как и моего отца и брата. Мы не имеем к этому никакого отношения... — Вся твоя семья в ответе — разве твой незаконнорожденный племянник сделал бы это без армии твоего отца? Мы отомстим. Это может занять недели или годы, но если она умрет, Ланнистеры заплатят кровью. Ты будешь помнить Арью Старк, — холодно сказал Джон. Тирион пожал плечами. — На войне случаются ужасные вещи. — Это не битва, — запротестовал Робб. — Они арестовали моего отца, моих сестер и всех наших домочадцев. — Что касается Лорда Старка, то он не может вернуться в Винтерфелл. Он объявил короля бастардом. Он должен принять черное. — Король — бастард. И Север не примет такого наказания для Лорда Старка. Он не предатель, как и то что Джоффри не Баратеон, — повторил наследник Винтерфелла. — Предложение хорошее. Твой отец будет жив, а Леди Санса вернется на Север. Лед будет возвращен. И в Речных Землях не будет кровопролития. Конечно, это лучше, чем война, — произнес Тирион. — Робб, возможно, нам следует подумать о мире. По крайней мере, тогда Нед и Санса будут в безопасности. Бран ранен, а Арья пропала, я не смогу вынести потерю еще одного ребенка, — взмолилась женщина. Черная Рыба обратился к племяннице. — Кейтилин, мир сладок, но только если он длится. Зачем переплавлять меч в плуг, если на следующий день его придется заново ковать? — Мама, Бран ранен, а Арья пропала из-за Ланнистеров. Наш ответ — нет. Мы не примем ваше предложение. Мой отец должен быть освобожден и остаться лордом Винтерфелла, — настаивал Робб. — Мой отец этого не допустит. Это было бы... — начал Тирион. — Тогда он дурак. Лорд Старк принес присягу короне. Как Лорд Винтерфелла, Нед Старк может призвать знамена обратно. Если он возьмет черное, то Робб станет Лордом. И мы будем мстить за преступления Ланнистеров против Дома Старк и Речных земель, — произнес Джон. — Молодые люди часто стремятся к войне, но взрослые понимают, что мир — это лучший выбор, чем смерть. Тайвин Ланнистер предлагает вернуть вашего отца и сестру. Вы ещё слишком молоды, чтобы рисковать своими жизнями в Игре Престолов, — сказал Тирион. Джон горько рассмеялся. — Ты забываешь свою историю, Ланнистер. Сколько лет было твоему отцу, когда он напал на Рейнов и сжег Тарбек-Холл вместе со всеми? Восемнадцать или девятнадцать именин? Мы ненамного моложе. — Ланнистеры — это не Рейны и не Тарбеки, — возразил Тирион. — Вы Львы, как Рейны. А Львов можно приручить или убить, — заметил Сноу. — Верните моего отца как Лорда Винтерфелла, мою сестру невредимой, Лед и кости наших людей. Только тогда мы сможем заключить мир, — сказал Робб. В его голосе не было и намека на дрожь. Переговоры закончились. После того как Робб ушёл с Чёрной Рыбой и своей леди-матерью, Джон остался в одиночестве, погружённый в свои мысли. Он скучал по Арье. Она была такой свирепой и своенравной, худенькой дикаркой с разорванной одеждой и струпьями на коленях и локтях. Арья была настоящей волчицей Севера — верной, жёсткой и бесстрашной. Джон отдал бы всё, чтобы Арья вернулась к нему. Он хотел растрепать её волосы и посмеяться над её выходками. Ради неё он был готов забыть о чести. Джон был готов сжечь весь мир, чтобы спасти её. Я заставлю их заплатить, сестрёнка, — думал он. — Я заставлю их всех заплатить.

______________________________

Заметки Автора: Насколько хороша была сталь викингов? Они служили образцом для подражания на Железных островах, хотя викинги были разумными людьми, которые занимались торговлей и правлением, а не поклонялись Ктулху на Каменном Троне. Доказательства в этом вопросе противоречивы. В некоторых статьях упоминается сталь Ульфберта — длинные, обоюдоострые клинки викингов, которые, возможно, были выкованы так же, как дамасская сталь. Из этого можно сделать два вывода. Во-первых, такие клинки не были созданы в Скандинавии, а импортировались из Германии и Франкии. Во-вторых, этих клинков было всего 170, что означает, что они были валирийскими мечами того времени — весьма желанной и престижной. Для производства стали требуется больше, чем просто железо. Необходим древесный уголь, чтобы добавить содержание углерода. Железные острова, хотя и богаты железной рудой, вырубают все свои деревья для строительства длинных кораблей. Я полагаю, что такая замкнутая культура, как на Железных островах, не будет так охотно торговать своими мечами или служить чужеземным лордам, как это делали викинги. Поэтому железнорождённые, за редким исключением, имеют более низкокачественное оружие. Конечно, они украли два валирийских меча, что на два больше, чем досталось Западу! В реальной жизни у викингов в Скандинавии было гораздо меньше чистого болотного железа, чем мы привыкли думать. Его добывали в торфяных болотах и обжигали в подпольных цветочных плавильных заводах. Такое железо подходило для изготовления гвоздей, петель, кастрюль и сковородок, но было бы легко разрушено, если бы его использовали против высококачественной стали. Ранние мечи викингов тоже были сделаны из чистого железа, поэтому они могли гнуться в бою. Позолоченные доспехи стоят немало, но дело не только в золоте. Из половины унции золота можно покрыть двадцать два квадратных фута, так как золотой лист очень тонкий. Доспехи могут быть примерно пять футов в высоту и четыре фута в ширину. Однако создание таких доспехов требует многих часов кропотливой ручной работы, и, вероятно, любой оружейник, которого короли и знать приглашали для создания позолоченных доспехов, стоил дорого. В 1514 году император Священной Римской империи заплатил тысячу двести золотых монет — огромную сумму — за костюм из позолоченных пластинчатых кольчуг для своего сына Карла V. Цена была не в материалах, а в качестве работы и невероятных деталях костюма. Развитие щита — вполне осуществимая задача. В X веке европейцы создали каплевидные щиты, которые оказались весьма эффективными во время нормандского вторжения в Англию, особенно для конной кавалерии. После того как пластинчатые кольчуги стали более прочными, воины начали использовать усовершенствованные каплевидные щиты, известные как те, которые использовались для геральдики. Однако с появлением более совершенного метательного оружия щиты перестали быть востребованы так же, как и броня уже утратила свою актуальность из-за появления пороха. На самом деле существует оружие под названием разбрызгиватель святой воды. Я узнал об этом, когда пытался разобраться в разнице между утренней звездой и булавой. Модернизация оружия Мормонтов, проведённая Джоном, будет играть важную роль в следующих главах. Кстати, разбрызгиватель святой воды был любимым оружием короля Богемии Иоанна, который погиб в битве при Креси, сражаясь вслепую. Возможно, это всего лишь легенда, но история всё равно замечательная. Забавно представить, как девочки Мормонт используют это оружие. "В этой жизни нет ничего определенного, кроме того, что зима близко. Мы можем потерять голову, это правда. Но что, если мы победим?"— Это цитата из девятой главы «Танец драконов», когда Нед Старк терпит крушение на Трёх Сестрах, возвращаясь на Север. Эддард Старк говорит это Годрику Боррелу, и лорд Трёх Сестёр отпускает его. Эта цитата не только интересна сама по себе, но и демонстрирует, как легко могут измениться события. Если бы Неда арестовали и отправили в Королевскую Гавань или Эйрис проявил бы больше благоразумия и взял бы в заложники Рикарда или Брандона, то Север не вступил бы в войну. И тогда всё могло сложиться иначе.