Волчий Мейстер

Если бы Роббу никогда больше не пришлось есть фруктовый пирог, он был бы счастлив. Простор славился своей плодородной землёй, которая давала обильный урожай разнообразных фруктов. Здесь росли красный и белый виноград, огненные сливы, сочные персики, ароматные дыни, спелые абрикосы, румяные яблоки, свежие лимоны, сладкие апельсины и полдюжины различных видов ягод. Слуги лорда Касвелла сновали туда-сюда с подносами, полными свежеиспечённых пирожных с фруктами и другими сладостями. На подносах были и золотые пирожные в форме роз, и лебеди из сливок, лежащие на ложе из терпких гранатовых зёрен, и пряные медовые бисквиты, присыпанные корицей и сахаром. — А где тарелка с сыром? — от резкого голоса леди Оленны каштановолосый слуга, который наливал холодный фруктовый суп в серебряную чашу Мейса Тирелла, замер на месте. — Сыр подадут после пирогов, — сказал мальчик и запнулся. Матриарх Тиреллов подняла брови, и испуганный мальчик убежал, оставив Мейса с наполовину наполненной чашей. — Совершенно верно, — усмехнулся Мейс. — Десерт без сыра — как красавица с одним глазом. Леди Оленна уже хотела что-то сказать своему собеседнику, но, к счастью, в этот момент на столе появилось блюдо с сыром. Он был бледно-белым снаружи, а внутри жёлтым клином. Маргери Тирелл, грациозно протянув свои изящные белые руки, разрезала сыр странным инструментом. Это были два серебряных зубца, выходящих из рукояти из слоновой кости. В то же время её правая рука держала широкий стальной нож с четырьмя круглыми отверстиями на лезвии. — Ты смотришь на руки моей внучки? — спросила Оленна. Взгяды за высоким столом обратились к Роббу, и он увидел ухмылки на лицах Уилласа и Гарлана. Леди Кейтилин была подавлена, но Мейс был слишком занят, все еще сосредоточенный на пропавшем супе. Маргери мило покраснела. — Нет, миледи, — ответил Старк, указывая на необычные столовые приборы, которые лежали рядом с сыром на фарфоровой тарелке. — Я никогда раньше не видел ничего подобного. — Сыр? Даже в северных пустошах есть сыр, — пошутила Оленна. — Бабушка, он имеет в виду сырную вилку, — пояснила Маргери. — Разве у вас на Севере нет вилок? — спросила Оленна. — Я знала, что в местах, где живут Старки, холодно и сурово, но не думала, что там нет столовых приборов. — У нас есть вилки, ножи и ложки, но их не так много. Слева от тарелки лежали три вилки, справа — два ножа и ложка. Между бокалом с водой и вином примостились более причудливые инкрустированные ложка и вилка. Слева стояла вторая тарелка с салфеткой. Все вилки, ножи и ложки были разных размеров и рисунков. Это было довольно запутанно. — Я понимаю, — сказала Королева Шипов, немного смягчившись. — Но это касается только тех, кто сидит за высоким столом. За другими столами у них используется только один сервиз, а те, кто сидит в коридоре, едят только ножом и руками. Король должен быть примером для своего народа, демонстрируя мощь и величие. Если вы хотите стать королём, люди должны верить, что это так. Ренли был истинным представителем дома Баратеонов. Он обладал статной фигурой, был выше Робба, с широкими плечами, густыми угольно-чёрными волосами и красивым лицом, обрамлённым бородой. Его одежда была роскошной: тёмно-зелёный бархатный камзол и полупальто, расшитое золотой нитью и скреплённое изумрудной брошью. Один только плащ стоил больше, чем многие доспехи. На голове Ренли красовалась инкрустированная драгоценными камнями корона с золотыми рогами. Однако Робб сомневался, что Эйгону Завоевателю было дело до вилок. Да и Роберт Баратеон тоже любил хорошо поесть и выпить, но он завоевал свой трон с помощью железного боевого молота, а не благодаря пиршествам. Прошло уже два дня с тех пор, как в лагере появился ворон из Штормового Предела. Робб понимал, что подготовка к походу уже началась: фургоны были собраны, лошади готовы к дороге. Однако люди Простора и Штормовых земель продолжали спорить о том, кто поедет и в каком порядке. Во время каждого приёма пищи лорды выходили из-за нижних столов, чтобы уговаривать Мейса Тирелла и его детей. В то же время другие члены Малого совета — Тарли, Фоссовей и Рован — с трудом сдерживали своё недовольство. Роббу выпала великая честь – он сидел рядом с королевой Маргери на возвышении за высоким столом. Его леди-мать сидела по другую сторону, между Джоном Фоссовеем и Матисом Рованом. В Большом зале были расставлены шесть членов почётного караула Робба, согласно их статусу: Патрек Маллистер, наследник Сигарда, занял лучшее место, а Оливар Фрей, восемнадцатый сын лорда Уолдера, — худшее. Оливару пришлось есть с самыми младшими оруженосцами и пажами, сидя на скамье в дальнем конце зала, рядом с охотничьими собаками и кошками. Он вспомнил пир в Винтерфелле, и его лицо исказилось от боли. Перед тем как отправиться в Цитадель, его брата отправляли на задние скамьи во время праздников. Леди Кейтилин не позволяла Джону сидеть с братьями и сёстрами, а его отец никогда не говорил ни слова против. Робб очень любил своих родителей, но они нехорошо обращались с его сводным братом. Джон никогда не пытался выслужиться перед более знатными людьми, как это делали высокородные на Просторе, чтобы снискать расположение своих сюзеренов. Он никогда не жаловался на презрение Леди Старк. Его называли Призраком, как лютоволка, но он всегда оставался в стороне от стаи. Джон заслуживал лучшего.

***

Затупившийся меч столкнулся со стальным щитом, и Роббу пришлось отступить под мощными ударами. Сир Гарлан был опытным бойцом, который умело использовал свой высокий рост и длинные руки. Он не встречался с Барристаном Селми, но по сравнению с Цареубийцей всё же был слабее. Робб наслаждался тренировочным боем с просторцем. Он мог сделать всего пять или шесть касаний, прежде чем Гарлан достигал десяти. Но в поражении не было ничего постыдного. Лучше получить синяки во время тренировки и учиться, чем чудом побеждать более сильных противников. Робб сделал шаг назад, его рука со щитом опустилась, изображая усталость. Когда Гарлан начал атаковать сверху, северянин бросился вперёд, прикрываясь щитом, и нанёс удар мечом прямо в нагрудник противника. Стальной клинок задел подбородок Тирелла и вонзился в правое плечо ошеломлённого рыцаря. В настоящем бою Робб не был уверен, что сможет пробить тяжёлый стальной наплечник, но в этом спарринге он одержал победу. — Хороший поединок, Лорд Старк, — сказал Гарлан, вытирая пот со лба. — Вы все еще впереди, сир. Восемь против четырех, — усмехнулся Робб. Гарлан рассмеялся. В отличие от серьёзного Уилласа и вспыльчивого Лораса, он обладал лёгким характером. Последние два дня Робб внимательно наблюдал за людьми из Простора. Это были храбрые воины, умелые в бою и прекрасно владеющие словом. Их ряды казались бесконечными: здесь были и рыцари на конях, и резвые скакуны для войны, и лошади, запряжённые в повозки и осадные машины. Самым большим знаменем был коронованный чёрный олень на золотом поле, но золотая роза Хайгардена затмевала все остальные знаки. Дюжина красивых цветочных палаток Тиреллов окружала зелёный шёлковый павильон Ренли. Просторцы явно превосходили числом штормовиков. Горький мост находился на реке Мандер, поэтому многие великие дома Простора — Тиреллы, Эшфорды, Мерривезеры и Фоссовеи — могли легко путешествовать по Дороге Роз. Робб был удивлён, что, кроме зелёной морской черепахи лорда Эстермонта, наиболее заметными знамёнами, поддерживающими Ренли, были те, которые присягнули Хайгардену. Кроме того, было много неизвестных гербов — мелких лордов или межевых рыцарей, которые спешили присягнуть новому королю. Ренли собрал большую армию благодаря браку и пирам, но армия, собранная таким образом, легко может быть рассеяна по ветру. Робб поднял меч, чтобы продолжить, когда во двор ворвался взволнованный Оливар Фрей, напугав еще нескольких вооруженных людей. — Лорд Старк, ворон принёс вам письмо, — сообщил Оливар. — Тогда отдайте его мне, — сказал Робб, опуская щит и протягивая руку. — Милорд, королева Ши-э-э-э, леди Оленна, забрала его. Она послала своих охранников, чтобы сообщить нам об этом, — объяснил его оруженосец. Робб приподнял брови, а Гарлан застенчиво посмотрел на него. — Хорошо, тогда отведи меня к ней, — сказал Старк своему взволнованному оруженосцу.

***

Робб молча шёл к замку, не замечая любопытных взглядов слуг. Леди Оленна и её придворные дамы сидели в лекарственном саду возле септы. По сравнению с великолепными садами Хайгардена этот сад казался скромным, но в нём был огород, терраса для лекарственных трав и деревянные опоры для фруктовых деревьев. Сладкий аромат розмарина, мяты и пажитника смешивался с землистым запахом лука-порея, капусты и пастернака. Робб прошёл мимо грозных стражников леди Оленны — Аррика и Эррика, а также мимо шута, который пел «Медведя и прекрасную деву», отбивая мячик от своих полных ягодиц, к удовольствию Маргери и её спутниц. Старк громко откашлялся, чтобы привлечь внимание Оленны Тирелл. Маргери, перестав смеяться, посмотрела на него своими большими карими глазами. Её застенчивая милая улыбка была почти убедительной. Гарлан поздоровался со своей женой Леонеттой Фоссовей, изящной и всегда приятной. Молодые девушки замолчали, а темноволосая женщина с необычными чертами лица, характерными для жителей Эссоса, посмотрела на Робба. — Лорд Старк, почему вы сердитесь? У вас есть какая-то северная традиция, связанная с этим? — с любопытством спросила Оленна. — Миледи, вы знаете, почему я сердит. У вас есть ворон с письмом, предназначенным для меня, — напомнил он. — Ах да, ворон, — кивнула старуха. — Расскажите им, что вы видели, мейстер. К ним подошёл старик с седыми волосами и сутулой спиной, держа в железной клетке кричащую птицу. На её чёрных перьях были видны красновато-коричневые полосы. — Лорд Старк, сегодня утром ворон прилетел с окровавленными когтями, — пискнул мейстер. — И что? Возможно, он напал на другую птицу или защищался, — предположил Робб. — Нет, милорд, — ответил старик, удивив многих дам. — Кровь была из письма. И она, должно быть, была совсем свежей, раз так капала на когти и перья. — Послание, написанное кровью, не является нормой. Такое письмо вызывает любопытство, — произнесла Оленна, указав на кусок пергамента с печатью в виде лютоволка. Простор был бы заинтересован любым посланием из Риверрана, независимо от того, было ли оно написано чернилами или кровью. Робб взял записку, сломал печать и молча прочитал её. Его лицо оставалось бесстрастным, в то время как в комнате нарастало напряжение. Наконец, до того как Королева Шипов успела что-либо сказать, он решил удовлетворить их любопытство. — Это письмо от моего брата Джона. Он одержал победу в сражении и взял Зуб. — Зуб? — спросила темноволосая женщина с хриплым голосом. — Неужели он потерял его в бою? — Нет, он захватил родовой замок Леффордов и пленил множество людей, — ответил Робб, оставив короткую записку на столе для леди Оленны и Маргери. — Как он смог взять Зуб? — удивился сир Гарлан. — Это же крепкая крепость. Он не мог осадить её за несколько дней. — Не знаю, — пожал плечами Старк. — Письмо короткое. — Вам понадобится бумага и перо, чтобы написать ответ брату? — спросила Маргери. — А зачем? Он занят войной, пока я ем, — многозначительно сказал Робб. Он вышел, чтобы найти своих людей, оставив Тиреллов с их заговорами и планами.

***

На следующее утро Ренли Баратеон был готов отправиться в путь верхом. После великолепного завтрака король вышел, облачённый в зелёную кольчугу, напоминающую лес. Кольчуга была украшена золотыми каннелюрами и отполирована до зеркального блеска. На голове Ренли красовался шлем с золотыми рогами, которые добавляли ещё полтора фута к его росту. Робб не был мейстером, но даже он понимал, что в бою удары по бесполезным рогам могут привести к травмам головы. Простой удар булавой или молотом мог оказаться смертельным. Окружённый своими рыцарями в ярких плащах, Ренли махал толпе. Забрало его шлема было открыто, чтобы люди могли видеть его лёгкую улыбку. За Ренли следовали рыцари из Простора и Штормовых земель. Лорас Тирелл, как лорд-командующий, ехал впереди, а шесть других Радужных Гвардейцев образовали полукруг, и их разноцветные шелковые плащи развевались на ветру. Робб был в следующей группе, рядом с Рендиллом Тарли и Джоном Фоссовеем. Доблестные рыцари из Сидрхолла и Новой Бочки составляли им компанию, но Лорд Рогова Холма с его щетинистым лицом не был приятным спутником. Его сопровождали два сына: один бледный и очень толстый, а другой худой и крепкий. Также присутствовали и другие знатные лорды со своими наследниками и самыми верными вассалами: Эстермонты и Рованы, Кароны и Хайтауэры, Окхарты, Селми, Крейны и Тиреллы. Однако Мейс и Гарлан остались в Горьком Мосту. Робб нахмурился. Рыцарей было много, но не хватало других войск — лёгкой кавалерии, пехотинцев с пиками, лучников и арбалетчиков. Он предположил, что, подобно Русе Болтону и Рикарду Карстарку, люди Тирелла будут передвигаться с пехотой и обозами. У Близнецов Старк намеренно разделил свои войска, чтобы застать Цареубийцу врасплох и прорвать осаду своей кавалерией. Однако Станнис Баратеон, учитывая условия переговоров, не был бы удивлён. Северянин надеялся, что они не попадут в засаду. Снова раздались радостные возгласы. Люди в толпе вытянули шеи, чтобы лучше видеть. Они увидели элегантную зелёную карету, запряжённую шестью лошадьми и украшенную золотыми цветами. Роза Хайгардена помахала толпе, а королева Шипов присоединилась к ней. По крайней мере, это была не та непристойно гигантская карета, в которой ехали Серсея и королевские дети. Это двухэтажное чудовище, запряжённое сорока лошадьми, было слишком широким, чтобы пройти через ворота Винтерфелла. Галантный Ренли вернулся и легонько поцеловал жену в щёку. Затем стражники Тирелла помогли женщинам сесть в карету, и дверца закрылась. Робб прикрепил к седлу своего белого жеребца седельные сумки, наполненные хлебом, твёрдым сыром, сушёными фруктами и мясом. Он сделал большой глоток из бурдюка и протянул его Оливару, чтобы тот наполнил его снова. Серый Ветер прошлой ночью пировал оленями, и лютоволк хотел поскорее отправиться в путь. Робб с радостью согласился. Он провёл в замке три долгих ночи и был очень рад уехать. Чем скорее они разберутся со Станнисом, тем скорее он сможет вернуться в Риверран.

***

Солнце было ещё высоко в небе, но уже клонилось к закату. Они ехали на юг, и к обеду должны были добраться до чистых вод Синей Бурны. Затем им предстояло ещё около часа идти вдоль реки на восток. Синий Ручей тёк от Длинного Стола в Просторе к западу Штормовых Земель. В конце реки, к северу от Летнего Замка, они должны были встретиться со Станнисом. Робб любовался видом пышных зелёных полей, проезжая по ним верхом на лошади вместе с Серым Ветром. Он был в самом сердце Простора — густонаселённого района, который орошают могучий Мандер и его притоки, Синий Ручей и Зыбкая. Он ехал один, а его мать, леди Кейтилин, беседовала с дворянами из Простора. Стражники Робба обменивались рассказами о своих боевых подвигах с восхищёнными оруженосцами. И вдруг к нему подъехали девушки во главе с Розой Хайгардена. — Талиса, я поговорю с лордом Роббом. Не могла бы ты вернуться к моей бабушке? — спросила Маргери. Темноволосая целительница кивнула и направила лошадь обратно. Северянин был удивлён, увидев леди Мейгир в этой поездке. — Талиса родилась в Волантисе. У Станниса Баратеона есть Красная жрица Р'глора, которая может быть ведьмой и заклинательницей теней. В Волантисе они поклоняются Р'глору. По слухам, храм Владыки Света там в несколько раз больше Великой септы Бейлора, — объяснила Маргери. — И вы думаете, она может помочь нам против той женщины? — Робб приподнял бровь. Маргери пожала плечами. — Это может быть полезно. Мы ничего не знаем об этом Красном Боге. Эта женщина сожгла статуи Семерых на Драконьем Камне и утверждает, что видела видения, посланные Станнисом. Интересно, это правда или какой-то обман? Я надеялась, что леди Талиса сможет нам рассказать. — Это очень разумно, ваша светлость. Именно так поступил бы мой брат Джон, — сказал Робб. — Лорд Старк, расскажите, что ещё вы знаете о ситуации в Золотом Зубе? — спросила девушка, хлопая своими прекрасными глазами. Робб недовольно хмыкнул, услышав её дерзкий вопрос. По его мнению, Маргери была такой же дерзкой, как и леди Оленна. Когда вчера вечером распространилась новость о захвате Золотого Зуба, знаменосцы Ренли пытались разными способами расспросить Кейтилин и почётный караул, но они не смогли прояснить ситуацию. Лицо Рендилла Тарли покраснело от гнева, когда его мать сказала, что ничего не знает о военных действиях. — Вы видели всё, что видел я, — ответил он резко, но потом смягчился. — Ваша светлость, этого ворона прислал Джон. Я могу лишь предполагать, как он захватил Зуб. — Разумеется, вам известно больше. Вы доверили брату командование армией. Должно быть, он действует по вашим указаниям, — настаивала она. Робб покачал головой. — Я не отдавал приказов Джону. Мы обсуждали возможности, цели и потенциальные результаты: как далеко войска должны войти в Западные Земли и какие замки атаковать. Мнение Джона не всегда совпадает с моим, а на поле боя он сам себе хозяин. И так должно быть: когда в бою что-то меняется, меняются и приказы генерала. — Вы очень доверяете своему сводному брату, милорд, — заметила Маргери. — Он — моя кровь. Тем более я доверяю Джону вести моих людей. Что касается того, как он взял Зуб, то по-моему, это был хитрый трюк. Атака, проведённая быстро и неожиданно, — лучший путь к победе. Королева склонила голову набок и спросила: — Вы, должно быть, считаете нас медлительными и недальновидными. Ренли потребовалось три дня, чтобы добраться до Штормовых земель. А мой отец, Мейс, больше известен своими пиршествами, чем быстротой. Моя бабушка слышала, как леди Кейтилин сказала, что мы рыцари лета, а зима близко. Скажите, милорд, неужели вы думаете, что армия Ренли потерпит поражение? Робб подумал, что его матери не стоит говорить такие вещи лордам Простора. — Я сражался со многими из ваших людей: с вашим братом Гарланом, с Фоссовеями, с Брайсом Кароном, с Робаром Ройсом и с Пурпурным рыцарем. Все они искусны в обращении с мечом, но это не всегда помогает выиграть битву. Маргери была удивлена. — Что вы имеете в виду? — спросила она. — Мужчины годами учатся сражаться копьём и мечом. — Да, и это помогает им побеждать в поединках и в рукопашных схватках, — ответил Робб. — Но сражения выигрываются не так. У хорошей армии есть дисциплина, есть скорость, есть снабжение, есть сочетание разных войск. В песнях рыцари красиво и благородно бросаются в бой, но на самом деле это не так. Цареубийца попробовал так сделать в Шепчущем лесу, и мы убили его людей. Ни одна армия не может победить, если у неё только один тип войск, разве что она столкнётся с крестьянами. — Но... Ренли взял с собой только рыцарей. Лучник и пехота смогут выступить только через неделю, — запнулась леди Маргери. — В открытом поле рыцари Ренли одержали бы победу. Но если вы дадите моему брату неделю на подготовку с кавалерией, лучниками и пехотой, Джон нанесёт вам колоссальные потери. — У нас будет подкрепление. Даже с одними рыцарями мы превосходим Станниса численно. А Гарлан приведёт ещё двадцать пять тысяч человек. Наши объединённые силы сокрушат лорда Станниса, — ответила она. — Да, и меня это удивляет. Я слышал, что Станнис — отличный полководец. Мой отец рассказывал, что он победил в войне против Грейджоев, разбив их флот. А ведь железнорождённых непросто одолеть на море. Зачем Станнису искать битвы, если он не победит? Он не из тех, кто только хвастается своими успехами. В отличие от некоторых людей, он знает, что такое настоящая война и пролитая кровь. — Ренли утверждает, что наша армия настолько сильна, что одним ударом мы разобьём вражеское войско, — поделилась Маргери. В её голосе было больше надежды, чем уверенности. — Любой может хвастаться. И любая армия может потерпеть поражение. Плохая местность. Плохая погода. Внезапная атака. Ваши рыцари рассматривают войну как турнир, чтобы завоевать славу. Вот почему они — рыцари лета. Но война — это не песня. Станнис будет непростым противником, — произнёс Старк. — Вы знаете, что он может предпринять? — с тревогой спросила девушка. — Не знаю. Я никогда не встречался со Станнисом и не бывал в Штормовых землях. Я не знаю, какими силами он располагает. Но я знаю одно: армия овец во главе с оленем лучше, чем армия оленей во главе с овцой. А Станнис не смотря ни на что — не овца. Он будет сражаться до конца, — ответил Робб.

***

Спустя два дня они наконец достигли Синего Ручья. Во время своего путешествия, которым руководил лорд Тарли, Ренли остановился лишь в одном замке — Луговине. Там он только быстро пообедал, не устраивая никаких представлений с певцами, жонглёрами и шутами. По пути к ним присоединялись межевые рыцари, наёмники и приверженцы лагеря, но это не замедляло их продвижение. Даже карета не отставала, благодаря свежим лошадям, предоставленным домом Лугов Травянистой Долины. Большую часть пути Робб не виделся с Ренли. Король проводил время либо в карете, либо с Лорасом Тиреллом. Он заметил Маргери и Талису, которые ехали верхом в сопровождении сира Эммона Кью и сира Гайарда Морригана из Радужной гвардии. Также он пообщался с людьми Фоссовея и Матисом Рованом. В их обществе ему было приятнее, чем с суровым и подозрительным Тарли. Тарли был строгим надсмотрщиком, и рядом с ним все чувствовали себя неловко, включая обоих его сыновей. Даже леди Оленна старалась не провоцировать лорда Рогова Холма. В ту ночь они расположились лагерем на продуваемой всеми ветрами равнине с жёлтой травой. Ренли пригласил знаменосцев в свой зелёный с золотом шатёр и потребовал присутствия представителей дома Старк. Леди Кейтилин была обеспокоена предстоящей встречей. — Робб, ты будешь участвовать в битве? — спросила она сына. Охранники Робба вышли наружу, чтобы не мешать им. — Матушка, завтра будут переговоры. Если у Баратеонов есть здравый смысл, то битвы не будет, — ответил Робб. — Баратеоны известны своим темпераментом. И Ренли может захотеть, чтобы ты сражался за него. Такие вещи короли не забывают, — поджав губы, сказала Кейтилин. Робб пристегнул к поясу кинжал, выкованный из валирийской стали. Он не ждал неприятностей, но лучше быть готовым. — Каждый может объявить себя королём, но это не сделает его таковым. Ренли не сидит на Железном троне, а я не склоняю перед ним головы. Если на нас нападут, мы дадим отпор. Но пока что Север будет просто наблюдать. — Возможно, нам не стоит находиться здесь, между двух армий? Робб покачал головой. — Мы должны знать, что намерены предпринять Баратеоны. Если Ренли одержит победу и предоставит нам людей, мы сможем победить Тайвина в Речных землях. Если Баратеоны объединятся, они удержат Железный Трон, и тогда Джоффри лишится головы. А если победит Станнис, то я склоню колено перед ним, если он уничтожит Ланнистеров. — Тебя переполняет жажда мести. Войны не должны вестись до последней капли крови, — воскликнула она. — Я потеряла мужа и не хочу потерять ещё и сына. — Мама, это не из-за мести. Я сражаюсь ради нашей семьи. Железный Трон казнил Лорда Винтерфелла. Мои предки шли на войну и за меньшее. Короли Зимы склоняли колени только перед драконом, а не перед львом или оленем. — Те времена прошли. Если это необходимо, преклони колено, чтобы спасти свою жизнь. Если не ради себя, то подумай о своих братьях Бране и Риконе, чтобы они могли расти вместе с братом, — взмолилась Кейтилин. — Я не хочу умирать. Но даже если придётся, позволь мне умереть за дом Старк. Отец поступил бы так же. И если я умру, Джон отомстит за меня. Он не успокоится, пока мои убийцы не будут мертвы. — Но твои братья и сёстры, что будет с ними? — Джон будет их защищать. Кто встанет на защиту дома Старков? Даже если бы Бран мог ходить, ему всего девять лет. Санса оказалась в ловушке в Королевской Гавани. А Арья пропала. Рикону всего четыре года. Если я умру, Ланнистеры попытаются убить моих братьев и использовать моих сестёр, чтобы контролировать Винтерфелл. Ты же знаешь это, мама. Джон защитит их. Он станет их надеждой на будущее.

***

С этими словами Робб вышел из палатки, а мрачная Кейтилин и его люди последовали за ним. Зеленый павильон был гораздо больше и просторнее, чем командирская палатка, которую Робб использовал во время марша из Винтерфелла. Здесь можно было найти все удобства, которые обычно связывают с целым домом: пуховый матрас с атласными подушками, деревянную и медную ванну, бутылки арборского и дорнийского вина, а также хрустальный графин и полный набор серебряных кубков. Сквайр уже поставил серебряную миску с сочными персиками, сливами и грушами. Робба привлёк тисовый лук, который стоял рядом с королевскими доспехами. Рядом с ним на крюке висел полный колчан стрел. В колчане было несколько широких охотничьих наконечников, но большинство из них были с короткими, которые лучше пробивали дыры в кольчуге. Пограничные лорды Штормовых земель славились мастерством своих лучников. Они оттачивали своё искусство веками, сражаясь с дорнийскими захватчиками. Множество домов теснились вокруг Красных гор, которые разделяли Дорн, Простор и Штормовые земли. Робб задумался, умеет ли Ренли обращаться с луком. — Наши разведчики доложили, что в Штормовом Пределе находится Станнис с пятитысячным войском. У него всего несколько знаменосцев: дома Селтигара, Сангласа, Бар-Эммона и Велариона. У Станниса меньше пятисот лошадей, многие из них — вольные всадники в вареной коже. Войско плохо снабжено, но их корабли заблокировали бухту Корабелов, — сообщил Маттис Рован. — Наши рыцари смели бы их кавалерию с первой же атаки. Позвольте мне повести рыцарей в бой вместо вас, Ваша Светлость. Я покажу им, какова участь предателей, — заявил Лорас. Командир Радужной гвардии был слишком нетерпелив, чтобы заметить лёгкое колебание на лице Ренли. — Мы здесь для переговоров. Станнис — ваш брат. Вам стоит сначала поговорить с ним, а потом думать о битве, — сказал Робб. — У нас есть армия. У него тоже есть армия. Мы должны разбить Станниса сейчас, пока он слаб. Ты боишься битвы, Старк? — усмехнулся Рендилл Тарли. — Я выиграл достаточно битв, Тарли, — ответил Робб. Затем он снова обратился к Ренли: — Ваша Светлость, вы хотите стать королём Хайгардена или править Семью Королевствами? Ренли выглядел удивленным. — Конечно семью королевствами. — Однажды наступит день, когда дома Селтигар, Веларион и все остальные, кто живёт рядом с Драконьим Камнем, принесут свои знамёна вам и королеве Маргери. Зачем сейчас сражаться, если в этом нет необходимости? Я не мейстер, но во времена королей Таргариенов их сила была в том, что Десницей короля тоже был Таргариен. Основатель дома Баратеонов был первым Десницей короля, своего сводного брата Эйгона Завоевателя. Почему бы и нам не иметь десницу Баратеона для короля Баратеона? — сказал Робб. — Но моему отцу Мейсу обещали должность Десницы, — тихо произнёс Тирелл. — Тихо, дай Лорду Старку закончить, Лорас, — прервала его Оленна. — Существует множество должностей, которые могут быть предоставлены Тиреллам и их сторонникам. Например, Малый Совет, Городская стража, Королевская гвардия. Я предлагаю назначить Станниса Десницей короля. Ваш брат уже много лет заседал в Малом совете. — Это не устроит Станниса. Он желает трон для себя и своих потомков, — сказал Рован. — У него есть только десятилетняя дочь, Ширен. Она не может претендовать на престол. Если у него не будет больше детей, то вы всё равно унаследуете трон. А если у него родится ещё один сын, вы можете предложить помолвку своих детей. Вы сможете объединить свои семьи узами брака. Если вы обеспечите мир, дом Баратеонов будет править веками, как и Таргариены, – ответил Робб. Король печально улыбнулся: — Вы никогда не встречались с моим братом, лорд Старк. Он человек суровый и упрямый, обид не прощает. Он всё ещё верит, что его обделили, когда я получил Штормовой Предел. «Станниса действительно обманули», — подумал Старк. Старший брат должен был унаследовать родовой замок. — Тогда дайте ему Штормовой Предел. Поймите нет ничего более постыдного, чем убийство родственника. Вы можете не держать в руках меч, который его убьёт, но это будут ваши люди, исполняющие ваши приказы. Он ваш брат. Что скажут Боги, если он умрёт от вашей руки? — Я попробую с ним договориться. Но я с братьями никогда не был близок. Роберт был слишком занят развлечениями, а Станнис лишь скрипел зубами. Но если это не поможет, мы будем сражаться, — объявил Ренли.

***

Они подъехали к полю, которое с конца лета было покрыто жёлтой и оранжевой травой. Над равниной возвышался горный хребет, к которому можно было добраться только по каменистой тропинке. Робб был одет в доспехи, при нём были меч и кинжал, но шлем он не надел. Его щит был привязан к спине белого коня, а Серый Ветер бежал рядом. Сир Лорас и королева Маргери ехали по бокам от Ренли, а Робб — третьим: за ним следовали Леди Кейтилин, Лорд Тарли, Рован и Фоссовей. За ними по пятам шёл Радужный стражник в сопровождении Леди Талисы. Вдалеке Робб увидел, как они приближаются. Впереди ехал Станнис, по бокам от него — бледная женщина с волосами цвета полированной меди и мужчина с обветренным лицом. На женщине было красное платье, а мужчина был одет в простые коричневые и серые цвета. Люди в тяжёлых доспехах несли знамя чёрного оленя, заключённого в красное сердце, окружённое оранжевым пламенем. Робб внимательно посмотрел на Станниса. Это был крупный мужчина: высокий, широкоплечий, с тёмно-синими глазами. У него были редкие чёрные волосы и коротко подстриженная борода на квадратном подбородке. Его жёсткость выдавали тонкие бледные губы и впалые щёки. Этот человек не любил шутов и жонглёров. В отличие от Ренли, который носил полированную зелёную кольчугу и корону из золотых рогов, Станнис был одет просто: серая шерстяная туника поверх варёной кожи, чёрные бриджи и простой чёрный пояс с мечом и кинжалом. Ему не нужна была корона, чтобы казаться королём. С первого взгляда было ясно, что между двумя братьями не было любви. После коротких приветствий братья представили друг другу своих спутников. Старший из братьев Баратеонов пренебрежительно отнёсся к Тиреллам и не был впечатлён женитьбой Ренли. В ответ Ренли посмеялся над причинами новой религии Станниса и над пышногрудой Красной жрицей. Мелисандра объявила, что Станнис — это Азор Ахай, возрождённый среди соли и дыма, под кровавой звездой. Она не ответила на шутку Ренли о ветчине. Станнис повернулся к Роббу: — Я удивлён видеть вас здесь, лорд Старк. Ваш отец поддержал мои притязания. Но его честь стоила ему жизни, когда он объявил Джоффри бастардом. — А вы знали, что королевские дети были бастардами? — спросил Робб. — Я подозревал это, как и Джон Аррен. — Тогда почему вы не сказали об этом своим братьям? Если бы вы сообщили Роберту, Серсея Ланнистер и её брат лишились бы голов. И Джоффри был бы изгнан, — нахмурился Робб. — Он бы мне не поверил, — сжал челюсти мужчина. — Он бы поверил вам и Джону Аррену. Или, если бы вы сказали моему отцу напрямую, он поверил бы вам и Неду Старку. Но вместо этого вы исчезли на Драконьем Камне. Джон Аррен мёртв уже целый год. Семь Королевств в огне, и всё из-за вашего молчания. — Что сделано, то сделано. Теперь я законный король. Железный Трон принадлежит мне по праву. Все, кто сомневается в этом, — мятежники и узурпаторы, — решительно заявил Станнис. — Все отвергают тебя. Дорн, Простор, Западные Земли, даже Север. Кто провозгласил тебя королём? Владыка Света? Но у него нет ни мечей, ни копий. У тебя всего несколько тысяч человек. У меня же есть мощь Простора и Штормовых земель. Признай меня наследником, и я сделаю тебя своим Десницей, — сказал Ренли. — Вам не следует шутить о Р'глоре. Он спасёт мир от тьмы через своего избранника, — мрачно предупредила Мелисандра. — Я старше, и мой долг — править. Чем ты заслужил право сидеть на Железном Троне? Посещая заседания Малого Совета и рассказывая шутки? Или участвовав в турнирах и терпя поражение от более сильных соперников? Это делает тебя достойным быть шутом или рыцарем, но не королём, — сказал Станнис. Прежде чем Ренли успел что-то возразить, Робб заговорил. — Лорд Баратеон, если вы станете Десницей, вы станете правителем. Ваши брат Роберт и Безумный король носили короны, но фактически правили Джон Аррен и Тайвин Ланнистер. В те времена Семь Королевств процветали и жили в мире. Почему бы вам не стать Десницей вашего брата? Вы будете руководить армиями, вершить правосудие и создавать законы. Семь Королевств нуждаются в сильном правителе. Почему бы вам не занять эту роль? Станнис сжал челюсти. — Это моё право. Трон принадлежит моей семье. — Ваша семья — Баратеоны. И трон займёт король из дома Баратеонов. Джоффри говорит, что он наполовину олень, но на деле он лев. Если вы вступите в бой со своим братом, Ланнистеры могут победить. Или даже дорнийцы. Но если вы объединитесь, то дом Баратеонов одержит победу. А Север преклонит колено, когда мой лорд-отец получит то, чего заслуживает. — уверенно заявил Старк. — Король Станнис одержит победу над своими врагами. Владыка Света благосклонен к нему, — убеждённо произнесла жрица. — А что насчёт Ширен? — Ваш брат может предложить брак с Верховным лордом. И если у вас в будущем родится сын, а у королевы Маргери — дочь, то, возможно, они смогут пожениться, — ответил Робб. Станнис нахмурился, смотря на своего брата и его жену. Робб не мог понять, презирает ли его Станнис или всерьёз обдумывает предложение. Станнис был гордым и жёстким человеком, но как Десница короля он был вторым по силе человеком в Семи Королевствах. Старки сомневались, что Ренли, который так любил празднества и пиры, станет хорошим королём. Старший из братьев присутствовал на Малом совете с самого восстания. На мгновение показалось, что у упрямого Станниса есть шанс согласиться. Но тут заговорил Ренли. Рука Ренли скользнула под плащ, и Станнис тут же потянулся за мечом. Однако младший Баратеон, улыбаясь, протянул ему золотой персик. — Не хочешь попробовать, брат? — спросил он. — Ты никогда не пробовал ничего более сладкого. Станнис был вне себя от злости и даже не прикоснулся к фрукту. Робб не понимал, что происходит. Так же, как и его леди-мать, Тиреллы и другие присутствующие лорды. Переговоры шли своим чередом до того, как Ренли достал этот фрукт. — Человек никогда не должен упускать возможность попробовать персик, ведь это может быть единственный шанс в жизни. Жизнь коротка, Станнис. А зима, как говорят Старки, близко, — произнёс Король на Юге, отбросив фрукт. Робб заметил, что бо́льшая часть персика была нетронута. — Ты мне угрожаешь? — прищурился его брат. — Я участвовал в сражениях ещё до того, как ты научился держать меч. — Ах да, я помню. Осада Штормового Предела, где нам приходилось есть лошадей, собак, кошек и крыс. В той битве ты так хорошо себя проявил, — усмехнулся Ренли. Там было что-то мрачное и невысказанное, но при этом полное напряжения. Братья Баратеоны страдали в Штормовом Пределе целый год, находясь в осаде у Тиреллов, которые пировали за стенами замка. Если бы Мейс Тирелл помог Рейгару и отправился в Речные Земли, Роберт проиграл бы войну. Однако небольшой гарнизон в Штормовом Пределе сильно пострадал за славу Роберта, которым командовал Станнис. Робб понял, что Станнис был его ровесником, шестнадцатилетним юношей, во время осады. В то же время Ренли был немногим старше Рикона. Интересно, какие шрамы оставила эта осада обоим братьям Баратеонам? — Довольно! — в гневе воскликнул Станнис. — Довольно этой комедии! Я — законный наследник Железного Трона. Ради нашей матери, которая дала нам жизнь, я даю тебе одну ночь на размышления. Преклони колено, и ты сохранишь за собой Штормовой Предел и место в моём совете. В противном случае я уничтожу тебя завтра на рассвете, — с этими словами он развернул коня и поскакал прочь. Человек в коричневом и сером не сказал ничего. Но красная жрица взглянула на Ренли и улыбнулась. — Ночь темна и полна ужасов. Взгляните на свои прегрешения, лорд Ренли, — с этими загадочными словами Станнис и его свита удалились.

***

— Приготовьтесь к бою, милорды! — с улыбкой сказал Ренли. Молодой король шутил со своей Радужной Гвардией, и сир Лорас снова спросил, может ли он возглавить атаку. Маргери ехала рядом с целительницей Талисой, когда порядок марша нарушился. — Что вы думаете о Красной женщине? — спросила Маргери у Талисы. — Ваша Светлость, она меня пугает, — ответила целительница. — Она носила рубин на красно-золотом колье. Только заклинатели теней носят такие вещи, и они используют их для колдовства. — Магия? Возможно, она научит Станниса смеяться или кувыркаться в постели, — усмехнулся Ренли. — Миледи, что значит «заклинатель теней»? — поинтересовался Робб. — Не знаю, сир, но говорят, что заклинатели теней способны создавать самые зловещие заклинания, даже более тёмные, чем колдуны Кварта, — ответила она. — С помощью тёмной магии они могут заставить тени выполнять свою волю. В Эссосе есть мёртвый город Стигай, полный ходячих мертвецов. Повелевающие тенями отправляются туда, чтобы договариваться с демонами или ещё с кем похуже. — Это всё чепуха! Вы можете слушать пророчества и сказки о колдовстве, но мечи простолюдинов уничтожат Станниса, ваша светлость. Её магия — это обман, — сказал Тарли. Лорд Рогова Холма был человеком неприятным, и на лице Маргери отразилось явное раздражение, прежде чем она скрыла свои эмоции за маской мягкости и очарования. Робб подумал, что она искусно притворяется. Его лошадь внезапно понесла, испугавшись чего-то в траве. Робб посмотрел на наконечник стрелы, который лежал на земле. Он был старым и ржавым, но остриё всё ещё было острым. Робб с любопытством спешился и огляделся. В высокой траве лежало множество наконечников стрел. — Робб, что случилось? — спросила леди Кейтилин. Два рыцаря Радужной гвардии остановились, думая, не грозит ли им опасность. — Я нашёл стрелы, много стрел. И есть кое-что странное… — он посмотрел на высокий гребень и всё понял. — Я знаю это место. — Но, лорд Старк, вы же говорили, что никогда не были в Штормовых землях, — произнесла Маргери в замешательстве. К этому времени Ренли и другие лорды остановили своих лошадей. — Мой брат, Джон Сноу, рассказывал мне об этом месте, — сказал Робб, разводя руки. — Мы не будем первыми, кто атакует это поле. Сто лет назад трава здесь стала кроваво-красной после того, как на поле битвы погибли десять тысяч человек. Это Краснотравное поле, где принц Деймон Блэкфайр сражался с объединёнными силами Таргариенов. Если бы не это, — Старк указал на каменистую возвышенность, находящуюся высоко над ними, — он бы победил. Это Плачущий хребет. Пока Чёрный Дракон побеждал, Кровавый Ворон и Вороновы Зубы достигли вершины. Оттуда они выпустили град стрел, убив сыновей Деймона и самого Чёрного Дракона. — Ваш брат рассказал вам об этом? — спросил Ренли с удивлением. — Мы с Джоном много времени провели, обсуждая войну. Станнис выбрал место встречи. Он, вероятно, планирует разместить своих людей на гребне, чтобы они могли стрелять в ваших рыцарей, когда те нападут. Вам следует разместить там лучников, — ответил Робб. Лорд Рован бросил на Тарли кислый взгляд. — У нас нет лучников, лорд Старк, только рыцари, — хмуро сказал Рован. — Какое это имеет значение? Наша броня самого высокого качества, которое только может предоставить Простор. Стрелы не могут пробить кольчугу, — похвастался Лорас. — Чёрный Дракон носил лучшую сталь, как и его сыновья Эйгон и Эймон. Однако Кровавый Ворон убил их всех. Стрельба залпом отличается от одиночного выстрела. И гребень стрелы очень высокий. Стрелы падают с большой скоростью, что позволяет им находить слабые места в броне или шлеме противника. Они также могут попасть в лошадей, что приведёт к провалу атаки, — отметил Старк. Джон Фоссовей отбросил свой добродушный тон и взял ситуацию под контроль. — Это умный ход со стороны Станниса, — сказал он. — Я отправлю своих рыцарей охранять горный хребет. У них нет луков, но зато они смогут помешать другим стрелять. И если сражение продлится несколько дней, к нам присоединятся лучники из Простора. Робб кивнул. Подъём на Плакучий хребет был долгим и трудным из-за каменистой горной почвы. Это место было труднодоступным и необычным для размещения войск. Интересно, какие ещё уловки приготовил Станнис?

***

В тот вечер Ренли испросил позволения побеседовать с Роббом наедине. Оливар Фрей и Лукас Блэквуд беседовали с Бриенной, Эммоном Каем и рыжим Робаром Ройсом. Баратеон недавно умылся и принял ванну. Серебряный кубок опасно покачивался на краю медно-деревянной ванны, а аромат лаванды и сухих трав наполнял воздух. Будучи одетым в темно-зелёный бархатный камзол с вышитыми на нём золотыми оленями, будущий король сидел в высоком кожаном походном кресле и протянул ему вторую чашу. — Лорд Старк, я должен поблагодарить вас за вашу дальновидность сегодня утром. Люди Фоссовея и Эстермонта занимают Плачущий хребет. Никто из лучников в войске Станниса не сможет добраться до вершины. Я перед вами в долгу. Я не хотел бы, чтобы мои рыцари попали в засаду сверху, — серьёзно произнёс Ренли. В его голосе не было и намёка на улыбку или смех. — Я рад, ваша светлость, — сказал Робб. — Но вы уверены, что должны сражаться с братом? Ренли поставил на стол стеклянный графин и, откинувшись на спинку стула, посмотрел на Робба. В свете свечей, с которых воск капал на чёрное перо, он казался старше. — Когда-то давным-давно я любил Станниса. Но с возрастом я начал понимать, что у него есть недостатки. Когда война завершилась, Роберт сделал меня лордом Штормового Предела, хотя мне было всего семь лет. Даже тогда я чувствовал, что Станнис презирает меня. Он считал, что наш фамильный замок должен был достаться ему. Возможно, это и так, но зачем же сердиться на меня? Я ведь не принимал никакого участия в том решении. И он так и не смог простить мне этого. Станнис всегда видит в моей улыбке насмешку над ним. Когда я шучу, он считает меня дураком. А если я наслаждаюсь жизнью, то он называет меня легкомысленным болваном. С того момента, как я «узурпировал» его законное место, я не могу сделать ничего правильно в его глазах. «Но вы и впрямь сделали это», — подумал Робб. Штормовой Предел принадлежал Станнису как наследнику дома Баратеон. Во времена Таргариенов титул Лорда Драконьего Камня получал наследный принц, но Станнис никогда бы не унаследовал трон. Серсея и Тайвин Ланнистеры не позволили бы этому случиться. — Мне жаль, что у вас неприятности. Но короли и раньше не очень хорошо относились к своим Десницам. Ренли устремил на Робба острый проницательный взгляд. — Станнис был бы ужасным Десницей. О, да, он умён и жесток, но Десница должен иметь союзников. Десница должен завоёвывать друзей и влиять на людей. Станнис скажет тебе сделать что-то, потому что это твой долг. Но не все готовы сделать что-то только потому, что это их долг. — Мне очень жаль, что до этого дошло. Я никогда не хотел бы встретиться с братом в бою. — Вы — Старки. Волки собираются в стаи. Но с Баратеонами всё иначе. Олени — одиночки. Роберт был похож на них, — сказал Ренли с лёгкой гримасой, после чего полностью сосредоточился на собеседнике. — Лорд Старк, вы будете сражаться со мной в этой битве? — У меня всего лишь шесть человек. Не думаю, что это как-то повлияет на исход битвы, — сухо ответил Робб. — Вы прекрасный лидер, способный вести людей за собой. Если бы вы не указали нам на хребет, мои рыцари могли бы попасть в засаду. Лорды Рован и Фоссовей знакомы с вами совсем недолго, но они уже восхищаются вашей военной проницательностью. «Вероятно, это потому, что они не любят Рендилла Тарли», — подумал Робб. — Ваша светлость, Север не будет выбирать сторону в этой войне. Мы ищем справедливости за убийство моего отца. — Кто же, вероятно, согласится на это предложение? Есть три претендента на корону: бастард Джоффри, которого поддерживает Тайвин, Станнис, который ни от кого не зависит, и я, за спиной которого стоят Пространство и Штормовые Земли. Станнис общается с Красной жрицей, которая сжигает статуи Семерых. Вера не примет этого. А что, если она уничтожит Богорощи ради этого Владыки Света? Тогда Станнис разорвёт Семь Королевств на части. Я лучше подхожу для Железного трона. Я не пьяница, как Роберт, и не ярый фанатик, как Станнис. Я бы заботился как о простолюдинах, так и о высокородных. Я стал бы хорошим другом для Севера. Робб уже собирался ответить, когда внезапный порыв ветра распахнул палатку. Он услышал, как Серый Ветер завыл, а затем увидел, как тени на шёлковых стенах зашевелились. Свечи погасли, и он почувствовал странный холод. Тень, казавшаяся чёрной на зелёном шёлке, подняла меч. Старк крикнул предостережение и тоже выхватил меч, намереваясь отразить удар странного, невидимого, но смертоносного клинка, нацеленного на шею Ренли. Тень играючи отразила атаку Старка. Робб ощутил острую боль в руке. Ренли рухнул на пол, его лицо исказила гримаса ужаса. Серый Ветер ворвался в палатку и бросился к своему хозяину. — Боги! — вскричал Робб. Повернувшись к тени, он увидел в её чертах сходство с домом Баратеон — большие глаза, тяжёлый лоб и сильный выступающий подбородок. Но эта тень принадлежала не Ренли, а Станнису, с лицом, впалым, как череп, и бахромой волос, спадающей от висков к подбородку. Бриенна, сир Робар и сир Эммон стремительно ворвались в палатку. Тень, возвышаясь над королём, подняла обе руки. И снова Робб выступил вперёд, чтобы отразить удар. Мечи столкнулись, и северянин пошатнулся от силы удара и упал на колени. Тень Станниса снова двинулась к Ренли, готовясь вонзить свой ужасный клинок в будущего короля. Старк мгновенно среагировал и вонзил свой стальной меч в эту фигуру. Лицо, скрытое под черно-красным капюшоном, повернулось, и Тень с усмешкой отбросила Робба тыльной стороной ладони на стол. Графин разбился о землю, и арборское вино разлилось по траве. Серый Ветер зарычал и бросился на тень. Мощные челюсти лютоволка сомкнулись на теле тени, но, как и со стальным мечом его хозяина, никакого эффекта не последовало. Клыки сомкнулись, не причинив вреда сверхъестественному созданию. — За короля! — закричали три рыцаря радужной гвардии. Эммон Кай бросился к телу Ренли. Робар ударил своим двуручным клинком теневой клинок в попытке обезоружить. Призрак выронил клинок, и тот растворился в воздухе. Тень шагнула вперед, отшвырнув сира Эммона в сторону, как муху, а затем обхватила двумя большими призрачными руками горло Ренли. Бриенна схватила свечу. В павильоне осталось лишь несколько, которые еще не выгорели. Она смело толкнула чудовище, и воск зашипел, коснувшись колдовской формы. Тень качнулась, одна огромная рука все еще душила Ренли, а страшные черные глаза смотрели на Бриенну и Робара. Правая рука тени сжалась, и появился темный топор, вызванный из глубин ада. Робб встал. Рядом с ним были Лукас Блэквуд и Оливер Фрей, которые пытались увести его подальше от опасности. Но Робб не соглашался, он не хотел оставлять Ренли в руках жестокой и коварной судьбы. Магия Станниса, которая была противна Старым Богам и Семерым, наполняла его яростью. Старк схватился за кинжал, висящий у него на поясе. Он положил руку на рукоять, сделанную из драконьей кости. Ничто не могло сравниться с валирийской сталью, выкованной с помощью древней магии. Робб, не теряя времени, бросился вперёд и нанёс удар кинжалом в левую руку призрака. Призрак Станниса вскрикнул от боли и выронил на землю Ренли. В этот момент меч, который был кроваво-красным поверх чёрного, со свистом устремился вниз, целясь в голову Робба. Тот успел увернуться, и зачарованное оружие лишь слегка задело его правое плечо. Он почувствовал онемение, что-то было не так. В комнате стало темно и холодно, холоднее любого зимнего шторма в Волчьем лесу. Голоса звали его, и обезумевший волк завыл. Кто-то кричал, но Робб этого не слышал. В комнату ворвались люди: рыцари, леди, воины, лорды – они бормотали, кричали и мешали друг другу. Всё стало расплывчатым и туманным. Он попытался заговорить, пошевелиться или сделать что-нибудь ещё, но ноги его подкосились. Сгорбленная фигура и другие женщины стояли над ним со свечами. Когда свет упал на бледного Ренли, раздались крики потрясения. Но больше Робб ничего не узнал. Лорд Винтерфелла поддался холоду и тьме и погрузился в беспробудный сон.

***

Он проснулся с сухостью во рту, когда в палатку проник свет. Он лежал на кровати, а не на своём обычном спальном мешке, и чувствовал под собой лохматый дымчато-серый мех и запах лютоволка. Серый Ветер поднял голову, и его жёсткие жёлтые глаза посмотрели на него, а затем длинный влажный язык лизнул его в лицо. Робб издал удивлённое ворчание, и это сразу привлекло внимание. — О, как хорошо, что вы наконец проснулись, — на длинном и красивом лице Талисы Мейгир появилась улыбка. На ней был белый фартук поверх простого серого платья, и она протянула ему чашку холодной воды. Робб никогда не пробовал ничего более освежающего. Его мозг начал восстанавливать события последних часов — разговор с Ренли, черная тень с лицом Станниса, жестокий холод. Робб резко сел, застонав от боли в руке и плече. — Погоди, что было после битвы? — спросил он. В этот момент створки палатки распахнулись, и внутрь ворвался Патрек Маллистер. — Лорд Старк, вы проснулись! Слава Семерым! Я немедленно пошлю кого-нибудь, чтобы сообщить об этом леди Кейтилин. — Подождите, сир Патрек. Кто победил в битве между Станнисом и Ренли? — Сражение, милорд? — спросил рыцарь. — Битвы не было. Но Тиреллы предали суду Оливара Фрея и сира Лукаса. Леди Старк была на вашей стороне, и она выступает от их имени, — ответил рыцарь. — Что? — переспросил Робб. Он свесил ноги с кровати, чувствуя, как подкашиваются ноги, а в голове пульсирует боль. Он неуверенно встал, и Маллистер поспешил поддержать его. — Лорд Старк, вам нельзя вставать. Вы всё ещё ранены, — настаивала Талиса. — Леди Талиса, мои люди в опасности. Сир Патрек, проводите меня туда.

***

Он медленно вышел из палатки, ведя рядом с собой лютоволка. Робин Флинт присоединился к группе. Остальные стражники, сир Доннелл и Оуэн, стояли рядом с матерью. Робб стиснул зубы и постарался идти быстрее, но ноги его не слушались. Серый Ветер зарычал, и стражники отступили, а потом начали показывать на него пальцами и перешёптываться. Патрек и Робин привели Робба на большую поляну. Там на возвышении стояли на коленях пять человек в простых туниках, со связанными за спиной руками. Даже на расстоянии Робб видел синяки на лицах Оливара, Лукаса и троих членов Радужной Гвардии. Тиреллы сидели в элегантных креслах с золотыми спинками, украшенными розами. Королева Маргери и леди Оленна находились по бокам от дородного Мейса Тирелла. Лорас расхаживал взад и вперёд, взволнованный и что-то выкрикивающий. Робб заставил себя бежать быстрее, не обращая внимания на боль в ногах. Когда Серый Ветер рванулся вперёд, люди начали замечать его. Маргери увидела Робба первой, а затем воцарилась тишина: лютоволк нёсся вперёд, к ужасу Кейтилин Старк и Лораса Тирелла. Пленники подняли головы, а остальные стражники Робба окружили своего раненого лорда, боясь возможного столкновения. — Что здесь происходит? — гневно спросил Робб. Все взгляды устремились на него: Тиреллы, Фоссовей, Тарли, Рован и ещё десятки лордов. — Лорд Старк, вы очнулись, — с облегчением произнёс сир Гарлан. Тирелл жестом приказал трём свободным членам Радужной гвардии отойти. — Почему судят моих людей? — крикнул Робб. Гарлан переглянулся со смущённым Лорасом. — Сир Лорас сказал, что они не смогли защитить своего короля. Он обвинил ваших гвардейцев во лжи и трусости, — ответил он. — Вы хотя бы спросили их, что произошло в палатке? — спросил Робб. — Они солгали, что на них напала тень с мечом и топором, и что она задушила Ренли голыми руками, — воскликнул Лорас. Робб посмотрел на обвиняемых. Судя по свежим синякам, их недавно избили. Он с презрением повернулся к Тиреллам. — На нас напала тёмная магия. Тень пыталась убить Ренли. Бриенна и четыре человека рисковали своими жизнями а сир Эммон закрыл короля своим телом. После того как тень сбила меня с ног, Бриенна и сир Робар храбро сражались. Я уверен, что мои люди и ваши Радужные гвардейцы рассказали вам одну и ту же историю, — сказал Робб. — Но… — начал Лорас. — Какие у вас есть доказательства, лорд Старк? — высокомерно спросил Мейс Тирелл. — Замолчите, — резкий голос леди Оленны прервал его. — Лорд Старк, расскажите, что именно произошло? Мы с Ренли беседовали. Внезапно дверь палатки распахнулась, свечи погасли, а по стенам заскользила зловещая тень. Она схватила меч и бросилась на нас. Я попытался отразить удар, но меня отбросило назад. И тогда я увидел, кто это был. Это был Станнис Баратеон. Он был похож на ужасный призрак, который Красная жрица вызвала из преисподней. Мы сражались с ним, но он словно не замечал наших атак. Ничто не могло помешать ему обхватить руками шею Ренли. В конце концов, я нанёс удар валирийской сталью, и он отпустил его. — Но рыцари не смогли защитить короля, — сказал Лорас. — Вы полный болван, — прошипел Робб. — Ничей меч не смог его одолеть. Я пронзил его тень шестью дюймами стали, но это не принесло результата. Даже Серый Ветер не смог причинить ему вреда. Сир Робар обезоружил существо, и оно призвало теневой топор, — сказал он, указывая на пленников на платформе. — Они сражались храбро. Своими действиями вы порочите себя, а не их. — Если он был неуязвим для оружия, то как вы смогли одолеть тень? — спросила Оленна. — Наши мечи были бесполезны. Но валирийская сталь помогла. Я вонзил кинжал из валирийской стали в левую руку существа. Тень закричала, уронила Ренли и исчезла. Топор ударил меня, и после этого я мало что помню, — ответил Робб. Толпа замолчала, пытаясь осмыслить эту удивительную историю. Когда он закончил говорить, начался шёпот. Старк услышал, как люди перешёптываются о Молодом Волке и Кровавых Старках. — Гарлан, освободи пленников, — приказала Королева Шипов, повелительно взмахнув рукой. Тирелл кивнул бабушке, не обратив внимания на отца и младшего брата, и развязал Бриенну и остальных. Матис Рован сделал шаг вперёд: — Это объясняет, почему войска Станниса отступили. Наши шпионы сообщают, что в ту же ночь, когда напали на короля Ренли, он был тяжело ранен в левую руку. — Станнис был в меньшинстве. Он мог отступить из-за страха перед нашими силами, — возразил лорд Тарли. — Но это не объясняет, почему его же люди не видели его после той ночи. Дезертиры рассказывают, что с той поры приказы в лагере отдаёт только Красная Жрица. — Эта жрица может быть причастна и к другим преступлениям. Сегодня из Фелвуда прилетел ворон с сообщением о том, что Кортни Пенроза, по их мнению, убили и сбросили с Барабанной башни Штормового Предела. Возможно, эта колдунья совершила нечто подобное, — добавил Джон Фоссовей. Высокий пожилой мужчина с серебристыми волосами провёл рукой по своей элегантной бороде. У него были большие уши, и он очень напоминал символ своего дома — рыжего золотого лиса с выдающейся мордой. — Если это волшебство, то, возможно, мы не сможем ему противостоять. Если Ренли умрёт, то его наследником станет Станнис. Нам нужно это обдумать. Гарлан не позволил обезумевшему от горя сиру Лорасу выхватить меч. — Лорд Флорент, ваш король, мой супруг, не умер, — холодно заметила королева Маргери. — Но он ещё не очнулся, миледи. Даже мейстеры не знают, очнётся ли он вообще когда-нибудь, — ответил Флорент. Толпа была взволнована и обеспокоена. Робб был поражён отсутствием сострадания в этих людях. Казалось, только Лорас и Радужная гвардия горели желанием отомстить за своего короля, остальные же были заняты планированием своего будущего. — Милорды, вы не можете всерьёз рассматривать возможность последовать за Станнисом! — воскликнул в изумлении Старк. — У Ренли нет законного наследника. Если сир Пенроуз погиб, гарнизон может капитулировать. Элвуд Медоуз молод и неопытен. У него не хватит сил удержать замок, — вслух размышлял Флоран. — Станнис отправил теневого убийцу, чтобы устранить своего брата. Он способен на братоубийство и практикует тёмные искусства. Неужели вы думаете, что эта рыжеволосая колдунья остановится на этих смертях? Кто знает, какие ещё злодеяния она совершит во имя своего Красного бога? — настаивал Робб. — Лорд Старк, в Красном храме Волантиса Верховный Жрец сжигает людей в качестве жертвоприношения. Говорят, только смерть может заплатить за жизнь, — рассказала Талиса. — Если вы пойдете за таким человеком, то ваша участь будет предрешена. Для Старых и Новых Богов, нет преступления более проклятого, чем убийство родичей, — произнес Робб, уходя.

***

Робб был очень голоден и хотел пить. Гарлан предложил ему воспользоваться своим шатром, и слуги Тирелла тут же начали накрывать на стол. Робб залпом выпил целый кувшин воды, а затем с аппетитом съел ломтики хлеба с сыром. Он хотел съесть ещё и кусок говядины, но голова всё ещё болела. Оливар и Лукас тоже поели, поблагодарив Робба за приглашение. В знак благодарности леди Старк тепло поблагодарила Талису. В палатке остались четверо стражников, которые бдительно держали оружие в руках. Двое мужчин и очень высокая женщина в доспехах приблизились к столу. На боку у каждого из них были привязаны мечи и шлемы. Сир Эммон Кай был в жёлтой пластине с подсолнухами. Бриенна из Тарта — в помятой кобальтово-синей стали. А человек, который шёл впереди всех, был в красной пластине с рунами. — Лорд Старк, я прошу об аудиенции, — сказал сир Робар Ройс, серьёзный мужчина, высокий и грубовато красивый. — Мы хотим поблагодарить вас за ваши слова. Северянин отмахнулся от них, продолжая жевать шашлык из кабана с острым перцем. — Ничего особенного, — ответил он. — Любой здравомыслящий человек поступил бы так же. — К сожалению, здравый смысл не всегда побеждает, особенно среди наших людей. Мы трое клянёмся вам в верности. Даже если король Ренли проснётся, мы не сможем служить под началом сира Лораса. Он не оправдал доверия и не достоин быть лордом-командующим Королевской Гвардией, — сказал Робар. Это было преуменьшением, но Робб был рад видеть этих грозных воинов. Он не был хорошо знаком с сиром Эммоном, но рыжий Робар оказался вторым сыном Джона Ройса из Долины, которого его лорд-отец знал и уважал. Бриенна казалась немного странной и неуклюжей, но, будучи выше шести футов ростом, она хорошо владела мечом, как и сир Робар. И всё же Старк был удивлён, что Радужная гвардия так быстро покинула своего короля. — Как вы думаете, сир, Ренли не поправится? — с любопытством спросил Робб.

***

Прежде чем он успел получить ответ, сир Гарлан вернулся в свою палатку. — Лорд Старк, моя семья хотела бы поговорить с вами, — сказал Робб, встал, пристегнул кинжал и меч к поясу и последовал за остальными. Они подошли к соседнему павильону, который был полностью покрыт золотом и зелёным и украшен розами. Кроме Уилласа, в комнате присутствовала вся семья Тиреллов. Они были, как всегда, хорошо одеты и окружены атрибутами богатства и власти. Лорд Хайгардена сидел в роскошном кресле из чёрного дерева посреди комнаты, а настоящим центром власти был круглый стол с тонкими перьями и множеством кусков пергамента. Оленна сидела рядом с Маргери и величественной седовласой женщиной. Похоже, это была мать Маргери, Алерия Хайтауэр. — Лорас хочет сказать что-то важное, — произнесла Оленна, толкая своего внука. Командир Радужной гвардии сухо поклонился. — Лорд Старк, я был неправ. Прошу прощения за свои поступки. Робб указал на сиров Робара, Эммона и Бриенну: — Сир Лорас, вы должны извиниться перед ними, а не передо мной. Глаза Лораса потемнели, но трудно было понять, от гнева это или от стыда. — Теперь, когда всё закончилось, может быть, поедим? Вы, должно быть, проголодались, — весело сказал Мейс. — Сейчас у нас есть более важные дела, чем еда, — резко ответила Оленна своему полному сыну. — Милорды, люди сира Гарлана уже передали мне хлеб и мясо, — ответил Хранитель Севера. — Лорд Тирелл, мы хотим поблагодарить вас за гостеприимство, — сказала леди Кейтилин, пытаясь подбодрить удручённого Мейса. — О, ради богов, у нас нет времени на эти расшаркивания, — сказала старуха. — Лорд Старк, нам нужен ваш совет, как лучше провести встречу со Станнисом. — Но ведь ваших людей ведёт Тарли, а ещё у вас есть лорды Рован и Фоссовей, — заметил Робб. — Лорд Тарли отказывается начинать выступление, пока король не проснётся. Он говорит, что мы принесли клятву королю, и только Ренли может отдавать приказы объединённым войскам, — ответила она. — Когда он проснётся... Как долго я был без сознания? — спросил Робб. — Лорд Старк, вы были без сознания семь дней, — ответила леди Талиса, потрясённая видом Робба. Семь дней... Вот почему его мать была так ошеломлена, когда увидела его, а во рту было так сухо, а в животе было так пусто. Его ноги едва не подкосились, когда он осознал последствия. — Но... Вы уже отправили письмо моим людям? — спросил Робб. — Мы хотели, милорд. Мы неоднократно просили об этом, но Тиреллы не разрешали нам использовать птиц, — ответил Патрек Маллистер. — Вы не можете нас винить. Мы не знали, что произошло, и не хотели сеять недоверие или панику, — язвительно сказала Оленна. Робб понял ответ на свой вопрос. — Семь дней... Где Ренли? Ваши лорды видели его? — спросил он. Он понял ответ на свой собственный вопрос и сказал: — Вы спрятали Ренли. Вот почему Тарли ничего не делает и почему Флорент думает о том, чтобы перейти на сторону Станниса. — Эти Лисы вечно что-то замышляют, — фыркнула Королева Шипов. — Его Величество всё ещё в своей палатке, за ним ухаживают несколько мейстеров, — сказала Маргери. Старк поднял брови и посмотрел на Талису. — Его Величество в плохом состоянии, худшем, чем у вас. Даже дать ему воды для питья было нелегко, — призналась целительница. — Он не умер. Он проснётся. Он должен! — в отчаянии воскликнул Лорас. Его сестра спокойно положила руку ему на плечо, чтобы успокоить. — И он может, сир. Мейстеры не теряют надежды. Мейстер Ломис — один из лучших целителей, которых я видела, но даже архимейстер Эброз не знает, как лечить магические раны. Однако если король Ренли очнётся, его разум может помутиться, а тело ослабеть, — сказала Талиса. — Семь ночей, — задумчиво произнёс Робб. — Значит, прошло уже больше десяти дней, почти одиннадцать, с тех пор, как ворон прилетел из Золотого Зуба. Тиреллы внимательно переглянулись. Королева Шипов сохраняла невозмутимость, но Леди Алерия и её дочь слегка вздрогнули, а Лорас и его полный отец нахмурились. Даже всегда оптимистичный сир Гарлан стал серьёзным. Стражники Тиреллов положили руки на оружие, как будто готовились к нападению. — До нас доходили слухи о Золотом Зубе, — сказала Маргери. — Лорд Старк, мы не знаем, чему верить, но в лагерях рассказывают много странных историй, — сир Патрек посмотрел на Тиреллов с неодобрением. — И, без сомнения, это всё ложь. Леди Кейтилин, казалось, была готова взорваться от негодования, но она промолчала. — Хватит намёков. Что случилось? Какие новости о северянах и речниках? Что насчёт моего брата Джона? — нахмурился Робб. — Об этом ходят тревожные слухи, — сказала леди Оленна. — Вы знаете, как его называют? Джона Сноу называют Кровавым Волком Севера. Говорят, что он использовал колдовство, чтобы уничтожить людей Ланнистеров в Окскроссе, и коварство, чтобы завоевать Зуб. Он сбрасывал людей с помощью катапульты, отрубил руки юному Марбранду, обрекал на голод женщин и детей и убивал тех, кто сдавался. — Джон не колдун, и он не жесток. Если бы я захватил этот замок, они бы говорили такую же ложь и обо мне, — сказал Робб. — Я бы не была так уверена, что это ложь. Мы слышали это от разных людей. Что-то странное произошло в Западных Землях, — заметила Оленна. — Гонцы говорят, что все лорды Запада покинули дом Ланнистеров. Эшмарк, Серебряный Холм, Хорнваль, Сарсфилд, Глубокая Нора — все замолчали. Ваш брат заставил этих лордов отступить, — рассказал Гарлан. — Но как он смог добиться такого? — спросила Кейтилин с горечью в голосе. — Говорят, этот Бастард угрожает убить каждого ребёнка и пленника в Зубе, — ответил один из Тиреллов. — Говорят, он обещал вернуть оруженосцев по частям — по одной за каждого Старка, который когда-то был у Железного Трона. Или отправить их головы и руки их семьям. Другие же утверждают, что он будет морить пленников голодом, если их осадить, и скормит тела своему волку. Вот почему западные лорды подчинились Кровавому Волку. Робб устало вздохнул. — Если они умрут от голода, Призрак не будет есть их кости и кожу. Мне нужно вернуться на север, в Риверран. — Конечно, лорд Старк. Вы должны примерно наказать этого Джона Сноу за его преступления, — энергично закивал Мейс. — Наказать? Мой брат выиграл битву и завоевал западные земли. Прошло одиннадцать дней с тех пор, как он захватил Золотой Зуб. Тайвин Ланнистер будет вынужден покинуть Харренхолл и дать нам бой. Я должен вернуться прежде, чем начнётся сражение, — сказал он. — Значит, таков был ваш план? Вы хотели заманить Старого Льва обратно на запад? — с восхищением спросил сир Гарлан. Робб кивнул: — Да, нападать на Харренхолл было бы глупо. Мой брат отправился на запад, чтобы пройтись по его землям. Лорд Тайвин слишком горд, чтобы позволить угрожать своим землям. Я лишь удивляюсь, как быстро это произошло. Кейтилин вмешалась: — Ты, конечно, не согласен с его действиями. Заставлять пленных голодать — ужасно, а все эти убийства... Робб ответил: — Это война, матушка. Ланнистеры начали её. Они могут пожинать плоды своего урожая. Но Джону надо что-то написать, — он указал на стопку пергаментов. — Леди Оленна, я возьму немного? Королева Шипов удивлённо подняла бровь. — Конечно, лорд Старк, — ответила она. Робб взял перо и бумагу. — Сир Гарлан, сир Патрек и сир Лукас, — обратился он к рыцарям. — Я, Робб из дома Старк, лорд Винтерфелла и Хранитель Севера, объявляю: мой брат Джон Сноу станет моим наследником до тех пор, пока у меня не родится ребёнок. Если меня убьют или ранят, то Джон будет командовать армиями Севера и Речных Земель, которые присягнули мне. — Робб, ты не можешь так поступить! — воскликнула Кейтилин. — Ты лишишь наследства своих законных братьев и сестёр и спровоцируешь новое восстание Блэкфайров. Я не могу позволить тебе это сделать! — Мне не нужно твоё согласие. Я — глава дома Старк. Санса должна быть лишена наследства. Если у неё будет ребёнок от Ланнистера, лорд Тайвин воспользуется этим, чтобы претендовать на Винтерфелл. Я могу умереть от рук Станниса. А если я умру, кто поведёт северян? — А как же Арья или Бран? Они должны быть твоими наследниками, а не бастард, — настаивала леди Старк. — Бран — калека. Он не может вести людей в бой. Арию никто не видел с тех пор, как умер отец. Скорее всего, она тоже мертва. Что касается бастарда... Посмотрите на Баратеонов. Станнис и Ренли сражаются друг с другом. Законнорождённые не лучше бастардов, — прямо сказал Робб. — Вы настолько полагаетесь на этого Сноу? Даже после всех этих рассказов о жестокости и зверствах в Золотом Зубе? — спросила Оленна. — Он никогда не должен был быть Сноу. Джон — лютоволк, такой же Старк, как и мои предки. В нас течёт кровь моего отца. И он принесёт огонь и меч в дом Ланнистеров. Милорды, прошу вас приложить ваши печати к указу. Отныне Джон Сноу — мой наследник. — Лорд Робб, что же вы теперь будете делать? — спросила Маргери. — Я отправляюсь на север. Нам с братом надо закончить эту войну, — ответил Старк.

______________________________

Заметки Автора: Это отсылка к сцене с сыром в сериале. В книгах, я полагаю, леди Оленна могла бы просто бросить взгляд, и сыр бы появился. «Обед без сыра, что красивая женщина с одним глазом», — сказал знаменитый французский гастроном Брилья-Саварен. Я не читал его работу «Физиология вкуса», но она считается классикой среди гурманов. Вилка — относительно недавнее изобретение, появившееся в Западной Европе всего несколько сотен лет назад. До этого люди использовали кинжал, чтобы разрезать мясо, и ложку. Хотя это может показаться необычным, пышные банкеты производили впечатление на людей. В мирное время стратегия Тирелла по созданию имиджа могла бы сделать Ренли более величественным. Однако в мире «Игры престолов» нет места миру.. Джон напоминает Призрака — он лютоволк, но при этом держится особняком. Джордж Р.Р. Мартин высказал похожую мысль в интервью 2003 года. Робб не понимает, почему Джон никогда не будет чувствовать себя Старком. «Это крепкая крепость, и она контролирует дорогу на холм», — так сказал Первин Фрей, слова которого Кейтилин Старк подслушала в «Битве королей». Я же передал эти слова Гарлану Тиреллу. Королевская рулевая рубка вызывает улыбку и служит ярким примером того, как Мартин не слишком силён в математике. Представьте себе сорок лошадей, которые движутся в одном направлении. Сколько времени им понадобится, чтобы остановиться? Или же представьте стену высотой в семьсот футов, на которую карабкаются одичалые. И они поднимаются на эти семьсот футов, несмотря на то, что их обстреливает Ночной Дозор. «Лучше армия овец, ведомая оленем, чем армия оленей, ведомая овцой». Это высказывание — вариация цитаты Александра Македонского: «Я не боюсь армии львов, которой командует овца; я боюсь армии овец, которой командует лев». Я твердо верю, что Джон отомстит за Робба, и наоборот. В телешоу пропущен эпизод с речью Ренли, и это просто позор. Это один из лучших моментов в творчестве Мартина. Ренли жаден, но я думаю, что он на самом деле хочет, чтобы его брат наслаждался жизнью. Станнис реагирует так, будто Ренли его оскорбляет. Мне кажется, что в телешоу Ренли изображён как марионетка Тиреллов, но в книге он гораздо более развит. Его способность создавать союзы и его политическое мастерство очень ценны в мирное время. Он харизматичен, симпатичен и ведёт себя как король. Это очень важно, когда королям нужна аура власти. К сожалению, в восьмом сезоне мем «Азор Ахай спасает мир» становится бессмысленным. В пятой же книге история Азора Ахая и «несущего свет» находится в самом разгаре. Книжная и телевизионная версии смерти несколько отличаются друг от друга. В книге тень перерезала горло Ренли и исчезла. Однако в книге Бриенна только позже, в Королевской Гавани, утверждает, что у тени было лицо Станниса. Кейтилин же говорит сиру Робару, что это дело рук Станниса. Но на самом деле она ничего не видела. Она просто уверена в этом. Мне это показалось странным. Откуда она знает? Было темно, и всё произошло очень быстро. В телешоу же тень имела черты лица. Она была выше Ренли, но я всё ещё не понимаю, как можно было опознать в ней Станниса. Конечно, в телеверсии история гораздо длиннее, поэтому они могли увидеть лицо. Я нахожу реакцию Лораса на смерть Ренли ужасной. Он убивает трёх охранников Ренли, двое из которых были членами Радужной гвардии. И никто не говорит об этом. Нет никаких последствий, и в книге просто говорится, что Лорас сошёл с ума от горя, напоминая нам истории о сире Ланселоте. Эти люди не были безымянными одичалыми. Это второй сын Джона Ройса и ещё один благородный рыцарь. Я думаю, они могли бы обвинить Бриенну, но случайное лишение их жизни кажется неправильным. В своём рассказе я предполагаю, что по крайней мере какое-то расследование должно было бы состояться. Конечно, они пытаются добиться признания. Лансель рассказывает Сансе, что Робб выступил в поход с армией варгов. Конечно, в процессе пересказа истории многие детали искажаются. Возвращение оруженосцев в трёх частях — это та же угроза, которую Тайвин выдвигал против лорда Тарбека. Наконец, глава заканчивается тем, что Робб объявляет Джона своим наследником. В книгах это происходит после нападения Теона на Север, прямо перед Красной свадьбой. В этот момент близкая смерть с тенью заставляют Робба осознать свою смертность. Разве справедливо вытеснять Брана? Ведь Робб знает, что он не может воевать. Это главная проблема телевизионной концовки. В Вестеросе военное руководство играет важную роль, поскольку угроза войны здесь постоянна. Вспомните Роберта Баратеона, Эйгона Завоевателя, Молодого Волка и даже Тайвина — все они были генералами. Как может калека удержать трон? Лорды не будут слушать того, кого не уважают или не боятся. Если Бран будет сидеть на Железном троне, Семь Королевств разделятся, и это приведёт к новым войнам.