Волчий Мейстер

— Тирион, что ты наделал? Этот вопрос задал не Джон Сноу и не Робб Старк, когда они вместе с карликом и разгневанными северянами направлялись к башне. Сир Джейме не стал интересоваться, что произошло, и лишь поморщился, глядя, как его брата, связанного за обе руки, ведут на самый верхний этаж замка. Человек, задавший этот вопрос, был крупного телосложения, широкоплечий, с короткими светлыми волосами, которые уже начали редеть, и короткой жёлтой бородой, закрывавшей массивную челюсть. У него была светлая кожа и зелёные глаза, как у всех Ланнистеров, но красотой он не отличался, в отличие от своих родственников, за исключением Тириона. Киван Ланнистер был спокойным и разумным человеком, который излучал чувство власти и ответственности по отношению к другим заключённым в башне, даже к Цареубийце. — Он сделал это, сир, — произнёс Джон, указывая на жуткую сцену, которая предстала перед пленниками. Мертвый Мормонт всё ещё лежал в коридоре, его лицо исказила гримаса страха, а из приоткрытого рта свисал багровый язык. У камина мейстер Виман перевязывал окровавленную голову Поулза. Второй охранник Мормонт всё ещё был без сознания и мог не прийти в себя. Дейси и Лира смотрели на Тириона, стоя рядом с Джори Мормонт, которая потирала шею, видимо, ушибленную. Виновников загнали в угол два лютоволка. Убийца в красном плаще застонал, оплакивая свои теперь уже бесполезные руки, откусанные четыре пальца левой руки, лежали возле него. Серый Ветер рычал на остальных троих, оскалив зубы и готовый к прыжку, а Призрак молча наблюдал за ними, его челюсть и морда были в пятнах крови. В другом углу зала личная охрана Робба наблюдала за Тирионом и его друзьями. Добровольцами вызвались мужчины из каждого дома Севера и большинства Речных Земель, но Робб разрешил сопровождать стражу из Винтерфелла только братьям Карстарк и Маленькому Джону. Харрион Карстарк и Амбер грубо тащили Бронна и сопротивляющегося Виларра вверх по лестнице, не церемонясь с ними. Кейтилин Старк пришла утешить Мормонтов, хотя Джон думал, что Леди Мейдж больше заботят действия, а не слова. Черная Рыба оставил стражников Риверрана на нижних этажах замка, чтобы те охраняли Лорда Хостера. — А теперь, расскажите мне все о том, что здесь произошло, — сказал Робб. Тирион и его люди упрямо молчали, но наемники не хотели умирать. Первым заговорил высокий светловолосый актер. — Милорд, мы были обнаружены возле Харровея. За освобождение сира Джейме Ланнистера нам предложили щедрое вознаграждение. Рорен – опытный боец, он должен был обезвредить главных охранников, а Манфред – вскрыть замки. — Вас четверо. Каковы были роли остальных? — спросил Джон. Мужчина слегка поморщился. — Доббер — отравитель. У него был порошок, чтобы положить его в еду, которую слуги приносили в Большой зал. Это может сделать некоторых охранников больными и вызвать некоторую путаницу. А я актер— Листер, как они меня называют. Я должен был заменить сира Джейме в тюрьме, и он должен был сбежать в моей одежде, — Листер или Лестер, все-таки он не отличался оригинальностью в выборе имен. Кроме роста, этот человек ничем не походил на сира Джейме. Его волосы были песочного цвета, а не кудрявые пряди чеканного золота. Он не был ни широкоплечим, ни сильным, ему не хватало пронзительных зеленых глаз и жестокой улыбки, которая резала, как нож. —Ты совсем не похож на Цареубийцу, — скептически произнес Робб. — Мне просто нужно было сыграть эту роль в течение нескольких часов. Если бы стражники не обнаружили меня в ту ночь, я бы улизнул на следующее утро, возможно, как слуга, — пожал плечами Листер. Это был смелый план. Сегодня вечером дом Талли был щедр на эль и вино. Охранников сменят попозже, и можно было бы подумать, что Джейме Ланнистер был бы тут. — Кто тебя для этого нанял? — Этот человек, сир, — он указал на темноволосого наемника. — А этот мальчишка... я видел, как он шнырял по таверне, — это, должно быть, сквайр Подрик Пейн. — Ты когда-нибудь видел карлика? Или других Ланнистеров? — продолжил допрос Джон. — Нет, сир. Такие знатные люди никогда не станут общаться с нами. Нам просто дали работу и сказали, когда ее нужно сделать. — Они даже никогда не встречались со мной, Сноу. Вы не можете доказать, что я в этом замешан, — нервно ухмыльнулся Тирион. — Сомневаюсь, что твой присяжный меч сможет заплатить золотом и серебром из своего кошелька, чтобы освободить твоего брата. Бронн, верно? Скажи мне, кто дал тебе монету, чтобы купить этих людей, — сказал Джон. Худощавый черноволосый мужчина держал рот на замке. Он не был наглым, но не ответил на вопрос. — Это тот самый человек, который убил сира Вардиса в испытательном бою в Орлином Гнезде. Он опытный боец, — вспомнила Кейтилин Старк. — Мы не планируем устраивать дуэль. Если ты не будешь говорить, тебе придётся нелегко, — предупредил Робб. Бронн усмехнулся, но промолчал. Харрион Карстарк сделал шаг вперёд, готовый ударить мужчину. Джон поднял руку. — Постой. Итак, Тирион Ланнистер купил твою преданность? Что он тебе пообещал? Больше золота, чем кто-либо другой? Маленькую крепость в Западных землях? — Он просто честный и верный человек. Я уверен, что у Старков тоже есть такие люди, — пошутил Тирион. — Вы, Ланнистеры, думаете, что из-за вашего золота вы можете безнаказанно убивать и грабить. Сколько тебе обещали? — Тирион говорит, что заплатит мне вдвое больше, чем любой другой. Неважно, сколько они предлагают, — ответил Бронн. Джон пожал плечами. — Ну, было бы глупо соперничать с золотом Утеса. Но есть и другие вещи, которые ценят мужчины. Джори. — Да, мейстер, — с легким скрипом произнесла Мормонт. Если бы Призрак опоздал на несколько минут, ее трахея была бы раздавлена. Джон указал на Бронна. — Отрежь ему член, — темноволосая девушка ухмыльнулась и вынула кинжал. Зловещее остриё сверкнуло в свете факела. — Ты не можешь этого сделать. Это нечестно, — воскликнул потрясённый Тирион. Северяне и пленники ахнули. Мормонты, две другие девушки, присоединились к сестре, а Карстарки, Харрион и Эддард, держали руки Бронна за спиной. — Старк, как ты можешь позволить этому случиться? — обратился Тирион к Роббу. — Успокойся, Ланнистер. Мой брат отвечает за заключённых, — холодно сказал Старк. Лира стянула с Бронна бриджи, и Джори поднесла сталь, чтобы начать резать. Затем поменяла положение клинка в руке. Как раз в тот момент, когда Джори сменила свою хватку, мужчина сломался. — Стой, стой. Это был Тирион. Он дал мне золото. Я нашел людей в лагере Ланнистеров. Душитель, отравитель, ряженый и вор. Тирион сказал мне, что побег произойдет сегодня ночью, — затараторил Бронн. — Кажется, твой меч очень испугался, — сказал Джон. Джори отложила оружие, а Лира с отвращением швырнула грязное одеяло на наёмника. — Приведите сюда сквайра, —Маленький Джон схватил наёмника за шею. Подрик Пейн был тощим мальчиком с короткими черными волосами. Джон прикинул, что ему примерно тринадцать лет, но пухлое лицо делало его еще моложе. Это и его слезы страха. — Пожалуйста, сир. — Расскажи мне, что ты знаешь, — попросил Джон. — Я не знал о заговоре, но доставил несколько мешочков с монетами от Лорда Тириона. И я разносил сообщения туда и обратно. Последний был перед праздником. Я его не читал, сир, — сказал Подрик. — Этим людям? — спросил Сноу, указывая на четверых. Сквайр кивнул. — Полагаю, мой брат доказал твою причастность, Бес. Добавим эту ложь к твоим преступлениям, — произнес Робб. — Я не лгал. Я просто подумал, что моя причастность не может быть доказана. Есть тонкая разница. — Тирион, успокойся. Не делай свое положение еще хуже, — сказал Джейме. Лев Ланнистер старался выглядеть спокойным, но Джон заметил, что он явно беспокоится за брата. — Мейстер Сноу, что нам делать с остальными? — спросил Харрион Карстарк. — Мы слышали, что они говорят, и эти четверо убили одного стражника и тяжело ранили другого. Мы не нуждаемся в них как в пленниках. Просто отрежьте им головы и насадите на пики снаружи замка, — ответил Джон. — Пожалуйста, милорд. Пощадите нас. Рорен — убийца. Мы просто лжецы и воры. Пожалуйста. Позвольте нам принять черное или служить вам. Джон уставился на хнычущего мужчину. — Что ты можешь дать мне живым, чего я не могу взять у тебя мертвым? — У меня есть секрет, милорд. Я хочу поделиться им с вами, — сказал Сноу и кивнул, приглашая ряженного продолжать. — Нас нашёл не Бронн, а одна из последователей лагеря — Шая. Она любовница карлика. — У Тириона Ланнистера есть шлюха? И почему меня это должно волновать? — спросил Сноу. — Потому что я видел, как она ходила в другую палатку, милорд. Она отчитывалась перед отцом Тириона, Старым Львом. Я видел её с ним. — Значит, Тайвин Ланнистер шпионит за своим сыном через шлюху? — спросил Сноу. — Знал ли он об этом заговоре? — Не знаю, милорд, — ответил Листер. — Но Шая знала всех нас. В прошлом. И я знаю, что она виделась с лордом Тайвином, чтобы рассказать ему что-то важное. Джон посмотрел на покрасневшее лицо карлика и на мгновение задумался. — Ты считал, что придумал хитрый план, чтобы обмануть Старков? Но я не думаю, что актеры и убийцы достойны того, чтобы о них пел бард. Однако твой отец знал о твоём замысле. Если бы тебе удалось его осуществить, Тайвин вернул бы сира Джейме без какой-либо платы. Но если ты потерпишь неудачу, ему не будет до этого дела. Ведь это была твоя собственная ошибка. Виларр знал о твоём плане. В конце концов, вы заменили четырёх охранников Ланнистеров преступниками. Я уверен, что он рассказал об этом и Тайвину. — Ты не можешь этого доказать, Сноу. Я не знаю, что знал мой отец, а что нет, и ты тоже не знаешь, — повторил Тирион. — Я могу узнать, что известно Виларру, — сказал он. — Он служил вашей семье в Королевской Гавани, и он не будет рассказывать истории о сире Джейме и вашей сестре. Твой отец был бы счастлив позволить тебе взять на себя весь риск и забрать всю награду. Его слуги пачкают руки, как Гора, но он утверждает, что ничего не знает. Это умно с его стороны, — добавил он. — Джон, что делать с пленниками? Они убили наших людей. Приговором за это должна быть смерть, — спросил Робб. — Казнить убийцу и двух других. Ряженный выдал нам секрет, чтобы спасти свою жизнь. А что касается Тириона и его людей, сколько у нас вороньих клеток? — поинтересовался Джон. Это были железные клетки, подвешенные на эшафоте, где разбойников выставляли напоказ, пока они не умирали от холода или голода. Часто они сходили с ума перед смертью. — У Риверрана их три, Сноу, — сказал Черная Рыба. — Посадите этих четверых в клетки. Бронн и сквайр могут сидеть в одной клетке на двоих. Пусть зрители турнира увидят их в клетках и узнают, что будет, если нарушить законы гостеприимства. — Я уже видел виселицы. От них исходит ужасный запах, который привлекает мух. Они могут жить там неделями, — сказал сир Бринден, сморщив нос. — Только не оставляйте их без воды. Цитадель утверждает, что человек не может прожить без воды больше четырёх дней. Посмотрим, верно ли это и для карликов. — Ты ведешь себя глупо, Сноу. Я все еще Ланнистер. Я стою больше живым, чем мертвым. И мой отец может презирать меня. Он может шпионить за мной. Но он также отомстит за меня, — сказал Тирион, когда стражники заставили его подняться. — Ты приказал убить наших людей. Тебе пришлось убить стражников, чтобы попытаться освободить сира Джейме. — Таков путь войны, мальчик. Простой люд умирает, в то время как высокородные пытаются получить за себя выкуп. Эйгон построил это колесо триста лет назад. Это никогда не изменится, — спокойно сказал карлик, уходя.

***

Джон не обращал внимания на слуг, которые расставляли тарелки с пирожными и сладостями по всему большому и многолюдному солярию. Служанки были слишком напуганы, чтобы смотреть прямо на него, но украдкой поглядывали в его сторону. В отличие от собравшихся здесь лордов, простые люди не обратили внимания на рассказ Робба о предательстве Ланнистеров, который он рассказал в башне. «Должно быть, они уже знают», — подумал Джон, удивляясь тому, как быстро распространяются сплетни в Риверране. Он взял несколько пирожков, фаршированных рублёными орехами, фруктами и сыром, и слоёную корочку, которая была ещё тёплой из духовки. Повара Талли, возможно, и перебарщивали с форелью, но их фруктовые пироги, сдобренные мёдом и специями, были просто восхитительны. В волнении Джон пропустил банкет и стащил несколько пирожков, пока Робб рассказывал свою историю. — И именно поэтому мы заключили в тюрьму Тириона Ланнистера - за нарушение права гостя. Мы захватили его шайку воров, и трое из его людей признались в заговоре, — закончил Робб перед восторженной аудиторией северян, речных лордов и леди. — Это невероятная история. Я уверен, мы ещё не раз услышим о ней, но... — Галбарт Гловер помедлил. — Как вы узнали об этом? Мы находились в Большом зале, когда это произошло. Взгляды в комнате устремились к Джону. Ему повезло, что он доедал последний черничный пирог и не смог ничего ответить. Робб ответил за брата. — Сегодня утром мой брат предупредил меня о возможном заговоре. Джон заподозрил Беса в предательстве и даже раскрыл одного из его шпионов. Мы сразу же предупредили стражу Риверрана и Винтерфелла о возможной опасности. Хотя мы не были уверены, что атака произойдёт именно сегодня ночью, мы всё же решили принять меры предосторожности. Он похлопал себя по груди, и лорды, потрясённые этой новостью, услышали звон его кулака по кольчуге. Сноу криво усмехнулся. Интересно, как исказят эту историю кукольники? Бледный, невзрачный человек стоял, его глаза были странными и бесцветными, как две белые луны. На нем был пятнистый, розовый, шерстяной плащ, расшитый капельками крови. — Лорд Старк, что будет с Тирионом Ланнистером? Уж не собираетесь ли вы повесить его на виселице? — шепотом спросил Русе Болтон. — Карлик виновен. Его меч нанял людей. Его оруженосец заплатил им, — настаивал Робб. — На Севере, законы гостеприимства священны. Но вы уже казнили троих. Этот душитель нарушил гостевое право, убив гвардейца, но Лорд Тирион ни на кого не напал. В суждении о нем должны преобладать более спокойные головы, — заметил Русе. — Человек, замышляющий убийство, так же виновен, как и тот, кто размахивает мечом. — Для многих людей это может быть правдой. Однако Тирион — Ланнистер. Мы все знаем, кто представляет настоящую угрозу. Джоффри Баратеон может сидеть на Железном троне, но правит королевством Тайвин Ланнистер. Он — король без короны, и он не забудет убийство своего сына, несмотря на то, что он карлик, — сказал Болтон. — Ты хочешь сказать, что мы должны простить Беса, даже если он виновен? — крикнул Большой Джон. Лорд Дредфорта оставался спокоен. — Если Тирион Ланнистер умрёт в клетке, между Севером и Западом не будет мира, пока существуют ваши дома. Кто станет говорить со Старым Львом? Как вы будете обсуждать освобождение лорда Старка? — Слова лорда Болтона не лишены смысла. Мы хотим договориться о перемирии, а не продолжать эту войну. Если мы должны обменять четырех Ланнистеров на двух Старков, то должны благодарить Семерых за эту сделку, — сказала Леди Кейтилин. — Я был бы рад поговорить с лордом Тайвином. Я всегда стремился к миру, — сказал Русе. — А как же совершённое преступление? Неужели я ничего не предприму, когда моих знаменосцев убивают обманом? — воскликнул Робб. Взгляд лорда Болтона был, как всегда, холоден и пуст. Невозможно было сказать, обрадовался ли повелитель пиявок или пришел в ярость. — Вы казнили трех человек и заключили в тюрьму еще четверых. И если этот наемник или оруженосец умрет, никому не будет до этого дела. Невысокая седовласая женщина шагнула вперед и подняла руку. У Леди Мормонт не было своей Утренней звезды, но толпа молчала. — Милорды, недавно на мою дочь Джорель было совершено нападение, её чуть не задушили. Белый Волк пришёл на помощь и спас её. Если бы она погибла, ничто не смогло бы остановить мою месть. Но сейчас она жива, а преступник мёртв. Я не знаю и не хочу знать о планах дома Львов. Каким бы ни было решение лорда Робба, дом Мормонтов поддержит любое решение, которое примет дом Старков. Мы были верны дому Старков на протяжении тысячи лет, и сегодня это не изменится. — Благодарю вас за верность, Леди Мормонт. Но Боги проклинают тех, кто приносит смерть своим гостям или хозяевам. — Карлик уже проклят. Мы отправились на Юг, чтобы спасти Лорда Старка. Если нам нужно продать такое чудовище обратно Львам, то мы должны это сделать, — сказал Рикард Карстарк. — Я решу судьбу Тириона Ланнистера и выберу того, кто передаст наше предложение Тайвину Ланнистеру. Я услышал ваши опасения, милорды, — объявил Робб. Он встал, чтобы положить конец любым спорам. Леди Старк и Эдмур Талли подошли побеседовать с Роббом, и Джон понял, что его брат будет занят до позднего вечера. Пирожки были съедены, но Джон попросил служанку принести ему в покои небольшой ужин: миску холодного рыбного рагу и печенье. Служанка кивнула и поспешила на кухню. Прежде чем отдохнуть, Джон решил проверить три места: подземелья, где всё ещё содержалась тысяча заключённых, башню и внешнюю территорию, где Тирион, Бронн, Подрик и Виларр дрожали в своих клетках. Стражники были начеку — это были Мормонты и другие люди из Винтерфелла и Риверрана. Дом Медведиц был в ярости. Их гнев по поводу нападения сменился мрачной решимостью не допустить побега ни одного пленника.

***

Джону снилось, будто он Призрак, бегущий по лесу, который находится в тени огромного замка с пятью высокими башнями, соединёнными каменными мостами. На выжженной земле и обугленных камнях всё ещё были видны следы страшного огня, который когда-то здесь бушевал. Это был огонь Балериона, великого дракона, который поджарил заживо Харрена и его сыновей. Белому волку не нравились эти руины, и он отправился к большому озеру. Вода в нём в лунном свете была цвета серой стали. Джон знал, что Призрак находится где-то возле замка, но во сне лютоволк бегал по холмам, извивающимся ручьям, выжженным полям и пустым крепостям. Он искал и нюхал воздух в поисках своей потерянной сестры. Он знал, что она была здесь, у Божьего Ока. Джон видел Нимерию только во сне, который показывал ему Призрак. У неё были тёмно-золотистые глаза и серая шерсть. Но когда она появлялась в лунном свете возле озера, её подбрюшье сияло, словно снег. Нимерия не была такой бесшумной, как Призрак, и не такой быстрой, как Серый Ветер. Однако она была дикой и свирепой, не уступая в храбрости своим собратьям. А может быть, и превосходя их, подумал Джон. Она была одиноким волком, оторванным от стаи. Он обязательно найдёт её и приведёт домой, где бы она ни была. — Опять волчьи сны? — Голос принадлежал человеку, который был одет во всё чёрное, красное и дымчатое. Его стальные наручи и рукавицы были темнее, чем плащ, и соответствовали тёмно-красному цвету стального конического шлема. На груди у этого человека красовался огромный парящий Белый дракон. Джону показалось странным, что королевская семья никогда не выражала протеста против герба Кровавого ворона. С другой стороны, у Белого дракона была только одна голова, а не три. — Я искал... — начал Сноу. — Свою младшую сестру? Не переживай, — Бринден Риверс усмехнулся. — Ее трудно убить. Ты увидишь ее снова. Но сейчас не время для волчиц. Иди и познакомься с драконом. Джон погладил лютоволка по голове. Призрак хотел продолжить поиски, но даже если Арья и Нимерия были у Божьего Ока, силы Ланнистеров отделили сестру от ее братьев. Воссоединение не будет безопасным, пока они не победят Тайвина и не изгонят его из Хорровея. Они продвигались сквозь тени, пока не достигли массивной квадратной крепости с сухим рвом, в котором были установлены железные пики, и подъёмным мостом через него. Крепость Мейгора славилась своими стенами двенадцатифутовой толщины и Королевской гвардией, охранявшей мост. Однако крепость не раз подвергалась захватам, последний из которых был совершён Григором Клиганом и Амори Лорхом, когда они убили принцессу Элию, Эйгона и Рейнис. В тот день Королевским гвардейцем был Джейме Ланнистер, но он не смог защитить королевских детей. По мнению Джона, это было гораздо большим преступлением, чем убийство Безумного короля. Они вошли в небольшую комнату, которая отличалась от других тем, что на её стенах не было ни гобеленов, ни картин. Вместо этого на стене висело несколько больших щитов с изображением трёхглавого красного дракона. Высокий парень с широкими плечами и длинными серебристыми волосами стоял в комнате в профиль. Он колол и рубил мечом, целясь в уязвимые точки тренировочного манекена, облачённого в броню. Не прошло и минуты, как его длинный меч пронзил и рассек глазные и ротовые щели забрала, сустав шеи, обе подмышки и запястья манекена. Джон видел дуэли на тренировочных площадках и Цареубийцу в Шепчущем лесу. Но ни одна из этих схваток не могла сравниться с тем, что он увидел сейчас. Этот боец двигался невероятно быстро, а его клинок казался молниеносным продолжением его длинных и мускулистых рук. Парень настороженно повернулся к Джону, но сразу же направил свой клинок вниз. В библиотеке Цитадели Джон увидел изображение Эйгона I. На картине Эйгон был изображён с золотым и рубиновым венцами на серебристо-золотых волосах. Он был закован в чёрную чешуйчатую кольчугу и держал в руках Черное Пламя. Этот юноша выглядел благородно, как и Завоеватель. Его тёмно-фиолетовые глаза и длинные серебристо-золотые волосы выдавали в нём носителя валирийской крови. Он был чисто выбрит и молод, конечно, моложе самого Джона. Но Сноу не сомневался, что с клинком этот юноша гораздо более смертоносен, чем многие взрослые мужчины. Он был настоящим воином и принцем Таргариенов. — Ты не похож на дорнийского шпиона. — А я и не шпион. Джон Сноу, ваша светлость, — сказал он с легким поклоном. Парень фыркнул и внимательно посмотрел на Джона. — Я не знал, что у моего отца есть бастарды с Севера. Я думал, что он слишком ленив, чтобы идти дальше Речных Земель. — Я не незаконнорожденный сын вашего отца. Но я — бастард. — Тогда почему ты здесь, в Твердыне Мейгора? Ты пришел, чтобы принять участие в турнире? — Турнир? — переспросил Джон. — Для шпиона ты плохо информирован. Сегодня состоится турнир для оруженосцев. Это в честь рождения моей младшей сводной сестры — Ширы. Ее мать умерла при родах. Но мой отец никогда не был известен чувствительностью. Шира Морская Звезда. Любовница Кровавого Ворона и в свое время известная как самая красивая женщина в Семи Королевствах и одна из самых опасных. У нее было много единокровных братьев, включая Бриндена Риверса, но один стоял выше остальных. Значит, это он, — сообразил Джон. — Деймон. Деймон Уотерс. — Он вложил меч в ножны. Деймон был бастардом, и ему предстояло оставаться им ещё два года. Однако в день своих именин, когда ему исполнилось двенадцать лет, он выиграл турнир в Королевской Гавани, победив юношей, которые были на четыре или пять лет его старше. За эту победу король посвятил его в рыцари и подарил меч Чёрное Пламя. История запомнила его как мятежника и узурпатора. Но Джон понимал, почему люди шли за ним в бой. Даже в свои двенадцать лет он был подобен дракону. Кровавого Ворона нигде не было. Джон остался наедине с Деймоном, но тогда он ещё не был Блэкфайром. Мейстер Яндел называл его чудом и ужасом своего времени, но писцы Цитадели часто склонны к преувеличениям. Деймон хорошо владел мечом и был довольно красив, но он не был каким-то нечеловеческим монстром, рождённым для предательства. Он был просто мальчиком. — А как обращаются с бастардами на Севере? — с любопытством спросил Деймон. — Наверное, так же, как и здесь. Как пятно на их чести, — ответил Джон. — Сегодня у вас именины, не так ли? И вы здесь один, без своей семьи. — Откуда ты это знаешь? — В день моих двенадцатых именин меня не только не презирали, но и просто забыли. А потом отец отослал меня, — сказал Джон, пожав плечами. Фиолетовые глаза Деймона встретились с серыми. Он схватил затупленный меч и спросил: — Хочешь провести поединок? Сноу не был лучшим фехтовальщиком, но это был Чёрный Дракон, и он не мог устоять перед искушением. — Для меня это большая честь. Деймон атаковал с ленивой беззаботностью, проверяя защиту Джона. Его удары были быстрыми и лёгкими, не оставляя никаких лазеек для контратаки. Джон сделал ложный выпад, но быстро отступил, чтобы защититься. Не успел он опомниться, как Деймон обрушил на него яростный шквал ударов, заставивший северянина отступить. Деймон, почувствовав слабость Джона, начал наносить удар за ударом. Джон почти упал на колени. Деймон был молод, но силён и высок, и его мастерство было огромным. Джон развернулся, надеясь создать пространство для контратаки. Дракон преследовал его, а затем Сноу, используя только свой клинок для защиты, ударил Деймона по ногам. Но его правая нога взметнулась вверх и встретила только воздух, когда Уотерс прыгнул без усилий и идеально приземлился. Не было никакой надежды на победу в поединке с Деймоном. Джон побежал в сторону, и будущий Блэкфайр, слегка озадаченный, осторожно последовал за ним. Левой рукой Джон подхватил стул, используя его как грубый щит, и предпочитая неловко орудовать длинным мечом одной рукой. Деймон нанёс ещё один удар, срезав две ножки стула, и снова поднял свой длинный меч, чтобы атаковать. В этот момент Джон швырнул стул в Риверса, затем взял длинный меч обеими руками и сделал выпад вперёд, надеясь нанести удар в грудь или плечо. С почти нечеловеческой скоростью Чёрный Дракон поймал стул правой рукой, крутанулся в сторону и обрушил его вниз на меч Джона, и тем же движением вонзил меч левой рукой в тело. — Я сдаюсь, — произнес Сноу, держа лезвие у своего правого плеча и шеи. Он с сожалением посмотрел на вмятину, оставшуюся на земле от его клинка. Деймон опустил меч, тяжело дыша. — Неужели все северяне сражаются так же, как ты? Используя обман? — Не знаю. Я бастард, поэтому хорошо разбираюсь в подобных трюках. Деймон рассмеялся. Это был веселый смех, как у Робба после того, как он подшутил над Сансой и Арьей. — Не думаю, что мне придется столкнуться со стульями на сегодняшнем турнире. Ты хорошо дерешься, но тебе нужно больше тренироваться, — он протянул Джону кубок с водой. — У меня не было ни единого шанса. Даже со стулом, — сказал Сноу, отпивая воду. — Я провёл всю свою жизнь в Красном Замке. Мне никогда не позволяли покидать его, хотя отец и не хотел признавать меня. С тех пор, как я научился владеть мечом, я усердно тренировался. Каждый день по несколько часов я занимался с лучшими бойцами Семи Королевств. — А что вы собираетесь делать после этого турнира? — Я собираюсь покинуть этот город. Возможно, я стану наёмником в Эссосе и возглавлю отряд вместе со своими братьями — Бринденом и Эйгором. Мы — Великие Бастарды, — пошутил Деймо с горько-сладкой улыбкой.н. — А как же ваша семья? Разве у них нет на вас планов? — Мой отец — человек, который живёт в плену своих страстей и желаний. Я не помню свою мать, она умерла, когда я был совсем маленьким. А мой брат Дейрон говорит, что будет заботиться обо мне и обеспечивать меня. Но мне не нужно его пособие! — Деймон стукнул кулаком по большому стальному щиту Мейгора Жестокого. — Он хочет быть моим сюзереном, но я — потомок драконов и не нуждаюсь в его милости. — Принц Дейрон плохо с вами обращается? Глаза Деймона сузились от гнева. — Он воплощение доброты и благородства. Однако его придворные шепчутся за моей спиной, оскорбляют меня, называя бастардом, а мою мать — шлюхой. Она достойна быть королевой. Я ненавижу этих надменных дорнийцев! Дейна Таргариен была королевой, но Бейлор Благословенный заточил её в Девичьем склепе. Народ и вера любили короля, но Бейлор был ужасным правителем, который мог легко разрушить Семь Королевств. Септоны говорили, что Дейна была распутной и своенравной, но разве можно было ожидать иного от женщины, которая десять лет провела в заточении? У Эйгона III было три дочери, и всех их пришлось бросить, чтобы защитить одурманенного фанатика. Вере повезло, что Деймон Блэкфайр не был всадником на драконе. Он сжёг бы дотла Великую септу с её мраморными стенами и хрустальными башнями. — Прошу прощения. Я не хотел жаловаться. Я мало что могу изменить в прошлом — я просто сражаюсь на этой войне, — сказал Деймон, снова взявшись за меч. — Я знаю, каково это — быть бастардом. Видеть, как твой брат носит красивые одежды, в то время как на тебе только кольчуга и вареная кожа. Слышать, как его хвалят, и при этом понимать, что тебя игнорируют. В день своих именин я ел за низким столом. Я никогда не знал свою мать, но слышал, как жена моего отца спрашивала, не была ли она женщиной лёгкого поведения. Деймон кивнул. — Мне нужно подготовиться к турниру. Мои братья хотят стать моими оруженосцами. Оруженосец оруженосца, – он рассмеялся. – Прощай, Джон Сноу. Возможно, когда-нибудь мы снова встретимся на тренировочном поле. Когда Чёрный Дракон ушёл, появился Бринден Риверс. Он проводил взглядом своего сводного брата и, как показалось Джону, в одном его красном глазу промелькнуло сожаление. Однако лицо Кровавого Ворона всегда было сложно разгадать, и сейчас оно оставалось в тени. — Зачем вы привели меня сюда? — спросил Джон. — Какова была цель встречи с Деймоном Блэкфайром? — Тогда он ещё был Уотерсом, — ответил Риверс. — Он был лучшим человеком до того, как получил меч, лучшим братом, какого только можно себе представить. — Хватит намёков и недомолвок, — сказал Джон. — В чём был смысл, Кровавый Ворон? Почему я здесь? Десница двух королей Таргариенов проигнорировал эту вспышку. — Старик, полный злобы, дал ему меч, и жизнь его изменилась. Без Черного Пламени семена восстания не смогли бы прорасти. Деймон мог бы прожить долгую жизнь и взойти на трон по праву рождения. Половина Таргариенов погибла во время Великого весеннего мора. Меч стал не благословением, а проклятием, — произнёс Кровавый Ворон. — Но какое это имеет отношение ко мне? У меня нет валирийского меча, чтобы его отдать, и нет сводных братьев, с которыми я мог бы сражаться. Бринден Риверс улыбнулся, словно скрывая какую-то тайну. — Ты должен принимать решения. Даже самые незначительные из них могут повлиять на будущее. И путь королей отличается от пути обычных людей. Они не следуют законам Семерых, Старых Богов или даже правилам гостеприимства. — Вы говорите о Тирионе Ланнистере. Но я не могу закрыть глаза на его преступления, — ответил Джон. — Что для вас важнее: справедливость или милосердие? Честь или победа? — спросил Бринден. — Зачем мне выбирать? Разве человек не может быть и сильным, и добрым одновременно? — Вероятно, ты прочитал слишком много историй о благородном короле Джейхейрисе. Всем нам приходится делать выбор, и он не всегда так прост, как нам пытаются представить мейстеры и септоны. В Вестеросе много королей, и от их решений будет зависеть судьба твоей семьи. — Я бы пожертвовал всем — честью, милосердием и справедливостью — чтобы спасти их, — твёрдо сказал Джон. — Возможно, так и придётся поступить, но помни: иногда цена оказывается выше, чем приз, а победа приносит лишь сожаления, — ответил Кровавый Ворон. И тут Джон проснулся.

***

Пока он шёл к солярию, охранники докладывали о ситуации. Ночью беспорядков не было, но за Тирионом и его охраной наблюдало множество любопытных глаз. Сир Давен и другие гвардейцы Ланнистеров продолжали ворчать, однако, выслушав показания Подрика и Бронна, согласились с заключением. Конечно, присутствие дюжин охранников сыграло свою роль. В подземельях западники требовали, чтобы их освободили, и предлагали более щедрые выкупы. Если бы Беса можно было заточить в воронью клетку, война могла бы длиться бесконечно. Джон вошёл в комнату и увидел, что его брат сидит за столом и читает свиток. Рядом с ним стояла тарелка с только что жареной рыбой и кружка тёмного эля. Джон был рад видеть, что на столе есть вилка, и Робб не испачкал свиток жирными отпечатками пальцев. Свиток был старым, датированным временами правления Эйриса I, и Джону стало любопытно, что же так заинтересовало его брата. — Доброе утро, Джон! Мне очень жаль, что вчера вечером мы не смогли поговорить. У моей матери было что сказать. Она беспокоится о нашем отце и Сансе. Она считает, что нам нужно прийти к соглашению, и не хочет, чтобы мы удерживали Беса. — Неужели она думает, что мы должны были позволить ему уйти? После того, как Джори Мормонт чуть не погибла? — резко спросил Сноу. — Я не знаю, что она думает. Она очень переживает. Но что ты думаешь? Есть ли шанс спасти нашего отца, не имея дела с Тайвином Ланнистером? Джон покачал головой. — Нет. Королевская Гавань находится более чем в четырехстах милях отсюда, и на каждом шагу вражеские войска. В столице тысячи красных плащей, верных Серсее и Джоффри, а отца держат в черных камерах. — Леди Старк считает, что если Тирион будет заключен в тюрьму или убит, то только наши самые могущественные лорды должны быть отправлены на переговоры с Тайвином. Иначе он откажется встречаться с нашими людьми. Лорд Болтон очень желает этой чести, и моя мать считает неразумным отказать ему. — Что ты думаешь о Лорде Болтоне? Робб вздрогнул. — Этот человек пугает меня. Он такой холодный, и я помню рассказы Старой Нэн о Болтонах, которые вешали шкуры своих врагов в Дредфорте. — Тогда почему мы должны доверить ему такую миссию? Болтоны много раз восставали против Дома Старк. — У тебя есть какие-нибудь предложения? Мама боится, что с отцом и Сансой плохо обращаются, — Робб поморщился. Джон понимал его страхи. Пленники, прибывшие из Утеса Кастерли, подтвердили, что новый король легко выходил из себя и мог в мгновение ока перейти от галантности к жестокости. — Пока нет. Но прошлой ночью мне кое-что приснилось. Старк поднял глаза. — Что, Джон? — Призрак следил за Нимерией возле Божьего Ока. Он уловил ее запах. Я думаю, что она там, рядом с Харренхоллом. — Арья или ее волчица? — спросил Робб. — И то и другое. Они живы. Я в этом уверен, — сказал Джон. Нет смысла рассказывать Роббу о Кровавом Вороне или о встрече с Деймоном Блэкфайром. Робб нахмурился. — Забрать Арью из Харренхолла будет сложно. Замок охраняют остатки армии Ланнистеров: Кровавые скоморохи и люди Горы. Я разговаривал с леди Уэнт. Хотя замок, возможно, и разрушен, оборона всё ещё сильна. Если мы попытаемся взять Харренхолл штурмом, то будем разменивать пятерых наших на одного из них. — Ему не нужно было говорить, как на Севере не хватает воинов. Даже с помощью речников силы Робба всё равно уступали по численности армии Ланнистеров. Они сидели молча. Джон видел темные круги под глазами брата и поджатые губы. Свеча на столе догорела до огарка. Его брат, должно быть, читал допоздна. — Робб, о чем этот свиток? — Это история о лорде Хейфорде, который отправился на Запад, чтобы сразиться с Дагоном Грейджоем. В ней рассказывается о том, как он спас Лелию Лидден с Железных островов и купил ей дом, где они поженились. — Я и понятия не имел, что ты увлекаешься такими историями о приключениях и рыцарстве. — Нет, — сказал Робб, разворачивая свиток. Это была карта Западных Земель, на которой Робб отметил место пером. Это место находилось к востоку от Утёса Кастерли, но к югу от Зуба. — Лорд Хейфорд много рассказывал о своих путешествиях по Золотой дороге. Есть место к востоку от Глубокой Норы, где дорога поднимается на двадцать миль. Это место идеально подходит для засады. Я мог бы построить там прочную оборонительную позицию и внезапно напасть на армию Ланнистеров. — Как ты заманишь их армию так далеко на Запад? Тайвин оставит Риверран у себя в тылу, если пойдет туда. — Напав на Западные Земли. Если мы сожжем поля, ему придется преследовать нас, — объяснил Робб. — Но зачем? Сила Западных земель сосредоточена на побережье. Крестьяне пострадают, но не дворяне. Замки лордов Запада расположены у моря, чтобы защитить их от набегов железнорожденных. Вам придётся отправить войска далеко на запад, к Утёсу и Эшморку. Это мощные замки, они могут продержаться несколько месяцев. — Теон уверен, что мы готовы к атаке на Утёс Кастерли, и Тайвин должен ответить на это. Он считает, что если мы пригрозим расправой над Джейме и Тирионом, то кастелян Утёса может пойти на уступки, чтобы спасти их жизни. Джон покачал головой. — Это тактика железнорождённых. Если Бейлон Грейджой появится за пределами Винтерфелла, удерживая в плену Брана и Рикона, как наш отец-лорд поступит с этой угрозой? Откажется ли он от своего дома? — Он будет молить богов за их души и поклянется убить любого Грейджоя, которого встретит, — ответил Робб. — Почему Тайвин Ланнистер должен вести себя иначе? Утёс может открыть врата, но тащить Цареубийцу и Беса в Кастерли — это неразумно. А что будет с нашими сестрой и отцом? Угрозы имеют значение только тогда, когда они могут быть осуществлены. Если мы убьём наших самых ценных пленников, как ты думаешь, Тайвин Ланнистер и Железный Трон не отомстят? — Ты прав. Но если мы не обменяем пленных, нам придётся сражаться. Я не хочу сражаться с Тайвином Ланнистером на его условиях, в тени Харренхолла, с его наёмниками и катапультами. Я хочу, чтобы он сам пришёл к нам, туда, где мы будем готовы. — Согласен. Но на данный момент лучшим решением была бы торговля пленными. Если это не удастся, мы должны будем подготовиться к тому, чтобы выманить Тайвина. — Но что нам делать с Тирионом? Мы не сможем обменять его, если он будет убит. Однако нельзя забывать, что он нарушил правила гостеприимства, — спросил Робб, нахмурившись. — Ни одно решение не будет идеальным, — ответил Джон. — Дай мне подумать об этом день. Робб кивнул. — Спасибо, брат. Я обязательно должен присутствовать на турнире и поздравить победителей. Какой бы совет ты ни дал, я обязательно его учту. — Кто знает, может быть, одна из сестёр Мормонт победит на турнире и объявит тебя королём любви и красоты, — с улыбкой сказал Сноу. Он рассмеялся, заметив, как ужаснулся Робб.

***

Большая чёрная птица уселась на насест над смотровой площадкой. Её оперение слилось с серебристой форелью на красно-синем балдахине. Ворон посмотрел вниз, когда соперники заняли свои места для первого боя второго дня. Тысячи людей наблюдали за тем, как Джейсон Маллистер, облачённый в пурпур и серебро, вышел на арену с мечом и щитом. Напротив него стоял Харрас Харлоу в чёрной кольчуге и с мечом Сумрак в руках. Десять лет назад крылатые орлы Сигарда отбили атаку кракенов в жестокой и кровавой битве. Ни одна из сторон не забыла об этом сражении. Джон не обращал внимания на шум битвы и смотрел на толпу. Джон восхищался остротой зрения и слуха ворона. Птица видела бороздки на венке, который носил король Гарднер, на монете, поставленной Гарланом Тиреллом против лорда Гудбрука. Ворон слышал не только крики северян, делавших ставки, но и шёпот горячих и похотливых пастухов, обсуждающих дочерей лордов. Джон видел карманников, снующих в толпе, и людей в тёмных плащах, прячущихся в тени. Интересно, подумал Джон, сколько ещё шпионов скрывается в толпе? Он заметил Тириона Ланнистера, Гарлана Тирелла и Харлоу, но знал, что в Королевской Гавани есть и другие, которым платят львы или пауки. Были ли они спрятаны среди кукольников, торговцев или простых людей? Или они на виду — рыцари и воины, тайно преданные другим королевствам? Здесь было слишком много всего: звуков, образов, врагов. Чувства ворона были не такими естественными, как волчьи сны. Когда Джон был в теле Призрака и использовал чувства ворона, запахи и вкусы становились ярче и насыщеннее, а сам Джон чувствовал себя более живым и свободным. Ворон не отверг его, но это переживание было странным и чужим. Как будто с каждым мгновением Джон терял свою человечность и превращался в пару глаз, смотрящих в толпу. Неужели именно так чувствовал себя Бринден Риверс? По слухам, он был колдуном, который мог видеть глазами зверей в лесу и птиц в небе. Джон стиснул зубы. Кровавый Ворон служил десницей двадцать с лишним лет. Использовал ли он воронов в качестве шпионов всё это время? Столько глаз и столько шпионов — неудивительно, что люди с секретами боялись Кровавого Ворона. Джон услышал неуверенный стук в дверь. В замке было мало людей, и, в отличие от Робба, у него не было оруженосцев. Поблизости были солдаты, но им было приказано следить за пленниками и чужаками в замке. Даже стражи Риверрана и Винтерфелла отвлеклись на второй день турнира. — Входите. Айша вошла в комнату, сгорбившись, как старушка. Серая шаль скрывала не только ее темные блестящие волосы, но и большую часть лица, и она снова была одета в тускло-коричневом и выцветшем желтом. Она выпрямилась и развернула шаль, открыв встревоженное лицо. —Милорд, я хочу кое о чем попросить вас. Джон снова попытался определить ее истинный возраст. Когда они встретились, она казалась уже далеко за пределами своего расцвета, ей было легко за сорок. На кукольном представлении он предположил, что ей лет тридцать, и что она была едва взрослой женщиной, когда путешествовала с труппой. Но сейчас Айша выглядела еще моложе, ее бледно-голубые глаза колебались, а голос дрожал. Она боялась. — Милорд, я пришла просить пощады для одного из ваших пленников, — она почтительно склонила голову. — Я знаю, что это не мое дело, но... Джон остановил ее рукой. — Это Тирион, не так ли? Он был твоим любовником. Айша выглядела испуганной, но затем храбро продолжила. — Да. Вы знали, милорд? — Я думал, это Ланнистер, — покачал головой Джон, — но не догадался бы. Тириону всего двадцать шесть. Ему не могло быть больше четырнадцати, когда вы были любовниками. — Ему было тринадцать, милорд. Мне было четырнадцать. Нас обвенчал пьяный септон на скотном дворе со свиньями в качестве свидетелей, — сказала Айша. — Но Ланнистеры плохо обращались с тобой. Почему ты хочешь спасти его? Айша уставилась в пол, ее голос звучал очень тихо. — Они сказали ему, что я была шлюхой. Его отец приказал десяткам своих гвардейцев изнасиловать меня. Они прижимали меня к земле и делали это по очереди. А Тирион был последним и заплатил золотой дракон, когда остальные бросали на пол серебряных оленей. Джон кивнул. Человек, приказавший зарезать двух детей, и глазом не моргнет, если жестоко разлучит сына с любовницей низкого происхождения. — Я повторюсь. Зачем тебе его спасать? — Он отец Гериона, — сказала она. — И в течение этих двух недель мы были безмерно счастливы. Он был нежен и добр со мной. Когда он узнал о моём желании стать целительницей, то купил мне книги для обучения этому ремеслу. Она добавила: — Я не хочу видеть, как он умирает, милорд. — И слеза скатилась по её щеке. — Кто-нибудь из Ланнистеров знает о твоем ребенке? Она покачала головой. — Я два дня оправлялась от ран. Тирион никогда не искал меня. Я бежала из Ланниспорта и направилась на восток. — Я знаю, что тебе трудно об этом говорить, но ты уверена, что Герион — его ребенок? — уточнил Джон. Айша заговорила ровным голосом. — Другие могут сомневаться, но я уверена. Губы и улыбка Гериона принадлежат ему. Мой мальчик умный, быстрый и добрый. Он сын Тириона. Все это могло быть желанием матери, чтобы ее ребенок не был бастардом и продуктом насилия, но Джон не сомневался, что Айша верит в то, что говорит. — Я сожалею о том, что тебе пришлось пережить. Но судьба Тириона будет определяться нуждами Севера и преступлением, которое он совершил. — Не стоит удивляться такому поступку. Он любит своего брата. Джейме рассказал ему, что я всего лишь шлюха, которую он приобрёл для него. Я убеждена, что его отец приказал Джейме так поступить. Джон вздохнул. Он был бастардом и отправлен из Винтерфелла, но его семейная жизнь была намного счастливее. Нед Старк был человеком чести, а Леди Старк, несмотря на свое презрение, никогда бы не опустилась до такого подлого поступка. При всем их богатстве, быть Ланнистером было дерьмово. Размышления Джона были прерваны, когда в комнату ворвался золотоволосый мальчик. — Мама, с тобой все в порядке! — воскликнул мальчик. Женщина обняла сына. — Герри, что случилось? Герион остановился, чтобы перевести дух. — Мы их видели. Те люди, которые напали на нас. Они пробирались в Риверран. Я боялся, что они причинят тебе боль. — Кого ты видел, Герри? — спросил Джон. — Этот Рамси и другие бандиты. Четт и Атлас видели, как они шли по Западному мосту десять минут назад, — ответил Герри. Турнир был в самом разгаре, с рукопашными боями на глазах у тысяч ликующих зрителей. Поля за окном предлагали еду, выпивку, азартные игры и даже шлюх. Почему же Рамси и его дружки пропустили такое? В замке не было ничего достойного их внимания, ничего нового, кроме... Тириона Ланнистера. И он мгновенно понял, что замыслил Рамси.

***

Ворон снова перелетел через стены замка, как раз, когда Джон уговаривал Призрака броситься вниз. Несколько верных Винтерфеллу людей последовали за Джоном, не совсем понимая, что происходит. Герри, Четт и Атлас тоже были там, и он убедил их взять запасное оружие из кузницы. Они наткнулись на полдюжины мужчин с кислыми лицами и злобным видом. У одного в руках был смазанный маслом хлыст, а у многих — длинные охотничьи ножи. На них были северные меха, но поверх коричневой одежды не было никаких знаков. Рамси был почти у клетки Тириона Ланнистера. — Стойте. Что вы здесь делаете? — крикнул Джон. Уродливый человек со сломанными зубами и коротким мечом обернулся. — Мы люди Мормонтов, просто сторожим пленников. Это была явная ложь. Никто из людей не носил их доспехов. За последние несколько недель кузница изготовила длинные мечи, булавы и копья, а не ножи для свежевания и потрошения дичи или плохо сделанные короткие мечи. — Ты лжешь. Отойди от пленников, — Джон поднял стальной щит и длинный меч для удара. Ворон взгромоздился на железные прутья, и стражники Винтерфелла рассыпались веером. Рамси Дастин взмахнул взведенным арбалетом. Сначала Джон подумал, что он целится в ворона, но потом понял, что целью был заключенный в клетке, Тирион Ланнистер. Птица полетела прямо в лицо Рамси, и уродливый бледный человек выстрелил слишком высоко, болт отскочил от прутьев клетки. Прежде чем он успел зарядить арбалет снова, Герри, держа щит обеими руками, налетел на него, сбив с ног. Половина его дружков бросилась в укрытие, волоча за собой Дастина. Остальные выхватили оружие и бросились в атаку. Призрак убил двоих, а последнего зарезал стражник Винтерфелла. Тирион поднялся с корточек и посмотрел на кровавую сцену внизу. — Сноу, ты только что спас мне жизнь? — Бронн и Подрик тоже наблюдали за происходящим, хотя эти двое были сторонними наблюдателями и не подвергались непосредственной опасности. Джон подумал, что Рамси, скорее всего, убил бы любого свидетеля, чтобы замести следы. — Ты должен благодарить мальчика. Он спас тебе жизнь, — сказал Джон, протягивая Герри руку.

***

Снаружи на клетках с воронами удвоили охрану, и тела быстро убрали. Джон отправил Четта с сообщением для Робба на турнирную площадку, но встреча состоялась только после окончания схватки. Осталось четверо бойцов: Дейси Мормонт и Маленький Джон Амбер с Севера, а также сир Харрас Харлоу и сир Давен Ланнистер. Наконец Робб в сопровождении Черной Рыбы и Леди Старк направился в солярий. Он приказал закрыть за собой дверь, и только Призрак и Серый Ветер остались в комнате в качестве охранников. — Что, во имя Семи Королевств, случилось, Джон? — спросил Робб. — Мы убили трех человек, которые ошивались возле клетки Тириона Ланнистера. Я думаю, что это люди Болтона, но доказательств нет. На них не было никаких знаков отличия, — ответил Сноу. — Люди Болтона. Что они делали? Неужели они пытались освободить Беса? — спросил Черная Рыба. — Нет, они пытались убить его, — Леди Старк и ее дядя обменялись потрясенными взглядами, в то время как Робб оставался задумчивым. — Но зачем им это делать? — задала вопрос Кейтилин. — Я понимаю, — задумчиво проговорил Робб. — Если Тирион погибнет под охраной Мормонтов, Ланнистеры решат, что это мы приказали его убить. Они никогда не простят наш дом, и, если Железный Трон выиграет войну, они сделают дом Болтон Хранителями Севера. — Но мы не можем быть уверены, что это было сделано по приказу лорда Болтона, — произнесла Леди Старк. — Пока шел турнир, пришли шесть человек, вооруженных ножами и арбалетами. Их предводитель Рамси выстрелил в Тириона. Трое из них сбежали. Да, мы не знаем, был ли он заказан домом Болтонов, но кому это выгодно? Кто сказал, что смерть Тириона не будет означать мира между Севером и Троном? — напомнил Джон. — Умно. Слышно, как Лорд Болтон говорит, что Тириона следует пощадить, ища мира. А потом он убивает Беса, и дом Ланнистеров обвиняет нас, — покивал Старк. — Нет никаких доказательств, Робб. Нельзя обвинить его без доказательств, — напомнила Кейтилин. — Доверие должно быть заслужено, а сейчас у лорда Болтона его нет. Я знаю, что не могу арестовать его. Джон, что нам делать с Бесом? — спросил Робб. — Если Болтоны хотят его смерти, мы должны застать их врасплох. Как говорит Черная Рыба, на войне никогда не исполняй желания врага, — произнес его брат.

***

В тот же вечер целый батальон гвардейцев повел Тириона Ланнистера в башню. Не только карлик, но и Бронн, Подрик Пейн и Виларр были освобождены из клеток. Всех троих заковали в цепи и оставили возле двери под усиленной охраной. Тирион, прихрамывая, медленно поднимался по лестнице. И все же это было значительно лучше по сравнению с клеткой. На столе стояли кувшины с водой и элем. Тарелки с вареными вкрутую яйцами и холодной курицей стояли рядом с тарелками со свежим черным хлебом. Джейме и Киван Ланнистер уже сидели, а снаружи стояли стражники. Призрак и Серый Ветер уже приступили к обеду, пожирая двух целых цыплят и ища еще. — Вина нет? У меня пересохло во рту, — сказал Тирион, ухмыляясь закатившимся глазам своего дяди и брата. — А ты наглец — отметил Робб, наполовину раздраженный, наполовину удивленный. — Виноват. Мой отец сказал бы, что я дерзок с самого рождения и не собираюсь меняться до самой смерти. Хотя, полагаю, ты не собираешься меня убивать. Если бы ты этого хотел, то не отпустил бы меня и не привел к моей семье. Киван налил в кружку воды и протянул ее карлику. — Лорд Старк, я прошу вас сохранить жизнь Тириону. Его поступок был глупым, но он сделал это, чтобы освободить своего брата. Мир предпочтительнее войны. Мой брат очень рассердился бы, если бы убили одного из его детей. — Нам все равно, если Тайвин рассердится. Но мы хотим, чтобы наш лорд-отец был возвращен. И ради этого мы готовы пойти на сделку, — ответил Робб. — Несмотря на ваше преступление, мы готовы освободить вас. Но по двум причинам. Во-первых, ты должен признаться в Большом зале, что нарушил Гостевое право. А во-вторых, ты скажешь Тайвину Ланнистеру, что Нед Старк должен быть освобожден и вернуться в качестве лорда Винтерфелла, — поставил условия Джон. — А ваше решение как-то связано с утренним нападением? Кто были те люди, которых ты убил? — поинтересовался Тирион, осушив свой бокал. — Это были люди, которые желали тебе смерти. — Я думал, ты чувствовал то же самое прошлой ночью, бастард, — карлик улыбнулся. Джон пожал плечами. — Ты же знаешь историю про крысу-повара. Боги наказывают клятвопреступников, даже если мы этого не делаем. Мы хотим, чтобы наш отец вернулся к нам как Лорд Винтерфелла. — Не знаю, смогу ли я это сделать, — начал Тирион, не обращая внимания на сердитый взгляд брата. — Мой отец — упрямый человек, и он может настоять, чтобы Лорд Старк принял черное. — Если мой лорд-отец — Хранитель Севера, то он будет поддерживать мир между Севером и Троном. Но мы с братом этого не сделаем. Железный Трон должен иметь дело и со Станнисом, и с Ренли Баратеоном. Армия твоего отца будет заперта в Речных Землях, если он не заключит мир. Что он будет делать, когда Баратеоны нападут на Королевскую Гавань? — спросил Робб. Тирион поморщился. — Вы верно подметили, милорд. Хорошо, я обещаю поговорить с отцом. Я буду убеждать его освободить Лорда Старка с миром между Севером и Железным троном. — Передай Лорду Тайвину, что я тоже считаю это более разумным выбором. Впереди еще много сражений, и возвращение Лорда Старка и его дочери — справедливая цена, — добавил Киван. — Мой отец не лучший собеседник, но ему не терпится вернуть Джейме, — сказал Тирион, намазывая масло на чёрный хлеб. — А мне бы хотелось узнать у него, что он слышал о моих планах от Шаи. А можно ли также попросить его вернуть моего оруженосца и доброго товарища? — Ты просишь очень многого. Твой наемник нанял убийцу — рявкнул Робб. — Только по моему приказу. И я в долгу перед этим человеком. На самом деле, если бы вы снова потащили меня перед лордами, я бы потребовал испытания боем с Бронном в качестве моего чемпиона — сказал Ланнистер. — Это было бы глупо. Ты слишком сильно испытываешь свою удачу, — сказал Джон. — Бронн выиграл суд в Орлином Гнезде, — напомнил Тирион. — Потому что Леди Аррен — дура. Я бы позволил бы тебе выбрать его в качестве чемпиона. А потом сломал бы ему обе руки. И я не думаю что он бы победил, — произнес Сноу. Бес недоверчиво посмотрел на него, но он продолжал. — Испытание боем защищает высокородных. Бронн не один из них, и он сознался в своих преступлениях. Твоя маленькая хитрость не поможет тебе избежать правосудия. — Ты можешь взять с собой своего оруженосца, — сказал Робб. — наемника, который тебе присягнул. Но больше не нужно никаких заговоров и глупых трюков. Я хочу, чтобы мой отец и сестра поскорее вернулись.

***

В ту ночь, в Большом зале Риверрана, Тирион признался в своих преступлениях. Он пообещал, что поговорит с отцом о возвращении Неда Старка на пост главы Дома Старк. Джон наблюдал, но лицо Русе Болтона оставалось холодным и молчаливым, ничего не выдавая. Рамси Дастина найти не удалось, и его люди тоже исчезли. В последний день турнира Дейси Мормонт одержала победу над сиром Давеном Ланнистером и сиром Харрасом Харлоу, став чемпионкой. Это было настоящее эпическое сражение, и Моргенштерн Дейси достойно выдержал удар Сумрака. В качестве награды за свою победу Дейси преподнесла Леди Мейдж и своим сёстрам корону из красных и белых роз. Это принесло большое облегчение Роббу, который опасался, что его объявят королём любви и красоты. В течение следующих нескольких дней царил мир. Торговцы и ремесленники собирали вещи, чтобы вернуться на запад и юг. Гарлан Тирелл и Оуэн Фоссовей попрощались с Джоном и пригласили его посетить Хайгарден и Сидрхолл. Даже Харрас Харлоу за три дня до своего возвращения на корабль «Ястреб-пересмешник» отдал дань уважения Роббу Старку. После того как гости ушли, Джон занялся своей работой в кузнице и продолжил изготавливать стальные доспехи и оружие. Ворон появился внезапно и вызвал у всех шок. Он прилетел не из Харренхолла или Харровея, а из Королевской Гавани. Джон в это время работал снаружи у горячей доменной печи, где проверял новые мечи. Он не обратил бы внимания на прилетевшего ворона, если бы не услышал вой лютоволка. Джон и Призрак сразу же бросились к Серому Ветру. Войдя в солярий, Джон увидел мрачного Бриндена Талли, утешающего плачущую Кейтилин Старк. Лицо Робба было серьезным и холодным, когда он протянул письмо Джону. Призрак подошел к своему сородичу. Джон прочел письмо. По приказу короны Эддард Старк был признан виновным в измене и обезглавлен перед Великой септой Бейлора. Дому Старк приказано явиться в Королевскую Гавань, чтобы преклонить колено. Джоффри Баратеон, первый этого имени. Король Андалов, Ройнаров и Первых Людей. Братья молча смотрели друг на друга. Два лютоволка – Призрак и Серый Ветер – стояли рядом со своими хозяевами и скалили зубы в беззвучном рычании. Их глаза были потемнели от ярости.

***

Лорды Севера и Речных Земель поспешили собраться в Большом зале. Леди Кейтилин, несмотря на слезы, твёрдым голосом читала вслух послание. За высоким столом Джон сидел по правую руку от брата. По обе стороны от него расположились Чёрная Рыба и Эдмур Талли. Лорды и леди слушали, как голос леди Старк наполняет зал. Но когда она закончила, начался настоящий хаос. — Мы не будем служить этому львиному ублюдку! — Джоффри точно бастард. Иначе зачем ему было убивать Неда?! — Ублюдок на Железном троне сошёл с ума! Мягкий голос лорда Болтона прорезал толпу. — Лорд Старк, вы не думаете, что это приказ лорда Тайвина? Как месть за поимку Тириона и Джейме Ланнистеров. — Тирион Ланнистер прибыл в Харровей с посланием от нас, — сказал Робб. — Тайвин Ланнистер желает вернуть своего брата, а мой отец был самым ценным из его заложников. Я думаю, это был приказ Серсеи или Джоффри. — Джоффри — это результат кровосмешения, сын Цареубийцы и его сестры, — воскликнул рыцарь Сервин. — Север не может служить бастарду-льву. Предлагаю не поддерживать Железный Трон, — заявил Рикард Карстарк. — Но кого мы поддержим? Станниса или Ренли? — послышались голоса в толпе. Большой Джон встал во все свои семь футов, указывая руками на Робба. — Милорды, я не хочу клясться ни перед Оленем, ни перед Львом. Я видел, что у нас есть Король, и его зовут Старк. Есть только один король, которому я дам клятву. Раздался неистовый крик. — Король Севера. Король Севера! КОРОЛЬ СЕВЕРА! Джон хлопнул ладонью по столу и встал. — Нет. Мы приехали на Юг не для того, чтобы Робб стал королем. Мы пришли только по одной причине. Чтобы вернуть домой отца и сестер. Дом Старк не хочет трона. Мы хотим отомстить за несправедливость по отношению к нашему отцу. В толпе царило смятение. — Но, но… Железный Трон... Робб встал и жестом руки потребовал тишины, его голубые глаза сверкали, а голос был ледяным. — Мой брат Джон прав. Джоффри заплатит за свои преступления. Милорды, вы поклялись моему отцу, Лорду Эддарду Старку. Теперь он был убит мальчишкой-королем. Верны ли вы мне? Будете ли вы верны своим обетам? Мы будем сражаться во имя моего отца и сбросим Джоффри с Железного Трона. Заговорил Робетт Гловер. — Но, Лорд Робб, за каким королем мы последуем? Робб посмотрел на Джона, который молча кивнул в знак согласия. — Мы последуем за любым, кто вернёт нам справедливость. Тот, кто приведёт к нам Джоффри, получит нашу поддержку, — заявил Робб. — Мне не важно, кто это будет: Ренли, Станнис или принц Таргариен. Король-мальчишка приказывает мне явиться в Королевскую Гавань. Но я пойду туда не для того, чтобы встать на колени. Я приду за Джоффри с огнём и мечом. Во имя Неда Старка! Ни звона кружек, ни клятв на обнажённых мечах, ни заверений в верности — только холодный и пугающий гнев охватил Молодого и Белого волков. Их не интересовали ни древние титулы, ни Зимняя корона — только справедливость и жажда мести имели для них значение.

______________________________

Заметки Автора: «Путь королей» — это отсылка к замечательной книге Брэндона Сандерсона. Она очень объёмная и имеет сложный сюжет с множеством воспоминаний, но одна из её главных тем — это идея о том, что иногда нужно делать то, что правильно, даже если это трудно, а не искать лёгких путей к успеху. На мой взгляд, Каладин Штормблейд очень похож на Джона: у него есть чувство чести, он капризен и склонен к отчаянию, а также готов жертвовать ради других и своей семьи. Это описание также подходит и для Гарри Поттера! Несмотря на свою привлекательность, он ужасен с женщинами. Архиву Бурисвета ещё предстоит пройти долгий путь, но я надеюсь, что Каладин достигнет великой судьбы и не превратится в бестолкового героя, как телевизионный Джон Сноу в прошлом сезоне. Сюжет об убийце, отравителе, актерах и воре взят из книги. Это, кажется, лишь один из примеров того, как Тирион проявляет сообразительность. Возможно, Мартин хотел показать освобождение Джейме Кейтилин Старк. Её наивность в этой ситуации кажется невероятной (даже если предположить, что Джейме освободили, то почему его отец отпустил бы Сансу?). Это событие приводит к тому, что Робб ссорится с Карстарками. Несколько невинных оруженосцев погибают. В этой же главе мы встречаем Бриенну и узнаём, что Джейме отрубил руку, что запускает его путь искупления. Однако я не совсем понимаю, какую роль должен был сыграть отравитель. Насколько Тайвин был осведомлён о тайных замыслах Тириона? Я полагаю, что ему было известно очень многое. Тайвин кажется мне человеком, который во всём стремится к контролю, и именно поэтому отношения с его детьми впоследствии возникли непреодолимые проблемы. Был ли он в курсе интрижки Тириона? Уверен, что да. И если эта женщина сообщит о случившемся своему отцу, который намного богаче её сына, обладает большей властью и командует тридцатью тысячами человек, то что тогда? Я предполагаю, что Шая выдала Тириона задолго до того, как они прибыли в Королевскую Гавань. Деймон Блэкфайр — один из тех невероятных персонажей, о которых никто ничего не знает. Одна из самых интригующих цитат Трехглазого Ворона: "У меня есть свои призраки, Бран. Брат, которого я любил, брат, которого я ненавидел, женщина, которую я желал". Ненавистный брат — Эйгор Риверс (из Бракенов), а женщина — Шира Морская Звезда. Но кто же возлюбленный брат? Большинство полагает, что это король Дейрон Добрый. Но Дейрон был на двадцать два года старше Бриндена Риверса и уже стал отцом. Неужели Дейрон действительно был так близок к незаконнорожденному сводному брату, когда у него были дети и придворные? Сомневаюсь. С другой стороны, я вижу одинокого Деймона Уотерса, защищающего своих незаконнорожденных братьев. Конечно, прежде чем получить Черное Пламя, Деймон мог захотеть сбежать в Эссос. Неужели Тиша так легко прощает Тириона? Мне кажется, её чувства очень неоднозначны. Она любила его, возможно, любит и сейчас, но он бросил её в беде и, в конце концов, изнасиловал. Однако, думаю, она бы попросила сохранить ему жизнь. Она не простила его и не желает, чтобы Ланнистеры имели какое-либо отношение к её семье. Ни Тирион, ни Джейме пока не обнаружили Гериона. И да, Герион спасает жизнь своему отцу. Робб – превосходный тактик, но не очень хороший стратег. Одной из его самых серьёзных ошибок стало взаимодействие с Русе Болтоном. Хотя Робб обоснованно опасался его (об этом прямо говорится в книге дважды), он всё же доверил ему значительную часть своей армии. В битве при Зеленом Зубце Русе командовал войсками и захватил Харренхолл. Затем он приказал людям Старка отправиться в Сумеречный Дол, где их убил Гора. Задолго до Красной Свадьбы стало ясно, что Болтоны предали Робба, но никто из его советников этого не заметил. Джон был шпионом Робба, поэтому динамика их отношений отличалась от обычной. Даже если Джон не сможет предоставить доказательства того, что Рамси Дастин – Болтон, это не изменит того факта, что Болтоны – умные и коварные люди. "Огнем и Мечом" — это выражение, которое Леди Роанна Веббер использует в "Присяжном рыцаре". Она потрясающая и, кстати, бабушка Тайвина Ланнистера! Было бы еще лучше, если бы она сбежала, чтобы присоединиться к Дункану Высокому на Тарте, когда она исчезнет с Утеса Кастерли. Тогда она также может быть родственницей Бриенны из Тарта. Некоторые из менее известных персонажей являются самыми интригующими во вселенной GOT.